• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Проза
Форма: Рассказ
Голосую

Чёрный-пречёрный квадрат

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
Областной центр. Старенький кинотеатр, переоборудованный в музей современного искусства. На киноэкране чёрный квадрат.
Люди приходят, садятся…
десять минут сидят…
двадцать минут…
полчаса… -
наконец, встают, выходят.
Зрительный зал заполняет следующая группа экскурсантов. Через некоторое время слышатся шёпоты: "Сто лет прошло с момента написания, а смотри, как новенькая", "Полный писец!"…
отдельные возгласы: "Шедеврально", "Гениально", "Божественно"…
и даже куцые аплодисменты…
А в это время в фойе - тех, кто вышел ранее, собирает вокруг себя женщина-экскурсовод, строгая, сухощавая дама. На плечах этой особы незримо покоится кондовая правда жизни в той изумительной архаике, которая никак не вяжется с тягомотиной, гордо именуемой современным искусством.
И пока экскурсанты окружают эту гранд-даму, некоторые из любопытствующих субъектов задают ей неловкие вопросы.
- Скажите, а фирма Канди – холодильники и ваще – названа в честь Кандинского? – спрашивает женщина в мохеровой шапочке и такого же цвета мохеровой кофте.
- А почему Кандинского? – удивляется экскурсовод.
- Как это почему? А разве не его картиной мы любовались в соседней зале?
Экскурсовод смотрит на неё, как на предпоследнюю, мохеровую дуру.
- В "соседней зале" вы любовались картиной, написанной Казимиром Малевичем, - произносит она ледяным тоном.
- Ну, надо же! – говорит новоявленная ангора. – Вот уж никогда бы не подумала! Малевич! – ёклмнэ!
- А какой из "Чёрных квадратов" представлен на экране в нашем музее? – спрашивает девушка с маленьким, не больше кошелька, рюкзачком за спиной. – Их, насколько мне известно, написано несколько штук?
- Четыре, как вы выражаетесь, штуки. А самой первой версией является та, что ныне экспонируется в Третьяковской галерее. Ну, и на нашем экране тоже. Впрочем, в Третьяковской галерее хранится ещё один "Чёрный квадрат" - полный аналог первого.
- А другие где находятся?
- Ещё один в Русском музее Санкт-Петербурга. У него, кстати, самые большие размеры. Ну, а четвёртый "квадрат", обнаруженный в Самаре в 1932 году, обосновался в Эрмитаже.
- А есть вроде бы – я слышала – ещё и "Красный квадрат". Правда ли это?
- "Красный квадрат" – тоже картина Малевича и называется она - ни за что не догадаетесь! – "Женщина в двух измерениях". - И поясняет – с улыбкой на устах: - Вид сверху и фас. Хранится в Русском музее. Эта картина менее известна, хотя первоначально экспонировалась на той же выставке, что и "Чёрный квадрат".
Обводит присутствующих внимательным взором…
- Ну, что – все собрались? – спрашивает она, обращаясь к многоречивой публики, и публика затихает, настраиваясь на прослушивание душещипательной проповеди о всесокрушающей мощи современного искусства.
- "Чёрный супрематический квадрат" - самая знаменитая картина в мире, - начинает свою лекцию экскурсовод. - И что по сравнению с нею "Троица" Рублёва и "Сирень" Врубеля?
- Да что там Врубель! – говорит один из ехидных слушателей. В каждом людском сообществе непременно присутствует едкий человечек, желчный и коварный. - Я книгу Вазари недавно перелистал - у меня пятитомник с великолепными иллюстрациями… Так вот, перелистал и понял, что все эти микельанджелы, леонарды и рафаэли в подмётки не годятся гениальному Малевичу.
- Ну, леонарды и рафаэли - это слишком! – с возмущением восклицает экскурсовод.
- А Врубель и Рублёв - не слишком? – вежливо интересуется желчный человечек. Метр с кепкой, а поди ж ты!
Экскурсовод смотрит на него сверху вниз (и в прямом, и переносном смысле), высокомерно оставляя дерзкий выпад без ответа - моська! что с неё возьмёшь?! Только и может, что тявкать.
- "Черный квадрат", - продолжает она лекцию, - это вообще-то и не квадрат, и не прямоугольник, и даже не трапеция, ибо ни одна из сторон не параллельна противоположной стороне.
- Действительно кособокая, - говорит мохеровая дама, склонив голову сначала в одну, потом в другую сторону. Так воспитанная псина смотрят на свое отражение в зеркале. - Я сразу обратила на это внимание.
- И не чёрный он вовсе, этот знаменитый квадрат, - продолжает экскурсовод. – Тёмный цвет картины - результат смешения различных красок – чёрная у Малевича в тот момент, видимо, отсутствовала. Многие искусствоведы утверждают, что "Квадрат Малевича" - это неудавшаяся картина. Якобы недовольный результатом собственного творчества, художник взял и сгоряча замазал полотно. В этот момент в мастерскую вошёл один из разнорабочих и, увидев результат, закричал "Маэстро – вы гений!" И вот после этих слов Малевичу открылся истинный смысл "Чёрного квадрата".
- А что там было нарисовано до этого? – спрашивает мохеровая особа.
- Этого не знает никто. Несколько раз предпринимались попытки исследовать полотно на предмет нахождения изначального варианта, но культурное сообщество пресекло эти поползновения, заявив, что картине может быть нанесён непоправимый ущерб.
Надо заметить, что до появления "Чёрного квадрата" в России - и не только в ней – царило засилье кубистского направления в живописи - и, вдруг, образовалось новое художественное течение, так называемый супрематизм – беспредметное творчество, акт "чистого искусства".
Очень быстро супрематизм стал одним из центральных явлений русского авангарда. Его влияние испытали многие талантливые художники не только в нашей стране, но и во всём мире – мире искусства, разумеется. Поговаривают, что Пикассо охладел к кубизму после того, как увидел "квадрат Малевича". Это было такое потрясение, что он вознамерился покончить с собой, но его отговорили. "Ну что ты квадрат не нарисуешь?" – вполне резонно заметили ему.
- Кто заметил - Галя? – подаёт голос девушка с рюкзачком.
- ГалА – ударение на вторую букву "а" – не имеет к Пикассо никакого отношения. Гала - женщина Сальваторе Дали, - говорит экскурсовод. – Вы, наверное, имеете в виду Ольгу Хохлову, жену Пикассо? "Коклова" называл её художник. Да, именно она переориентировала мужа на иной художественный лад.
Надо заметить, что художники экспериментировали с чёрным цветом задолго до Малевича. Искусствоведам известна, например, картина Пола Билхолда, которая называется "Ночная драка негров в подвале", где чёрный цвет доминирует.
- Про негров и черноту есть несколько анекдотов, - говорит ехидный человечек. И спрашивает. – Хотите, расскажу?
- Не надо, - отвечает экскурсовод. – Обойдёмся без чёрного юмора. – И продолжает просветительскую беседу так, будто её никто не прерывал: - Экстравагантная выходка Малевича вписала его имя в анналы мирового искусства.
- Экстравагантная? – спрашивает девушка с рюкзачком
- Экстравагантная, - повторяет, словно подчёркивает экскурсовод. - Сам факт написания "квадрата" - это декларация конца традиционного искусства, на развалинах которого утверждалось невиданное ранее творчество – революционная ипостась его не вызывала сомнений. И потому не удивительно, что и сам Малевич в скором времени начал верой и правдой служить советской власти, занимая высокие государственные посты вплоть до должности одного из народных комиссаров, которыми так пугали цивилизованное сообщество.
- Да уж, славный большевичок из него вылупился! - молвит едкий человечек.
- А ещё его картина - это дерзкий вызов православию. На выставке, где он впервые был выставлен, "Чёрный квадрат" разместили в "красном углу" – да, да, да – том самом месте, где согласно православным канонам помещают намоленные иконы. Не мудрено, что многие посетители выставки восприняли картину, как антихристианский жест. Александр Бенуа, в частности, назвал квадрат иконой, "которую господа футуристы ставят взамен мадонны". Этот вывод не потерял актуальности до настоящего времени. Более того, каждому здравомыслящему человеку стала очевидна сия истина.
Один из посетителей сказал мне однажды – извините за сленг: "Задним местом чую, что это не то что вижу, а очень даже наоборот".
- Ой, дурят нас, ой и дурят! – вскрикивает в этот момент мохеровая женщина.
- И в вашем мнении есть доля правды, - соглашается с ней экскурсовод. - Смысл этой правды заключается в том, что Малевич очень быстро раскусил суть будущего современного искусства: неважно, что ты сотворил, главное состоит в том, как подать и продать результаты своего инакомыслия. Сегодня эта теза доминирует в мировом художественном восприятии, являясь лейтмотивом любого творчества. Поборников реального искусства всячески осмеивают и ниспровергают, а всех, кто не любит современное искусство, объявляют непоправимыми глупцами и олухами. "Людям со слаборазвитым воображением, - говорят они, - нечего делать на наших выставках".
Всю эту тираду экскурсовод произносит тихим, почти что задушевным шёпотом…
А потом продолжает лекцию обычным хорошо поставленным голосом:
- Тем не менее, мы живём в реальном мире, где современное искусство доминирует, выдумываются новые, неведомые ранее средства самовыражения, и нам ничего иного не остаётся, как смириться с этой тенденцией.
- Проще говоря, капитулировать, - подводит итог ехидный мужчина.
- Видимо так, - соглашается экскурсовод и обращается к экскурсантам: - Вот вы, например, что увидели, глядя на "Чёрный квадрат"?
- Начальника, - говорит один. – Ох, и тёмная личность!
- Любовницу дьявола, - утверждает второй.
- Жену! - восклицает третий.
- Это всё слишком приземлённо – жена… любовница… начальник… - говорит экскурсовод. – А что чувствуете вы, глядя на этот шедевр? – обращается она к девушке с рюкзачком.
- Полный восторг, – заявляет девица. – Ликование. Усладу. Эйфорию. Кайф. И ещё: упоение, праздничное настроение и непомерное удовлетворение.
- Надо же, - раздумчиво произносит экскурсовод, - и всё это, глядя на "чёрный квадрат"?
- А вас это удивляет? – спрашивает девушка, кокетство которой заменяет липкую пудру.
- Ну что вы – радует, - отвечает та и тут же обращается к хреновато-задумчивому субъекту с явно выраженными местечковыми конгломерациями: - А вы что чувствуете?
- Беспокойство. Волнение и смятение, - отвечает субъект. – А ещё нездоровое возбуждение, вернее обеспокоенность. Страх. Тоску. Невнятную тревогу. Предчувствие опасности, а порой и просто панику.
- А сами-то вы, - спрашивает у экскурсовода кокетливая девушка, - что чувствуете?
- Я? Ничего, - отвечает та и в голосе её слышится печаль. – Уже ничего. Раньше что-то чувствовала – непонятно, правда, что именно, а теперь - полное опустошение. - Ну, а вы? – спрашивает она, обращаясь к ехидному мужчине. – Что чувствуете вы?
- Да то же, что и вы – ни-че-го, - говорит мужичок с ноготок. - Кусочек неба в квадрате форточки пробуждает во мне большие чувства, чем созерцание этого так называемого шедевра.
Cвидетельство о публикации 561095 © Кочетков В. 16.12.18 09:07

Комментарии к произведению 1 (3)

Г.Х.Андерсен. "Новое платье короля".

Отчасти.

Очень симпатичный и остроумный текст. Я, разумеется, о Вашем рассказе. Спасибо.

И Вам спасибо - за добрые слова.