Русско-еврейское
Автор произведения: Макошь
Дата рецензии: 23.10.11 12:41
Прочтений: 1690
Комментарии: 7 (19)
Русско-еврейское
Русско-еврейское
Не пускали б тебя за границу:
заграницы – иным – не показаны.
Как ты, Бузя моя черновицкая?
Свитерок надеваешь ли вязаный?
Под ветрами пустыми пустынными
ностальгию рифмуешь с кручинами?
Не прозябла бы ты, не простыла бы,
в безнадёжье навеки б не сгинула.
Как родня твоя ручками пухлыми
паковала вещички дорожные,
я, московская русская, в кухоньке
обвывала твой путь искорёженный.
И потом, словно кем-то обобраны,
мы друг к другу у церкви на Соколе
прижимались дрожащими рёбрами,
всеми болями, всеми осколками.
Со своей исторической родины
с чемоданчиком, мною зарёванным,
приезжай, как поспеет смородина,
возвращайся, Буза Соломоновна.
Привози свои плечики узкие
и кудрей медно-рыжие россыпи.
Здесь – еврейка, в Израиле – русская.
Ох, чудны же дела твои, Господи.
Без тебя, моя Контра Шоломовна,
на предсердье утраты прорехами.
Где-то флейта – мелодией ломаной…
Сбегать к Нельке. Она не уехала.
Вот уж как нескладны пути Господни - прислала мне Лена стих свой на рецензию. Мне - эмигрантке, «беженке» русско-украинско-шведского разлива, мирно проживающей в Германии. И не приткнуться мне тут ни к евреям, ни к русским, ни к немцам. Да и зачем? Я – сама по себе и всегда была такой.
Стих пронизан обидой и болью оставленного человека. Она всегда больше, чем обида уехавшего всё равно по какой причине и куда. У него есть новизна впечатлений, свежесть забот и трудности вживания в новую жизнь. У оставшегося этого ничего нет. Лишь воспоминания о потерянном друге и ощущение своей ненужности.
Всё это автору удалось передать с присущей ему тонкой лиричностью и жарким напором страсти. Удивительное сочетание двух последних является фирменным знаком творчества Елены Кабардиной.
Палитра её литературных приёмов свежа и незатёрта. Я не буду анализировать все внутренние связи и заморочки поэтического слога автора. В этом нет никакой нужды, когда говоришь о значимом авторе. Признак высокого мастерства всегда в том, что оно незаметно зрителю, оно естественно, как воздух, неизменно наполняющий поэтические междустрочья Елены и делающий её стихи лёгкими для чтения.
Но как же много нужно вдохновенного умения, чтобы эта лёгкость поэтического бытия стала реальностью.
Прозаическая часть произведения, по-моему, совершенно излишняя.
Стихом всё сказано, а прикрепление его к непосредственным именам и датам снижает художественную ценность произведения и делает его иллюстрацией к биографии.
Стих выше чьей-то биографической справки и носит вневременной характер, что свойственно настоящей поэзии.
Я могу соглашаться с эмоциями и наблюдениями автора, если они высказаны прозой. У меня есть, что сказать по поводу эмиграции любых национальных групп в любые страны,может быть эти знания не совпадают с авторскими, но к стиху это не имеет никакого отношения, потому что – это поэзия, а она никогда не связана с конкретным фактом, она связана с человеком, переживающим этот факт. А что можно возразить на чужое чувство, особенно, если оно понятно тебе до дна колодца времени.
Стих, несомненно, стоит особняком в творчестве Елены, он привлекает к себе внимание своей полной завершенностью и самодостаточностью. Он не может иметь развития, либо римэйка, как могут иметь таковое стихи о любви или времени. Это произведение выпадает из кармического круга превращений, свойственного большинству стихов современных поэтов, где можно встретить близнецов, клоны, рэпы и прочее. И этим стих становится в ряд неповторимых произведений.
За что мой поклон автору.