Строгие правила
Автор произведения: Пурис З. В.
Дата рецензии: 05.01.12 18:14
Прочтений: 473
Комментарии: 8 (66)
Строгие правила
Рецензия на повесть З.Пурис «Строгие правила»
Самое главное: первое правило при рецензировании детектива (бойцовского клуба) – не называть имя убийцы. Ох, не забыть бы…
Вот я всегда всех хвалю. Некоторые меня ругают за это. Хотя я хвалю честно. Нравится, вот и хвалю. А вот эта повесть… сказать честно? Честно: сначала не понравилась.
Серые скучные бескровные герои. Один Геббельс, как дракон, пышет жаром, остальные тенями отца Гамлета печально и безнадежно ходят по кругам своих привычных распорядков. Бестолковые они какие-то. Бесцельные, именно – без цели и без цельности. И сам сюжет отдавал такой безнадегой – у меня прямо клаустрофобия разыгралась.
Потом вспомнил что это не фэнтези, примирился с тем, что здесь драконов не будет (кроме Геббельса) и … чудо!!! Для детектива «Строгие правила» оказались довольно таки яркими, а местами и вовсе фееричными. Герои оказались не больными, а настоящими. А сюжет заиграл дивными красками.
Впрочем, эта шуршащая прозрачность повествования, скорее всего намеренная, это авторский прием – вся эта бытовая депрессивность является движущей силой сюжета и действий героини.
Что сказать, написано искусно – для детективщика главное - отвлечь внимание читателя. И здесь это есть – все внимание поглощает своим движением и шумом эксцентричный Игорь-Геббельс.
Но это не детектив. Атрибуты детектива безусловно есть, они дотошно выдержаны автором. Но по сути своей это психологическая драма. События повести прочитываются не так, что, мол, вот была такая женщина и потом ее хитро убили, а потом сыщик все раскопал. Нет, повесть прочитывается по-другому:
Жила-была одна женщина, у нее ничего не было кроме подруги и французской машины. Потом подругу убили, и женщина стала мстить, чтобы заполнить пустоту в душе.
Или так, это ближе к названию и вернее – строгие правила, как идея повести: Убийство подруги перевернуло представления ГГ о жизни. Все ее дальнейшие действия – расследование и месть, это попытка вернуть мироздание на место, в систему нравственных координат, - т.н. строгих правил.
Характерно, что ненависти к убийце она не испытывала. Как мне показалось. Разговор у них был довольно спокойным. Архетипически это смотрится, как беседа порядка и хаоса.
Вспоминается Чжуанцзы с притчей о Хунь-туне:
Согласно этому преданию, Хуньдунь (Хаос) не имел ни лица, ни 7 отверстий для органов чувств (глаз, ушей, ноздрей, рта) и царил в центре мира. По обе стороны от него, по краям света, простирались владения богов Южного моря Шу (Быстрый) и Северного моря Ху (Внезапный). Владыки морей часто навещали Хуньдуня, и тот всегда радушно встречал гостей. Однажды Шу и Ху решили вознаградить своего хозяина за его доброту. Они решили, что Хуньдунь, как и каждое существо, должен видеть, слышать, обонять и так далее. Поэтому, придя к нему в следующий раз, они принесли с собой инструменты (топор и сверло), и в течение 7 дней просверлили в Хуньдуне 7 отверстий, после чего Хуньдунь скончался, а из его тела возникла Вселенная.
Вот и Маргарите показалось неестественным отсутствие у собеседника нравственного зрения. Ну и проделала она ему дополнительную дырку во лбу, и возникла новая смысловая Вселенная. Ее Вселенная. А не она, так он бы ей проделал. И создал бы свою Вселенную. Он, похоже, вошел уже во вкус этого дела.
Либо по-другому, тоже очень звучная концепция: герои этой повести убивают, защищая свои ценности.
Один защищает свои деньги и методологию, которые все могут. Другой защищает дружбу (в данном случае – человечность как таковую, образ Божий), без которой ничто не имеет смысла.
Как мы можем видеть (в чем сила, брат?) – победила дружба.
«Бедняга Уолдо, пустили тебе кровь из носу», - как говорил один из героев Чандлера.
К недостаткам повести, впрочем, исправимым, можно отнести погрешности против фразеологии:
« Олег горько усмехнулся:
- Кто-то нанес ей удар ножом».
Мне кажется, так не говорят. Это для протокола. Скорее нормальный человек скажет: ударили ножом, зарезали, пырнули.
Неправдоподобно выглядит, когда на вопрос дознавателя ГГ отвечает: «так сразу не вспомнить»! - и тот удовлетворяется этим ответом. Дознаватель никогда не спрыгнет с вопроса, если речь идет о потенциальных подозреваемых. Если человек не помнит – будут заставлять вспоминать.
«Из милиции Рита ехала неудовлетворенная». – классная фраза. Рекомендовал бы заменить. Двусмысленно. Да и кто ж оттуда едет удовлетворенным, кроме милиционеров?
И вот это забавно – нуждается в доработке:
« - Ты дура, Рита, и всегда была дурой, - услышала она его голос.» – вообще говоря, фраза как фраза, но с дыркой в голове, наверное, ТЯЖЕЛОВАТО ВСЕ ЭТО ВЫГОВОРИТЬ.
Правдоподобнее так: «- дура…» - на выдохе сказал он и упал». Или еще так – «слово «дура» застыло на его омертвевших устах».
Не уверен, но, по-моему, правильно написать не «надсмехался», а «насмехался».
Героиня несколько чересчур аристократична – ее проходки по поводу колхозников просто неполиткорректны. Впрочем, по ходу пьесы, колхозники оказываются…. А вот не скажу, кто убил!
Собственно, обструкция на этом кончается и начинает безудержное восхваление автора, на грани самоуничижения рецензента:
Повесть написана стильно. Чувствуется почерк. Есть такое понятие – женский детектив. Но, по моему мнению, в данном случае, женский детектив отличается от мужского, только более тщательной проработкой деталей.
Герои, на мой взгляд, не вызывают симпатии, кроме Маргариты, которая, как любой плачущий человек порождает инстинктивное сочувствие. Но Геббельс – шикарный типаж, яркий, подвижный, и даже промаркирован так, что не забудешь. Кличка Геббельс – врезается в память. Это прием успешный, и успешный однозначно.
Может, помните, как народу понравился персонаж Брата-2 – фашист.
«Свой своему поневоле брат – народная фашистская поговорка».
Как к достоинствам, так и к недостаткам текста можно отнести наличие в качестве персонажа, женщины, которая все время бьет ребенка по голове. Это ее основное занятие на протяжении повести. Меня это очень напрягает, но надо отдать должное автору – это правда жизни, неотъемлемый атрибут нашей реальности. И это придает тексту дополнительный суицидально-депрессивный оттенок.
Следует отметить особо успешные фразы и эпизоды, через которые выражается мастерство автора:
«Словно маленький мальчик, сам того не ведая, захлопнул дверь, за которой маячила смерть, после чего все облегченно вздохнули». – По моему очень удачно передается изменение настроения людей, после детской шалости на поминках.
«Жизнь продолжается, кредиторы ждут». Вот еще чудная афористическая фраза, которая побивает морально устаревшее «долг платежом страшен». В мемориз.
Приятные находки автора в области приемов:
При всей своей известной нелюбви к фэнтези и мистике, автор все же не устоял перед искушением ввести в повествование призрака, участвующего в расследовании своей гибели. ГГ, таким образом, становится медиумом. Прекрасно понимаю автора.
Отдельное удовольствие доставляет читателю присутствующая в повести ситуация с веселым и небедным мошенником, сшибающим копейку у подъездов, рассказывая всем одну и ту же историю, о невстретивших друзьях и растраченных деньгах. Поднимает настроение не только ГГ но и читателю. Это не всегда совпадает. Эпизод напоминает рассказ Севелы «Ай лав Нью-Йорк».
Заслуживает уважения то, как автор передает характер ГГ, динамически, не через описание, а через действие: Приятно, как эта женщина настойчиво просила пистолет у своего шефа. Впечатление такое, что она своей настойчивостью может согнуть кочергу. Без рук. Одними просьбами.
Лихость и наличие внутреннего стержня ГГ переданы одной фразой – в одиночку выиграла суд у налоговой. Чего там еще? Да с такой лайкой и на медведя ходить можно.
Приятная деталь (такие детальки-то и создают атмосферу произведения): «Надпись готическими буквами – перерыв на обед».
Фактически автор всего двумя словами придает ситуации характер нравственно-религиозного кризиса, говоря об убийстве: «Как жертвенное животное…» И здесь, в этих маленьких словах, есть какая-то большая правда – всякое убийство сегодня в чем-то есть жертвоприношение. Кстати, эта фраза отсылает нас к Кафке с его незабвенным «Процессом»:
«- Как собаку… - сказал К. и глаза его потухли».
Персонажи повести правдивы в своих реакциях: Они много пьют, скандалят, делают друг другу гадости. Мне очень понравилась своим реализмом ситуация, - когда ГГ подозревает бизнесмена, и говорит ему об этом, а тот, чтобы заткнуть ее и в отместку, тут же делает вид, что подозревает ее.
Ну и концовка… Конец – делу венец, да. Концовка смачная, просто цимес (простите, Пурис)))).
«Суд отнесся к Рите сочувственно. Даже государственный обвинитель не требовал слишком много. И судья, и прокурор приняли версию адвоката. Потрясенные тем, что она в одиночку раскрыла двойное убийство, все надеялись, что ее освободят из-под стражи, но ей дали один год.
Геббельс выплатил кредит за ее машину. Он сделал это сразу после того, как отсидел пять суток за оскорбление суда».
В самом деле, альтернативная особь собаки, Геббельс был прав, могли бы и условно дать, лица альтернативной половой ориентации. И это тоже правдиво, и мы можем смело отнести эту правдивость к достоинствам рецензируемого произведения.
Рекомендую к прочтению отличную повесть-детектив Зинаиды Пурис «Строгие правила». Вам понравится.