• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр:
Форма:

ДНЕВНИК НАЧИНАЮЩЕГО ПЕДАГОГА . ЛЕТО 23

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
Протюленившись под солнышком еще немного, поплавав, чтобы взбодриться, вышли на бережок. Пора и домой собираться. Мы не торопясь скручивали циновки, напяливали шорты и наблюдали за соседками: ещё до нашего финального заплыва к ним подсели местные джигиты, чему барышни вначале несказанно обрадовались. Но теперь, судя по выражению их красочно оформленных лиц, горячие парни им несколько поднадоели. Ещё бы! Развязные хамы откровенно показывали свои намерения в отношении подружек.
Гришка «поставил уши торчком». Не-не-не, дорогой! Не лезь со своим джентльменским набором, куда не просят! Девы сами напросились, так вот пусть сами и избавляются от навязчивых кавалеров.
И девы старательно отваживали прилипал, вцепившихся в них пираньями, хватавших красавиц за руки, за ноги, непристойно обнимавших. Девушки нацепили коротенькие цветастые сарафаны, затолкали в сумки подстилки и собрались уйти. Но кто же их так просто отпустит? Если волки присмотрели жирненьких овечек, то суждено пропасть бедняжкам в хищных пастях! Вот уже сыны гор встали и настойчиво потянули жертвы к машине, торчащей замшелым валуном на краю пляжа.
Гришка напрягся.
- И не думай даже, Гриш! – я взяла его за руку. – У тебя в анамнезе самба, а не самбо, не забывай! Затанцуешь до полусмерти?
- И самбо тоже. Баловался подростком, тренер на дом приходил. Помню ещё кое-что. А девушек спасать надо! Их же … того… И выбросят. Хорошо, если живых.
- Чип и Дейл в одном замесе! Не лезь, прошу тебя! Не надо!
- Надо, Эля! - и Гришка шагнул к парням.
Что же ты какой упрямый?!
- День добрый, парни!
- Ора, васса, маджь, здарова!
- Отдохнуть решили, как я погляжу?
- Э, залётный! Давай щас! – один из аборигенов махнул рукой и потащил упирающуюся девицу за собой.
- Кто же так девушек приглашает? - не унимался Гришка.
- Слышь, ты, своей соской займись!
- Отстаньте от нас! Пропустите! – девушки пытались обойти джигитов, но те заступали им дорогу.
- Шикарно отдохнём, красули! Двигайте попами!
- Не, парни, так не пойдёт. Видно же, что девушки не расположены к общению. Оставьте их, найдите сговорчивых штучек.
- Ора, васса! Рули мимо! – парни не оставляли девушек.
Гришка пёр «Тополем», стараясь привлечь внимание отдыхающих. На группу оглядывались с интересом, но вступать в перепалку никто не торопился. Конфликт набирал обороты: абреки эмоционально жестикулировали, отсылали Гришку куда только можно послать, уламывали девиц, а те отчаянно отбрыкивались. Всё больше отдыхающих стягивалось к краю «сцены».
Парни, сообразив, что красавиц умыкнуть не получится, да и слишком много глаз стало свидетелями их амурных поползновений, посему не стоит овчинка выделки, и махнули на подружек рукой:
- Катитесь козы!
«Козы» «покатились», чуть ли не земно поклонившись Григорию, парни пошли по пляжу, наверное, в поисках простушек посговорчивее, а мы потопали к машине. «Хвост» заметили только тогда, когда подъехали к своей деревеньке.
- Нас пасут? – удивился Гришка. – От пляжа эта колымага за нами трусит. Только сейчас сообразил.
- Уверен?
- Да. Кому мы понадобились? Надеюсь, не дилеры химиков, – Гришка проехал мимо нашего «дворца» и покатил к Абасу – тот поджидал нас. Я сдури пообещала ему, что бесплатно украшу бокалы молодожёнов и две бутылки шампанского на их стол бантиками-цветочками. Взялась за гуж, значит буду дюжить.
- По-моему, это машина амурных дел мастеров, - разглядела я одного из приставал. – За каким бесом они за нами колесят? Или не за нами? Просто по пути им.
Посигналив, Гришка вкатил внедорожник во двор и оглянулся. Замшелый валун автопрома СССР прошелестел мимо и свернул направо, скрывшись за последним вдоль улицы домом.
Аббас был не один, с Билкис. Она стряпала что-то в летней кухне: пахло жареным мясом, острыми приправами и ещё чем-то офигенно вкусным.
- О! Хавчик! Поедим! – Гришка скакнул к плите, разглядывая содержимое кастрюлек и сковородок.
- Конечно, Гриша-брат! Сейчас моя жемчужина нас угостит. Она такое блюдо готовит – вах! Попробуешь – всю жизнь будешь только его жене заказывать! Эля, Билкис тебя научит это готовить. Прямо сейчас и покажет. Давай, бери нож, что там надо чистить, резать?
Так затейливо и нахально о помощи меня ещё никто не просил.
- Да, солнце, поучись! Судя по офигенскому аромату – хавчик божественный!
Я усмехнулась и подошла к девушке.
- Говори, что делать, помогу.
Пока мы, подобно двум ведьмочкам, колдовали над котлами и горшками, Аббас и Гришка предавались лени: они устроились в гамаках, натянутых между столбиков под навесом, качались в прохладе тени и вели «светскую» беседу. А не разбаловала ли я своего мужчину? Может быть, он уже устроился на моей шее, свесив ножки, и погоняет? А я не замечаю, принимая всё как должное?
- Гришенька! – подошла я к нему с улыбкой кобры и замурлыкала. – Ты так классно и быстро чистишь картошку! У меня так не получается! Помоги мне, пожалуйста, а то я провожусь с нею минут сорок.
Гришка широко улыбнулся и «выпал» из гамака.
- Маленькая Зайка не справится без помощи сильного Лиса! – он поцеловал меня в висок.
- Ага! Только сильный Лис может снять эту картофельную шкуру! – целовнула я его в ответ.
- Пойдём, расправимся с клубнями в два счёта!
- Гриша, брат, ты куда? – Аббас таращил глаза из гамака.
- Нужно помочь принцессам. Что мы как упыри развалились в тени, а девочки у раскалённой плиты горбатятся.
- Они же на то и бабы! – недоумевал Аббас.
- Девочки, Аби! Де-воч-ки! Хрупкие, нежные, обворожительные девочки. А мы, крутые парни, сейчас им поможем. Хватай, Аби, лук, чисть. А я картоху ошкурю.
Аббас посмотрел на Гришку, как на рехнувшегося в пятый раз кретина: столько боли и сочувствия вкупе с сожалением было в его взгляде! Хмыкнув и вздохнув, он продолжил мотаться между столбов, аки мёртвая царевна во гробе хрустальном. Или царевн. Даже глаза закрыл и руки на груди сложил. Но, видимо, совесть или её подобие не дали парню вкусить вина безделия полной чашей. Ещё раз шумно вздохнув, он выкарабкался из подвесной колыбели и потащился к нам:
- Чего делать-то?
Работу мы ему нашли скоренько: мелко шинковать лук. Ибо не фиг!
После ужина я принялась за украшение фужеров: мелкими радужными стразами выложила на прозрачных тонких стенках начальные буквы имён жениха и невесты. Старательно наклеивая завитушки из «брильянтиков», слушала болтовню Билкис, наблюдала за тем, как она сшивает по моей просьбе бантики и цветочки из тонких лент,  и вздыхала. Отпуск стремительно мчал к финалу, как призовой рысак. Впереди лагерь с Васькой, Сеником и Лёшей. А с ними, к гадалке не ходи, множество разнообразных бяк, которые повиснут на моей шее. Может, ну его? Лагерь этот. И школу заодно. Гришка уже всю плешь проел злобной молью: «Увольняйся, увольняйся! Они (дети ) до добра не доведут! Зачем тебе геморрой?» А и правда – зачем?
Гришка и Аббас коротали времечко за нардами. Старинный резной ящичек ручной работы, узорчатые кругляшки, вырезанные из камешков. Аббас достал их из огромного сундука, что притулился в углу большой комнаты, где мы расположились. Вообще жилище Абби являло собою дикую смесь старины и современности. А обилие ковров ручной работы просто поражало. Они лежали на полу, висели на стенах, покрывали сундуки, диваны… По-своему уютно и своеобразно.
Нашу идиллию нарушил сигнал автомобиля. Кто-то настойчиво и дерзко давил на «бибикалку» у ворот дома Аббаса. Вслед за воем клаксона раздались мужские голоса, что-то чересчур эмоционально гергекавшие.
- Что за шум? – Аббас и Гришка выглянули в окно.
За невысоким забором торчал разваливающийся шедевр автомобильной промышленности СССР годов семидесятых прошлого столетия, на котором за нами тащился «хвост». Сейчас этот «хвост» несколько увеличился – до шести человек. Парни весьма грозного вида настроены были весьма решительно: они долбили кулаками (возможно, ногами) по воротам, выкрикивали национальные ругательства и, судя по всему, мечтали добраться до Гришкиной головы. Ну а до чьей же ещё?
- Гриша, в какую историю ты попал, брат? – недоумевающее спросил Абби. – Кому ты помешал и в чём?
Гришка честно рассказал о происшествии на пляже.
- Понял! Пойду перетру с парнями, - Аббас потопал к выходу. Гришка за ним. Мы с Билкис посеменили следом. Вдруг наша помощь понадобится?!
Громкие вопли не стихали. Гортанные голоса хрипло выкрикивали угрозы на русском и абхазском, суля Гришке и мне такое, о  существовании чего мы даже не догадывались. Все круги ада должны показаться нам райскими кущами!
Аббас успевал брехать из-за забора и звонить по телефону. Видимо вызвал подмогу, так как через двадцать минут на улице затарахтели двигатели ещё двух машин, и новые участники конфликта вплели свои голоса в какофонию эмоциональной брани.
- Эля, Билкис, быстро в дом! - скомандовал Гришка.
- Да! Сидите в маленькой спальне, на эту сторону в комнаты не заходите! – Аббас, метнувшийся минуты три назад в дом, выскочил с автоматами в руке. Всё настолько печально и серьёзно?
Билкис шустро поскакала в избу, потянув меня за собою. Я упиралась. Аббас всучил ствол Гришке:
- На всякий. Если что, стреляй в воздух, потом видно будет.
Что значит: «Видно будет?» Ожидается бойня?
А за воротами, куда выскочили наши парни, и впрямь раздались звуки стрельбы. Крики усилились, застрекотали в ответ автоматы короткими очередями, хлопнули пару раз дверцы машин. Мы сидели ни живы ни мертвы. Я недоумевала: что такого сделал Гришка, что по его душу приехали абреки? Ну, вступился за девушек! Из-за этого надо вот так … безоразничать? Было страшно. Очень страшно. Не за себя, за парней. Если Гришку убьют? Или тяжело ранят?
Вот уже перестрелка набрала обороты. Выстрелы одиночные перемежались очередями. Кто-то дико закричал, словно умирающий зверь. Гришка? Нет, не он!
Закончилась потасовка через полтора часа. Сначала стихли выстрелы, затем угасли крики. Слышны были лишь отдельные фразы, всё ещё эмоциональные, но без прежнего накала. Вот заурчали моторы, машины укатили. Парни вернулись в дом. Аббас тащил оба автомата. 
Гришка зажимал рукой что-то чуть повыше локтя. Сквозь пальцы левой руки текли кровавые ручейки, и алая жидкость капала на пол. Ранили!
- Гриша! - я кинулась к нему.
- Всё норм, Эль, так, пустяки. Небольшая рана. Зато разрулили всё путём.
- Покажи!
- Да нет там ничего, Эль! Скользнуло слегка. Перевязать бы только.
Билкис уже притащила откуда-то перевязочные средства. Когда успела?!
- Надо обработать рану, - сказала она. – Садись сюда, клади руку на стол, я всё сделаю. Эля, принеси кипячёной воды.
Я метнулась на кухню, набулькала из чайника в эмалированную миску.
Билкис тем временем рассматривала рану: Гришка морщился от боли. Я подошла к нему со спины, обняла его голову, погладила лоб, взъерошила волосы на макушке. Рана выглядела жутко: на внутренней стороне плеча, на полпути от локтя до подмышки, кровоточила изо всех сил дырка от пули. Дырка с рваными краями, начиненная кровавым фаршем, с какими-то беленькими и синенькими жилками, с постоянно текущей оттуда кровью и еще чем-то непонятным…
- Артерия не задета, иначе бы уже давно истёк кровью.
- А почему же её так много? – не поверила я Билкис.
- Повреждены мелкие сосуды. Пуля осталась в ране, нужно вынимать. Тут неглубоко совсем, хоть и выглядит жутко, - Билкис взглянула на Аббаса.
- Ты сама собралась ковыряться в ране? – ужаснулась я.
- А что такого? Я же медсестра. Делала подобное не раз.
Пули таскала? Не раз? Где же это она так насобачилась?
- А в больницу? – не унималась я.
- Я справлюсь. Аллергия на что-нибудь есть? – спросила она Гришку.
Тот отрицательно покачал головой.
- Эля, не переживай! Билкис очень хорошая медсестра. Хирургическая. И опыт есть у нее, мамой клянусь!
Ну-ну! Угробит моего Лиса! Как пить дать! Сомневаюсь, что она мастерица бинта и зелёнки.
Девушка тем временем разложила на стерильной салфетке прибабахи для операции: пинцет со специальными зубчиками, предварительно прокипячённый, много кипяченой воды, очень много стерильных бинтов, спринцовку (не знаю, зачем она понадобилась). Промыла рану водой и перекисью, обработала вокруг антисептиком и принялась дренировать рану с помощью спринцовки и пинцета, оттягивая им края плоти, а спринцовкой отсасывая натекающую кровь, предварительно вколов Гришке обезболивающее. Я посмотрела на коробку. «Лидокаин». Ага! Ультрасовременное средство!
Затем с помощью какой-то металлической шпильки начала ковырять в ране, нащупывая пулю. Гришка побледнел. Он внимательно следил за манипуляциями и держался с мужеством героического защитника цитадели. Я же так и хотела грянуться о землю, то есть, в обморок. Но всё никак не получалось: то Билкис просила что-то подать или подержать, то нужно было Гришке лоб от испарины вытирать, то нюхать нашатырь.
Наконец пуля нащупалась. Билкис подцепила её зубастым пинцетом и выволокла наружу: помятый бесформенный кусок металла.
- Благодари Аллаха, что рана не глубокая.
- Пуля на излёте была, - вставил Аббас. – И срикошетила от забора, погасив силу. Иначе разворотила бы не так.
Девушка снова промыла рану, обработала антисептиком, наложила стерильную повязку и стянула перчатки, бросив их среди окровавленных кусков ваты и марли:
- Всё. Теперь как организм отреагирует. Надеюсь, заражения не будет.
- А по какому поводу была война? – поинтересовалась я.
- Не понравилось джигитам, что я не дал им девушек уволочь, - он снова скорчил гримасу. – Наверное, мне не мешало бы прилечь.
- Ложись, Гриша, вот в этой спальне ложись. Сейчас Билкис чистое бельё постелит. До дома не дойдёшь, ослабел.
У Гришки и вправду сил не осталось. Он с трудом встал со стула, опираясь здоровой рукой о стол, пошатнулся. Аббас тут же подхватил его и проводил до кровати, где Билкис уже расправила чистую простыню, взбила подушки в свежих наволочках, лёгкое одеяло.
- Устраивайтесь. Эля, если что нужно тебе, спрашивай у Билкис. Она тут хозяйка.
Парочка вышла, а я уложила Гришку и устроилась рядом. Ну вот почему нам так везёт? Постоянно влипаем в приключения. А если бы его убили?
По телу пробежали мурашки. Слава богу, что всё обошлось. Теперь главное, чтобы не началось воспаление. Знатно отдохнули, ничего не скажешь!
Я обняла Лиса и закрыла глаза. Завтра новый день, что-то он нам готовит?
Cвидетельство о публикации 568148 © МИКАЭЛА 14.04.19 18:52

Комментарии к произведению 6 (5)

Отличная глава!

Растёте, Эля.

Спасибо))

Комментарии читать - дух захватывает: "тамогавки", прям, летают, "чередуясь выстрелами", девушки "поднапрягаются". А тут ещё Григорий "меченный" с абреками.

Голливуд отдыхает.

Пусть отдыхает...

Да, нравы народа гор дикие, необузданные. Кинжалы, автоматы - все в ход идёт! С такими разбойниками держи ухо востро!

Добрый вечер, Микаэла!

А вот он и экшн, нарушивший мерное течение мирной сонной жизни наших Героев!

От главы прямо ошеломляющим вестерном потянуло! Да добрячее кино просто про индейцев!.. Только тут не тамогавки и стрелы мелькали, чередуясь выстрелами винчестеров, а куда покруче - автоматные очереди перекликались!..

Это я как раз о том, о чём ранее говорил - про странности выбранного места отдыха – дикие места «серой» бандитской республики с её порой неадекватным населением.

Я так полагаю, если бы не дружественная протекция Аббаса и его сподвижников, то нашим неосторожным курортникам было бы напрочь несдобровать.

Нет, ну Григорий – красавчик, уважаю, вмешался, помог, конечно, безголовым девушкам. Хотя на их месте могли бы оказаться и девчата «с головами». Для дикарей-аборигенов ведь море по колено! Особенно, когда выпьют, или покурят….

Бандитская пуля, конечно, оказалась дура, но не настолько… Ещё удачно парень отстрелялся… Мне так кажется… Ведь могло оказаться и куда плачевнее!

Ну, а уж девушки, конечно, поднапряглись от бесчинствующей натуры. И, смотри-ка, Билкис, оказывается, вовсе не безрукая мадемуазель, как поначалу прикидывалась… Кудесница и искусница в делах медицинских, и не только в куховарских. Хирург прямо позавидовать может! В кои-то веки, и ведь вовремя, пригодились её услуги. Зря всё же мы на неё наговаривали в своё время…

Ну, теперь наш Григорий меченный! И дай бог нашему раненому «бледнолицему» до утра очухаться и не подхватить инфекцию, в зародыше её побороть!

Считаю, прекрасно удалась Вам по динамизму и характеру Глава эта.

Имеются ошибочки в тексте.

С немалым уважением и откровенными пожеланиями приятностей от жизни,

Мореас Ф.

Где валидол, Божееее!!!! У меня так голова в последний раз кружилась, когда ребенок без спроса из школы ушел!!!!

Микаэла, очень нервная глава. Я, наверное, сама чуть в обморок не грохнулась... Вот ведь... не делай добра, не получишь... хотя Гриша и поступил как мужчина, но... по головке не погладили...

Вот и я говорила - не лезь! Но разве девушек в таких случаях слушают?

  • Мари
  • 14.04.2019 в 20:23
  • | кому: МИКАЭЛА

Элечка, ну он же мужчина! Тем более с большой буквы "эм". Тем более рядом Вы были... Ну а как ему поступить?..

Ну а дальше... что получилось... слава Богу жив остался! Хотя я бы повторно убила бы! Схватила б потом тут же его в охапку и нафиг оттуда улепетнула !

Ого!!! Ничего себе разборки!!!

Абхазы - любители пострелять. По поводу и без.