• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Проза
Форма: Рассказ

Вой в 4 октавы, или Откровения пса Игнасио

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
Странные события происходят на белом свете. Ведь было же время, как время, и люди, как люди, и собаки – собаками… -
и, вдруг, словно по указке свыше, всё пошло наперекосяк, грубо говоря - через жопу, пидарам на откуп.
Вот, например, Фёдор. Был барбосом, а под конец жизни, никого не испросив, бумаги соответствующие не выправив (в МФЦ такие процедуры выполняются на раз), заделался пуделем.
Да вот же он – лёгок на помине.
- Привет, Фёдор.
- Привет, коли не шутишь.
- А вот скажи, Фёдор, порода твоя какая?
- Чего? – вопросом на вопрос прогавкал барбос.
- Ты какой национальности, спрашиваю?
- Чего? – интеллекта у Фёдора – кот наплакал.
- Чего-чего! Мамка и папка у тебя – кто?
- Дворовые они – тутошние. И я тутошний, дворняга. Только я теперь не Фёдор, я теперь Франт. И не барбос я ноне, а пудель. Не я решил – мои хозяева, им, как говорится виднее.
- Из тебя такой же пудель, как из меня чао-чао-сан. Баттерфляй – в дерьмо ныряй!
- Сам ныряй!
- Нырять не стыдно - выныривать зазорно.
И вот что тебе я поведаю, Фёдор (а кличку Франт заткни себе в задницу), мир, по-моему, сошёл с ума. И ладно бы люди – им природой предписано рождаться и умирать больными на голову (сплошь имбецилы, дауны и извращенцы), а собакам эти радости – к чему? И сны нам снятся иные – всего-то два раза в год - на день преподобного Мартина, радетеля бешенных псов, и успение святой Акулины, покровительницы бездомных собачек, а вот подишь ты!..
Не мы, конечно, виноваты, но одно перечисление кличек, которые дают люди собакам, свидетельствует об умственной неполноценности человечества: и Аватар, вдруг, завёлся среди нас, и Академик, и Анчоус, и Аполлон, и Адольф - надо понимать Шикльгрубер, и Армен, и Армани, и Барак - в честь Обамы, Бориска в память о Ельцине - видимо хозяин у Бориски олигарх какой-нибудь типа Абрамовича. А сама псина скромная: "Хотите – зовите меня просто Боря" – предлагает всем во время знакомства.
Или такое имя – "Вжик". Почему вжик? Зачем вжик? А никто не знает. И даже не задумывается…
Гамлет, Дантес, Джокер, Маркиз, Пегас – разве что крыльев не хватает, Принц, Султан, Тутанхамон – фараон, да и только!
С сучками вообще швах: Дымка, вдруг, стала Дамкой, Жуля – Жизелью, Жучка – Джульеттой, Ада – Аидой, Альма (сука такая!) – Ассолью, Каштанка – Кокеткой. Лайка заделалась – Лаймой, Леди – Миледи…
Нимфа, Пальма, Пани - чёрте что!..
А тут ещё гастарбайтеры понаехали и во все щели, как тараканы, лезут. Какие сволочи их привечают? В соседнем дворе керн-терьершу выгуливают. Названа она так, утверждают, в честь пушкинской Анечки Керны, у которой, как известно, ножки скверны.
Там же время от времени мальтийскую болонку на променад выводят. Как будто на показ. "Болёнка" зовёт её алабай Батырчик…
А по нашему двору каждое утро парочка лупоглазых мексиканок шастает – Чи-хуахуа и Ни-хуахуа. Какая из них Чиха, какая Ниха – непонятно.
А то ещё маламут по кличке Маламуд объявился - его из Израиля специально привезли – по принципу "знай наших". Мало нам своих, так ещё этого обалдуя из земли обетованной доставили.
Криминогенная обстановка из-за притока залётной сволочи, разумеется, ни к чёрту!
- Можно подумать местные лучше. Такие же прибабахнутые, - пролаял Фёдор. – Сам чёрт не разберёт тутошние они или приезжие.
- Это кого ты имеешь ввиду?
- Да хотя бы папильона по кличке Бакс. Для пущей убедительности хозяйка окрасила его в зелёный цвет. И себя не забыла – вся, как есть, тоже зелёнкой вымазалась. Даже ридикюль у неё и тот зелёный!
Или упомянутого тобой алабая возьми. Я ему намекаю: какой из тебя Батыр? Батыром ты был бы в советское время, а теперь ты форменный Басмач! – "Ну почему же форменный – фирменный!" – отбрехивается бедолага.
Во втором подъезде ньюфаундленд живёт по кличке Буш. Я у него поинтересовался: "Ты какой Буш - старший или младший?" – Средний, - протявкал страхолюдина.
А в третьем подъезде ещё один красавЕц обитает - Бонапарт. "Я, заявляет он, француз". Я, разумеется, возмутился и выдал ему всё, что о нём думаю: "Бульдожья твоя морда! Ты себя в зеркале видел? Тебе Бельмондо кличку носить, а не доблестного Наполеона, императора усея Франции". А лизаться любит этот Бонапарт – мясом не корми! Приставучий, что собаки брежневской породы.
В семнадцатой квартире нашего дома живёт английский бульдог и зовут его Лорд. Это всё равно, что итальянскую левретку обозвать собакой Баскервилей. Вот, кто действительно похож на лорда, так это немецкий дог – Немчура.
- Из пятого подъезда?
- Ну. Огромная собака палевого окраса. Не сознаёт своих размеров и потому ведёт себя, как ребёнок. Никогда не лает без причин, добродушен без меры. И зовут его теперича Анданте. С чего вдруг – никто не знает. И там же обитает доберманиха - такая, каких свет не видывал: строгая, как школьная директриса. Нюх и чутьё на зависть – ищейки позавидуют. А зовут её… Отгадай, как её зовут?
- Да знаю я, что зовут её Лолита. Всем лолитам лолита. Там ещё колли живёт – Николя и хитрожопая хаски, имени которой не ведаю.
- И я не знаю. А слышал ли ты, что у нас недавно трагедия произошла? Пёс Арчибальд покончил с собою.
- Как покончил? почему покончил? Я его несколько дней назад видел – живого и невредимого. Он тут с цветочками пробегал в зубах – кривоногую таксу Гюзелю разыскивал…
- Вот эта самая сука и довела его до смерти.
- И как это случилось?
- Как-как - под поезд бросился.
- Фу, глупости какие! Нет, я понимаю, когда с гранатами под танки бросаются, но чтобы просто так, от не х.. делать, как Анна Каренина, - не верю. Да может он и не бросился вовсе? Может оно само собой произошло, ненароком? Потерял, понимаешь, бдительность, перебегая через железнодорожное полотно в неположенном месте, - и амба! С кем не бывает!
- Может оно и так, да только виновница, эта самая Гюзеля, утверждает, что из-за неё. Себя винит, плачет горючими слезами. Любила, говорит, я его больше всего на свете…
- Любовь? Какая любовь! Это для людей – хихоньки-хаханьки, а для нас – проза жизни! Как там у Есенина: "Подсмотрел я мальчишеским оком лижут в очередь кобели" – ну и так далее.
- А не скажи, - не согласился с ним Игнасио и провыл – точь-в-точь, как Сергей Александрович на одном из поэтических ристалищ: "Да, мне нравилась девушка в белом, но теперь я люблю голубых".
А потом тяжко задышал, вывалив язык.
- Вот всё у нас не как у людей! Куда ни бросишь взгляд – всё не так, и даже когда кажется, что так, через какое-то время выясняется, что это обман зрения.
- А почему у нас должно быть как у людей?
- А потому, - заявил бродячий пёс Игнасио, - потому, что иначе мы никогда не станем людьми. Вот ты, например, хочешь быть человеком?
- Я? Человеком? С какой стати? Зачем? Мне и так не плохо. И потом я никогда не задумывался об этом.
- Вот то-то и оно, что не задумывался! А обезьяны задумались - и эволюционировали. И очень даже быстро: тысячи поколений хватило, чтобы превратиться в питекантропов, неандертальцев и кроманьонцев. И сколько их теперь в нашем доме обитает! Едва ли не в каждой квартире.
- А ты – что же – хочешь быть человеком?
- Не то слово "хочу" – жажду! Спать не могу, есть не могу – мечта меня снедает. Непреодолимое желание – быть гомо сапиенс! Ведь это же совсем иной цивилизационный выбор. Ты посмотри, как много слов у людей для обращения друг к другу. Вот, например, как они обращаются к женщинам: красавица, гражданка, сестра, сестричка, голубушка, сударыня. А вот как дети обращаются к женщинам пожилого возраста – тётя, баушка, бабуля или старики к людям младше себя – дочка, доченька, сынок…
А у нас кроме лая и рыка – ни-че-го. И никакого почтения к существу, которое произвело тебя на свет. Диапазон воя в 4 октавы – и всё! всё!...
В это время во двор вышла мадам Абдыкулиева и вывела на прогулку кривоногую и роковую таксу Гюзелю – ту самую. Отстегнула - и такса некоторое время резвилась на воле и метила эту самую волю пахучими струйками.
Потом хозяйка опять надела на неё ошейник, пристегнула к дверной ручке… -
и вошла в подсобку обувного магазина, где у неё работала подруга.
- Гюзеля! – пролаял Игнасио. – Хочешь стать человеком?
- Хочу! – тявкнула кривоногая такса. – Вот только не знаю – как?
- Как – это второй вопрос. Главное - что хочешь…
Видишь, - обратился Игнасио к барбосу Фёдору, - всякая псина, даже такая незавидная, как Гюзеля, жаждет обратиться в человека. Только ты противишься естественному желанию.
- А я хочу оставаться собакой! – заявил Фёдор. – Кем родился – тем и пригодился. И вообще – пёс (неважно какой породы) – это звучит гордо!
- Упёртый ты, - проурчал Игнасио. – Упёртый и глупый. Не понимаешь всех прелестей человеческого существования.
- Не понимаю и понимать не желаю. Хочу оставаться собакой и через двадцать поколений, и через тысячу. Не тебе меня переделывать – я сам с усам и в твоих поучениях не нуждаюсь А будешь настаивать – разругаюсь с тобой на веки вечные и даже приветствовать перестану.
А вот разъясни мне, Игнасио, как соотносится твоё желание стать человеком с беспощадной критикой людского сообщества? Нет ли здесь противоречия?
- Есть, конечно, - согласился Игнасио, - но одно другого не исключает. И у людей есть подобные мне экземпляры – оппозиционерами называются.
- Люди, которые не хотят быть гомо сапиенс? Вот уж действительно извращенцы! И много таких?
- Навалом. Их так и называют – наваляты.
- Пёс обязан быть верным хозяину, а иначе он диссидент, которого должно стрелять как бешенную собаку! – взбеленившись, прогавкал Фёдор. - Так что не в породе дело, а в воспитании, дрессуре по-нашему. Я, хоть и беспородный, а много чего умею: и след взять, и прохожих облаять, и косточку закопать так, что никто, кроме меня, не найдёт. В общем, образцовая четвероногая тварь.
Ну а сам-то ты какой породы?
- Я? – удивился вопросу Игнасио. - Русская борзая. Самая что ни на есть настоящая, кондовая. У меня и родословная выправлена. Всё чин чинарём – не придерёшься. От Рюрика мы. Не от него самого, разумеется, - от его охотничьей своры.
- Может тебе и паспорт дадут электронный? – съехидничал барбос.
- Может и дадут – почему нет? Паспорт – тот же ошейник, без которого любая тварь не более, чем разновидность дикого зверя. Даже человек. А электронный паспорт или бумажный – не имеет значения.
- А почему тебя зовут Игнасио, если ты, извиняюсь, русский?
- А это ты у моих бывших хозяев спроси. Вообще-то я Игнат. Такое имя дал мне хозяин, да только хозяйка переиначила. – И опять вывалил язык. - Перед сучками неудобно. А куда денешься? Хотя имя моё им нравится. Импортное как-никак, звучное…
Cвидетельство о публикации 594145 © Кочетков В. 09.10.20 11:11

Комментарии к произведению 2 (2)

Вот так, раз, и опередил.)))))) Бродила у меня похожая идейка.))))) А теперь всё, лучше уже не напишешь.)))))) Здорово! Только я знаю почему собаку Вжиком назвали. В 90-е мультик показывали культовый про мышей спасателей, "Чип и Дейл спешат на помощь" назывался. Там у толстого крыса по имени Рокфор была ручная муха по имени Вжик. Дочка смотрела. Сейчас по мотивам того мультика полнометражный фильм сняли.)

Я смотрел мультики про Чипа и Дейла в зрелом возрасте в отличие от дотошных детишек и потому не помню как звали ручную муху. Спасибо за подсказку. Если б не Вы, я бы ещё долго недоумевал вместе с пёсиком Игнасио по этому поводу. Я обязательно сообщу ему Вашу версию.

Отлично!

Спасибо.