Рецензии
Произведение: Два друга
Автор произведения: Салтыков-Руденко А.
Дата рецензии: 14.11.18 23:33
Прочтений: 49
Комментарии: 1 (3)
Два друга
«Люди… живут так, как будто никогда не умрут. А умирая, понимают, что никогда и не жили» (Конфуций).
Возможно, где-то здесь и есть «философическая» разница между смертями: Антон Большаков, скорей всего, так ничего и не понял, а у Сергея Кузнецова была возможность оценить содержание своей жизни как нулевое. Но это не есть тема данного текста, это мысли по поводу. Хотя…
Хотя, если так подумалось, то ведь текстом-то и навеяло.
Текст небольшой, но имеет три части, практически независимые друг от друга. Не имею ввиду, что текст представляет собой лоскутное одеяло – отнюдь. Если сравнивать с одеялом, то оно из однородного материала и одного цвета. Просто сложено в три слоя.
Первый слой – сугубо авторский. Действия нет, автор рассуждает о мироустройстве и определяет его как мужское: мир устроен мужчинами и для мужчин. Если с первым посылом еще можно согласиться, то со вторым спорить стали давно. А нынче утверждение «Милым дамам, со своей стороны, не остается ничего иного, как выживать в нем» категоричным вообще быть не может. «Милые дамы», можно сказать, уже верховодят – если не всюду, то почти всюду. Нравится нам это или не нравится – другой разговор. Это тот случай, когда «тема исчерпала себя раньше писателя».
Посредством одной из таких «милых дам», Иры Москвиной, автор знакомит читателей с ГГ во второй части текста. Впрочем, на предмет того, кто есть ГГ, мы еще поговорим, а пока несколько слов о фамилиях. Они, как очевидно, говорящие. Большаков – тут прямо в лоб, добавить нечего. Москвина – скорее всего, имеется ввиду практицизм москвичек или тех, кто старается быть похожим на практичных жительниц столицы. Лично я в такой характеристике москвичек не совсем уверен, но точка зрения имеет право на существование.
И самое неочевидное: почему Сергей – Кузнецов? Мне кажется, что эта фамилия присвоена герою с иронией. Он мог бы быть «кузнецом своего счастья», но стал делателем своего несчастья. Несчастье не куется – коптится, что ли? В таком случая логичнее было бы назвать Сергея Трубачевым. Но автор талантлив; видно, уже почувствовал, что слегка переборщил с первыми двумя фамилиями. Так что предложил читателю читать фамилию неудачника как бы наоборот.
В миниатюрах каждое слово дорого, и отказываться от говорящих фамилий жалко. Но с говорящими фамилиями скукоживается объем, сокращается расстояние до героев и что-то делается с перспективой. То есть она исчезает. Если ГГ – Большаков, то сразу ясно, что он сволочь. Читатель знает, что ГГ с такой фамилией не придет к другу даже попрощаться. А Москвина вообще растворилась, ее как бы и не было. Появится у разбитого корыта, но разве что к слову.
Ну и даванули машиной отрицательного героя на радость читателям. Неправильно – не на радость, а для осуществления справедливости. Для осуществления можно.
Начинается третья часть, в которой становится понятнее смысл названия. «Два друга» - это же не Большаков с Кузнецовым. Они давно не друзья. Тут как с Кузнецовым – надо читать наоборот. Они – уже антитезы. Наверное, оба не способны дружить. Один – из-за эгоизма, другой из-за крайней слабости своего существа. У них нет одного поля, на котором им бы обоим было в кайф.
А вот у двух «мужчин в потертых костюмах» такое поле есть. Дело не столько в алкоголизме, сколько в способности алкоголя социализировать, сближать людей даже с разными идейными установками. Один из них циник и атеист, другой любит поговорить о душе и о вечном. Как бы тоже антитезы, но для них это не имеет никакого значения. Возможно, они дауншифтеры. Возможно, просто неудачники. Впрочем, неудачник, если его это не тяготит, - тот же дауншифтер, пусть поневоле. И на этой почве они сроднились – да, не без помощи алкоголя, но сроднились по-настоящему.
Вот Сергей Кузнецов не мог бы примкнуть к ним. Его просто уносило в трубу и унесло в конце концов. Он был не способен остановиться на ступени «философического созерцания», пусть и примитивного.
Двое «мужчин в потертых костюмах» остановились у Антона Большакова, потому что его последний антураж благоприятствовал их созерцательности. Они смогли предположить только две уважительные причины для ухода из мира в столь цветущем возрасте: несчастную любовь и передоз. Им даже в голову не пришло, что черствость натуры и предательство в дружбе тоже могут быть причинами. Поэтому эти двое относительно симпатичны, хоть и бомжеваты – если человек чего-то и предположить не может, значит, этого «чего-то» в нем нет. Или пока нет.
Из текста вполне вероятен следующий вывод: следование внешним требованиям (это стремление к успеху у Антона) и бесхребетность характера (у Сергея) одинаково губительны и безобразны. Двое «мужчин в потертых костюмах» имен не имеют, да они им и не нужны – они суть своеобразные символы «дружбы» антиномий – неверия с одной стороны и желания обрести вечность с другой.
В тексте символично иллюстрировано «единство и борьба противоположностей», что очень любопытно.
Комментарии: 1 (3)