• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Поэзия
Форма: Рассказ

Битва с аль-Джаландом

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
        по мотивам "Книги 1001 ночи"


130.
Ужасные вести достигли Омана.
Царь долго оплакивал аль-Кураджана.
Затем он, очнувшись, везирю сказал:
“Доставить – и быстро! – ко мне Джамракана!
Сзывайте всех рубящих ловко мечом,
Метающих стрелы, разящих копьём!”
И вот скороходы к наместникам скачут,
И те обещают царю: “Соберём!”

131.
Наместники воинов в сталь обрядили,
На быстрых, горячих коней посадили.
И вот уж войска в двести тысяч числом
К Оману с обозом своим подходили.
И тут же к Оману подходит Сахим
И аль-Джамракан с храбрым войском своим.
У них два-на-двадцать, всего сорок тысяч.
Выходит, что каждый даст бой пятерым!

132.
А царь аль-Джаланд, увидав слуг ислама,
Вскричал: “О, достанется всем вам от срама!
Я медленным пламенем вас опалю
И брошу как падаль средь грязи и хлама!
Светилом клянусь, не оставлю врагам
Хотя б одного, чтоб он славил ислам!
Чтоб некому было и вести доставить!
Мой сын! За тебя я их смерти предам!”

133.
Сахим, хотя солнце клонилось к заходу,
Направил войска на противника сходу.
Но, день омрачая, вдруг пыль поднялась...
То к бедствий концу, к роковому ль исходу?..
И вот уж под пылью сверкают мечи,
Сверкают как молнии в чёрной ночи!
Там витязи были бесстрашны, могучи,
А кони под ними быстры, горячи!

134.
На пыль оба войска смотрели в тревоге.
Молились, гадали, суровы и строги.
Послав скороходов, их ждали назад,
Молясь, кто Творцу, кто творцам о подмоге.
Язычник, вернувшись, был грустен, смущён.
Сбиваясь дыханьем, рассказывал он:
“Царь, прибыло войско визиря Гариба.
С ним тридцать, а может быть больше знамён”.

135.
Другой скороход мчал, играя мечами,
Казалось, обвит он был солнца лучами!
Подъехав, он зычно пропел-прокричал:
“Гариб! Много войск у него за плечами!”
И вот мусульмане погнали коней
Гариба встречать, как встречают царей:
И землю меж рук у него целовали,
И мира желали на множество дней.

136.
Воспряли душой, те, кто были в исламе.
Вернувшись, бойцы занимались шатрами.
Гариб подходил к предводителям войск
И к ним обращался с такими словами:
“Бог смотрит на вас. Ободрите сердца!
В сраженьях надейтесь на помощь Творца!”
И воины дружно ему отвечали:
“Увидишь ты в каждом из нас храбреца!”

137.
Бойцы спали ночь, сняв доспехи из стали.
Вот солнца лучи, засияв, заблистали.
Гариб встал и быстро письмо написал.
Сахим то письмо аль-Джаланду доставил.
И вот аль-Джаланд его держит в руках.
“Кто пишет?” – спросил он, темнея в зрачках.
“Властитель арабов!” – ответил посланец,
И царь стал искать смысл посланья в строках.

138.
Вначале там шло славословье ислама.
Затем восхваленье слуг верных ислама,
Про сладость ислама, а после того:
“О царь, покорись, приняв веру ислама!
Оставь, о Джаланд, весь язычества вздор!
Ведь кто поднял небо и твердь распростёр?
То Бог вездесущий, единый, великий.
Творец Он озёр и долин, рек и гор.

139.
Он силой и мощью своей покоряет,
А кротостью, мудростью Он удивляет.
Его мы не видим, но Он видит всё,
И верным Ему Он дела их прощает!
Леса Он взрастил среди гор и полей,
В лесах расселил Он и птиц, и зверей.
Он создал моря и течь реки заставил,
И – слава Творцу! – Он придумал людей!

140.
Он шлёт свет и мрак, ночь на день навивает.
Велик и могуч, небосвод Он вращает!
Послал Он посланников, книги низвёл.
Он создал весь мир и всё видит и знает.
Поверь мне, Джаланд, что нет веры другой!
И с Богом лишь сладость в душе и покой.
Прими же ислам – и ты станешь мне другом
И впредь будешь править своею страной.

141.
Иначе – тебе от меча нет спасенья,
А в жизни последней – от пытки-сожженья.
Иначе – разрушу твои города!
Даю день и ночь тебе на размышленье”.
Прошли день и ночь. Утром царь аль-Джаланд
Построил всё войско, за рядом стал ряд.
Бойцы все в кольчугах, в железе и стали.
А вот и литавры войны уж звучат.

142.
И – ворон кричал, предвещая разлуку,
А люди смотрели всё в лица друг другу –
Ведь строились в поле, чтоб гибнуть, губить,
Чтоб пить с чаши гибели смертную муку!
Всё к бою готово: мечи уж в руках,
Зубцы жёстких копий – вперёд, на врага.
И вот меж рядами железной горою,
Мечами играя, стал аль-Джамракан.

143.
И – “Есть ли соперник? Есть ли противник?
Но только, чтоб дюжий и – смелый, ретивый!
Вот этой рукою убит Кураджан!
Ну, кто отомстит? Кто из вас не пугливый?”
И тут аль-Джаланд криком голос сорвал:
“Ко мне Джамракана! – он вдруг закричал. –
Поесть его мяса! Попить его крови!
Мой сын! Он убил! О, вонючий шакал!”

144.
Тогда понеслись оба войска друг к другу.
И вот уж копьё пробивало кольчугу,
А йеменский меч грудь и плечи терзал.
Но твёрд был храбрец – трус поддался испугу!
От пыли уж глаз воспалился, болел.
И ухо оглохло, язык онемел.
Упавшие видели ангела смерти,
Он с серого неба на землю слетел.

145.
И не прекращалось лихое сраженье,
Пока не приблизилось дня завершенье.
Вот ночь наступила, и каждый искал
Для тела и духа во тьме утешенье.
Хоть дальше бороться казалось невмочь,
Решает Гариб дать сраженье и в ночь.
Сказал он, собрав предводителей войска:
“Господь наш великий нам должен помочь.

146.
Пусть лишь до полуночи все отдыхают.
Затем пусть проснутся, коней оседлают.
Но делать всё тихо! Ступать всем легко!
И тли, муравьи пусть о нас не узнают!”
Гариб рассказал всем подробно свой план.
Затем он поспал, распоясав свой стан.
Полночи как миг. И вот все уже встали,
И тихо пошли, окружая Оман.

147.
Отряды Сахима и аль-Джамракана
Выходят поближе к воротам Омана.
Гариб выступает к палаткам врагов,
Он их окружает для боя-обмана.
И вдруг тишину оборвал шум и крик.
Гариб громко крикнул: “Госпо-одь велик!”
И крепко мечом по щиту он ударил,
А эхо удвоило шум тот и крик.

148.
Все люди Гариба стучали мечами,
И враз славословие Богу кричали
Да так, что гудели долины, холмы.
От страха язычники вдруг одичали.
Желая себя от врагов уберечь,
Они, обнажив, поднимали свой меч,
Бросались, кидались в сердцах друг на друга,
И – падали, падали головы с плеч!

149.
Пока продолжалась погибель и мука,
Бойцы-мусульмане без шума и стука
К стенам подступили и, стражу убрав,
Прорвались в Оман, обгоняя друг друга.
А главное дело исполнил Сахим
(Он ловок, он выйдет из моря сухим!).
Он стал у ворот, чтоб пленить аль-Джаланда,
И царь взят был в плен нападеньем лихим!

150.
А вот и заря светом дня серебристым.
И, чтоб не опомниться людям нечистым,
Гариб приказал, закричав: “Нападать!”
И воздух наполнился лязгом и свистом.
И шеи, и руки рубил острый меч.
Копьё выходило из тел возле плеч.
И столько людей мусульмане убили,
Что кровь по долине рекой стала течь!

151.
Вкусив кровожадности яда-разврата,
В столицу вошли, захватив много злата
И всё, что там было из женщин, детей.
За кровь мусульман это малая плата!
Достался не дёшево им царский трон!
Среди слуг ислама большой был урон.
В Омане слышны были раненых стоны,
И тихо вершились дела похорон.

152.
Но целых, живых утешают победы.
С дарами ж быстрей забываются беды!
Гариб всех бойцов наградил, не забыл.
Три дня продолжались пиры и обеды.
При этом и вдов одарил он, и жён.
И долю детей не забыл, отдал он.
Нанёс он, богатства врагов не жалея,
Казне аль-Джаланда огромный урон.

153.
И вот он как царь восседает на троне.
Пред ним ставят пленных. И все, кто в полоне,
Предались Творцу, только царь предпочёл
Владыку сияния на небосклоне.
Гариб аль-Джаланду: “Тогда пропадёшь!”
И аль-Джамракану: “Повесишь-распнёшь!
И воины пусть в него стрелы метают,
Пока он не станет от стрел словно ёж!”
Cвидетельство о публикации 572709 © Стефанов И. 13.08.19 18:10