• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Когда очередь дошла до одного мальчишки (имени сейчас уже не помню, пусть будет Слава), он не стал продолжать серию однотипных детсадовских баек, а как-то не по-детски серьёзно спросил...

Голубок на окне

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
 
   
   Как-то во время школьных каникул после шестого или седьмого класса отправили родители нас с братом на Алтай. В организованную поездку через турагентство. Наша туристическая группа состояла из таких же, как мы, школяров с пятого по девятый класс. За три недели мы объездили весь Алтай, побывав на нескольких турбазах.
   Условия проживания на советских турбазах, естественно, спартанские. Ночевали в щитовых домиках посреди леса. Спали на железных койках-односпалках с растянутыми панцирными сетками, в комнатах на несколько человек.
   Конечно, перед сном в такой уютной обстановке не обходилось без страшных историй. По очереди рассказывали, кто что знал. В основном, это были обычные детские страшилки про «жёлтое пятно», «синий ноготь», «гроб на колёсиках» и прочую «жуть».
    Когда очередь дошла до одного мальчишки (имени сейчас уже не помню, пусть будет Слава), он не стал продолжать серию однотипных детсадовских баек, а как-то не по-детски серьёзно спросил:
 
   - А хотите расскажу, что взаправду с моим другом Лёшей Попошкиным произошло?..
 
   (Имя-фамилию этого неизвестного мне Лёши Попошкина я почему-то запомнил. Наверное, потому что немного необычно звучит).
 
   Все согласились с энтузиазмом, ибо сказки, хоть и страшные, уже поднадоели.
   Славик начал рассказывать…
 
   С Лёшей Попошкиным были они одноклассниками. Когда закончился учебный год, отрабатывать летние трудодни им обоим досталось в городском тепличном хозяйстве. По большому счёту, это можно было считать удачей. Чем драить, белить и красить школу, лучше среди цветов, огурчиков да помидорчиков убивать драгоценные каникулы. Так что две недели пацаны на пару к восьми утра мчались в теплицы, поднимать с колен цветочно-овощное хозяйство города.
   Путь их до места трудовой практики лежал мимо заросшего кустарником и травой парка, на территории которого располагалось два или три корпуса заброшенной детской больницы. Персонал больницы с пациентами перекочевал уже много лет назад в новое современное здание, а старые корпуса остались разрушаться среди лопухов и полыни тенистого парка.
   Тропинка, по которой пацаны бегали на отработку, укорачивая путь, пролегала в непосредственной близости от этих мрачноватых больничных корпусов. Место-то ещё было безлюдное, на городской окраине. Но мальчишки же утром, по светлу бегали. Да и возвращались днём после обеда. Притом всегда вдвоём. Так что никакого страха в дороге не испытывали. Проходя мимо осыпающихся строений, конечно, посматривали в их сторону. Даже пару раз пытались подойти ближе и заглянуть в тёмные окна на первых этажах. Но затея оказалась практически невыполнимая. Все подходы к старой больнице поросли густой крапивой в человеческий рост да колючей акацией.
 
   Однажды, оттарабанив уже половину трудового срока, бежали Славик с Лёшкой, как обычно, в теплицы. Погода с утра не задалась. Было пасмурно, и накрапывал противный холодный дождь. Поэтому пацаны, не глазея по сторонам, поспешали. Когда уже проскочили тёмные от дождевой влаги больничные корпуса, Лёшка вдруг остановился.
 
   - Славка, стой!..
 
   - Чо такое, Лёха?
 
   - Что-то не так… Ты ничего странного не заметил?
 
   - Нет… А где?
 
   - Да в больнице что-то… Сам не понял. Но как-то не так, как всегда. Пошли быстренько глянем!
 
   - Может, нафиг? Дождь ведь поливает…
 
   - Да мы всего на минуту вернёмся и вперёд! Давай, погнали!..
 
   И мальчишки метнулись обратно, благо отошли от развалин всего на несколько десятков метров.
   Когда вернулись к двухэтажному корпусу, глядящему на узкую тропку почерневшими от времени фрамугами окон, всё стало ясно. В крайнем угловом окне второго этажа, к мутному стеклу изнутри приклеился белый силуэт порхающего голубя. Фигурка птички размером с четверть тетрадного листа была вырезана из бумаги.
 
   - Славка, что это?..
 
   - Не знаю, Лёха. Но его же здесь раньше не было?
   - Вот и я говорю, не было… А откуда он тогда там взялся? Может, кто специально внутрь залез и приклеил?..
 
   - Да как туда залезешь? Мы же видели – окна все закрыты, а двери сваркой заварены. И крапива кругом. Какой дурак полезет, чтобы просто бумажку налепить?..
 
   - Ладно, побежали, а то опаздываем уже…
 
   Мальчуганы продолжили свой путь, так и не найдя объяснений странной бумажной фигурке, нежданно-негаданно объявившейся на стекле заброшенной больницы.
   Но после работы, возвращаясь обратно и проходя мимо больничного корпуса убедились – утром им не померещилось. Белый голубок всё так же прижимался к пыльному стеклу, призывно расправив крылья. Погода к тому времени немного наладилась, и друзья решили осмотреть здание поближе. Уже более пристально. Продираясь сквозь траву, несколько раз обогнули неприступный корпус, но так и не нашли видимых следов проникновения в него посторонних. Не удовлетворившись таким результатом, упрямые исследователи вознамерились во что бы то ни стало пробраться внутрь. Скосив палками крапиву, смогли всё-таки подойти к самой стене здания. Следом теми же палками разбили стекло в окне первого этажа. Окно располагалось не слишком высоко. Потому Славик подсадил дружка, и Лёшка, стараясь не пораниться торчащими из фрамуги осколками, осторожно пролез в зияющее отверстие. Стоя внутри на широком подоконнике с облупившейся краской, описывал другу открывшуюся взору обстановку:
 
   - Славка, тут пол весь проваленный, я прыгать вниз не буду. А лестница ко второму этажу на полу лежит, наверх не подняться. Да и пола у второго этажа нет – тоже обвалился. И вообще тут точно давно никого не было. Всё в пыли и паутине…
 
   - Ладно, Лёшка, вылезай обратно. А то какая-нибудь больничная бабайка тебя утащит!..
 
   Потоптавшись ещё немного на подоконнике, Лёша Попошкин полез обратно. Но на этот раз неудачно – зацепился за торчащий из рамы осколок стекла, порвал рубашку и порезался.
 
   - Ну, вот, «молодец»!.. Больно?
 
   - Не-е. Царапина… А рубашку мамка зашьёт… Пошли домой.
 
   После того дня Славка простудился. Наверное, из-за дождя и сырой погоды. Остался дома болеть. А Лёшка продолжал ходить по утрам работать в теплицы.
   Когда навещал болевшего друга рассказывал какие-то небылицы. Будто в окне больницы, где приклеен бумажный голубок, видел несколько раз девчонку. Худющую-прехудющую и бледную. Но довольно симпатичную. Мол, она ему даже рукой махала.
   Славка в ответ только весело потешался над впечатлительным товарищем. Какая девчонка? Ведь сам говорил, что там пола нет на втором этаже, обрушился. Что она, в воздухе парила, что ли? Как тот голубок?..
 
   Потом Славка выздоровел и отправился к бабушке в деревню на целый месяц. Когда же загоревший и окрепший вернулся в город, узнал, что его закадычный дружок Лёша Попошкин лежит в больнице. К нему даже не пускали никого. А вскоре пришла и вовсе страшная весть – Лёша умер. Как объяснили потом взрослые – что-то с почками…
 
   Славка здорово переживал тогда. Ведь это был первый в его жизни потерянный близкий человек.
 
   Но жизнь продолжалась. А вместе с ней и обязанности, которые никто не отменял. Пока не закончились каникулы Славику надо было отработать пропущенную из-за болезни неделю в тепличном хозяйстве.
   Вот он и отправился поутру знакомой тропкой, которой бегали ещё полтора месяца назад вместе с Лёшкой…
   Проходя мимо заросшего крапивой и дикой акацией старого больничного корпуса, невольно глянул в его сторону и… замер, как вкопанный.
 
На стекле знакомого углового окна второго этажа красовались фигурки двух белых голубков, словно летящих навстречу друг другу…
   

11.08.2019
 
Cвидетельство о публикации 572861 © Володя Оладушкин 17.08.19 20:53