• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Перевод
Форма: Рассказ

Чудо из чудес / Ihme ja kumma

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
 
Ваппу тут же забывала о любом поручении, которое давала ей мать. Ясное дело, виной этому была обыкновенная беззаботность. И поскольку ни строгость, ни подзатыльники не помогали, все кругом советовали матери сурово наказывать девочку. В одних детях дурь сидит глубже и дольше, чем в других, и ее нужно безжалостно выколачивать. Безжалостно! Потому как «пожалеешь розгу – испортишь ребенка».
После каждого поручения мать порола Ваппу. Обе знали это наперед, так что все шло как по накатанной.
Как-то мать послала Ваппу к соседке через дорогу – одолжить воробы. Та пошла, замешкалась на минуту, а потом вернулась и встала перед матерью, глядя на нее большими синими глазами.
- Разумеется, забыла! – сказала мать.
- Теперь вспомнила? – спросила она после порки.
- Вспомнила. Взять дощечки для ниток у Куролы. Мама послала меня узнать, не будет ли тетя Курола так добра и не одолжит ли воробы.
- Похоже, что порка прочищает тебе память.
Но материнское сердце сжималось от боли. Боже, а что если бедный ребенок вовсе не безразличен ко всему, а просто имеет какой-то маленький изъян? Кто разберет, в чем тут дело?
Чтобы как-то облегчить эту боль, мать старалась сама переделать как можно больше дел. Но она же не могла успевать везде и всегда! И потом, стоило ли приучать ребенка к лени и беззаботности?
- Ваппу, сходи в магазин, купи патоки на десять пенни.
Комната заплясала у Ваппу перед глазами.
Мать сунула деньги ей в руку и сама сомкнула ее ладошку в кулак. На палец другой руки, словно на крючок, повесила чашку.
- Только деньги не оброни и чашку не разбей.
Ваппу уже вся сжалась и переминалась с ноги на ногу, будто пол обжигал ей пятки.
- Не спеши! – сказала мать. – И помни о том, что нужно сделать. Иначе на обратном пути сама зайдешь за розгами.
Мать открыла окно и еще раз крикнула ей вслед:
- Патоки на десять пенни!
Услышав ее голос, Ваппу остановилась, будто ее дернули за веревку. Больше мать ничего не сказала, и девочка побежала дальше, повторяя: «Патоки на десять пенни, патоки на десять пенни». Руки ее затекли – в одной она крепко сжимала деньги, а другой бережно держала чашку перед собой. Все ее тело странно скрючилось. Сама того не сознавая, смотрела она на свои ноги, которые поднимала так, будто боялась споткнуться о камни. На нее тяжким грузом давили все эти запреты и наказы – не уронить деньги, не разбить чашку, не забыть о поручении.
Вдруг она приостановилась и дальше зашагала очень осторожно: перед ней были две ножки, такие же маленькие, как у нее самой, но ей почудилась преграда более высокая и опасная. Она не понимала, что это ноги, и не узнала Фанни Никола, сидевшую у дороги. Та окликнула ее, и Ваппу словно очнулась.
Фанни принялась показывать Ваппу куклу, которую держала на руках. Это была невиданная кукла, которая умела пищать и закрывать глаза. Она выглядела совершенно как маленький человечек!
- Если придешь в гости, я разрешу тебе подержать ее.
Ваппу переступала с ноги на ногу, повторяя: «Патоки на десять пенни».
- Можешь подержать ее прямо сейчас, - сказала Фанни.
И сунула куклу Ваппу. Наверное, подумала, что та не станет восхищаться, если не позволить ей подержать игрушку. К тому же Фанни было интересно, как кукла смотрится на руках у кого-то еще.
Она расправила руки Ваппу, чтобы уложить куклу, а затем глядела со стороны, радуясь тому, что эта кукла у Ваппу на руках – ее собственная.
Ваппу казалось, что все это сон. С широкой улыбкой и блестящими глазами смотрела она на спящую куклу, хотя под ногами у нее все горело. Склонив голову набок, нежным, убаюкивающим голосом, будто пела колыбельную, она повторяла:
- Патоки на десять пенни, патоки на десять пенни, патоки на десять пенни…
Фанни забрала куклу и позвала Ваппу в гости, когда та освободится. Девочка побежала дальше. Она вся сжалась еще сильнее и еще громче твердила о своем поручении.
Из одних ворот вслед за ней выбежали девочки. Они окружили ее и стали наперебой рассказывать о своей предстоящей прогулке на луг Исолы, что в трех километрах от города. Они отправляются на повозке, пробудут там до вечера и на повозке же вернутся обратно. И еда у них с собой есть. И вообще там очень здорово!
- Ваппу, давай с нами!
Но Ваппу мотала головой:
- Патоки на десять пенни…
- Да помолчи ты со своей патокой! Мы напомним!
И девочки стали зазывать Ваппу: если она пойдет очень быстро, то успеет и с ними на лугу побывать, и о поручении не забыть.
- Ты не забудешь, что на десять пенни нужно что-то купить, - сказала одна. - А про патоку…
- А про патоку вспомнишь, - продолжила другая, - если подумаешь о самом вкусном на свете лакомстве. Или представишь карамель!
Но Ваппу побежала дальше, и девочки прокричали ей вслед:
- Патоки на десять пенни! Беги быстрее!
Ваппу неслась так, что только пятки сверкали, но вдруг приостановилась. Она ужаснулась, вспомнив, что мать велела ей не торопиться. Ее испугало, что в спешке она может споткнуться, разбить чашку, выронить деньги и забыть о поручении. Какой кошмар!
Ей подумалось, что еще чуть-чуть, и она позабудет обо всех предостережениях матери. Она вновь вся съежилась, и, переводя дух, все твердила: «Патоки на десять пенни…»
Оказавшись на краю парка, который ей предстояло миновать, Ваппу еще усерднее повторяла эти слова. Вообще-то она собиралась пойти другой дорогой, но позабыла об этом от волнения и вспомнила уже в парке. Опустив голову, она прошла мимо пышных берез, на одной из которых была огромная ведьмина метла. Разглядывая ее, Ваппу зачастую забывала о том, зачем и куда идет. И сейчас она лишь разок взглянула туда – на месте ли это гнездо, жить в котором, как ей казалось, было бы так уютно… Зажмурившись, она миновала мост через ручей. Частенько ей приходилось поворачивать назад, если она останавливалась здесь хоть на минутку посмотреть на маленькие пенящиеся пороги. Здесь было так красиво, и так здорово было бы остаться здесь играть. Теперь же она лишь прислушалась к шуму воды. И поспешила к выходу из парка, мимо ровной лужайки, похожей на кусочек зеленого бархата среди деревьев, при взгляде на который воображение рисовало красивый лес, где жила Дюймовочка, верхом на бабочках перелетавшая с цветка на цветок. Но Ваппу лишь одним глазком взглянула в ту сторону.
Вскоре уже показалась блестевшая на солнце вывеска кооперативного магазина.
- Патоки на десять пенни…
Ваппу повторяла это все тише. Она еще переживала, но все же ей стало легче –
она даже осмелилась украдкой оглядеться по сторонам.
Вдруг она заметила симпатичное перышко, парившее у нее прямо перед глазами. Как красиво оно поблескивало и трепетало в воздухе! А потом тихонько поднялось вдоль стены под крышу, соскользнуло оттуда на середину улицы, до самой земли и снова взлетело вверх.
Любуясь перышком, она по-прежнему была напряжена и твердила о патоке. Но мечты уже овладели ею и унесли куда-то далеко.
Перышко взмыло, поднимаясь все выше над городом и удаляясь прочь. Вскоре его уже едва можно было различить в высоте, а потом оно и вовсе исчезло.
Куда же оно устремилось?
Ваппу расслабила руки, выпрямилась и пошла дальше, глядя на небо – туда, куда улетело перышко.
Далеко ли понес его ветер? Наверное, в другие страны…
Вот бы она стала очень маленькой, меньше Фанниной куклы! Тогда бы она уселась на большое перо и улетела далеко-далеко… На какой-нибудь остров посреди океана, где живут маленькие человечки. И там был бы хрустальный замок, сверкающий и многоцветный. И прекрасный сад… Все звери были бы там ручными… Оттуда она возвращалась бы, когда захочет, спускаясь на перышке прямо к себе во двор…
Она вздрогнула, будто вспомнила о чем-то, и словно что-то отыскивая стала озираться, вновь съежившись от страха.
Ей показалось, что она заблудилась и не знает, куда идти. Она прислушалась к своим губам, но те молчали. Мысли куда-то испарились, кружилась голова. В смертельном страхе бросилась она бежать и неслась без памяти, пока не оказалась в родном дворе. Она зашла в сарай, выдернула из метлы пучок прутьев и поспешила в дом. Честно глядя на мать большими синими глазами, она протянула ей прутья и произнесла:
- Патоки на десять пенни…
Мать долго смотрела на Ваппу. А затем глаза ее стали влажными.
Ведь Ваппу – послушная девочка. Всегда с охотой готовая выполнить любое поручение, даже в разгар игры… Нет, чаша переполнена! Никогда в жизни она больше не будет пороть свою дочь.
Мать взяла у нее прутья.
Ваппу похолодела, все тело ее напряглось. Она была готова покориться материнской воле. Щеки ее пылали, в ушах звенело. Она была так подавлена, что уже ни о чем не могла думать.
Мать переломила прутья и швырнула их в печку.
Ваппу застыла в изумлении. Она еще не успела понять, что произошло, однако почувствовала, что мать никогда больше не станет ее пороть. Ей одновременно хотелось плакать и смеяться, и она бросилась матери на шею.
- Мама, я теперь никогда ничего не буду забывать!
- Доченька, это совершенно неважно…
Случилось чудо из чудес! Ваппу больше ни о чем не забывала.
Cвидетельство о публикации 558543 © Алексей Михайлов 03.11.18 22:19