Произведение: Сутки
Автор произведения: Бутко В. С.
Дата рецензии: 10.05.19 01:27
Прочтений: 54
Комментарии: 1 (1)
Сутки
Представь, что у тебя остались сутки,
И сверх того - ни часа, ни минутки.
А что потом? Ты знаешь, что потом.
Отсчет пошел.
Забилось сердце чаще,
Мир кажется впервые настоящим.
Ты с жадностью глотаешь воздух ртом,
Цепляя в память ненасытным взглядом
Любой предмет, который видишь рядом -
Листок бумаги, чашку, воробья -
Так покидают дом, огнем объятый,
Надеясь вещи вытащить куда-то,
И набирают хлама и тряпья.
Брось.
Чувствуешь? В виски колотят мысли.
Дел неотложных список перечисли
И осознай, что за день не успеть
И трети... Что начать, за что хвататься?
Не к месту вспоминается: в шестнадцать
Была мечта в Канаду полететь,
В ладонь черпнуть воды из Ниагары...
Тут пульса замедляются удары,
Накатывает лютая тоска.
Чем ты таким был занят - срочным, важным,
Что взять билет не попытался даже?
Тех брызг уже не ощутит рука...
Что вообще ты сделал в этом мире?
Финансовый отчет? Ремонт в квартире?
Как ты себя в него запечател?
Кто ты в его истории? Крупица,
Пылинка, невесомая частица,
Парящая среди небесных тел.
Ничтожно все - слова твои, поступки...
Нашаривает совесть довод хрупкий:
Пусть жизнь ушла на мелочи одни,
Но у тебя же сын есть, слава Богу!
И хочется сказать ему так много,
Сказать в последний раз...
Звони, звони!
Звони ему, жене, сестре и маме!
Захлебывайся глупыми словами,
Лови, дрожа, родные голоса,
Запоминай их, впитывай, как губка!..
Темнеет. От щеки нагрелась трубка.
До остановки сердца три часа.
А к черту!
Вынешь виски из комода,
Закуришь - не курил четыре года,
Но что уж там... Глядишь на циферблат.
Как это будет? Быстро или долго?
Заколет душу острая иголка -
Страх, оттого что нет пути назад,
Страх перед тем, что ждет тебя за гранью,
И искреннее, жгучее желанье
Прожить еще хотя бы пару лет,
Хоть год... О, сколько за год сделать можно,
Когда не тратишь сил на то, что ложно!
Но - слишком поздно. Будущего нет.
Пора ответить за свою беспечность,
За то, что утекла сквозь пальцы вечность -
Немыслимое множество минут!
Ты засыпаешь, пьяный и несчастный,
Откинувшись на кресле безучастно...
И в полночь над тобой вершится суд.
А вот теперь представь, что наказанья
Не будет. Легкой ангельскою дланью
Тебе отмерен полноценный век.
И новый день наступит - чист и светел,
И время есть на все, что ты наметил.
Чем ты тогда займешься, человек?
Что вынесешь из этого урока?
Что сотворишь, что совершишь до срока?
Какими окружишь себя людьми?
Ласкает кожу ветерка прохлада.
Ты понял. Ты все сделаешь, как надо.
Я возвращаю жизнь тебе.
Возьми.
«Да!
Объявился странный на Москве мужик:
Говорит, что знает, как нам надо жить…
Складно так болтает, а в общем — ерунда!
Мне его повесить? - Нет! - Четвертовать?..»
Нет! Ну надо было автору почему-то написать такое стихотворение, надо было высказать это, и непременно в стихах – что автор и сделала, - складно так. Многие далеко не так складно пишут, – чтобы было понятно, дам Вам в качестве иллюстрации ссылку на стихотворение автора Байр Таня «Постичь ли жизнь»: http://www.litsovet.ru/index.php/material.read?material_id=569033, - просто потому, чтобы не далеко ходить за сравнением. Но тоже Тане Байр надо было высказаться, и «душа просила» - в стихах. Не казнить же за это автора. У рецензента на сайте «Стихи.ру» - аналогичное «приветствие» для возможных читателей: «Может быть, это кому-нибудь нужно, КРОМЕ САМОГО АВТОРА».
В документальном сериале "Моя великая война" (просто замечательном по своей откровенности в сравнении с большинством подобных фильмов) один ветеран, пытаясь осмыслить Победу, сказал: «Мы победили благодаря этому слову «Надо». Ну надо! А кто, кроме тебя, это сделает, если ты тут оказался в этот момент? Надо!».
Над героем стихотворения, очевидно, всю жизнь довлело это же слово «надо». «Каждый выбирает для себя женщину (или мужчину), религию, дорогу. Дьяволу служить (или женщине, мужчине ли) или пророку («спасаться» ли самому — «Спаси себя сам, и вокруг тебя спасутся тысячи», - или спасать других. Или просто жить в своё удовольствие), - каждый выбирает для себя» - замечательное стихотворение, написанное замечательным поэтом. Но в действительности чаще всего перед нами лежат «дороги, которые НАС выбирают».
И вот пришло к герою осознание, что пожить для себя он так и не успел. Герой получил толчок к тому, чтобы «подумать о душе» - что герой и делает. Да-да, он именно задумывается о собственной душе, хотя на первый взгляд такой вывод кажется вам не соответствующим действительности.
«- Душа, видите ли, очень дорого обходится. Содержать её стоит гораздо дороже, чем, скажем, автомобиль.
- Вот как? Сколько же она поглощает, ваша душа?
- О, целую пропасть. Она поглощает и музыку, и картины, и книги, и горы, и озёра, и красивые наряды, и общество приятных людей, – в этой стране вы лишены всего этого... Вот потому-то наши души так изголодались»
- объясняет своё решение капитану Шотоверу героиня «Дома, где разбиваются сердца» Бернарда Шоу, Элли. А если жгучее желание «в ладонь черпнуть воды из Ниагары» кажется вам чем-то несущественным – подумайте, какой страстью томитесь вы. Например,
«А намедни, когда вёз я без роздыха
дел телегу, непочатых-немерянных,
я вдруг понял, что нуждаюсь, как в воздухе,
чтобы МУЗЫКА была, и немедленно»
- и представьте, что кто-то может нуждаться, как в воздухе, в том, чтобы ощутить брызги Ниагарского водопада. И это не шутки.
«- Ну неужели мне не дождаться веселья и радости? Ведь это очень вредно - не ездить на бал, когда ты этого заслуживаешь. Ведь так и заболеть можно».
Можно. Вполне можно и заболеть. Или лишиться самоуважения, чувства собственного достоинства (если не лишился его ещё раньше) – потому что в каждом человеке, наделённом чувством собственного достоинства, живёт хотя бы малая часть арабского шейха, характер которого сумел уловить Лоуренс Аравийский: «- Ауда ибу Тайи служит? Нет! Ауда не пойдёт на Акабу за деньги. За Фейсала? Нет! И чтобы прогнать турок, тоже нет. Он пойдёт потому, что просто ОН ЭТОГО ХОЧЕТ». А лишившись чувства собственного достоинства, «вы нанесете своей душе такой удар, что никакие книги, картины, концерты, ни все пейзажи мира не залечат его».
Но пора закончить со всей этой философией и психологией - рассуждениям подобным можно предаваться очень и очень долго, и обратиться наконец к достоинствам и недостаткам стихотворного текста. Первый и самый главный недостаток мы увидим, если вспомним, что говорил Владимир Владимирович (не тот, который учит борьбе дзюдо, а который учил «делать стихи»): «Надо браться за перо только тогда, когда нет иного способа говорить, кроме стиха». И ещё - возможно, что я процитирую не вполне буквально, но смысл тот, что поэзия – такая вещь, которая проникает в самое сердце, в такое место, куда никаким другим способом проникнуть невозможно.
А что мы имеем в данном случае? Фактически, более-менее удачно зарифмованную прозу: подобными психологическими тренингами «потчуют» нас многочисленные психоаналитики. Дескать, представьте себе, что вам осталось два месяца, что вам осталось полгода, что вам остался год, и напишите на листе бумаги, что бы вы хотели – ну и так далее. И данный текст – лишь стихотворная иллюстрация к подобному тренингу (разве что вместо месяца вам оставляют сутки – этакий поэтический гротеск). И только. А ведь ситуация, в которую автор поместила героя, практически идентична «Последнему дню приговорённого к смерти» - но где здесь адекватная эмоция? Где то, что проникнет в сердце? «Наверное, с пафосом переборщила, раз после прочтения тянет отшутиться» - сказала автор по поводу стихотворения «Человек». Не знаю, возможно, что и так. А может быть, дело в том, что автор обращается, как и психоаналитики, не к чувству читателя, а главным образом к сознанию («Представь, что…»). Что автору не удалось наделить героя чисто человеческими чертами (как это сделать? Ну, вот Леонид Броневой говорил: «Я играл по принципу Станиславского: ищи доброго в злом, а злого в добром»). А при отсутствии этого простые и даже банальные рифмы начинают выпирать своей банальностью и снижают впечатление от текста.
А в целом написано гладко, читается легко, не смотря на немалый по меркам нынешнего информационного века размер: «в меру, в рифму, чуть-чуть с юморком». Но – «Парус! Порвали парус!..». Не порвали парус. И ледяным холодом не обдало. Увы.