• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: История
Форма: Рассказ

Рецензии на произведение:

Savl
(обсценная лексика, 18+)

Высший пилотаж

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
Стать пидором легко, а быть трудно.
Был у меня один знакомый пидор. Скажете, и у вас тоже? И даже много?
Да, но они же почти все не настоящие, их так лишь назвали: сгоряча ли в лицо, с большим риском получить в ответ не только слова; презрительно-спокойно, если опасаться нечего; или по крысиному подленько за глаза.
А мой знакомый был пидором настоящим, или как говорят в местах не столь отдалённых – рабочим. Причём, никаких усилий для превращения из обычного человека в пидора он не прилагал, всё вышло само собой.

- Отруби мне пальцы, Егор! – снова торопливо и настойчиво заговорил пидор, наклоняясь к моему уху, так как был заметно выше ростом, - я этого не выдержу… я их всех убью! Отравлю, насыплю яда в водку. А потом убью себя.

Сказал и всхлипнул. Потом схватил меня за ватное плечо бушлата и взволнованно протянул мне топор. Когда я взял топор, пидор выдвинул вперёд дрожащую правую руку.

- Левую, - сказал я с усмешкой, - ты ж не левша.
- А, да, - поправился пидор и вытянул левую.

Я взялся за рукав и подвёл пидора к чурбану для колки дров, на который и положил его руку ладонью вверх. Потом сделал полшага назад и поднял топор. Пидор закрыл глаза, дрожь, непрестанно бившая его, стала крупнее. «Как бы не промахнуться», - подумал я, хакнул и резко опустил топор. Инструмент с глухим стуком вонзился на сантиметр выше кончиков дрожащих пальцев.

- Промахнулся!, - облегчённо-возмущённо выдохнул выпучивший глаза пидор.
- Нет! - ответил я, - не буду я тебе пальцы рубить. Сейчас завоешь, набегут кадеты, ты и расколешься, что это я отрубил.

Пидор, почти плача, отрицательно замотал головой.

- Сам руби, и врать не придётся, - закончил я неумолимым тоном, выходя наружу из дровяной палатки, - а мне с тобой на зону ехать не резон.
– Ыыыыы-ыы, - прозвучало мне вдогонку приглушенно-собачье, – я этого больше не выдержууу…

До того, как стать пидором, пидор жил в Казани и работал журналистом-обозревателем в молодёжном околомузыкальном издании, широко известном в узких местных кругах.
В конце восьмидесятых, всё, что было популярным на Западе в течение примерно пятидесяти предыдущих лет, стало, наконец, актуальным и у нас. Статьи на тему хард-рока, панк-рока и прочего хеви-мталла были весьма востребованы. Вот их то и кропал пидор со знанием дела, за что получал неплохие деньги, которых хватало на съём двушки в центре города, на дорогое курево и бухло, на крутые шмотки, и ещё оставалось на разгульных друзей и весёлых безотказных девочек.
Впрочем, тогда он пидором ещё не был. Ему было 24 года, он был татарин, имел высшее музыкальное образование, красиво, звучно и сугубо правильно, как диктор телевидения, говорил по-русски, носил квадратные очки с толстыми стёклами по минус шесть диоптрий и очень плохо знал родной татарский язык. Перечисленные обстоятельства как раз и сыграли решающую роль в роковом и неизбежном становлении нашего героя пидором.

В 1988 году он так и не смог в очередной раз отмазаться от призыва в Советскую Армию и, благодаря своим минус шести, был отправлен в нестроевую часть на Дальний Восток, куда в то время отправляли всех больных, ущербных и судимых. То есть всех тех, кому Родина не могла доверить из оружия ничего, кроме лопаты, но и простить почётный долг своим некондиционным гражданам мужеского пола тоже не хотела. Суровая была Родина. Но справедливая. Ну, почти.
Короче говоря, потенциальный пидор попал, как кур в ощип, в один из многочисленных военно-строительных отрядов Дальневосточного Военного Округа. Там как раз очень требовались люди, в том числе не умеющие делать ничего другого, кроме как работать языком. Нужны они были Родине, чтобы она вручила каждому из них из них круглый берёзовый черенок на пару лет безвозмездного использования в классической связке руки-лопата, широко применяемой везде и всюду ещё со времён древних рабовладельческих Египта и Греции. Призванные ранее военнослужащие срочной службы, тоже срочно желали пристроить куда-нибудь свои черенки.
Таким образом, пришествие пидора на воинскую службу вскоре принесло ощутимую пользу всем. Кроме него самого.

В один из первых своих вечеров в курилке за час до отбоя пидор воодушевлённо разглагольствовал перед солдатами о прелестях своей жизни на гражданке. В руке он неумело держал неформатную болгарскую «Шипку», щурился от дыма, струящегося прямо в его тёмно-карие и без того подслеповатые глаза и, отплёвываясь от табачинок, непрестанно попадающих в широкий красивый рот, говорил:
- Оооо! Сколько у меня было баб… и не сосчитаешь. Высокие, миниатюрные, с большими сиськами, с маленькими, рыжие, русые, брюнетки. Но больше всего я люблю блондинок. Вот была у меня блондинка, Наташка М...ва, чемпионка республики по фигурному катанию, между прочим…
- С большими сиськами или с маленькими? - уточнил остроглазый, как хорёк, невысокий кучеряво-чубастый сержант Буратино из Новороссийска.
- Со средними…
Буратино цыкнул сквозь зубы слюной в пыль. Пидор продолжил:
- Со средними, да… так вот, она минет тааак делала – ммммм… закачаешься. А это я люблю в сексе больше всего.
Пидор мечтательно закатил и прикрыл глаза. Мариец Ипатьев, похожий на белобрысого и не очень ручного медведя, удивился: «чего-чего делала?»
- Ну, в рот брала, - снисходительно улыбнулся пидор, - и сосала, пока я не кончу. Высший пилотаж!
- И ты это… целовался с ней, небось? - как бы невзначай, но предельно заострив на рассказчике и без того острый взгляд, спросил Буратино.
- Конечно! Я с ней около полугода прожил. Жениться хотел, но потом она с хоккеистом…
- Ладно, рядовой. Встать! В роте полы не мыты, а мне скоро наряд сдавать. Пошли – маленькая тряпка, большой пол.

Пидор испуганно посмотрел на меня. Я вчера говорил ему, что если хочешь здесь нормально жить, полы мыть нельзя. И подтвердил сказанное ещё раз - коротким отрицательным покачиванием головы.

- Я… не… бу…
- Чего?! В рыло захотел?! Или рёбра жмут? Пошли, душара! Минет-хренет, бля… хэх!

Пидор обречённо поплёлся за сержантом, снова виновато оглянувшись на меня и пожав плечами. Униженные и оскорблённые интеллигенты почему-то всегда выбирали меня себе в адвокаты.
Но после такого… хм… рассказа… никакой адвокат не поможет. Ещё и плюс полы.
Надо было выбрать в рыло. Ну, и в рёбра – хер с ними. В идеале б ещё и рыло Буратине проверить, и рёбра заодно – на прочность. А теперь всё – звизда журналисту.
«Лучше б ты в хоккей играл, чем фигуристок трахал», - подумал я, - «тем более одно другому не мешает».

Эпизод с неудавшимся отрубанием пальцев произошёл через два месяца, осенью.
За это время пидор изрядно запаршивел и окончательно потерял остатки респектабельности. Ходил он в оборванном бушлате, не по размеру коротком. На голове носил соответствующий положению головной убор - пидорку, заношенную несколькими поколениями отверженных бывшую солдатскую шапку-ушанку непонятной формы и неопределённого цвета. Пидор был не брит, грязен, нервозен и вечно куда-то торопился: кому-то что-то нёс, тащил вёдра с водой, швабры-тряпки-веники, выносил мусор, развешивал отстиранные чужие носки и портянки, либо ныкался в надежде, что хотя бы минут десять его никто не заметит и не даст нового задания. Это днём. И вечером, до отбоя.
А ночью он делал то, что больше всего любил в сексе – минет всем озабоченным бойцам нашей роты, имеющим гомосексуальные наклонности. Иногда приходили и посторонние гости - двуногие кролики в серых шинелях из соседних рот, наш пидор был популярен.

Сам я не проверял за неимением склонности. Но говорят – высший пилотаж.
Cвидетельство о публикации 561466 © Читатель 22.12.18 22:06

Комментарии к произведению 3 (8)

Такого не помню, поскольку не служил.Такое помню, поскольку лежал. В госпиталях. Вообще-то, запалившемуся полагалось бы к политруку и про "наклонности, с которыми запалился", а хули терять! Тогда бы его и комиссовали, и очень быстро. Не через седалище правда, а через голову бы. Вот, кстати, не помню, чтобы на комиссии в военкомате кто-нибудь и призывников на это намекал. А это был бы им белый билет без симуляции онейроида или конвульсий. Верный белый билет. Но как-то до этого не доходило. Где-то совсем за гранью было.

А рассказ ...Нет повести печальнее, чем повесть о татарине и Наташке М-вой. Это я и по личному армейскому, не выходящему за госпитальные пределы, опыту сужу. Призывался я в восемьдесят седьмом. Помню, в госпитале хорошо было - никакой дисциплины, Гуляй-Поле. Но то, что хорошо для госпиталя, то полный для армии. Меня, к слову, должны были в ЛенВО отправить. В самые такие зверские части, что "им даже оружия не дают". Понятно, что я выбрал. Мамонтом быть не захотел. А забили бы как мамонта уже через несколько дней, - говорили мне врачи. - Тебя - да, как мамонта. Впрочем, пидорам ещё хуже, - качали они седыми головами, - Вот этому например, из седьмой.

Хотя, уже не из зримого, а из слышанного опыта - помню рассказы о "чурках", клеймивших русских солдат. Просто клеймивших. Большой был скандал в маленьком гарнизоне. Печальней, конечно, и история была бы. Но тут лучше самому оставаться акыном тире каюром - что видел, то и спел.

Извини, раньше придти не смог. Прибаливаю, полёживаю.

Тогда по этому делу не соскакивали со службы. По наркоте да - уже дембеляли. Но тоже такая хрень... сомнительная - ни права потом не дадут, ни оружие, и в дурку на учёт.

Пока трубачи трубы прочищают. Не в пилотаж, просто о Швейках вспоминали – чтоб не пропадало зря)

Это попросили что-нибудь на вечную тему неуставных отношений и вообще несанаторных условий жизни и я промахнулась градусов на 180. Оказалось, надо было болеть за невечность. Так я-то за нее, но есть сомнения.

***

Будущему – светлому, доброму и разумному

Представляю – я еще могу ее представить – одну широкую страну с лесами, полями и синими окраинами, в общем, самую лучшую страну в мире. Кто хочет, пусть выберет лучше – все равно выберет самую, понятно, что развитую, культурную и человечную, а не темную, немытую и никому не нужную.

Для охраны всего этого от тех, кому не досталось, там же представим самую лучшую армию – чтоб под стать и не в грязь лицом перед другими лучшими и цивилизованными. Пусть не сразу, но в конце-то концов можно представить вежливую армию гуманистов. Мое воображение еще помнит песню о себе «Нам нет преград». Да и не только о себе – мечтать мы всегда умели хорошо и крепко. А тут варвары и без всякого. Нет, ну вдруг взялись откуда ни возьмись. Бывает. Их там – набирай не хочу, но иногда сами приходят, когда не ждешь.

Любой варвар – потенциальный агрессор, говорит история. Если и нет, то о других она промолчала их минуту и занялась живыми.

И вот где-то в районе обеда, не дотерпев до компота, вероломный агрессор неожиданно решает вторгнуться в мирную армейскую столовую – с неизвестными, но явно недружелюбными намерениями. От неожиданности только и берет в плен еще не сложившего салфетку бравого пехотинца и просит:

– Солдат, предай Родину!

– Не предам! – отвечает солдат прямо в злобное агрессорское лицо.

– Тогда выдай какую-нибудь военную тайну, – ищет новый стратегический подход коварный враг за те же деньги.

– Не выдам, злодей, можешь не торговаться, – стоит на своем дважды отказавшийся солдат.

– А мы тебя пытать будем и по-всякому нарушать твое человеческое достоинство, давай лучше добровольно сэкономь время, я тоже еще не обедал, – настаивает агрессор. Настаивает скорей всего не так, но настаивает.

– Не имеешь права! И вообще, цивилизованные люди по-свински не поступают, – сурово говорит в то же лицо стойкий патриот и всех побеждает, потому что ответные слова у агрессора кончились еще на подходе к столовой.

Пока все, дальше воображение ушло пить холодный компот.

это, пожалуй, не о швейках, а о баронах мюнхгаузенах с Окуджавой

адекватная цена хорошо обозначена у Гайдара - бочка варенья и ящик печенья

а неадекватные да - любят рогом упираться, как бараны

да нет, тут вообще о маниловых неожиданных

просто знаю этого гуманиста, в свое время случайно челюсть в армии свернувшего, правда, не себе, а своему рядовому

наверное, тоже не знал кавказских слов для ответа

про сломанную челюсть (то есть нос) тоже начал писать миниатюрку :)

вообще человек удивительно хрупкое создание... нужно точно быть Маниловым, чтобы надеяться дожить до самой смерти в целости и сохранности...

надо дописать бы как-то

Ушлые интервьюеры до сих пор спрашивают Эдуарда Лимонова не свой ли гомосексуальный опыт он описал в сцене с негром в произведении "Это я, Эдичка".

Правильно, что свой "Высший пилотаж" преподнесли анонимно. А то бы замучались отвечать на такой же вопрос любопытствующих.

Есть такое понятие в психиатрии "перенос" случившегося кошмара на вымышленную личность. Говорят, помогает.

У Лимонова такого переноса нет. В этом разница между авторами.

Не думаю, что замучился бы ) Работать, например, на заводе в три смены или в дисбате валуны кувалдой колоть на щебенку гораздо труднее.

Как сказал Л.Н. Толстой, всё, что мы пишем, мы пишем о себе. Однако, прочтя хотя бы нижеследующее знаменитое место из знаменитого творения знаменитого (опять же, ну куда без этого) графа, мы ведь не заподозрим его в... эээ... ну, в том что он тайная женщина?)) или?... :)... так вот ты какой, оказывается! граф... гусь... больной на всю голову, а ещё бороду отрастил.

Но читаем:

" Соня! Ну как можно спать! Да ты посмотри, что за прелесть! Ах, какая прелесть! Да проснись же, Соня, — сказала она почти со слезами в голосе. — Ведь этакой прелестной ночи никогда, никогда не бывало. — Нет, ты посмотри, что за луна!... Ах, какая прелесть! Ты поди сюда. Душенька, голубушка, поди сюда. Ну, видишь? Так бы вот села на корточки, вот так, подхватила бы себя под коленки, — туже, как можно туже — натужиться надо. Вот так!.. . — Ах, ты только всё портишь мне. Ну, иди, иди. Опять всё замолкло, но князь Андрей знал, что она всё еще сидит тут..."

В отличие от ушлых журналистов и досужих кумушек, так и норовящих всем и каждому свечку подержать, меня в первую очередь волновал бы другой вопрос - а есть ли в тексте (не Льва Николаевича, конечно) хоть толика художественной правды? Как вот вам, например, кажется - есть или нет?

Что касается правды документальной... то, думаю, даже Лимонов её всю никому не расскажет. Некоторые боятся даже себе её сказать. А ушлых то уж точно обманут ))

И, наконец, по поводу анонимности. Понимаете ли, в чём дело - тому нечего скрывать, у кого нет имени в литературном мире. Ну, подпишись я своим полным ФИО, что от этого изменится? Рассказ от этого лучше станет? Сомневаюсь...

Спасибо, что комментируете, а не молчите.

Сравнение с Лимоновым вроде бы должно льстить анонимному автору )... но... подожду вашего ответа на свой вопрос.

Я заметил, что Лимонова этот вопрос уже цеплять стал, видел недавно его раздражённую реакцию на этот "подковыристый" вопрос блогера Дудя. Видимо, нервы сдавать стали, да и возраст уже даёт знать...

А в вашем повествовании обратил внимание на излишнюю, на мой взгляд, деталировку в описании главного персонажа, которая в общем-то, никоим образом его не характеризует - указание национальности и города, откуда он.

Поскольку я занимался какое-то время психоаналитикой (для подспорья в профессиональной деятельности - работа с людьми), то усмотрел в этом какой-то негатив по отношению к татарам. Возможно, в в/ч, в которой служил автор, преобладало землячество татар, а потому он себя чувствовал не очень уютно и эта история - чистый вымысел, фантазия в отместку.

Обратил внимание, что удалены два коммента к вашему рассказу, потому и подумалось, что кто-то уже задавал вопросы - не о себе ли это с переносом на другое лицо.

В ВСО СА имели место земляческие сообщества - азербайджанские, армянские, грузинские, молдаванские, которые мне приходилось наблюдать. А вот русские были преимущественно разобщены, некоторых очень сильно третировали. Кого-то комиссовали по этой причине. Одного убили свалив на него сухой ствол при заготовке дров в лесу (списали на несчастный случай).

Ну а что касается художественной правды, то её толика есть во всём)

И правды. И художественности)

За исключением мемуаров, пожалуй)

P.S. Что касается анонимности, то она гарантирует, что не найдётся реальный (или мнимый) свидетель, который начнёт доказывать, что автор извратил правду жизни. Настойчиво и публично;)

Спасибо за ответ!

По поводу национальности и города вы правы. Если расширить рассказ и добавить ещё информации, то и эта пригодилась бы. В данном же варианте выглядит действительно лишней, так как не имеет никакого продолжения, в частности, по теме об армейских землячествах, вами упомянутых. Рассказ задумывался, как часть цикла, который возможно когда-то будет дописан. Пока так - наброски. Негатива к татарам нет и не было. В/Ч была, правда, достаточно сложной, в том числе для выживания, но основные проблемы исходили вовсе не от татар. Да и мало их было.

Комментарии я не удаляю - сам бы хотел знать, что там было, мне любая информация полезна, как автору - помогает понять реакцию читателей. Но эти, удалённые, я даже не успел прочитать.

Комментатор! Отзовись и продублируй! Нам интересно, что ты хотел сказать.

И тоже P.S.

Знаменитого Дудя ни разу не видел. Как-то не очень интересуют люди знающие всё обо всём.

Советуете посмотреть? Это и правда интересно?

Слышал в новостях недавно, что ему иск выкатили на сто миллионов... но это всё, что я знаю о Дуде :)

Мне интересен был Лимонов, а не Дудь (его видел впервые). В целом интервью не вызывает интереса. И в том вина интервьюера.

Который пытался искрить на фоне яркой исторической личности, оставаясь никем)