• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Борьба с эпидемией вируса или в "СССР эпидемий нет" (Из серии рассказов про Лизу)

Холерное лето 1970

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
Холерное лето 1970

Лето подходило к концу. Заканчивались каникулы. И вдруг Лиза узнала, что поездка домой откладывается. Пришла срочная телеграмма, в которой сообщалось, что мать вызывает на телефонные переговоры. В назначенное время были на месте. Долго просидели на телеграфе в ожидании соединения. Наконец телефонистка сообщила «Пройдите во вторую кабинку, разговор 3 минуты».
Лиза с тетей Раей мгновенно влетели в кабинку, схватили трубку, связь была отвратительной. Большую часть времени из предоставленных трех минут составляли фразы с обоих концов провода: «Алло, Алло, как меня слышно? Что? Я ничего не поняла, повтори».
И тут как обычно связь оборвалась. Телефонистка монотонным голосом сообщила «Ваше время вышло».
- Как это вышло? Девушка. Продлите, пожалуйста. Очень плохая связь. - Возмущалась тетя Рая. - В трубке шипело, хрипело, временами пропадал звук.
- Женщина, что я могу сделать? Такая связь. Это что? От меня зависит? Каждый приходит и мне претензии предъявляет. Никаких нервов не хватит. - Парировала телефонистка.
- А по Вашему это от кого зависит? Кому мне еще жаловаться? Вы же тут работаете. Обращайтесь к начальству или в Министерство связи. Или может у вас аппарат неисправный. Так же невозможно общаться. Ничего не слышно. Это Ваша работа. - Злилась тетя Рая.
- Моя работа - это соединять с абонентом, а не связь чинить. Какие ко мне претензии? Женщина. Идите, не мешайте работать.

Самым слабым местом в СССР была сфера обслуживания. Почему-то официантки, продавцы, телефонистки, уборщицы не отличались большой вежливостью по отношению к клиентам. Могли и крепкое словцо вставить. Создавалось такое ощущение, что их основная функция - разгонять посетителей.
Единственное, что поняли из сумбурного разговора - это отрывочные фразы «Задержитесь… Астрахань …. Холера… Дополнительно …Сообщу когда выезжать … Скучаю… Целую».
Вышли на улицу в полном недоумении.
- Мама твоя сказала, что пока ехать не нужно, сообщит дополнительно. Больше я ничего толком не поняла. - Сказала тетя.
- А что случилось? Мне уже скоро в школу. - Осторожно поинтересовалась Лиза.
- Не знаю, вроде бы холера в Астрахани.
Лиза с недоумением посмотрела на тетю. Где Астрахань, а где Крайний Север. Но решила больше не приставать с вопросами, подозревая, что телефонистка изрядно подпортила тете настроение.
- Бабушка говорила, что в будущем «все люди будут видеть и слышать друг друга», как бы далеко они не находились. Скорее бы наступило такое будущее. Я читала в журнале «Наука и Жизнь», что в Японии уже изобрели такие телефоны с видео связью. Правда, они были стационарными, с проводом. Даже фото с выставки было в журнале. А у военных есть рация в машине. Только она большая и тяжелая. Но ученые работают в этом направлении. Наука движется вперед. Когда бабушка мне такое рассказывала, я совсем маленькая была и думала, что люди будут общаться телепатически. А когда статью в журнале прочитала, то поняла, что это будут телефоны. И все будут носить их в кармане.
- У тебя в голове одни фантазии. Это у твоих родителей телефон дома есть, потому что необходим по службе. А мне хотя бы обычный телефон провели, как у Ленина в Смольном, через коммутатор, и то радость. Пока моя очередь на телефон подойдет, я уже на том свете буду. - Засмеялась тетя Рая.
- Я теперь понимаю, что это уже почти реальность. Вот увидишь, пройдет лет двадцать и у нас всех такое будет. Не надо будет бегать на телеграф и часами там ожидать. Буквально совсем недавно не было телевизоров, холодильников, полотеров, пылесосов….
- У нас до сих пор ничего нет. Продукты в погребе храним. Мама твоя привозит вареную колбасу из Москвы. А в погребе ее долго не сохранишь.
- Так купи холодильник. В чем проблема?
- К нам холодильники не привозят. Завтра пойдем в магазин. Надо тебе сапоги купить в дорогу. Смотри, как вытянулась за лето, уже все вещи малы.

На следующий день пошли в магазин. Лиза печально осмотрела невзрачный ассортимент в полутемном помещении, называемом обувным. Выбрали сапоги.
- Тетя Рая, я в них как бабка старая. На дворника похожа. - Лиза недовольно рассматривала свои ноги в зеркало.
- Как видишь выбор у нас невелик. Мама тебе потом другие купит. - Ответила тетя.

Прошел почти месяц пока пришла телеграмма «Приезжайте тчк Жду тчк Целую ». Учебный год был уже в полном разгаре.
На ж/д вокзале, прямо у вагона поезда в Мурманске, уже встречала мама. При виде Лизы сразу слезы потекли ручьем из ее глаз. И было от чего. Девочка сильно выросла за лето. И в старой одежде имела весьма жалкий вид. Сапоги как у колхозника. Пальто прикрывало руки только на две трети. А снизу широкие шаровары. На морском вокзале, перед посадкой на катер, Лиза переоделась в новые вещи, что привезла с собой мать. Галина Ивановна с удовлетворением посмотрела на дочь и осталась довольна. Японская курточка, чешские высокие сапоги на молнии, финские, обтягивающие ножки рейтузы.
- Ну вот, совсем другое дело. Теперь стала на человека похожа. - Сказала мать.
Уже на катере Галина рассказала что именно произошло.
Со школьных времен детям постоянно рассказывали о том, что до революции были различные эпидемии, но СССР победил все страшные инфекционные болезни и холера, чума, тиф и прочие жуткие болезни навсегда остались в прошлом. Однако, как показывает практика, на самом деле это было не совсем так, а скорее, даже совсем не так. В советское время о периодически возникавших вспышках различных эпидемий говорить было строго запрещено, но правду, подобно шилу в мешке, утаить невозможно. Все то, что когда-то было строго засекречено, постепенно становится явью, всплывая в виде леденящих душу воспоминаний свидетелей тех или иных событий.  Летом 1970 года в Астрахани копали котлован под дом на старом кладбище, где видимо и притаилась страшная инфекция. Во всяком случае, первым заболел именно этот рабочий, согласно слухам, что поползли по городу. А затем его семья. И эпидемия начала стремительно набирать обороты. Но поскольку тогда сообщать о разного рода неприятностях было не принято (в СССР не было не только секса, но и инфекционных заболеваний), жители зараженных областей узнавали об эпидемии «по факту» — либо по «сарафанному радио», либо если, не дай Бог, заболевал кто-то из родных и близких.
Также военные и правоохранители в случае необходимости обеспечивали принудительную госпитализацию или обсервацию тех лиц, которые по каким-то причинам отказывались следовать указаниям медицинских работников.
Как только в Астрахани были зафиксированы первые смертельные случаи, вызванные холерой, город и его окрестности были объявлены карантинной зоной. Теперь въехать сюда могли только те лица, которые участвовали в противоэпидемических мероприятиях и имели специальный пропуск. Выезд из города стал возможен также только по пропускам, которые выдавали после так называемой обсервации - не менее чем 5-дневного пребывания в специально созданных медицинских учреждениях (обсерваторах) под строгим контролем со стороны врачей.
 
Такие обсерваторы, которые в народе окрестили «резервациями», обычно создавались в зданиях школ, техникумов, пансионатов, пионерских лагерей и даже в поставленных на стоянку железнодорожных составах.
В Одессе для создания обсерваторов использовались также морские суда Черноморского пароходства, в том числе комфортабельные круизные теплоходы «Шота Руставели» и «Тарас Шевченко». Туда случайным образом тоже попала инфекция.
 
Обсерваторы не заменяли стационарные медицинские учреждения, а дополняли их - служили для временной изоляции тех, кто не имел явных признаков заболевания, но гипотетически мог являться носителем холерного вибриона вследствие нахождения на зараженной территории. Во время эпидемии 1970 года в масштабах всего СССР через обсервацию прошло около 180 тысяч человек.
 
Непосредственно в Керчи оказалось временно заблокировано около 130 тысяч местных жителей и 30 тысяч приезжих, по разным причинам оказавшихся здесь на момент начала эпидемии. Охрана границ карантинной зоны осуществлялась не только правоохранительными органами, но и армейскими подразделениями.
 
Для обеспечения карантинных мероприятий на территории Крымского полуострова было привлечено более 9,4 тысячи военнослужащих, 26 вертолетов и 22 сторожевых катера. По периметру керченской карантинной зоны сначала было создано 28 сторожевых постов, но затем их количество пришлось увеличить до 96.

Важная роль в проведении операции по борьбе с коварным холерным вибрионом отводилась советской прессе. В целом на раннем этапе была очевидна попытка скрыть сам факт эпидемии, однако со временем информация о существующей угрозе все же стала появляться в официальных СМИ, хотя и с явным опозданием. Так, только к концу августа 1970 года в советских газетах сообщили о выявлении очага холеры в Астраханской области, который описывался как локальный и абсолютно изолированный. Другие регионы юга СССР назывались лишь в контексте возможного проникновения туда холерного вибриона в будущем.
Безусловно, на первом этапе эпидемии преобладали тревожность и даже легкая паника.

Судя по официальным документам 1970-х годов, случаи заболевания холерой встречались и в Крыму на ЮБК.

По-стечению обстоятельств во время отпуска в Астрахани находился морской офицер Северного флота. Как только врачи узнали о случае заболевания холерой, город моментально закрыли.
При выявлении заболевания в доме, всех жильцов и постояльцев моментально эвакуировали. Куда - неизвестно. Дом обносили забором и обкуривали чем-то, накрывали серыми сетками». Поползли слухи. ХОЛЕРА!!! Это лето кому-то напомнило чумное средневековье, люди начали спешно собирать пожитки и пытались покинуть город, у кого была такая возможность. Но не тут-то было. Кто не успел, тот опоздал. Выбраться из карантинной зоны в СССР было нереально. Охрана границ карантинной зоны осуществлялась не только правоохранительными органами, но и армейскими подразделениями. И якобы был дан приказ «стрелять на поражение, если кто-то попытается прорваться из зоны карантина», как сообщало то же «сарафанное радио». Во всяком случае, у военных имелось оружие. Задержанному водителю, который на служебном автотранспорте пытался тайно вывезти из карантинной зоны людей, суд вынес приговор - 6 месяцев исправительных работ. Для бегства из карантинной зоны также пробовали использовать рыбацкие лодки и другие маломерные плавсредства.
Например. Непосредственно в Керчи оказалось временно заблокировано около 130 тысяч местных жителей и 30 тысяч приезжих, по разным причинам оказавшихся здесь на момент начала эпидемии.  
В секретных сводках керченских властей, описывающих ситуацию первых недель после введения карантина, сообщалось следующее: «Среди иногородних есть случаи проявления нервозности, недовольства в связи с вопросами их обсервации и выезда из зоны карантина, в связи с чем у райисполкомов и горкома партии собираются группы иногородних».
 
Также военные и правоохранители в случае необходимости обеспечивали принудительную госпитализацию или обсервацию тех лиц, которые по каким-то причинам отказывались следовать указаниям медицинских работников.
В СССР в туалетах мыла, туалетной бумаги никогда не было, зато хлорки везде было полно. Особенно в период эпидемий хлоркой посыпалось все что можно.
В Волгограде приезжих сразу из аэропорта отвозили в какое-то медучреждение, где брали анализы и предлагали на выбор: либо остаться в городе на недельный карантин, либо немедленно вернуться туда, откуда они прибыли.
Власти — административные и медицинские — опасались, что гости города могут подцепить заразу за время краткого пребывания в Волгограде, а поскольку инкубационный период у холерного вибриона достигает пяти дней, они могли улететь в другие города, не подозревая ничего плохого, и так разнести эпидемию во все уголки Союза ССР. Особое внимание, конечно, обращалось на рейсы, прибывшие из уже зараженных областей.
В Астраханской области, граничащей с Волгоградской, к этому моменту уже умерло 35 человек, как стало известно позднее. Именно из Астрахани холера и была занесена в Волгоград.
В этой ситуации как настоящие герои воспринимались не только медицинские работники, но и дворники, которые ходили чуть ли не в белых халатах и, не жалея хлорки, тщательно драили асфальт.
Астрахань первым объявили «закрытым городом» из-за вспышки холеры. Страшнее эпидемии для военного - не явиться вовремя на службу. Несмотря на самые строгие меры, военному каким-то образом удалось вырваться из зоны эпидемии. И это осталось его большим секретом. Признаки заболевания у офицера отсутствовали, но этот человек мог оказаться носителем вируса. В результате военному благополучно удалось добраться до места службы в городе Полярный. Откуда его моментально в срочном порядке отправили в госпиталь.
Поместили военного в отдельную палату на карантин, в которой установили специальную бочку для фекалий. Сотрудники госпиталя, экипированные в специальные бактериологические защитные костюмы, бахилы, резиновые перчатки и маски, похожие на противогазы, подавали через специальное окошко еду.
Но самое смешное, что офицер оказался совершенно здоровым. Однако просидел весь карантин как в тюрьме, так было положено по инструкции. Кстати, говорят, что изначально слово «карантин» произошло от итальянского «кваранта», что означает число 40.
Cвидетельство о публикации 581946 © Королева А. 14.02.20 07:03