• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Поэзия
Форма: Сборник
Перед вами – новый альманах «БОМОНД», Его авторы Константин КЕДРОВ Елена КАЦЮБА Николай ЕРЁМИН Евгений СТЕПАНОВ Эдуард РУСАКОВ Алина КОТОЛЕВСКАЯ Евгений ПОПОВ Александр КАРПЕНКО Маргарита АЛЬ продолжают традицию русского авангарда Футуристов-Будетлян, заявивших о себе в сборнике «Пощёчина общественному вкусу». Традицию, которая через сто лет была возрождена в альманахе «Пощёчина общественной безвкусице» под грифом Доосов и Миражистов.

БОМОНД

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
БОМОНД


БОМОНД
beau-monde
Альманах Доосов
и
Миражистов
Константин КЕДРОВ
Елена КАЦЮБА
Николай ЕРЁМИН
Евгений СТЕПАНОВ
Эдуард РУСАКОВ
Алина КОТОЛЕВСКАЯ
Евгений ПОПОВ
Александр КАРПЕНКО
Маргарита АЛЬ



КрасноярсК
«Литера-принт»
2018
ББК 84.Р6
«Бомонд beau-monde » - альманах ДООСОВ и МИРАЖИСТОВ, Красноярск: «Литера-принт», 2018. - стр145
Автор идеи, составитель и издатель Николай ЕРЁМИН
Тираж 100 экз.



«Бомонд beau-monde » -
альманах ДООСОВ и МИРАЖИСТОВ
В оформлении использованы рисунки Кристины Зейтунян-Белоус, фрагменты фотографий из фотоальбома Елены Кацюбы и портала «Мой мир»
Сверстала книгу Марина Богданова
1SВN 978576-025-5 © Коллектив авторов 2018г
Константин КЕДРОВ





Е и Ё
Кедров-Челищев: литературный дневник
геометрия сердца
Геометрия сердца
Состоит из кривых Лобачевского
Сколько кривых Лобачевского
Вычертил в небе Нестеров
Сколько воздушных сердец
Пульсируют над головами
Циркуль Лобачевского
Кружит как Плесецкая на одной ножке
Вокруг Полярной звезда
Кружат все планеты фуетэ Лобачевского
вокруг Солнца
10 марта 2018

***
Шива и Маша
Шива окутал Машу
облаком рук
Маша окутала Шиву
облаком ног
Шива и Маша
Маша и Шива
мах
Маша и Шива
Шива и Маша
Ах-Машиах
8 марта 2018
***
Роммель и Кромвель

Я родился-на меня шли танки Роммеля
Никому не нужен кроме Кромвеля
Скажете-здесь смысл весьма заужен-
Знаю-я и Кромвелю не нужен
Я рожден за Сталинградской битвою
Потому я не достался Гитлеру
Но ещё парадоксальней и фатальнее
Не достался Гитлеру и Сталину
Три генсека на меня охотились
И в конечном счёте обанкротились
Но всего страшней в моей судьбе
Горбачёв с крючковским КГБ
1 мая 2018
***
Концерт для мамонта с оркестром
Напомнит нам об этом Савва Мамонтов
Его фамилия красноречивей слов
Россия истинная мама мамонтов
А стало быть и родина слонов
Пусть знают все от Яндекса до Гуголя
Хотя сюжет известен и не нов
Над вечной мерзлотой сиренью Врубеля
Цветёт Россия - родина слонов
Рояль как мамонт крышкой к небу дыбится
Рояль ревёт рыдает -мамонт раненый
Всё стерпится всё сладится всё слюбится
Играй Рахманинов играй Рахманинов
Звучи всегда и повсеместно
Концерт для мамонта с оркестром
В рояле мамонт - в мамонте рояль
И даже спирт в рояле-спирт Рояль
23 июня 2018
Лучизм
Как алмазы в недрах Родезии
Так в России моя поэзия
У поэтов свои созвездия
Моя политика-моя Поэзия
Пусть внизу тупят звездочёты
Пишут глупости и отчёты
При неправильной точке осчёта
Нет поэта для звездочёта
Я сиять беру обязательства
Все поэты ваши сиятелства
Мы сияем не для отчётов
Для читателей-звездочётов
Не сиять мы уже не можем
Мы лучи друг на друга множим
Всенебесное умножение
Всех лучей с лучами сражение
ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ
ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ
ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ
ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ
8 июня 2018
Арфа Орфа
Я всемирен велимирен
Иногда Казбек памирен
Из предместий Стратфорда
Прёт метаметафора
Лира или арфа ли
Глубь метаметафоры
В середине арфы
Ор святого Орфа
Из истоков Ганга
Ор орангутанга
Ту би ан но ту битник
Самсона сОма-бытник
Арфа Орфа и
Ор Орфея
Фея музы-
Музыки Фея

***
Сладкома
Образ овала
Образовала
Н рис в овале
Нарисовали
Нас на Вале
нари-
совали
В оригами
ори гамма
Ма_стерва
и
Морга
Рита
Грома от вод
громаотвод
На гром аж дай
Нагромаждай
гром на гром
Громатика
Мин даль
миндаль
Маймонид
Май манит
Мор тира
Мортира
Пли! ззззз
А мор
Амор
Парт ком
Партком
Гор ком
Горком
Групп ком
Групком
Глухо не мой
Глухонемой
Дан тест
Дантес
3 мая 2018
***
Мистер Хигс
Я под капельницей в наркозе
Пребывал в запредельной зоне
Говорили: почил во Бозе-
Оказалось воскрес в Бозоне
Ну а что такое Бозон
Знал КапИца и Робинзон
Я с советской властью не ладил
И нырнул в мировой колайдер
Миновал запретные зоны
И рассыпался на бозоны
Я и сам мировой Бозон
Как на острове Робинзон
Даже Пятница мне не нужен
Я в колайдере обнаружен
Но на сердце весьма тревожно
Хоть поймать меня невозможно
Ускользну в туннельный эффект
Как Спиноза нырнул в аффект
Превращусь в бозономонаду
Недоступен земному аду
Я не Пятница-Робинзон
Я всего лишь Хигса Бозон
Может Кедров а может Хигс
Я неузнанный Мистер Икс
23 июля 2018
***
Улетел в улей тел
В средине дивана
Принцесса Диана
Зигмунд Фрейд признаюсь вам заранее
У меня есть только сверхсознание
Кота личка_
Католичка
Елизавета в Тауэре
И я сегодня в трауре
Вижу женщину в доспехах
Пожелаю ей успехов

Прометей
У России множество путей
Все они лежат проме титей
Ах перестаньте перестаньте
Ах Пери станьте Пери станьте
Женщин надо любить умеючи
женщин надо любить умнеючи
И Маше говорю и Даше
-Мои мозги-они не ваши-
Всё чаще думаю о Пруссии
Когда же я опять упрусь в её
Улетел в улей тел
***
Андрею Вознесенскому вечно
Андрюшу хоронят в печати и в прессе
Но я повторяю: Андрюша воскресе
Говорю: Андрюшенька Привет
Почему же он молчит в ответ
Ну и что что нематериален
Он реален - больше чем реален
Мы друг друга сердцем облучили
Не пойму зачем нас разлучили
Но друг друга видим мы лучам
Облучаясь лунными ночами
Наш полёт невидим
и незрим
Мы не видим
Только говорим
Извини что я тебя не воскресил
Впрочем ты об этом не просил
3 июля 2018
***
Навырост
Во мне вселенная навырост
Она должна быть бесконечной
Возможно смерть всего лишь вирус
В моей программе жизни вечной
Да да возможно это вирус
Я вырос Господи я вырос
29 апреля 2018

***

Е и Ё
люблю Е
люблю Ё
люблю ЕЁ

***
ПОЭТЫ
нам не нужны слова без музыки
уж лучше музыка без слов
всех лагерей мы с вами узники
и сотрясатели основ
всех петербургов основатели
мы строим санкт-поэтенбург
трущеб небесных обитатели
межгалактических лачуг
когда над небом голубым
небесный лёшенька парит
мы в сквате с ним бухие в дым
как александр вошли в париж
вошли и вышли из него
как из ковчега выплыл ной
мы в мир сегодняшний вошли
как входят люди в мир иной
идем мы с генрихом вдвоем
карабкаемся на монмартр
захлебываясь жадно пьем
все что не допил жан-поль сартр
а в тартар-енном тарасконе
со мной вышагивает холин
шагает холин дон кихот
сквозь выход уходя во вход
к никите струве мерным шагом
зашли вдвоем за солженицыным
он загружает нас гулагом
мы вспомнили что за границей мы
с тех пор куда бы мы ни ездили
мы знали той свободы цену
всемирный первый день поэзии
выходим на большую сцену
выходим с Вознесенским к людям
под марш прощание славянки
мы будем будем будем будем
весь мир просцениум таганки

***
Шопенгауэр
Мне Шопенгаур велел застрелиться
Но почему то никак не палится
Как то не хочется раньше палиться
Что б засттрелиться надо напиться
Я малопьющий я много поющий
Многочитающий вечно живущий
Вы уж поэту хоть в этом поверьте
Нет у меня никакой воли к смерти
Знать велика у меня воля к жизни
Если я выжил при коммунизме
27 июня 2018
Метафора Христа
Метаметафору мое открытие
Уворовал литературный вор
Но затоптать не удалось событие
И время вынесло свой приговор
Есть метакод и есть метаметафора
Все остальное метасуета
Да будет навседа метаанафема
Тем кто распял метафору Христа
Не удивляйтесь — эта мысль проста
Метаметафора — метафора Христа
Он подарил метаметафор Рай
А ты из них любую выбирай

***
В палитре Айвазовского
Я в Лене - вот явление
Я в Свете всех явлений
Я светапреставление
Всех светапредставлений
Девятый вал в девятый вал
Девятым валом целовал
От света ал девятый вал
Он наг и ал в нём много Алл
В палитре Айвазовского
Купайся кисть московская
Купайся кисть купайся
Но кайся кайся кайся
Отдайся света ласке
Не смешивая краске
Но рядом два мазка
Два солнечных соска
И рядом две луны
Как свет оголены
Свет в свете отражается
Свет к свету приближается
И я счастливый юный
От света солнцелунный
5 августа 2018
***
Улисс в сетях
Как гроза без молний за горизонтом
Одиссей улоаленый Гелеспонтом
Вот и я в России как гром без молнии
Становлюсь безмолвнее и безмолвнее
Но раскаты катятся такт за тактом
Одиссей вернулся грозой в Итаку
Пляшут души пьяные от свободы
Не помогут ваши громоотводы
Гелеспонт улавливаемый Улиссом
Строчки молний пляшут по биссектрисам
Тянем тянем потянем тянем
Одиссей уловленый соцсетями
17 мая 2018
Друзьям моим от 1942-го года рождения и далее
Нас изгоняли изгоняли
Но мы отсюда не слиняли.
Немыми вышли из режима
И наша Муза-Пантомима
Друзья не проходите мимо
Вот наша муза-пантомимо
Нас четверть века не печатали
Мы отпечатывались чатами
Уже совсем в другом столетии
Уже семидесятилетние
Мы с вами быть _или__не_бытные
Мы как стрекозы первобытные
Кто полулыс кто полубел
Летим сквозь первобытный мел
На крыльях прошлого столетия
Летим семидесятилетние
Напряжены как струны в деке
Вибрирующим каждым нервом
Нас не прочли в 20-ом веке
Нас прочитают в 21-ом
14апреля 2018
Мажор Минора
Оркестровая яма-пасть
Чтобы в пропасти не пропасть
Воскрешающий дирижер
Весь минор превратит в мажор
Партитура это Минора
Для диджея и дирижёра
16 марта 2018
Метаметафора-Метамекка
Меня минировали и номинировали
Меня планировали и не планировали
Метаметафора Метамекка
Меня забыли на четверть века
Ах трали-вали ах тили-тили
Меня забыли и запретили
Живу как в сказке где жили-были
Где я забыл что меня забыли
9 апреля 2018
Разгадка тайны
Кедров-Челищев: литературный дневник

Сегодня я возможно разгадал эту тайну. Иногда разгадка приходит сразу, а иногда проходит четверть века прежде чем поймёшь что к чему. В 1957-ом году я учился в 8-ом классе 68-ой школы города Казани. И тогда же 23-го февраля я написал вот это стихотворение:

СВОБОДА-РОДИНА ВСЕГО МИРА
Триста лет мы идем по этим пескам
триста лет палило над нами солнце
и так же как триста лет назад
нас ненавидят алжирцы.
Песок набился в каждую щель
песок разъедает потное тело
я вытряхиваю его но он
как алжирцы неуловим
Рядом идет мой товарищ
он умеет бороться с жаждой
и с зыбучим песком
он не замечает их
он привык убивать людей
Песок ползет из-под ног
песок расступается перед нами
земля уходит от нас
но мы догоняем ее
вот уже триста лет
И мы идем быстрей и быстрей
мы бежим от этой ползучей земли
но она догоняет нас
вот уже триста лет.
Рядом идет мой товарищ
он умеет бороться с жаждой
он умеет бороться с жаждой и сыпучим песком
он не замечает их
он привык убивать алжирцев
Но почему девушка
лежит на горячем песке
на губах ее кровавая пена
на песке кровавые пятна
Это свобода Франции и Алжира
Каждый велит убивать свободу
Свобода Франции велит убивать свободу Алжира
Но разве же есть у свободы родина
Свобода - родина всего мира
И я кричу раздирая песок руками
я плачу у женщины на груди
я оплакиваю свободу Франции и Алжира -
свободу не убивать.
23 февраля 1957 г

До выхода будущих смогистов к памятнику Маяковского оставалось ещё 8 лет. Я отнёс свой текст в Дом печати на ул Баумана и вручил его очень красивому человеку Якову Дамскому-он работал в газете "Комсомолец Татарии" и был уже мастером спорта по шахматам. Впоследствии Дамский сдружился с Михаилом Талем , затем стал шахматным арбитром Бориса Спасского и шахматным обозревателем.
Прочитав очень внимательно текст, написанный от руки он сказал: "Никому это не показывайте, а я пока кое с кем посоветуюсь". Советовался он примерно пол года и я уже стал забывать о своем демарше, как вдруг, выйдя в школьный коридор на перемену увидел рядом два свежих номера рядом. "Комсомольская правда" и "Комсомолец Татарии". В "Комсомольской правде ругали, тогда никому не известных поэтов Вознесенского , Ахмадулину и Евтушенко. Я сразу запал на Гойю и нехотя перешел к малоформатному "Комсомольцу Татарии", а там сразу бросился в глаза мой заголовок "Свобода-родина всего мира". Стихотворение было напечатано полностью, да ещё с таким вступлением Якова Дамского: "Стихи Константина Кедрова радуют и удивляют всех, кому приходится их читать. Трудно даже поверить, что эти зрелые мысли, эти яркие образы принадлежат перу пятнадцатилетнего школьника, ученика 8-го Б класса 68-ой школы и т. д."
Вскоре началось беснование Хрущева, борьба с абстракционизмом и прочие радости нашего поколения. Казанское КГБ избрало меня мальчиком для битья и меня не только перестли печатать на целых 25 лет, но и взяли под пристальное наблюдение литературного гестапо.
Сообщение о том, что я выдвинут на Нобелевскую премию и включен в список номинантов прошло в 2002-ом году на Эхо Москвы, НТВ, и по всем основным каналам. Я понимал. что ошибки быть не может. Такие сведения просто так не просачиваются. Но оставалась тайна- кто выдвинул.
Один более, чем известный поэт сказал моему другу на Франкфуртской книжной ярмарке: "Костю только что выдвинули на Нобелевскую премию. Это Алжирский комитет, основанный Камю для поиска самых свободных поэтов по всему миру."
Тогда это у меня никак не с чем не связалось. И только сегодня я вспомнил, что в моем первом напечатанном поэтическом манифесте присутствует Алжир, как символ свободы. Всё встало на своё место. Похоже тайну я разгадал.
6 августа 2018

С уважением
Konstantin Kedrov г Москва
Елена КАЦЮБА





Глаз Бурлюка

Давид Бурлюк
своего глбза стеклянный люк
открывает прямо в солнце
где пляшут протуберанцы -
и сегодня неистовые
футуристы
Совет

Рубашку сомнений и подозрений
из батиста тончайшего шьют
она невесома
а на плечах тяжела
словно скала
Но в слове СКА-ЛА
скрывается ЛА-СКА
в природе это обычные дела

Слышен в ТРА-ВЕ
шелест ВЕ-ТРА
Пчелы жужжат в цветочной ПЫ-ЛИ
ЛИ-ПЫ
МЫШ-КА
шевелит КА-МЫШ

Божьих коровок считаем ДО СТА -
получилось СТА-ДО

А ты ноешь, как ЛА-БУХ
без БУХ-ЛА
стонешь на ДЫ-БЕ
выдуманной БЕ-ДЫ
лучше скинь КА-СКУ
что на тебя нахлобучила СКУ-КА

и тогда по законам нашей игры
НЕНИЙ СОМ нырнет в глубину
ЗРЕНИЯ канут ПОДО
и там их съедят БЫРЫ

Логоматика

В мире чисел и цифр полный порядок
В мире букв и слов полный бардак

Число 1 пишется четырьмя буквами
значит 1 = 4?
Число 2 пишется тремя буквами
значит 2 = 3?
А вот число 3 пишется тремя буквами
ну хотя бы 3 = 3!

Но дальше опять:
4 это шесть
5 это четыре, 6 это пять
7 это четыре опять
8, 9, 10 (как ни крути)
равны шести

А дальше не на что надеяться
кроме как на число 11
впрочем, если вас не бесит
что десять + один = десять

А при таком положении
как выглядит таблица умножения?
2 х 1 = 12
2 х 2 = 6
2 х 3 = 6
2 х 4 = 18
2 х 5 = 12
2 х 6 = 15
2 х 7 = 12
2 х 8 = 18
2 х 9 = 18
То ли плакать, то ли смеяться!

Надо буквам и цифрам общий порядок найти
хотя бы от одного до десяти

1 - а
2 - да
3 - три
4 - чета
5 - пятка
6 - шесток
7 - семёрка
8 - восьмица
9 - девятинка
10 - десятерица

А, впрочем, любой порядок - это один лишь вид
Сказал же Евклид:
«Некоторые четные числа
ведут себя как нечетные
при некоторых необычных
и весьма таинственных обстоятельствах»

Какие еще нужны доказательства?!


Витрина

Смотрят в стекло похожих двое,
сердце скупое
поделив на одного
Твой(ая) по(друг)а шеи шарнир повернув направо и вверх
таращится через стекло
Сердце мужское выстукал врач
под напором груди,
женской психики парашют
от земли
отрывает шаги
Ты перекрашен(а),
стрижен(а),
снятая бровь
вылезет щеткой усов,
но ты выбреешь щеки до блеска штиблет
Вот твоя(ой) партнер(ша)
пол свой обдумывает сурово
ибо среднего рода
как ни верти
и папье и маше
Вижу я, как ревнует,
выпятив зоб и в подбородок запрятав кастет,
к полу,
который не надо запихивать в ворох тряпья
Спальня твоя -
парикмахерской куб застекленный
где срезы голов стерильны
ножницы в ножницах пальцев низко летают
и бритвы лепечут во сне.


Где-то

В белом-белом городе
на белой-белой улице
в белом-белом доме
в белой-белой комнате
на белой-белой кровати
...нет никого

На красной планете
в оранжевой стране
в желтом городе
на зеленой улице
в голубом доме
в синей комнате
на фиолетовой постели
спит радуга

Фазан
сидит,
где
знать
желает.
Охотник -
каждый.

Кто

Ш-ш-ш, р-р-ш-ш, шур-р-р
шуршит шар по желтым листьям
осенней аллеи
Шуршунга!

Бу-бу-бум, бум-бам, бу-бу-бух
бабах, трах-тар-р-рарах
падает куб по гранитным ступеням
Грахатунга!

Бездвижна, беззвучна
возвышается в песках пирамида
упирается вершиной в солнце
сочится безмолвием
Молчанье, покой...
А ты кто такой?

Ты такой кто?
Шорох
грохот
молчанье
свист пуль
или дорожная пыль
из-под колес авто?


Внезапно

Прогнозам всем вопреки
лунастье настало внезапно
внезападно и вневосточно
внесеверно и внеюжно
нужно
срочно
всем кто на улице
лицензию взять на лунность -
просто поставить подпись на листе
ивы или березы для женщин
а для мужчин предпочтительны ясень и клён
Клоны луны волнуют морские приливы
ленивые рыбы видят лунные сны
Реки в плену лунно-парусных лодок
Лёгкий ледок лунных дорожек
ломают пловцы
Женские пальцы лунно-прохладны
можно согреть их только губами мужскими
Скинула платье луна
голая плещется сразу во всех фонтанах
Лунные блики в бокалах
луналито - пейте!
В петлях дорожных развязок
в уличных чащах
путеводные луны двойные
моторов страстно во мраке рычащих

Господин Терпение
- Вы - сумасшедший..?
- Да.
- Вы сумасшедший!
Терпение, господин, терпение.

Ветер останавливает трамваи
собака идет на красный свет
грохочет каблуками голое землетрясение
- Господин, ваша шляпа улетела
Терпение. Терпение
Зрение переворачивает предметы

Пожарная машина проехала половину пути
сгорела половина дома
машина проехала половину второй половины
еще четверть дома сгорела
половину оставшейся четверти проехала машина
Господин Терпение вышел из середины пожара
вынес тлеющий стул
Машина преодолела последнюю -
неделимую часть пути
стул догорел на глазах у пожарных
вспыхнул сверхновой звездой
над соседней крышей
- Господин, ваша шляпа упала в черную дыру!
Какое же нужно терпение в горящем космосе...

Господин Терпение идет сквозь закрытые двери
Двери всегда закрыты
Терпение!

Лёт лет

Из огня мы уходим в лёд
от земли мы уходим в лёт
самолёт
улетает сам
и моторы всея небесам
славу поют
а пилот
машет вслед
из прошедших лет
и навстречу из будущих лет -
отраженный в себя валет
на столе
где удача валит
игроку
что судьбе велит
повернуться лицом вперед

На зеленом сукне Конь Бред
выбивает копытом ритм
карта с картою говорит
но заветная карта врёт
а на карте проложен маршрут
и пилоту приказан штурм
и мотор в голове гудит
и рулит
самолёт
на взлёт
а над полем зеленым летит
застилая солнечный свет
туче-облачный Конь Лет


Свидетельство Луны

Луна не каждому сестра
Отвара лунных трав не пей
обугленного страстью рта не открывай
когда Луна сочится ртутным молоком

Не каждому Луна вдова
кто в сердце схоронил себя
молчание - Луны бокал
безмолвие - ее вино

Не спрячешь в зеркало лицо
звенят ионы серебра
шпионы лунных вечеров
ведь в каждом зеркале Луна

Не каждому Луна алтарь
для жертвоприношений дней
Они уже давно всегда
нарезаны на диск Луны
а небо - искренний экран
оно - свидетельство Луны

Не всякому Луна верна
кто бродит по ночам во сне

Нет оборотной стороны
ни у Луны
ни у судьбы


Иградация
Все, что мне принадлежит,
принадлежит мне
Голые серебряные витринножители
иногда одетые кентавры
иногда никелированные муравьи
поворачивают стулья в сторону улицы
Кто сделает первый ход -
я, или ты, или тот, кто ветвится в парке?

Игроки в морскую десятку все обменивают на соль
Видишь рыбу Свирель?
Если да,
сделай четыре хода
в сторону Бирмы
Если нет -
возвращайся на станцию Маяковская
в десять вечера вчера
там тебе пометят партнера в задачнике
для решения уравнений сна
Когда уже сбросишь одежду,
загляни еще раз в зрачки -
запомни свое отраженье на два хода вперед

То, что принадлежит нам,
не отдавай снам
Сонм - это много снов
Берег - это листай тетрадь
в сторону Индийского океана
Научи паруса геометрии ветра
но если твой корабль еще не раскрашен
можешь притвориться гиеной
и хохотать, хохотать
набирая баллы для будущих боев
в акватории противника
Выходи на штурм, когда шторм
Соблюдай строгий стиль, когда штиль
Не бери в команду панду -
это черно-белый шахматный шпион
(шахматы навязывают свои правила любой игре)

Наша цель - аквамарин
Наш капитан - горизонт
Когда достигнешь трона,
не смотри за смысловой барьер
поверни в сторону Карпат,
где бы они ни находились в среду утром
Все что принадлежит тебе,
принадлежит тебе здесь


Когда

Когда соревнуются
звонок дверной и звонок телефонный,
юбка не успевает нагнать колени.
В комнатном омуте луч дневной
взрывает глубь не ночного забвенья
Во тьме затылка рука блуждает,
странствует, доверяясь телесным волнам.
Два часа тысячелетней пропасти ожиданья
в щекочущий шрам
срастаются
И в ответ на все «почему»
озноб принимает форму тела
Так легко потерять свое тело,
изведав глаз золотую тьму
Пусть в закоулках кошачьих игр
полдень провалится в карюю полночь
Арфа волос моих,
на согнутый локоть натянутая,
звенит
дерзкой мелодией на диске краденом
в неистовых клипах оконных экранов
в домах бессонных:
«Когда соревнуются
звонок дверной и звонок телефонный…»


Лезвие
бледное лезвие луны
лезвие бледной луны
луна бледного лезвия
зовущий разрез в яблоке заката
lame - lame - la-me-la - mela - mela*
________________________________
*lame - лезвия, mela - яблоко (итал.)


аЗияние
Безумный кузнец созвездий
загородил зверей из бездны
забором гвоздезвездным

Зов муэдзина
алмазным лезвием разрезал
занавес заката

Ознобом звездным разбежались
заоблачные знаки Зодиака

Закрыты Близнецов глаза:
Азиза и Азиз
измученные розами забылись

Зуб золотой в зенит вонзился -
Возничий запоздалый, не задень!

Раздвинуты запретные затворы
звездочасам приказано звенеть:
- Одзин…
одзиннадцать…
звенадцать…

Шахерезада казни избежав
из вазы Азии загадочные вензели сказаний
извлекает

Забыты праздники и состязанья
заброшены законы и приказы
в забвении разбойники в зинданах
визирь измаялся бездельем
и заговор задуманный завис

Змеиные зрачки зеленых глаз
гипнозом звездным связали разум

И сызнова заря зарю узнав
сказала:
- Звеликий зарь, звенец земли,
дозволенное завершаю.
Засни, забот не зная.

Замолкла и зашла за горизонт


Убежище

Сколько глотков влажно-золотого
в этом ложно-граненом обломке?
Брачный полет луны и бутылки
на крыльях «нет-нет»
Отказ мой оплатит
перфокарта небесного виста -
женщина вся из отверстий
Ты выколот звездами в теле ее -
неба ночи мерцающий крен
где крапленые окна зовут игроков
пока в русле руки не потонет экран
где знакомые люди в стеклянных окопах
чей побег измеряется расстояньем
между кнопками
ВЫКЛ и ВКЛ


Летний императив

Погружай
в шмелиные рукава руки
Окружай
кольчугой стрекоз торс
в мерцающей азбуке жуж-зуз-вз-з-з
открывая-закрывая
двери-двери-двери
крыльями в-из в-из в-из
шелковый транс трав
Жук зеленого зренья ползет в закат
Фосфорный жук - смотреть ночь
Сумрачные соцветия
нецветные цветы -
вам вить-вить-вить веревки из аромата
вязать канаты
Западая на запах
зависая в движеньях
качайся в душистых сетях
татуированный тенью
Пепельные призраки
бледные привиденья
открывают-закрывают
двери-двери-двери
крыльями из-за из-за из-за
воздух владеют тайные знаки
Мы их изучим -
закрой глаза!

Лестница птиц
Две птицы,
соединенные крученым шнуром.
Три птицы,
соединенные медной цепочкой.
Четыре птицы,
соединенные шелковым платком.
И многие другие,
объединенные идеей лестницы
из воздушных квадратов.
Щебет, свист -
лестницы поют клювами вниз.
Морские рыбы вторят хоралу,
красный коралл
прорастает в сердцах,
кальций мерцает или
кремний на крыльях.
Лестница птиц видит лестницу снов -
птичий сфинкс.

Мир строился сверху вниз,
будто падая ниц
с лест-
ниц,
стра-
ниц,
рес-
ниц.
Так и мы опускались -
ледяными словами туманы творить,
изобретать ураганы, тайфуны, цунами.
Но зато мы придумали штиль -
океаны учить отраженью.
Но зато мы внедрили жесты в деревья,
а еще сочинили верблюда, жирафа,
утконоса, лемура, тапира
и муравьиного льва.
Но когда мы, наладив песчаные бури,
уснули смотреть в телескоп через камень,
лестница птиц развернулась над нами
и вознесла нас обратно на небо -
смеяться любить.


Наталья Фатеева
доктор филологических наук

Поэзия рубежа XX-XXI веков: что происходит в языке и с языком
Russica Romana. Volume XI - 2004. Estratto. - Pisa - Roma, Istituti editorial e poligrafici internazionali, MMV.

(фрагмент доклада)

…Целую совокупность обсуждаемых нами языковых явлений находим в звукоподражательном тексте Е. Кацюбы под названием «Летний императив»:
Погружай
в шмелиные рукава руки
Окружай
кольчугой стрекоз торс
в мерцающей азбуке
жуж-зуз-вз-з-з
открывая-закрывая
двери-двери-двери
крыльями в-из в-из в-из
<...>
Пепельные призраки
бледные привидения
открывают-закрывают
двери-двери-двери
крыльями из-за из-за из-за
воздух владеют тайные знаки
Мы их изучим -
закрой глаза!
Структура текста создается, в первую очередь, благодаря инициальным формам императива {погружай, окружай}, которые задают и звуковую основу текста, наполненного шипящими и свистящими звуками {ж/ш, з/с, жуж-зуз). При этом в строении рядов пропадает различие между служебными словами (предлогами в-из в-из в-из, из-за из-за из-за) и частями слова (приставками вз-з-з), поскольку ведущей становится звуковая линия текста, которая повторно семантизируется, создавая из тех и других «просодические жесты» (Т.М. Николаева). Сами же летающие насекомые вырастают из «мерцающей азбуки» записанного на бумаге текста, и приобретают некоторое заумное перевернутое глагольное ономатопоэтическое название жуж-зуз-вз-з-з - 'жужжу взлетая'. Подчиняясь предлогам-приставкам, выражающим жесты, имена и глаголы также сливаются в одну динамическую линию, подобную раскрывшимся крыльям {двери-двери-двери, открывая-закрывая, открывают-закрывают), в которой становятся переставленными объекты и субъекты: ср. воздух владеют тайные знаки. Так, согласно Кацюбе, получается, что изучить функционирование языковых знаков в поэтическом тексте можно только, закрыв глаза на нормативную 'императивную' грамматику.
<…>
Вторая проблема: насколько вновь вводимые способы записи и воспроизведения стихотворного текста влияют на процессы концептуализации мира, за ними стоящего. Ответ на этот вопрос, видимо, кроется в том определении, которое Р. Якобсон дал поэтической функции языка - «направленность поэтического выражения на само себя». В каком-то смысле современные поэты доводят эту «направленность» до предела, семантизируя любые изменения языковой структуры (фонетические, орфографические, словообразовательные, грамматические, ритмические), так что преобразованный языковой знак сам начинает моделировать свое содержание. Мы показали, что внутренняя структура знаковых единиц проступает на поверхность текста, обусловливая установку на разрушение 'обычной' связи между означающим и означаемым и на установление новой связи, поверх старой, превращая их из знаков в «образы». Так, идея развертывания текста на странице и его обратимости уже заложена в самом 'образе' строк Е. Кацюбы («Лестница птиц»):
Мир строился сверху вниз,
будто падая ниц
с лест-ниц,
стра-ниц,
рес-ниц...
И последнее: насколько подобные преобразования формы в современных текстах могут быть адекватно воспринят читателем? Скорее всего ответ на этот вопрос очень прост: понимание достигается только через желание 'понять', а язык дает каждому, им владеющему, равные исходные возможности.


Лия Либерова
(1948-2010)

В мире послеобраза

Елена Кацюба живет в мире «послеобраза». Елена Кацюба живет в мире «послевидения». Она далеко заглянула в постметафорические объекты и реалии.
Елена Кацюба живет в мире, где свидетельствует Луна. Это не дано даже лунатикам. Не дано? Да это неправда! Правда! Так видеть и слушать Луну способен далеко не каждый поэт, художник, музыкант. Оказывается, Луна в своих сосудах-сколках самый настоящий палиндром.
Ее образы наполнены водой египетских сосудов и чаш, схемы напоминают таблицы-построения розенкрейцеров.
Елена Кацюба далеко ушла от метафоры и метаметафоры - ее производной, рожденной от метафоры.
Куда? А есть ли такой Путь?
Но вернемся к лунатикам.
Ведь он, она, они слушают Луну телом больше, чем духом. Лик Луны лижет их тела, ласкает их ноги и руки, брызжет в глаза… но… они немы. Невнятно шебуршение их тел в лучах таинств Нюкты, ее ноктюрно-образы для телесных их игр, не для губ. Их дыхание в ночи вот-вот только началось - и - мгновенно обрыв. Обрывается, не давши звука.
Итак, наковальни молчат. Новый Давид еще не создан. Его камешек где-то катится, катается просто по небу, бередит воздух. Потому что нет ни стрельбища, не боя, ни рогатки, ни самого Давида - Царя - танцовщика. Пока. Но вот появляется предзвук, предслово. Елена Кацюба живет в мире предпредставлений. И… Свидетельство Луны - Луна зеркальна и отражает хаотический порядок - код Мира, хаос бытия.
Свидетельство Луны - Луна - алтарь. У Алтаря Луны свой свидетель, свой Давид - поэт-мастерица с тончайшим резцом. Простота и непринужденность мелодии - мелоса в изощренном орнаменте аккомпанемента. Это если мелодия длинна и горизонтальна. А бывает и наоборот - Луна мала, но квази-длинна, капризна, ущербна, и надо все уложить в длинно-вертикальный, микроскопический аккорд. Там и Тут за всем следит яблоко - Око, а кругом надрезы-зеркала, мельчайшие пре-людии и пост-людии.
Там в одном из микросколков, в микро - Носорог штурмом берет пороги, но… армия крови бесшумна. Обезоружена тишиной. Ведь главное здесь Любовь - Игрок, который разыгрывает свою партию, повторяющуюся в зеркалах мутноватых лун, но всему голова - Игра, в лунных квази-костюмированных мелодиях, ритмах, рифмах и их схватках за первенство. И Азбука - от а-Зияния, открытого от ужаса и восторга рта, до ы-мы-множества, когда Армия Азбуки уже создана.
Скорее во всем и над всеми главенствует рок - слушать и высвистывать от нуля до О - полный лунный, песчанно-колкий, ноктюрноподобный ассонансный и диссонансный свист - слушать, высвистывать по ночам и жить, как будто ничего подобного нет и быть на свете не может. Стихи - стихийные мутации - палиндромы - циклодромы - схемы - Путь свободного воплощения мета и мыслеобраза Еленой Кацюбой пробужден, расчищен и открыт. На наших глазах формируется и играет всеми гранями Язык - Речь - Слово.

P.S. После творческого вечера поэтессы и под занавес.

Я бы сравнила творчество Елены Кацюбы с творчеством нововенцев - додекафонистов - (вспомним Шёнберга и его «Лунного Пьеро»), а может быть тут уместен Веберн с его монохромностью, строгостью линий и некоторой «схематичностью» и скупостью красок. Но… это уже, кажется, излишние сопоставления и параллели…

2008 г.

Николай ЕРЁМИН





СИБИРСКИЕ СОНЕТЫ
книга вторая

СОНЕТ УДИВЛЕНИЯ

Кого ты хочешь удивить сонетом?
Архаика! И всё ж при всём при этом -
Живучесть и стремленье к новизне:
Привлечь собой внимание извне

Хотя б одним оригинальным словом -
душевным жестом и любовным зовом...
Конечно, чтобы Музу удивить,
Мгновенья вдохновения продлить...

Пропеть - себе и ей наедине -
Признанья - наяву, как бы во сне...

И встретить утро - в ожиданье солнца...
И, чувствовать, что будет впереди,
 Покуда двуедино сердце бьётся -
И у тебя, и у неё  в груди...
СОН?НЕТ!

Шторм закончился… Море открыто…
К горизонту стремятся мечты…
- Ну, плывём? - говорит Маргарита, -
В чём ещё сомневаешься ты?

Перед нами - и солнце, и Ялта…
И - в бутылках и вне - виноград…
Сомневаюсь ли я? Это я-то,
Кто всегда приключениям рад…

В голове - вдохновения ветер…
Под ногами дрожит теплоход…
До чего ж хорошо жить на свете,
Уплывая от всяких забот…

Хорошо!  Шторм  ли,  штиль  впереди…
А сомненья давно позади…
2018
СОНЕТ в ОТВЕТ
             «С кем вы, мастера?»
                                      Е.А.М.
Мастера, конечно, с Маргаритами,
А не  с Катеринами сердитыми, -
Пишут исторический роман
Про любовь, и дружбу, и обман...
Зная, что виновных без вины
Ждёт их, грешных, бал у Сатаны...
А как только будет кончен бал -
Возвращенье в прошлое, в подвал,
Где,  увы,  - ни дружбы, ни любви...
Только бред и алкоголь в крови...
Рукопись, сожжённая в камине...
А былого счастья нет в помине...
А в округе - новые бичи
Ищут вдохновение в ночи...
2018

ЖАЛОБА

— Все меня пытаются споить,
Заставляют выпить и налить,
И следят с улыбкой на лице:
Кто я есть — в начале и в конце.
Я ж в начале — весел и тверёз —
Отвечаю на любой вопрос,
А в конце — грустнею и молчу
И — хмельной — общаться не хочу.
И смотрю на тех, смиряя прыть,
Кто меня пытается споить...
И, взбрыкнув, как заяц во хмелю,
Водку им за ши-во-во-рот лью...
Чтоб, упав, заснуть, к стене плечом,
И потом — не помнить ни о чём...
ЖИЗНИ СУТЬ

Боль сильней, чем дольше путь...
Все воспоминанья жутки.
В чем, скажите, жизни суть?
В язве, в ноющем желудке...
Не в свободе, не в мечте,
Не в любви, не в алкоголе,
И совсем не в красоте -
А, увы, в сердечной боли...
Как мне боль преодолеть?
Я на свет гляжу печально.
Все банально - жизнь, и смерть,
И рожденье... Все банально...
ЭПИТАФИЯ XX ВЕКУ

Жизнь зависела от пустяка:
От любви, от глотка молока...
Только не было в мире любви
 И совсем не доились коровы,
И законы житья меж людьми
(“Жить? - Не жить?”) были очень суровы.
На врагов и, увы, не врагов
 Разделившись, трясясь от испуга,
Торопясь - кто скорее кого? -
Убивали людишки друг друга,
Повторяя: “Не дрогнет рука!”...
Век прошел. Все убийцы - на воле.
В магазинах полно молока,
И любовь изучается в школе.
г. Красноярск
40-КОГРАДУСНЫЙ СОНЕТ

Я шёл в 40-коградусный мороз…
Я шёл, чтоб не замёрзнуть, на Край Света…
Кружилась голова, я шёл, тверёз,
Пройти  мечтая испытанье это…

Хотелось лечь в сугроб, обнять, заснуть -
И продолжать во сне обратный путь
К рожденью…воз-рожденью…неспроста
Я сравнивал свой путь и путь Христа…

И неспроста, как нежная подруга,
Меня в ночи сопровождала вьюга…
И пела мне о том, что мы вдвоём
Согреемся и до утра дойдём

Туда, где любят нас и очень ждут,
Хотя мороз был  жгуч, и очень крут…
2018
ПОЭТ И ХОР. СОНЕТ.
«Поёт поэт на радио "ШАНСОН".
Шанс? Он! Он, несомненно, он...»
Евг. ПОПОВ
***
Поэт поёт на радио «Шансон»
Сегодня, как когда-то Кальдерон,
О том, что жизнь - бессмертный сладкий сон,
А смерть - конечно, ей альтернатива
И продолженье жизни, всем на диво,
Под солнечным и лунным колесом…

Так пел когда-то, ах, без лишних слов
Изобретатель радио Попов…
А нынче повторяет в стиле ретро
Попов Ев-гений, президент ПЕН-центра…
И дружно подпевает с неких пор
Ему членисто-пенистый ПЕН-хор -

На берегу Москва-реки… И - ах! -
На братских Енисейских берегах…
16 июня 2018г

ЗИМА

Я не могу покинуть свой чертог...
Я хил и слаб...   Но - мне на удивленье -
Меня опять испытывает Бог,
Сгущая атмосферное давленье...

И засыпает снегом двор и дол,-
Серебряной неповторимой пробы...
Чтоб стал вдруг болен я, и хмур, и зол,
Кляня непроходимые сугробы...

И сон меня влечёт в тартарары,
Где царствуют поэзия и проза:
Под кожей - 40 градусов жары...
Над кожей - 40 градусов мороза...

А надо мной - волхвы несут дары...
И перед ними рушатся миры...

ТРИ ПЕРЕВОДА НА АНГЛИЙСКИЙ
СОНЕТ

И вновь ко мне аллеей парка
Идёт Шекспир, за ним - Петрарка…
А следом в город из ворот
Поэт Матвеичев идёт…

Он только что, сомненья  нет,
Прекрасный сочинил сонет…
И говорит мне: - Ваша честь,
Позвольте мне его прочесть… -

И вслух читает - Боже мой! -
Перед собравшейся толпой -
И про тюрьму, и про суму…
И люди хлопают ему…

А кто-то даже, в меру пьян,
Нас приглашает в ресторан!

Nikolay Eryomin  SONNET
 
I see again as along the alley of Krasnoyarsk's park
Are going Shakespeare and behind him Petrarch,
And in some distance from them and city's dark
Poet Matveichev is strolling as a man of guard.
 
I don't doubt, he composed a very beautiful sonnet.
And he says to me: "Oh, Nicolas, my honor friend,
Let me just now to read my sonnet so very bad
To make you laugh but I to be regret.
 
And he begins in loud voce to read sonnet
To a crowd, o my God! And not, I say, too bad
About bitter life in country Russian poverty
And all the people flapped with expression sad... 
 
Then a little dunked man invited us to own car
To visit restaurant or his young mistress bar.
 
Translated from Russian into English by Aleksander Matveichev.
Перевёл на английский  Александр МАТВЕИЧЕВ
  4-1-2018г
ВЕСЕННИЙ СОНЕТ

Ура! Я вновь - возлюбленный весны,
И счастлив рядом с нею ночь-полночь,
И вижу удивительные сны,
И так прожить остаток дней не прочь…

В округе тает снег, ручьи бегут…
Чирикают синички на ветвях…
И солнышко сверкает там и тут
На разноцветных нежных лепестках…

Как много не известных мне цветов,
Слов и мелодий новых… Вот те на!
Я день и ночь на подвиги готов,
Спасибо за любовь тебе, весна!

За то, что - всем на свете друг и брат -
Я вновь себе и новой жизни рад…

№2 SONNET of SPRING  СОНЕТ  ВЕСНЫ
 
Hurrah! I am again beloved of spring 
And happy be in spring all day and night
To see myself as fear tail king 
And air spring as some wine drink.
 
Around snow melting rapidly
And later springs are running very fast
And birds are singing sweetly, happily
In trees and brunches giving joy for us.
 
Oh, how many unfamiliar flowers around me,
Words and melodies in heart and mind new
And so I am ready day and night
For feat and thank you, spring, for love,
 
When to everybody I'm friend forever
As if I myself and nature will wither never.
Translated from Russian into English by Aleksander Matveichev.
Перевёл  на английский  Александр МАТВЕИЧЕВ

ПОЭТ В РОССИИ

Поэт в России должен долго жить
Среди кентов, ментов и диссидентов,
Чтоб всех в итоге напрочь пережить
Царей, секретарей и президентов…
И никому в итоге не служить,
Мечтая о любви и о свободе…
И даром песню новую сложить,
И спеть её при всём честном народе…
…Увы, навряд ли сбудутся мечты,
Которые так радостно звучали…
Но, Муза-долгожительница, ты
Не покидай меня в моей печали,
Давай с тобой по-прежнему дружить…
Поэт в России должен долго жить!

№3. Nikolay Eryomin
 POET in RUSSIA
       
Poet in Russia compels to live almost all his life
Among thieves, copes and honest dissidents
And so often for the truth of poetry dive
To a grave killed by a bullet to his head or chest.
 
But I'm sure poet is as a just result of love
Mast all of tsars and presidents survive.
And poet for nobody personally must not to serve
But dream and write about free and happy life.
 
Alas! Hardly come true my poetic dreams
Which had sounded such joyfully way dayly,
But, Muse, you don't leave me in my grief
And let us as before to be friendly...
Poet in Russia must live long not being lazy.
 
Translated from Russian into English by Aleksander Matveichev.
         Перевёл на английский  Александр МАТВЕИЧЕВ 

НОВОГОДНИЙ СОНЕТ

В ритме праздничного пира
Хорошо звучит - строка
За строкой - сонет Шекспира
В переводе Маршака...

Хорошо играет лира -
Воплощение мечты -
И смеётся Катерина,
Гений чистой красоты...

Разве могут интересы
Быть иными в этот час?
И с прелестной поэтессы
Купидон не сводит глаз...

И клянётся без прикрас
Ей в любви - в который раз!
2017

ИЗАБЕЛЛА

Мне сегодня прислал перевод
Вова Рыжий - и  я меж забот
Вдохновился... И, рад, как дебил,
В лавке гроздь  винограда купил...
И она - как во сне - на глазах
Превратилась в красавицу - Ах! -
И призналась в сердцах, ё-моё! -
Что зовут Изабеллой её...
И что с этого дня, так и быть,
Будет мне она музой служить...
Чтобы смог я опять и опять,
Вдохновляясь, её вдохновлять...
И вдвоём продолжать - для души -
Издавать альманах «Миражи»
                               2017 г
ЛИРИЧЕСКИЙ СОНЕТ

Рояль в кустах и скрипка в небе
Играют о любви и неге,
Хлебнув бессмертного вина,
Которым  жизнь была полна...
Или пьяна? Увы, не знаю,
Не слышу и не понимаю...
Как музыку без слов понять?
Но вот рояль звучит опять...
И скрипка, -  ах, ему под стать...
И кто кого переиграет?
Гармония и благодать
Довольно редко - но бывают...
Где  я,  совсем не меломан,
Не соглашаюсь на обман...
2017
НОВЫЙ ВЕНОК

Почему не доплетён венок сонетов?
Потому, что кончилась любовь!
И от всех катренов и терцетов
У поэта стынет в жилах кровь...

В ссылку, в Понт Эвксинский,  путь неблизкий...
Море... Небеса... И голоса:
- Дайте, что ли,  рома! Или виски...-
Рвутся  штормовые паруса...

Перепеты прошлые сонеты...
От начала до конца пути
Нет вопросов - лишь одни ответы
И проблемы... Господи, прости!

Может, в долгой ссылке, выйдет срок, -
Новый - будет - доплетён - венок...
2017
СТРУКТУРА  СОНЕТА

Учитель мне давал советы,
Всё время, - как писать сонеты…
И как не нужно их писать…

И все вопросы и ответы
(О,  Муза вдохновенья, где ты?)
Он заносил к себе в тетрадь,
Чтобы потом трактат издать:

«Структура вечного сонета» -
С подзаголовком -  «для поэта,
Желающего мэтром стать»

Вот эта книжица его.
Кому она? И для чего?
В сонетах нынче мало проку,
Все пишут Хайку,  или Хокку…
2017
Из романа «Прощай, спиртное!»
***
Мы пили, каждый - озабочен -
Сухие вина, и не очень…
Портвейн, и вермут, и коньяк…
И водочку… Да ещё как!
И ром, и виски, и агдам…
И  бормотуху - Стыд и срам! -
Среди  сомнений и забот -
Из года в год, из года в год…
И вот, на грани бытия
Свою цистерну выпил я…
И не беру ни капли в рот…
Хотя забот - невпроворот…
Но для гостей  - хоть не вагон -
Есть настоящий самогон…

БОНДАРЕНКО УХОДИТ В ТАЙГУ

Бондаренко уходит в тайгу,
Оставляя следы на снегу…

За спиною несет он ружьё,
Берегись, разбегайся, зверье!

Он, прощаясь, сказал мне: «Поверь,
Нынче сам я голодный, как зверь.

А на полках моих - ни фига!
И поэтому манит тайга…

Кто я там? Сам себе господин!
И, надеюсь, непобедим».

Бондаренко уходит в тайгу.
Снег скрипит… А вокруг - ни гу-гу…

И пока что ему невдомек,
Где медведь, где сохатый, где волк…
***
Задумавшись крепко - печаль на лице -
Лесник Бондаренко сидит на крыльце.
Шумит за спиной вековая тайга.
Блестит сединой борода лесника.
Все ближе, все глуше вечерняя тишь.
«Признайся, о чем, Бондаренко, грустишь?»
И он отвечает: «Да так, ни о чем…» -
И тут же, серчая, поводит плечом:
«Всех бед и забот моих не перечесть,
Садись!» - «Отчего ж, - говорю, - не присесть?»
И вот, он - печален, я - рядышком, рад
Сидим на крылечке, смолим самосад.
И смотрим за дальнюю кромку лесов,
И все, что хотим, понимаем без слов…
***
Я без музыки устал
И себя  страшиться стал…
И устал болеть от страха,
И хочу послушать Баха…
Ах, чего же я боюсь?
На душе - тоска и грусть…
Помоги мне, Иоганн!
Органист, включи орган!
Помнишь, помогла когда-то
Мне органная токката…
Ну ж, играй! Что медлишь ты?
Посредине темноты
Поглощают боль души
Чуть живые витражи…
2017
НЕЗАБЫВАЕМЫЙ 1985-й ГОД

Вино шумело в голове,
Как Черноморская волна…
И пела, радуясь молве,
Массандра, полная вина…

Когда в Форосе, что есть сил,
Издав указ, без лишних слов -
Сам - виноградники рубил
Почти не пьющий Горбачёв…

Сук,  на котором он сидел
И вдаль глядел -  меж  славных дел -
Как гром, по всей Руси трещал…
И счастье людям обещал…

Прошло  с тех пор немало лет…
А счастья не было,  и нет…
2017
***
- Знаешь, Муза, Ангел мой,
Что мы сделаем с тобой?
Мы с тобой,  увы  и ах,
Сочиним роман в стихах!

- Что? Роман? Пожалуй, нет -
Лучше сочиним сонет!
Пусть он бродит меж людьми
Как признание  в любви!

Пусть его и там, и тут
Все влюблённые поют!
А потом читают вновь
Все романы про любовь…

Даже и не возражай!
Запеваю - подпевай!
2017
ХОРОШИЙ СОНЕТ
«Хорошие стихи отличаются от плохих тем, что они хорошие»
Советская народная мудрость,
которую любит цитировать Евг. ПОПОВ

Евг. Попов, прозаик  от сохи,
Пережив в Москве года лихие,
Стал писать хорошие стихи,
Позабыв, как пишутся плохие…

И к хорошим приучил меня,
Незабвенных классиков ценя…
Не случайно, сохранив уют,
Нас в ПЕН-центре вновь два стула ждут…

И встречает, словом дорожа,
Катя Турчанинова-душа…
И готова каждый наш глагол
Занести - навеки! -  в протокол…

Ну, а мы -  поэты от сохи -
Дарим ей хорошие  стихи…
2017 г
ВСЕМ! ВСЕМ! ВСЕМ!
                               «- Нам всем отказано в бессмертии!»
                                                           Владимир МОНАХОВ
Ночью встретился  Бес  Смерти и
Мне по-дружески сказал:
- Всем отказано в бессмертии
По дороге на вокзал…

Но Ерёмину с Монаховым
Есть в бессмертье - тет-а-тет -
Как друзьям-поэтам знаковым
На двоих один билет!

И об этом знает Бог,
Контролёр земных дорог…-

Я проснулся…Что за бред?
А в руках моих - билет
«Для бессмертных двух персон»
Значит, это был не сон!
2017
ПРОХОЖИЙ

- Я не помню своих стихов!
Но я помню, что я - поэт…
И что в поисках новых слов
Обошёл  Этот  белый свет,
Путешествуя на  Тот свет…
Люди добрые, помогите,
Накормите и напоите…
На ЖД вокзал подвезите!
И купите плацкартный билет…
Чтобы смог я ещё пожить…
Ах, пока не сгубили, съедая,
Грыжа паховая и мозговая… -
Так просил - сколько зим? Сколько лет? -
Неопознанный старый дед…
2017
ЧУДОТВОРНЫЙ СОНЕТ
Владимиру МОНАХОВУ

Увы, лекарства нынче дорогие!
И все - подделки, что ни говори…

Но, слава Богу, средства есть другие,
Они - бесценны…Даром их бери:

Стихи - снотворные
(Для спасения от пессимизма)
Стихи тошно-творные
(Для очищения организма)

И стихи - чудотворные!
Для воплощения оптимизма…

Но перед употреблением -
Летом ли, зимой -
Так как есть противопоказания -
Прошу посоветоваться со мной!

Доктор Поэтичесих наук
Николай ЕРЁМИН   1июля 2017 г Красноярск

В КОНЕЧНОМ СЧЁТЕ
                       «В конечном счёте, смерть страшна
                                      Одним, что скоро нас забудут»
                 Алексей Яковлевич МАРКОВ (1920-1992)
***
Ау! Соколики, Сокольники!
Вокруг - одни, увы, невольники…
Где ты? о, вольный русский дух…
Слабеют зрение и слух…
Стёрт посох, и пуста сума…
Всем хочется сойти с ума…
Забыто «Снятие с Креста»…
Бутыль пуста - душа пуста…
«Нет воли - противостоять…»
Есть  оправдание - опять
Пуститься в лермонтовский путь:
Хоть с кем - напиться и заснуть
Без веры, без любви, - беда,
Чтоб не проснуться никогда…
2017 г
КРИЗИС 17-го ГОДА

Денег нет на телефоне…
И в карманах денег нет…
Деньги были в Моссельпроме,
Как писал один поэт.
Но теперь - ни Моссельпрома,
Ни, увы, поэта нет…
Кризис этот, говорят,
Длится сотню лет подряд…
Но для бедных и господ
Он закончится вот-вот…
 И появятся оне,
Деньги, как в любой стране,
Полноценные вполне…
Если верить Сатане.
2017
СКОРБНЫЙ СОНЕТ

Жизнь есть сон… А слава - тлен и дым…
Прав был Кальдерон. - Ау,  поэты! -
Не хочу, чтоб именем моим
Назывались звёзды и планеты…

Стыдно быть Иваном-дураком
И в полёт космический стремиться…
Где никто не вспомнит ни о ком,
Так случайны имена и лица…

Ну, а те, кто родственно близки,
Вечность презирают от тоски…
Хоть  стремятся все в один конец,
Как велели мать или отец…

Чтоб, исчезнув раз и навсегда,
Вновь не возвратиться никогда…

СПАСИТЕЛЬНЫЙ СОНЕТ
                 «зависимость от чужой похвалы»
                                          Григорий ШУВАЛОВ
Подметил правильно Шувалов:
Поэты, пленники хулы,
- О, лишь бы слава бушевала! -
Зависят все от похвалы…

Вокруг - империя распада…
И независимый собрат
Уходит, будто так и надо,
Хлебнув цикуты, как Сократ,
Среди стремящихся к нулю…

…И я  - Шувалова хвалю
За то, что он две-три строки
Сплетает, Паркам вопреки,
В одну - спасительную нить,
Чтоб всех поэтов сохранить…
2017 г
СОНЕТ-ПОЭММААААААА

- Помню, раньше я отделял этикетки от бутылок - и вся стена была ими обклеена вместо обоев. Вот поэммааааааааа!

***
Ко мне приходила соседка
С  бутылкой сухого вина…
Как новенькая этикетка,
Была мне в награду она…
И я, восхищённый поэт,
Любви соблюдал этикет…
Там,  в благословенном Крыму…
А где я сейчас? Не пойму…
- Ау!   этикеток страна…-
Молчит безответно она…
Вино, что в запасе имелось,
Всё выпито… Эра и Эрос
Уходят в обнимку, чуть свет…
И входит Танатос:- Привет!

СОНЕТ О ТРЁХ КИТАХ

Земля плыла на трёх китах
Куда-то  в  Космос бесконечный…
И ты со мной, увы и ах,
Была, мой ангел,  друг сердечный…

И много миллионов лет
Мы были счастливы без страха…
И защищали нас от бед
Киты, слоны и черепаха…

Благодаря китам, слонам,
И черепахе, - жизнь в основе
Держалась, угождая нам,
И нашим снам -  на честном слове…

Ах, восемь бед, - один ответ!
Где три кита? Их просто нет…
2017
КРЫМСКИЙ СОНЕТ
                               Е.А.М.
Из рифмующих Ялтинских ведьм,
Колдовскою  наполненных силой,
Ты была,  несомненно, заметь,
Самой умной и самой красивой…

Неслучайно у моря в те дни -
Слава Богу! - не много не мало -
Ты из ведьмы, живущей в тени,
Сразу солнечным ангелом стала…

И, меня вовлекая в полёт,
Восклицала: - Будь смелым, поэт! -

О, ХХ-й стремительный век…
Море…Звёзды…Влюблённые лица…
Он закончил пленительный бег -
А полёт наш всё длится и длится…
2017
   
ПРИМОРСКИЙ СОНЕТ

В море нежности, лазури,
И покоя, и мечты
Не хочу безумной бури,
Муза, если рядом - ты…

Щепки кораблекрушений,
Радуг, согнутых в дугу,
Неоправданных решений…
Сколько их на  берегу!

Пусть - почти  что без движений,
В нас безумно влюблена,
В тихой бухте утешений
Плещет нежная волна…

И - дугою в небосвод -
Снова радуга встаёт…
2017
МАРТОВСКИЙ СОНЕТ

На Кавказе - гордый горец,
На Олимпе - Бог-отец…
Я ж,  в Сибири,  -  стихотворец,
Или нет  - Стихотворец!  -

В каждом виртуальном споре
Склонный к метамятежу,
Раньше приходил к  Сосноре,
Нынче к Кедрову  хожу…

И  с Еленою Кацюбой
И с Мариной Саввиных
Вслух читаю  любомудрый,
Вдохновеньем  полный стих…

И «мартини» выпить рад
Вместе:  - За любовь и март!
2017 г
СОНЕТ ПАМЯТИ  ЛЕРМОНТОВА
                               Посвящается Александру КНЯЗЕВУ
                           Накануне 18-го Всемирного дня ПОэзии

Я помню - Боже! - молод и пригож -
На Лермонтова тоже был похож…
Но - Князев,  Арутюнов,  Шепета,
И Кедров,  и Монахов …Неспроста,
Вдруг стали все - до жеста и до слова -
Похожими  на дедушку Крылова:
У каждого  - свой Лермонтов  в груди…
И Гамлет…  И, конечно,   впереди -
Мораль, как в басне «Быть или не быть»:
-  Поэт в России должен долго жить!
Читать журнал  ПОэтов, чтоб опять
На сердце возникала  благодать…
Поскольку снова меж мирских забот
Всемирный День Поэзии грядёт…

КАПИТАН  СКАЗАЛ

Капитан сказал:- Не обману…
Наш корабль, увы, идёт ко дну…
В этом усомнитесь вы едва ли -
Даже крысы с борта убежали…
И плывут - упрёк, пример ли вам? -
Кто к материкам,  кто к островам…
Ну, а тех,  кто:  - Быть или не быть? -
Шепчет,  должен я предупредить:
Вопрошая снова и опять,
Каждый  Гамлет  может опоздать…
Гляньте: ватерлиния в воде!
Это значит - быть…  Но быть - беде…
Так что - наяву или во сне -
До свиданья! Встретимся на дне!
 
СОНЕТ НАВСТРЕЧУ 18-у ВСЕМИРНОМУ ДНЮ ПОЭЗИИ
 ***                                          
                             «Гениталии всех стран - соединяйтесь!»
                                 Константин Александрович КЕДРОВ
    "А поэзия, прости, Господи, должна быть глуповата"
                                        Александр Сергеевич ПУШКИН

Приближается Всемирный день поэзии…
Будет он во много раз других полезнее:
От рожденья всех, имевших  умный вид,
Он от глупости излишней исцелит…
Ведь недаром было сказано когда-то,
Что поэзия должна быть глуповата…
Прости, Господи, глупца и мудреца,
Политического сына и отца…И пошли им
Вдохновенья Святый Дух…
О любви стихи пускай читают вслух!
Чтобы каждый муж был с музою не прочь
К Дню поэзии добавить Ночь-полночь…
И, сплетая поэтическую нить,
Гениталии всех стран соединить!
2017
БОРОДАТЫЙ СОНЕТ

Я раньше стать хотел богатым -
О, славы и удачи дым! -
Как Шепета - слегка поддатым
И неподдельно молодым…

Как сын Дедала, стать крылатым -
И так взлететь за облака,
Чтоб вечно ощущалась рядом
Любимой лёгкая  рука…

И древним городам и сёлам
Я стихотворные труды
Дарил  с  улыбкою  весёлой,
Как Шепета  без бороды…

Эх, ма!  Стихов  - невпроворот…
А борода опять растёт…
2017
КАК ЖАЛЬ
                                                Владимиру МОНАХОВУ
Как жаль, что я не жил в Китае
И никогда не буду жить…
А буду, про Китай мечтая,
Себе лишь, грешному,  служить…
Где - в бухте Памяти  - Харон
Со мною делит самогон…
За то, что с ним  за так дружу
И ночью лодки сторожу…
А иногда - для куражу  -
Вместо него  перевожу
Тех, кто желает  сквозь  года
В Китай  отчалить навсегда,
Чтоб не вернуться - вот так да! -
Сюда…Где  горе  - не беда…
2017
СОНЕТ ИЗ ПИВНОГО ПРИЧАЛА

- Боже, отпусти мои грехи!
Подари забвенье и прощенье… -
Алкоголик, пишущий стихи,
Собирает деньги «на леченье»…
И в «Пивном причале» - счастлив, тих -
Каждый вечер пропивает их…
И, вскочив: - Ребята, я - поэт! -
Всем  читает радостный сонет…
Кулаком стучит в хмельную грудь:
- Я хочу напиться и заснуть! -
И ребята дружно: - Молодец! -
Просят, - Почитай ещё, отец!-
И ему в награду:-  Классный стих! -
Предлагают водку «на троих»…
2017
ПРОДОЛЖЕНИЕ МАТВЕИЧЕВИАНЫ
Матвеичев, печальней чёрта,
Старел среди больничных дел…
Но,  подлечившись, снят с учёта
Он был…И так помолодел,
Что в процедурной поутру
В восторге трахнул медсестру…
Чем огорчилась сгоряча
Подруга Главного врача…
Которая не без опаски
Пыталась чёрту строить глазки…
Но просчиталась и, скорбя,
Разбила сердце у себя…

Вот что бывает - ё, моё!
Но кардиолог спас её…
2017

СОНЕТ ОБОЛЬЩЕНИЯ

- Дорогая, у вас такие очаровательные ручки,
Что я обязательно буду их целовать!

Милая, у вас такие очаровательные ножки,
Что я намерен за ними хоть на край света бежать…

Родная, у вас такой очаровательный голосок,
Что я хочу  а капелла ему подпевать…

И такие зеркальные глубокие глазки,
Что они просто обязаны меня отражать…
И если вы тоже так считаете, и совсем не возражаете и готовы  мной повелевать, Даю вам  на размышления  и на сборы пять минут -
Вы выбираете Тридевятое Царство
Или Тридесятое  Государство…

А я заказываю при помощи Интернета
Два билета - и в путь!
2017

СОЛОВЬИНЫЙ СОНЕТ

                    В то время под моим окном
                    Сносил бульдозер сад вишнёвый
                                      Но соловей остался в нём
                                      И одарял руладой новой
                                                    Константин КЕДРОВ

А ведь и я в то время жил,
Дружил,  ценя  метаморфозу…
Не  помню,  кто кого травил,
Но помню соловья  и розу…

В саду работал соловей,
Эпохи символ… Как бульдозер,
Он переделывал людей 
И на жаре, и на морозе -ррр….

Их было много - без затей,
С идеями глухонемыми…
Всё видел с неба Добродей
И звал меня идти за ними…

То снег… То дождь летел  на плечи…
И вот - я здесь… А те - далече…


ДО ВЕСНЫ

Сонет
                                   - До весны, я надеюсь, дотянем,   
                           Доживём, как-нибудь,  - не впервой!
                                            И весёлую песню затянем
                                Под аккордов гитарных струн бой…
                                                        Сергей ПРОХОРОВ
***
Под аккордов гитарных струн бой
До весны мы дотянем с тобой!
У неё будет страстный Френд-бой -
Я ли, ты ли, мой друг дорогой…

Т а к  надежду свою, и любовь
Зарифмуем мы - Ах!  - вновь и вновь,
Что,   пришедший  на  свадебный пир,
Подпоёт нам  свободный  Вер-либр…

Доживём, непременно дотянем!
Если ноги в мороз не протянем…
Если  нас не затянет прогресс
Под Камаз или под Мерседес…

Эх, деньжат накопить… Бросить пить…
Хорошо бы гитару купить!
2017
В  КАНТАТЕ

                                 «Звучит мировая кантата»
                                           Константин КЕДРОВ

Я иду -  с кантатой на контакт,
Сердце бьётся страстно и не в такт…
Слава Богу, -  не окаменело,
И опять запело - а  капелла…
Новый год - Пленительная тема! -
Инсайдаут и мета-поэма…
В мировом лирическом контексте
С теми,  ах,  кто в теме и кто вместе…
Вновь звучит проигранная гамма…
В выигрыше  - эхо-анаграмма…
Снова зазвучавшая кантата…
Лучше нет, пожалуй, результата …
В Космосе, где с виртуальных пор
Кедров виртуозный дирижёр…
2016
СТИХИ  ИЗ  БРАТСКА
 
«Моё прошлое завалено мёртвыми стихами...
  Иногда приходят один-два читателя  и пытаются оживить эти тексты...
  Напрасный труд...»
                                        Владимир МОНАХОВ

***
Я оживил стихи Монахова:
Над свалкой мёртвых книжных груд
Прочёл - и слушатели,  ахая,
Вскричали дружно: - Вери гуд! -
И восхитились:- Каждый текст -
На самом деле, Вери бест!
И мы, вдыхая славы дым,
Их на английском издадим! -
Пусть знает каждая душа
И в Англии, и в США…
И старый Свет, и Новый свет,
Что в Братске есть такой поэт! -
И я ответил:  - Вери гуд!
Не пропадёт ваш славный труд!
                                2016 г
СТРАНИЦА  НА САЙТЕ
                                                    Автор закрыл свою страницу
О, размах поэтических крыл,
Затмевающих путь до небес!
Арутюнов страницу закрыл…
И Лаврентьев страницу закрыл…
И Шувалов страницу закрыл…
Продолжается странный процесс…

Только я у судьбы на краю
Продолжаю страницу свою  -

И крутою тропой на Парнас
Устремляется вновь мой  Пегас…

Рад, что рядом - любви не тая,
Вдохновенная муза моя,
На семи воспевает ветрах
Поэтических крыльев размах…
2016

СОНЕТ СВЕТЛАНЕ КАНТЕХОНДО

«Мы так близки, что слов не нужно
Чтоб повторять друг другу вновь,
Что наша нежность и наша дружба
Сильнее страсти, больше чем любовь.»
                              Вадим КОЗИН
***
О, музыка! Не дай мне умереть!
Ведь ты - бессмертна…Тайной и секретом
Со мною поделись перед рассветом
И вновь - звучи, не умолкая  впредь…

Не дай заснуть… Не дай мне постареть…
Я мысленно прошу тебя об этом…
Поскольку ты,  сочувствуя поэтам,
Не терпишь никаких ненужных слов…

И перевод совсем тебе не нужен…
Ты музой мне была…А я был мужем
Не изменяй хотенью моему,
Ведь всё у нас с тобою - по уму…

И я тебе напоминаю  вновь,
Что наша дружба - больше, чем любовь…
                               2016 г
СОНЕТ-ПЕСЕНКА Вовы РЫЖЕГО
из пьесы «Для тех, кому за 70»

- Были тезы... Теперь - антитезы…
Чётким курсом  - с мостов на протезы -
От зубного пришёл я врача,
Руки-ноги с трудом  волоча...
Боль такая, - О, Боже ты мой! -
Еле-еле добрался домой…
Как в отчизне господ и рабов
Буду жить я теперь - без зубов?
Ни о чём я тебя не просил…
Дай мне, Боже, спасительных   сил!
Вразуми молодого врача,
О, зубного  рвача-палача...
И, скорее закончив процесс,
Подари мне целебный протез!
2016

МАГИЧЕСКАЯ РОЛЬ

- Я не хотел бы стать царём поэтов!
А королём - тем более,  увы…
Мне посреди всемирных  интернетов
И так довольно славы и молвы…
Поэт - вполне магическая роль…
И ни при чём тут царь или король! -
Но явился карнавал  - и меня короновал!
И с тех пор я - Ни гу-гу - снять корону не могу:
Стала - тяжкая - увы,
Продолженьем головы…
И сказал мне царь Мидас:
- Угораздило же вас -
Под корону…В наш-то век…
Золотой вы человек!
СОНЕТ О СИБИРСКОЙ ССЫЛКЕ 
http://vvm1955.livejournal.com/1847230.html 
Владимиру МОНАХОВУ
По внешней ссылке  - переход …
И там - возврата нет -
Поэта ждёт его народ…
Зачем? Не мой секрет:
Весной, и летом, и зимой,
И осенью - народ немой …
Но - всем за всё: - Пришёл? Привет! -
И, рад  или не рад,
В награду - вечный внешний   свет
И внутренний распад…
Такой расклад…  И ты, ходок,
Продлить желая жизни срок,
Где правда, чувствуя, где ложь,-
По ссылке внутренней идёшь…
СЛАВНЫЙ СОНЕТ

- Поэтессы  без кос не бывает…
- А поэта без космоса нет…-
Строчку к строчке поют, подбирают -
Получается славный сонет…

Где у моря, при свете Луны,
Повстречались они,  влюблены…
Где  водил он её на откос
Наблюдать трепетанье стрекоз…

Где мерцал серебром Зодиак,
Обещая со-чувствовать  впредь…
Где потухший вулкан Кара-Даг
Был  не прочь - возгоревшись,  гореть…

А в волнах отражалась,  пьяна,
Опалённая им купина…
2016
ПИРАТСКИЙ СОНЕТ

ХХ1-й век… Пиратство…
Не отходит от руля
Капитан, продавший в рабство
Всю команду корабля…

Получив сполна пиастры,
Одинок, увы и ах,
Он останется спиваться
На Карибских островах…

А пока - бочонок рома
Открывает он для всех…
И гремит, мощнее грома,
Тост привычный «За успех!»

И под праздничный салют,
В рабство проданные, пьют…
2016

КЕДРОМАЙСКИЙ СОНЕТ
                                «я месяц я семя» Константин Кедров
                               «Я и ты - бог, эго бытия». Елена Кацюба

Наступил кедромай…
Я гуляю в кедровом бору…
Белки прыгают с веток на плечи - Вай-вай!-
Я их бережно в руки беру…

И они не боятся, стихи мне по очереди читают -
Из поэтесс Елену Кацюбу,
А из поэтов Константина Кедрова предпочитают…

И прыг-прыг, кедроманки,
Убегают по иглам в свой дом,в кедровую благодать…

И кричу я им вслед: - Где вас можно найти опять? -
А они смеются: - Нигде кроме,
Как в палиндроме! -

До чего ж хорошо поутру
Прогуляться в кедровом бору!

ХОР
            «…не дадим умереть…»
                   Константин Кедров

Все актёры, которые врали
В кинофильмах и в жизни, увы,
Все давно уже поумирали -
Но живут в анекдотах молвы…
Под прикрытием громких имён,
Как правдивые тени времён…
И фактически не разберёшь,
Где - сновидная правда, где - ложь…
И опять я смотрю в небеса,
И опять слышу я голоса:
- Мы тебе обещаем, что впредь
Никому не дадим умереть!
И тебе не дадим… Не дадим…
Вечной жизнью тебя наградим…

СТРАНА ПРОСНУЛАСЬ
                 «Проснись страна от запоя»
                                 Константин Кедров

Страна проснулась от запоя
И удивилась: что такое?
Одни покойники вокруг!
И не понять, кто враг, кто друг…
Вновь - лживые живые трупы,
В партийные собравшись группы,
Газету «Кривда» издают…
И песню старую  поют:
«Мы - из ковчега - дети Ноя -
И вышли все мы из запоя,
И к коммунизму держим путь,
Чтоб вновь напиться и заснуть…»

Страна проснулась: - Боже мой! -
Сказала - и  ушла в запой…
2016
ИГРОКИ

- От двадцати до тридцати - и дальше -
Я жил, не зная робости и фальши…
Меж стариков играя год от года
Всё лучше, как фальшивая колода…
Обыгрывая страстных игроков -
Богатых, и совсем не дураков…
Краплёная  по воле игрока,
Теперь, увы, дрожит моя рука…
Всё явственней  вторгаясь в явь и в сон,
Проигрывает Мистер Паркинсон -
Тем, кто моложе - в долг - и  в пух и в прах,
Всё чаще оставаясь на бобах…
В компании, кому за шестьдесят…
Кому долгов картёжных не простят…
2016
***
Душа расстроена… Рояль
В слезах пирушки алкогольный…
На нём пылится чья-то роль -
Забытая - в тетрадке школьной…
Театр уехал… Очень жаль -
Он был весёлый и прикольный:
На гребне славы и молвы
Все игроки - без головы …
Особенно - интриг полна -
Актриса юная одна,
Которую: - Судей - на мыло! -
Расстроить невозможно было…
Что тут сказать? - Ни ты, ни я…
Ни Бог ей нынче не судья…
***
Под гитарный перебор -
Алкогольный перебор …
И хмельных  сомнений вздор
Стал мне вреден с неких пор…

Воспевая глубь и высь,
Барды медленно спились…
Доживают век оне
Где-то там, на самом дне…

Где вокруг течёт - пока -
Алкогольная  река,
Широка, неглубока,
Помутневшая слегка…

Из неведомых времён -
С самогонкой самогон…
2016
ОТНОШЕНИЕ К СТАРОСТИ
Эпиграф
«Год назад Михаилу Ландеру исполнилось 90 лет. Он по-прежнему пишет (а мы публикуем) морские и военные очерки, по-прежнему по утрам плавает в бассейне или в океане, по-прежнему на мой вопрос, что будем пить, отвечает: «Всё, что горит!»   Александр РОСИН, Флорида.

СОНЕТ 
     Михаилу ЛАНДЕРУ и Александру РОСИНУ

За окном - удивительный вид:
Океанская плещет волна…
Вот и выпито всё, что горит,
А душа ожиданьем полна…
Неспроста  вспоминается  нам,
Как мы жили, стихиям назло…
Неспроста -  по морям, по волнам -
С этой гаванью  нам  повезло…
Плыли мы, аргонавтам под стать,
Чтоб добыть Золотое руно…
Пусть же в нас  продолжает играть
Благодать -  золотое вино…
И с волною волна говорит…
А душа, точно прежде, горит!
2016г

Сонет из цикла СУТЬ АБСУРДА   

МОЯ  РОДОСЛОВНАЯ

Повстречались -  Тет-а-тет -
С раритеткой  раритет:
С рари-тьмою  рари-свет -
Рари-бабка, Рари-дед…
С рари-папой  -  рари-мама:
- Харе  Кришна! - Харе  Рама! -
И от них,  как раритет,
Появился я: - Привет!
У меня - Авторитет!
У меня приоритет…
Так как я, вопросов нет, -
Член ДООСа  и ПОэт…
И конечно же, - Off cоuse! -
Стрекозёл  среди стрекоз!
2016

СОНЕТ - ЛЕКАРСТВО  ОТ  БЕССОННИЦЫ
                                                       -  Дай руку мне…
                                                                 Иван ШЕПЕТА

Иван, друг другу - из последней силы -
Протянем руку на краю могилы!
И отойдём подальше от неё…
Нам ни к чему её  небытиё…
И недосуг - с душою нараспашку  -
Смирительную примерять рубашку… 
   Довольно   поэтической  родни
У нас с тобой  - да, да,  мы  не одни!
И пусть, пока не протянули ноги,
Нас  к ним ведут  знакомые дороги…
И вновь  - несочинённые стихи…
Нет, мы не хилы, и не так плохи…
О, Шепета, когда  в душе темно,
Шепни хоть слово - и  спасёт оно…
2016
ВСЕМИРНЫЙ ДЕНЬ ПИСАТЕЛЯ
                 Кому: Николай Ерёмин
ПИШИ ЕЩЕ БОЛЬШЕ. ЧИТАТЬ ПРИЯТНО.
                                                                    Е.П.

Вчера был День Писателя… И что?
Среди влюблённых охов, нежных ахов
Меня поздравил вдруг поэт Монахов!
И друг мой Эдик-медик Русаков…
И пожелал ещё пожить  лет сто…
А что? И проживу! Как дед Пыхто…

И мне напомнил - сам! - Кто я таков,
Евгений Анатольевич Попов:
- Приятно почитать! Ещё пиши! -

- О, космос поэтической души…
Как необъятен ты  и как велик! -
Вскричал во мне поздравленный Ник-Ник…
И сочинил в ответ - Вот я каков! -
Немного прозы и чуть-чуть стихов…
2018
КОММЕНТ ДРУГУ,
сочинившему Венок Сонетов

Мой друг, ты не венок сонетов,
Ты целый веник накропал!
Полезных много дал советов,
Я их недаром прочитал…

Не то по глупости ведь мог
Такой же сочинить венок…
Себе на голову надеть,
Чтоб всюду похваляться впредь…

И всё ж скажу, хоть ты и крут,
Плести венок - напрасный труд!
В соревновании с тобою
Совета своего не скрою:

Сонета хватит одного,
Чтоб все сказали: - О-го-го!
2016
ПОУЧИТЕЛЬНЫЙ СОНЕТ

От критикессы получив под дых,
Но отдышавшись, я налил ей чаю, -
И творчество иных психобольных,
Вновь под её присмотром изучаю…

Здоровым быть у сверстников моих,
Продавших душу Дьяволу, учусь,
Завидуя стихам, от сих до сих,
В которых и веселие, и грусть

Как будто блики солнца и луны
В беседах с Богом запечатлены…

И с критикессой спорить не берусь…
А предлагаю водки и вина…
Ну, хочет быть умнее всех?  И  пусть!
Она права… Такие времена…
2016
СОНЕТ про СЧАСТЛИВЫЙ БИЛЕТ
                             Профессору К.Рамсееву-Убыхову

***
На судьбу затаивший обиду
Не получит счастливый билет
И не сможет слетать во Флориду…
Безбилетнику там места нет…

Я ж привык на ромашках гадать
И выигрывать…  И -  благодать:
Как пророк,  экстрасенс и поэт
Называю Счастливый билет!

За Пегаса и Музу плачу
И - Урра! - Во Флориду лечу…
Потому что сей раз - видит  Бог -
К.  Рамсеев-Убыхов помог
Мне советом пять цифр отгадать
…..
А захочет - поможет опять!
2016

МАКИ и МАКАКИ
Баснословный сонет

В России шустрые макаки
Недавно запретили маки:

За то, что блещут красотой -
Их обозвали наркотой!
И - кто любуется на них,
В тюрягу садят… Или в псих-
Больнице лечат… - Как же так? -
Всех, кто выращивает мак…

Законодатель  Макакян
Позорит племя  обезьян…

Но в поле  светит  Красный мак -
Маяк - рассеивая мрак…
И ветру вторит  мак-малыш:
- Красивым быть не запретишь!
2016
НЕ ПРОСИ

Жизнь твоя убога?
Что с того?

Не проси у Бога
Ничего…

Ну, получишь
Пригоршню монет -
И забудешь
То, что ты - поэт…
Станешь сладко пить
И сладко спать…
А - потом просить,
Просить опять…

Ни прощенья, глядя в небеси,
Ни спасенья, - лучше не проси!
2016
СОНЕТ

Плохо быть, увы, плохим поэтом
Да ещё комплексовать об этом…
Понимая: локоть не укусишь…
И в кармане пряча сжатый кукиш…

Хорошо хорошим быть поэтом!
Жить в любви и в дружбе с Белым светом -
И летать по модным фестивалям,
Радуясь дипломам и медалям…

И - кошмар! - пропив последний грош,
Сомневаться: плох ты  иль хорош?

Но зато, когда сонет напишешь
И споёшь… И  - Вы поэт? - услышишь…
- Разрешите нам списать слова! -
Нет сомнений. И молва права.
2016

СОНЕТ и МЕТАМЕТАФОРА

«Употреблять слово - метаметафора, во множественном числе - всё равно, что кантовскую "вещь в себе" размножить и именовать вещами в себе.Глупость неимоверная. Метаметафора не тропп, а понятие. Новое!»
Кедров-Челищев

***
- Метаметафора - не тропп!
И,  слава Богу, что не труп…

А что она такое? В лоб
Не разъяснишь тому, кто глуп…

Да и тому, кто помудрей,
Кто «вещь в себе» среди людей…

Не зря он говорит:- Эх, ма…
Моя твоя не понима… -

Давно в России
Там и тут все по понятиям живут…

Недаром Кант  твердит опять:
- Прошу меня не кантовать!

Метаметафора - одна!
Трансцендентальная она…
                                      2015 г

ГДЕ ТЫ?
                                           «Где ты, Лаура?
                                                     Найди его.
                     Может, он станет Петраркой…»
                                            Виктор СУНДЕЕВ
***
Не вызывает возражения
Любовь эпохи Возрождения…
Увы, чем был бы каждый стих
Без вдохновительниц, без них?
Меня ж Лаура не нашла…
Я видел: слева обошла…
И Эвридика не нашла…
Я видел:справа обошла…
Увы, Кассандра, Беатриче -
Прошли в таинственном обличье…
И вот - на счастье ль, на беду -
Всю жизнь ищу кого-то, жду…
Красавиц много на пути,
А я всё не могу найти…
2016
КОММЕНТ-СОНЕТ  к  журналу ПОэтов  Константина Кедрова, №3 (69) 2016 «ПОэма ПОэм»

О, милая Эмма!
В мерцанье светил
Я метапоэму
Тебе посвятил…

В журнале ПОэтов,
О, Эмма моя,
Вопросов-ответов
Истоки ея…

Но философема
Взаимной любви -
Закрытая тема,
Как Храм на крови…

О, Эмма, привет!
Получился  сонет…
                            2016 г

ТАВРОМАНИЯ

Минотавры ушли во тьму…
Снова тавры  живут  в Крыму…
От хорея до амфибрахия -
Тавромания,  тавромахия…
- Эй,  Парис виноградных недр,
Кипарис…Эй,  ливанский кедр,
Друг  Гомера и наших дней,
Вдохновения не жалей!  -
Всех поэтов берёт на понт,
Фестивалит Эвксинский Понт…
Я бы тоже пустился в полёт,
Тавроман, -   в ожиданье,  вот-вот…
Да билетов на самолёт
Тавромафия  что-то  не шлёт…
2016
БАДАЛЫК

Неужто мы дружили? -
И Зорий,  и Роман…
И по соседству жили…
И вместе - Ох, обман! -
За славою спешили
И год, и день, и миг…
Чтоб опочить в могиле,
В деревне Бадалык…
Вот Солнцева надгробье…
А вот и Яхнина…
Как много - За здоровье!-
Мы выпили вина…
Доигрывая роли
В хмельные  времена…
2016

 СОНЕТ про  МАЛИННИК

Передо мной - заброшенный малинник…
Он был задуман при социализме

Как райское местечко возле речки,
Где можно было б счастье обрести…
Хороший день! Над речкой солнце светит…
И тихо проплывают облака…
И вдоль кустов колючих три старушки  -
Надежда, Вера и Любовь - согбенно
Малину собирают в туески…
И тут же предлагают мне: - Купите! -
Зачем вам здесь, под солнцем,  спину гнуть? -
И я им  отвечаю:  - Что вы! Нет!
Мне будет самому набрать приятно
Малины в целлофановый пакет…
2016   
ДЕНЕЖНЫЙ СОНЕТ

- Переводчик с а античности,
Современный поэт, -
Нет в карманах наличности…
Вдохновения нет…
Неужели,  друзья
Богачи, это - я? -

И друзья-богачи
Говорят: - Не ворчи! -
И вручают оне
По 100 долларов мне:

- Не имей сто рублей,
А имей сто друзей! -
Каждый - молод и рад -
Неспроста говорят…
2016  
ПРИМАДОННА
 С сигаретой «Прима» донна
Анна  - пепел на губах -
Притворилась вдруг влюблённой -
Лишь в тебя… Увы и ах…

Ты, поверив ей, увы,
Прыгнул выше головы…
Чтобы с воплем:- Твою мать! -
Шею и судьбу сломать…

И под хмелем, как под следствием,
Вновь твердить, нахмурив бровь:
- Сожалею, что по средствам мне
Лишь продажная любовь…

А бесценной - не секрет -
В сердце не было  и  нет…
2016     
СОНЕТ про КАБЛУКИ

Помню, девочки блукали
На высоких каблуках…

С ними мальчики алкали…
Все спились, увы и ах!
Жизнь жестокая такая:…
Их  - алкающих опять,
Донжуанов и весталок,
Без бутылки не понять…
Помню, к пропасти влеком,
Был и я под каблуком…
Помню  символ тех наук:
Музой сломанный каблук,
От подруг и от друзей
Мною сданный в Литмузей…
2016

ЛЕТО НАД РЕКОЙ

Ах, вокруг и около -
Бабочки Набокова
И стрекозы Кедрова…
- Вы, друзья, откедова? -
Лето - тело Отелло и Дездемоны,
Где он - стрекозёл, а она - бабочка…
А между ними -
Стремление стать родными…
О, бабочки- однодневки -
Девочки и  девки…
О, стрекозы
Поэзии и прозы -
Метаметаметафоры
Метаморфозы!
2014
СОНЕТ ПРО ДОЛГИ

Кредит…Налог… Проценты…Пеня…Штраф…
А ты не платишь…Значит, ты не прав!
Поскольку - не герой античных мифов…
И снова - повышение тарифов…
Увы, страну доводят до греха
Мошенники из сферы ЖКХа…
Растут невозвращённые долги!
Ты молишься:- О, Боже, помоги!
Не то придёт воинственный коллектор
И спустит задолжавшего - в коллектор…
И пьёшь, как все в России,
Вот те на! А за окном - Троянская война…
Оружием гремит Троянский конь…
И ты кричишь:- Не тронь его! Не тронь!
2016

СОНЕТ НЕ ДО ВОДЫ
- Сколько лет - не до воды! -
Пил я лишь вино и водку…
И допился до беды:
Нет охоты пить в охотку…
Опостылела душа
Без любви, без куража…
И поэтому уже
Нет веселья на душе!
Вместо водки и еды
Я прошу стакан воды…
Только рядом, как ни странно,
Нет того, кто неустанно
Был на шуточки горазд
И твердил мне: - Бог подаст!
2016
СОНЕТ о ПРИГЛАШЕНИИ НА ФЕСТИВАЛЬ
НАКАНУНЕ ФЕСТИВАЛЯ

Вот и мне, так сказать, по всему,
Срок пришёл - засветиться в Крыму…
Ну, конечно же, будет мне жаль -
Глядя вдаль, пропустить фестиваль…
Чует сердце, туда, где народ,
Не случайно Басыров зовёт…
Председатель писателей всех,
Знает он, где желанный успех…
- Прилетай!Сколько зим, сколько лет…
Докажи, что ты вправду - Поэт!
В море Чёрном хоть раз окунись…
В небо, в горы, хоть раз, поднимись…
С Музой, ах, на Пегасе своём
Прилетай обязательно! Ждём-с…
МЕЧТАТЕЛЬНЫЙ СОНЕТ                                                  

Если Министерство  денег даст,
Полечу я в Крым, на фестиваль…
И, сонеты сочинять горазд,
Стану воспевать морскую даль…

И среди залётных соловьёв
Представлять сибирских воробьёв…

Но, покуда  денег нет,  - в упор
Я смотрю, как в северный простор
Енисей стремится между гор,
Отражая мой суровый взор…

И с надеждой призрачной вдвоём
Тороплюсь к министру на приём…
Где охранник, строгий Бармалей,
Просит пропуск у входных дверей…
2016

СОНЕТ ПРО ОТКАЗ МИНИСТЕРСТВА

И  сказал я: - Что ж, раз денег нет, -
Фестиваль не для тебя, поэт…
А для тех, кто молод и богат
И пешком дойти до Крыма рад…
А  Пегас:- Я, если захочу,
Хоть куда с тобою долечу!
Крылья есть - пешком идти не надо…
Крым для нас - отрада и награда…
Ну, садись! И за меня держись!
Вниз глядеть не надо…Берегись!
…Я заснул, проснулся… не пойму:
Неужели вправду мы  - в Крыму?
Кипарисы, море при луне…
Глядь, а это - коврик на стене!

Постскриптум:
Уста безмолвные отверсты.
Отказ - по самой низшей таксе:
- Ты обращался в мини - стервство…
А нужно было - в макси! В макси!
2016
СОНЕТ про ЗОЛОТЫЕ ПАРАЩЮТЫ

Теперь тот - бич, тот - бомж, не более,-
От деклараций - блажь и ложь -
Все спонсоры ушли в подполье:
Там днём с огнём их не наёдёшь…

В стране чудес - из года в год -
Ах, то посадка, то полёт…
Летят по небу - Фу ты, ну ты -
К ним Золотые Парашюты…

В стране чудес из года в год -
Из Рая адресный  полёт…

Ах, до чего ж красивый вид!
Им всем посадка предстоит…
Толпа кричит: - Гип-гип… Ура!
Эт сетера…Et cetera…
2016
СОНЕТ ЖИВОПИСЦУ ГЕРМАНУ ПАШТОВУ

Поэзия и музыка - родня…
И нет родни милее для меня.
Пожалуй, только живопись,
Ей-ей, из трёх сестёр мне иногда милей…
Способная создать в плену мечты
Подобие любви и красоты
И - музыке с поэзией под стать -
На самом деле есподобной стать…

Звучи, сонет, не иссякай, романс,
Рождаясь в сердце каждого из нас!
И отражайся - навсегда - вовне
На живописном вечном полотне…
Ни доброты, ни страсти не тая,
Живи, о, муза милая моя!
2016

***
В мыслях о добре и зле
Между радостью и болью
Притяжение к земле
Люди путают с любовью…
Разрываясь - О-ё-ёй! -
Между небом и землёй…
И - с рожденья - там и тут -
Звонко песенку поют:
«Испытанье на разрыв»…
И - кругами голова -
В ней мои слышны слова…
Неземной звучит мотив…
Слава Богу, что звучит…
Ничего, что Бог молчит…
2016

ПИСАТЕЛЬ МИХАЙЛЕЦ

- Велел отец, учила мать
Всё близко к сердцу принимать…
И я до финиша от старта
Бежал к инфаркту миокарда! -

Сказал писатель Михайлец, -
И вдруг - инфаркт, всему венец!
Не зря мне, воплотив мечты,
Хирурги вставили шунты!
И я - в плену сердечных ран -
Мечтаю дописать роман
О том, как продолжаю путь,
А сердце хочет отдохнуть… -

И я ответил: - Михайлец!
Какой ты всё же молодец
2016
ЭНТРОПИЯ
                                  Константину Кедрову

Я ушёл от людей - от безумных идей…
А вернулся когда - никого…Вот так да!
Организм разрушается…
Всё ему разрешается…
Так как смерть приближается…
Ну, а жизнь удаляется…
И - Не надо печалиться! -
Все проблемы решаются…
Волны бьются о рифы,
Как глагольные рифмы…
Где я, вечный поэт?
Там, где был…Здесь, где  нет
Никого - Ни гу-гу -
На морском берегу…
2016
ПЕГАС  ПАСТЕРНАКА

Когда, опальный, при социализме
Поэт Пегасу крылья опалил,
Увы, я был участником на тризне…
И много выпил за него чернил…
Так вина разливные называли,
Точнее кто придумает едва ли…
- За Пастернака! -Умножая слякоть,
Любой хотел  «достать чернил  - и плакать …»
Стихи к роману, точно вещий знак,
Тогда недаром выдал Пастернак…
Его Пегас с опальной парой крыл
Воистину над веком в о с п а р и л…
И слава Богу! Вот Пегас каков:
Не умолкает звон его подков…

БЫТЬ ЖИВЫМ
                                    «быть живым, живым и только»
                                                                Борис Пастернак
Пастернак советует, увы,
Оставаться, то есть быть живы-
М…Каким угодно, до конца,
То есть  - до тернового венца…
Или до лаврового венка…
Силы не исчерпаны пока
Неизвестной, роковой судьбой…
Оставаться, быть самим собой,
Следуя из темноты на свет…
Что ж, поэт хороший дал совет…
Вот зачем по чувству и уму
Я совету следую сему…
И иду за ним - своим путём,
Дел не оставляя на потом…
***
От порога,  увы,  до окошка -
И в груди, и в избушке - гармошка…
«Ой, поэт,  что за вид? - говорит, -
Слышишь, как разыгрался бронхит?
Эти игры давно не в чести
И не могут к добру привести…»
Ох, да слышу…  И - ночью и днём,
Припевая, играю с огнём:
«Ты спаси меня, русская печь,
Сохрани мою русскую речь! -
Пусть сильней  полыхает огонь…
Пусть  в груди затихает гармонь…
Пусть  уходит бронхит за порог…
Этот вид - не по мне… Видит Бог…
2016

***
Сочинять - нехитрое занятие…
Но в краю, где все - на одного -
Роковые с Музою объятия
Раковыми стали для него…
Боже мой, как изменился вдруг
После возвращенья старый друг…
Бард, красавец, русский богатырь,
Покорявший дикую Сибирь…
Бог ты мой! - взгляните   -
От него вовсе не осталось ничего…
А ведь были  слава  и успех,
Время, где он пел - один за всех…
Что ж…Давайте выпьем - за него,
Здесь, в краю, где все - за одного…
2016

***
В груди
Волнение
Приди
Ко мне

Прикос
Новение
Стрекоз
Во сне

Луны
К волне
Вина
К вине

О да
О не
2016

ПЕРВОМАЙСКИЙ СОНЕТ
Светлой памяти Виктора Петровича Астафьева
( 1 мая1924 - 29 ноября 2001)

Помню  развесёлые  гулянки -
Берег Енисея у Овсянки…
Как вокруг Астафьева народ
Собирался в дружный хоровод…

Всё, о чём мы пели, что любили,
Боже мой,  о чём ни говорили, -
В мемуарах  издано  давно,
Много раз показано в кино…

Вот - Часовня…  Вот - Библиотека…
Есть,  где помолиться…  И  опять
Вспомнить дорогого человека
И его «Царь-рыбу» почитать…

На дворе - желанный Первомай.
Жди, Петрович, нас,  не забывай!
2016 г Красноярск

ВОКРУГ

Вокруг - одни заботы:
Увы, туда-сюда
Рокочут самолёты…
Грохочут поезда…
От грохота - спасенья
Ни ночью нет, ни днём…
Такое невезенье…
Такой, увы, дурдом
Где мы, себя жалея,
Спокойствия желая…
- Ау! Судьба иная…,
Живём себе, эх, ма,
Тихонько выживая,
Безумцы, из ума…
2016
***
Топор всегда лежал на плахе…
Палач трудился без стыда,
Увы,  на водке,  и на страхе -
Лишиться водки навсегда…
Но вскоре плаху упразднили
И гильотиной заменили…
В музее с некоторых пор
Скучают плаха и топор…
А гильотине - между дел -
На смену вдруг пришёл расстрел…
И исполнителям теракта
Не рак грозит, так катаракта…
Поскольку жертвы  - в их судьбе -
Зовут и требуют к себе…
МЕТАМЕТАФОРИЗМ
Коммент к Журналу ПОэтов Константина Кедрова
№1,(67), 2016, «НАМ  20  ЛЕТ»

Кедров заставил поэтов ночью смотреть на звёзды…
А днём вспоминать о них…
Чтобы, пока не поздно,
Точно вопрос безответный,
С ними сверять каждый стих…
Вот - воплощённый в «изм»
Ключик-замочек поэзии - Метаметафоризм,
Звёздноземной аккорд…
Слушайте, как поёт
Арию «Метакод»
Кедров - главный солист,
Метаметафорист…
И подпевает хор -
Вешний кедровый бор…
2016

ОБЫКНОВЕННАЯ ИСТОРИЯ

Поэта, увы, сам-с-усами,
Врачи - этот в славе, тот в силе -
Однажды в больницу вписали,
А выписать позабыли…
Поскольку - Талантлив, нахал! -
Кто жил, очарованный матом, -
В поэмах он всех описал
И выпустил в свет тамиздатом…
Чтоб тут же е его прочитали…
Приехали вдруг - и забрали…
По мнению всех докторов
Практически был он здоров,
Чтоб жить просто так, задарма,
Рифмуя «сума» и «тюрьма»…
2016

 Сонет из «Матвеичевианы»

РАБОТА НАД РОМАНОМ

Матвеичев писал роман «Осколки» -
О юности израненной своей…
А по ночам в округе выли волки,
И пёс скулил снаружи у дверей…
И над деревней в дальние края
Летели утром стаи воронья…
И шли мы от матвеичевой дачи -
Взбодриться, искупавшись в речке Каче…
А вечером читал мне романист -
Осколок за осколком - новый лист…
И предлагал, когда мы пили чай,
«Чего покрепче» - как бы невзначай…
И пел я, соглашаясь выпить вдруг:
- Не сыпь мне соль на раны, милый друг! -
2013
СОНЕТ №367
Чем я хуже Петрарки?
Чем ты хуже Лауры?
Нам поют, взявшись за руки,
Неземные Амуры...

Вот уже много лет -
За сонетом сонет...

Слышишь? Ты, моя лира,
Покорила полмира,
Распевая, любя,
Про меня и себя...

Чтобы знали в Гайд-парке
Все влюблённые дуры:
Я - не хуже Петрарки...
Но ты - лучше Лауры!

ФОТОСОНЕТ
На снимках юности - не я,
А кто-то глупый и наивный...
Склонённый над бутылкой винной
С улыбкой инобытия...
И Ангел - грешный, неземной,
В меня влюблённый и хмельной,
Стоящий с крыльями за мной...
Готовый, помнится, вот-вот
Со мной отправиться в полёт
Сюда, откуда я смотрю
И ничего не говорю,
И сам себя не узнаю...
Седой, непьющий и бескрылый...
...Где ты сейчас, мой Ангел милый?
2018

***
- Мечта поэта - вечно петь...
Мечта пиита - вечно пить...
А у меня мечта: суметь
И то, и это совместить -
Чем гуще алкоголь в крови,
Тем круче строчки о любви! -
Сказал весёлый  графоман,
- Хочу продлить самообман...
А потому - и смех, и грех -
Готов платить всегда, за всех! -
И все воскликнули: - Вай-вай! -
Не врёшь?  Плати - и наливай!-
И пронесли беднягу - ах! -
До гастронома на руках...

***
В мире, где любовь - измена,
Муза, ах,  не скрою,
Я  бы третий вальс Шопена
Станцевал с тобою...

Чтобы время и пространство
Вновь зарифмовались,
Где любовь и постоянство  -
Всем чертям на зависть...

Чтобы звёзды нам сверкали
Брызгами морскими...
Чтобы волны - под руками...
Горизонт - над ними...

Чтоб в душе у нас
Не кончался вальс ...

СОНЕТ О ПРАВИЛАХ ИГРЫ

Везде, всегда - игра без правил...
Любой идёт своим путём...
Один в Лон-дон, другой в Из-раиль,
Израненный, - из дома в дом...

А третий по чужим кострам,
Идёт, забыв и стыд, и срам...
Лишь я по звёздам, на беду,
Не ведаю, куда бреду...

Хотя и ведаю - откуда,
Пытаясь жизнь продлить как чудо,
И музе, и свободе рад,
И, Бог ты мой, что не солдат,

Которому понять пора:
Что - смерть, что - вечность, что - игра...

Николай ЕРЁМИН июль 2018 г Красноярск

Евгений СТЕПАНОВ






ДИАГНОЗ

Я заполнил собою фейсбук.
Не смотрите, пожалуйста, косо.
Стихотворчество — это недуг,
Нечто вроде — простите — поноса.

Жизнь поет заунывный романс,
На душе как-то муторно, жутко.
Стихотворчество — маленький шанс
Не лишиться — от боли — рассудка.

2017, 2018
БРАГА

Жизнь не театр — цирк-шапито
О том веду и речь-то,
Из нечто двигаясь в ничто —
И вновь (надеюсь) — в нечто.

Уйти — придти — не обойти
Ни кочки, ни оврага.
И плач не спрятать взаперти.
Жизнь не винишко — брага.

2017, 2018

СТАКАНОВ

Среди лилипутов,
Среди великанов
Ему хорошо.
Он Евгений Стаканов.

Коварный торгаш,
В этом деле он гений.
Различные СМИ
Покупает Евгений.

И племя талантов,
И хор графоманов
Кричат: «Ты нам нужен,
Евгений Стаканов».

…Евгений Стаканов
Лежит на диване.
Сегодня он выпил
Отчаянной дряни.

Ему надоело
Ворочать деньгами.
Он хочет бухать
Где-нибудь на Майами.

Забыться, забыть,
Просто остановиться.
И крикнуть: «Прощай,
Дорогая столица!»

2012, 2018
СЕРДЦЕ
больно — сердце — я ложусь — как когда-то мама — в метро
2018
МАМА

Мама приснилось живой, молодой и необыкновенно красивой.
Время пошло назад.
Точнее — вперед.

2018
Эдуард РУСАКОВ






ПОД СЕНЬЮ БАБУШЕК В ЦВЕТУ

(Театр теней)


«В любви счастье - состояние ненормальное… В несчастье мы
сразу становимся нравственными».
- Марсель Пруст («Под сенью девушек в цвету»)


ПРОЛОГ

В последнее время всё чаще встречаю на улицах, в магазинах, автобусах, на выставках, в театрах и на концертах, да на каждом шагу - незнакомых, казалось бы, и не очень прекрасных, дам преклонного возраста, которые радостно окликают меня, обнимают, целуют… А я их не знаю! Не помню! Лишь потом, приглядевшись, прислушавшись, чуть не сказал - принюхавшись, начинаю вдруг узнавать, вспоминать, раскисать от сентиментального умиления… Ну и ну! Вот так встреча!
Недавно довелось побывать на юбилейном застолье у одного престарелого кырского литератора. И вот там, за богатым обильным столом, я вдруг обнаружил огромное количество таких бессмертных старушек, о которых и думать забыл, а они - вот они, полюбуйтесь, живее всех живых! Их мужья и друзья-ровесники рядом с ними проигрывают - невзрачные, сутулые, сморщенные, скукожившиеся, еле дышащие. А нестареющие старушки - кричат и смеются, воркуют и щебечут, поют романсы и декламируют стихи собственного сочинения, ведь они же все такие креативные, такие творчески разносторонние, такие талантливые, такие обаятельные, такие благоухающие духами и туманами, такие, такие… такие великолепные старушки, старушонки, старушенции!
Без них бы я, кажется, давно уж зачах и засох, и простился бы с этой осточертевшей и опостылевшей жизнью. Но неугомонные и неутомимые старушки, мои давние незабвенные спутницы, даже те из них, кого нет поблизости, кто давно уж исчез с моего горизонта - даже они своим незримым присутствием, появляясь хоть изредка в памяти и во снах - продолжают удерживать меня, утешая туманными иллюзорными воспоминаниями о минувшем счастье, которого не было никогда и теперь уже точно не будет.


КАРАПЭТА

Моя первая любовь - где ты сейчас? Жива ли? Галя, Галочка, Галчонок… Отзовись, Карапэта!
Ты была такая маленькая, такая юная, такая кареглазая.
Мы учились вместе с пятого класса, но лишь в девятом я обратил на тебя внимание - и пропал. Ходил за тобой, как лунатик, стоял под твоими окнами, писал тебе безумные записки, водил тебя в кино (помнишь? - «Девчата», «Человек-амфибия»…), катал тебя на санках и на велике, читал тебе по вечерам всякие книжки (помнишь? Помнишь? - Мопассана, Зощенко, Эдгара По…), обнимал тебя на прощанье, прижимаясь к тебе всем телом, умирал от желания, целовал тебя жадно и жарко…
Где мы только не целовались, не обнимались! И у тебя дома, в твоей комнате, рискуя быть застигнутыми строгой мамой или твоим ворчливым братом, и на лестничной площадке по вечерам, не в силах расстаться, и в загородном лесу, на сосновых шишках, и на крутом берегу Енисея, и в Центральном парке, в кустах цветущей душистой черёмухи, и на скамейках в Суриковском сквере…
А какие мы строили планы! Ты даже имя нашего будущего ребёнка придумала: «Это будет дочка, и мы назовём её Наташей!..» Я на всё был согласен.
Но ничего не вышло.
Всё рухнуло.
Почему? Не знаю. Не помню.
Вероятно, я был слишком нежен и недостаточно напорист. Слишком мнителен и непрост. А в любви надо быть грубее и проще. И безжалостнее.
Да, ты быстро нашла мне замену.
Спустя несколько лет после того, как мы навсегда расстались, сочинился такой вот стишок:

Окольцованная птичка,
Где ты, где?
Затерялось твоё личико
В душной суете.
Раз в три года встретимся, споткнёмся,
Скажем пару фраз.
Про любовь - ни-ни! - не заикнёмся.
До того ль сейчас?
Галя, Галочка, невеста…
Чья теперь жена?
Дай сигнал, чирикни мне с насеста!
Тишина.
Бесполезна эта перекличка
(Где ты, где?..).
Отвечает окольцованная птичка:
- Не ищи -
Я в золотом гнезде!

А я и не искал.
Но и не забывал никогда. Всегда помнил. Боялся встретить постаревшую девочку. Не хотел. И не мог забыть.
Помню каждый тот миг, каждый вечер, проведённый вместе. Помню каждое слово, сказанное тобой, моя маленькая Карапэта. Помню вкус твоих поцелуев, помню твой запах, твой голос, твой смех. Твои карие глазки прожигают мою душу насквозь - и тогда, и сейчас, и всегда.
И не всё ли равно, кто из нас виноват в том, что совместная наша судьба не сложилась? Никто не виноват. Мы оба виноваты, что наша дочь Наташа так и не родилась.
Ты единственная, кого я сейчас ни за что бы не захотел увидеть в облике старушонки… Оставайся же вечно юной и маленькой, весёлой и кареглазой, ненаглядной моей Карапэтой…
Господи, прости!


УЧИЛКА

На днях передали из Союза писателей полученное на моё имя письмо из Испании.
Никогда там не был, никого знакомых там быть не должно. Но вот же он - конверт с испанскими марками. Да, Испания, город Бенидорм, улица, номер дома - всё как положено.
Светлана Лыскова… кто такая? Понятия не имею! Впрочем… Наверно, какая-нибудь землячка, свалившая на Запад в поисках женского счастья.
Так и есть - Светлана, Света, Светик. Именно так я когда-то её называл. В конверт вложена фотография - седовласая дама с пышным бюстом, абсолютно мне не знакомая. Хотя… Надо прочесть письмо.
А в письме она сообщает, что узнала про меня в Интернете, совершенно случайно - и вот: «Нахлынули воспоминания полувековой давности!..» Что за бред?
Прямо как в оперетте: «Помнишь ли ты, как счастье нам улыбалось?..»
Помню ли я?
Ну да. А как же, конечно.
Тогда, в шестьдесят шестом году, после окончания мединститута, я приехал по распределению в эту деревню, в краевую психобольницу, работать врачом-психиатром. И там же, в сельской школе, Светлана работала, тоже как молодой специалист, учительницей русского языка и литературы.
«Жаль, не знаю твоего электронного адреса - сообщи, буду рада продолжить переписку. И обязательно перекинь чего-нибудь почитать - из твоих рассказов. В Интернете есть, но мало. Ну, пожалуйста!»
Да ради Бога, Светик. Пошлю, конечно. Перекину.
И как она всё помнит? А ещё говорят: «девичья память»… Да у них память куда крепче нашей!
Впрочем, я сейчас тоже кое-что вспоминаю - те славные вечера, задушевные посиделки, хмельные застолья - у меня в избе или в той общаге, где жили три подруги-училки. И Светик - самая клёвая из них. Ясноглазая, русоволосая, ямочки на щеках, говорунья, певунья, игрунья на аккордеоне.
Мы с ней быстро нашли общий язык.
«Ты был тогда красавчик и умница, - пишет она. - И очень начитанный мальчик. Помню, как ты мне читал наизусть стихи Пастернака и Вознесенского. И я, училка-филолог, слушала тебя, разинув рот. А на стенах твоей комнаты висели репродукции Сальвадора Дали и Пабло Пикассо. Тогда я впервые познакомилась с этими художниками. Спасибо тебе за это!»
На здоровье, Светик. Уж я и не помню таких подробностей. Помню только, что все мы в ту пору дружили - молодые врачи и училки. Вместе гуляли, выпивали, бродили в лесу, купались в озере.
«Мы учили, а вы лечили!»
Да, именно так, Светик. Представители двух самых гуманных профессий.
Мы лечили, вы учили.
«Ты только не напрягайся. Я не твоя первая и даже не двадцать первая любовь, я вообще не твоя любовь… А вот ты для меня - совсем другое дело. Но не будем о грустном. Мы были знакомы всего лишь год, и год этот пришёлся на мой жизненный разгул… загул, отгул, прогул, выгул и прочий гул… отчего до сих пор краснею. Но ты - расслабься…»
А я и не напрягаюсь, Светик.
Я давно уж расслабился.
«Да, 50 лет - это тебе не 50 грамм ирисок, не фунт изюму… А потом я почти 50 лет - с одним мужем, прикинь, верная жена, мать двух детей, куча внуков. Мне нравится Испания. Хочешь - приезжай. Здесь совсем не напряжно, неспешно, тепло и весело. Отсюда и свою родную страну любишь крепче. Мы вот недавно съездили в Россию, погостили у родни, да и назад - от сырой осени, слякотной зимы, суеты и хамства».
Куда уж мне, Светик. Какая Испания, Бог с тобой. Мне в Москву-то слетать - и то не под силу. Отлетал своё. Хотя - есть что вспомнить. Ну а сейчас… Неподъёмный и недееспособный.
«А я работу пока не бросаю. И здесь, в Испании, учу детей - русских - русскому языку и рисованию. Стараюсь быть в курсе событий на родине. Вот тебя отыскала в инете, вспомнила. Ведь это ты открыл мне, тёмной училке, и Солженицына, и Фолкнера, и Хемингуэя. Кстати, на Кубу я отчасти из-за его «Фиесты» летала. А теперь вот она, фиеста, за окном каждый уик-енд. Хотя настоящую корриду я видела только один раз…»
Что ж, завидую тебе, Светик.
«Помню всех твоих друзей-психиатров. И Борьку, и Толика, и Амира. Вот уж любили выпить! А ты-то пил мало. Работал. Не только на работе. Я догадывалась. Уважала. А теперь вот - писатель! Горжусь. Признайся - жить-то на это можно?»
Пока - живу, Светик.
«Если откликнешься, буду счастлива. Нет - не обижусь. Приезжай!»
Откликнусь, конечно. Но не приеду.
«А ты помнишь свои стихи, посвящённые мне?»
Какие стихи?
«Колыбельная для Светы». Забыл? А я - помню! Вот, пожалуйста.

Спи, мой Светик, засыпай
Возле книг.
Душу трогает до слёз
Весь твой сонный лик.
Под шуршание страниц
Ты сопишь.
Солидарная с тобой,
Дремлет мышь.
Солидарные с тобой,
Мои мысли
Засыпают, спрятав хвост,
Словно мыши.
И бесшумно пали в снег
Птицы с веток…
Ах, во сне они, во сне!
Спи, Светик.
А проснёшься - всё вокруг
Перепутается,
Будешь глазками смотреть
Перепуганными.
Превратятся в воробьёв
Соловьи.
Светик, я тут не причём -
Се ля ви.



СКАЛОЛАЗКА

Она замучила меня своими телефонными звонками. Позвонит - и трещит, и болтает без умолку по тридцать-сорок минут. Симптом монолога. Диагноз: шизофрения, циркулярная форма, гипоманиакальный синдром. Инвалидность - вторая группа. На учёте в психодиспансере почти полвека. Прогноз - неутешительный. Плюс инсульт, гемипарез левосторонний.
Но при чём тут я?!
А при том, что когда-то, давным-давно, в середине семидесятых, она впервые попала в третье женское отделение Кырской психобольницы, где я тогда работал заведующим отделением. Лица её совершенно не помню. Но она мне напомнила обо всём - и её воспоминания похожи на правду. Да, я вполне мог быть её лечащим врачом. Да, я мог ей назначить тогда сульфозин, а потом и шоковый инсулин. Да, я мог сказать её мужу, что полное выздоровление навряд ли возможно. И напуганный молодой супруг после этих моих слов её вскоре бросил… во всяком случае, именно это она утверждает.
- Но ты не волнуйся! - кричит она в телефонную трубку. - Я на тебя ничуть не в обиде за это! Даже наоборот! Я тебе так благодарна, что ты помог мне избавиться от этого дурака!
Кстати, зовут её Тася. А тот самый муж, который когда-то очень её любил, а потом, после беседы со мной, бросил её и ушёл из семьи, он ласково звал её «моя Скалолазка». Прямо как у Высоцкого: «Альпинистка моя, скалолазка моя!..» Дело в том, что Тася с юных лет увлекалась альпинизмом, была заядлой столбисткой, обожала ходить с друзьями в заповедник «Столбы», любила ночные посиделки у костра, бардовские песни под гитару, и восход солнца любила встречать на вершине скалы, в обнимку с такими же безумцами-романтиками.
И никакая шизофрения не смогла отвадить её от этих походов. Она и в психушку-то впервые попала после того, как, едва выписавшись из роддома, отправилась на «Столбы» с грудным младенцем в рюкзаке. Сразу же после этого её мать и вызвала скорую психобригаду.
- А ты помнишь, доктор, как я в больнице выпускала стенгазету «Шизарня»? - лукаво спросила она меня по телефону спустя сорок лет. - Да, ты сам же мне тогда разрешил этим заняться, но потом, когда в одном из номеров «Шизарни» появились сатирические шаржи на тебя и других врачей, ты рассердился - и сорвал газету со стены!
- Ничего такого не помню, - буркнул я, переутомлённый её напором.
- А потом я выписалась, но с пединститутом мне пришлось расстаться, - продолжала Тася. - А потом я двадцать лет проработала на судоремонтном заводе, уборщицей. Рабочие меня любили - ведь я им читала лекции на разные темы! И стихи им читала, и песни бардовские пела! Правда, начальство меня за это ругало - мол, мешаю производственному процессу. За эти самые лекции и песни я опять загремела в психушку. И моя мамочка тут тоже постаралась - она меня каждый раз туда отправляла. А врачи ей подчинялись, и ты в том числе…
Вот такая она, неугомонная скалолазка Тася. Никакой сульфозин, никакой шоковый инсулин не смогли её приструнить. Она и сейчас остаётся такой же лихой, бесшабашной, безбашенной. Сама признаётся, что очень любит переходить улицу на красный свет, получая кайф от риска - и на всякий случай всегда имеет в кармане записку: «Шофёр ни в чём не виноват!»
Кстати, под машину ни разу не попала.
Тася убеждена, что никакой шизофрении у неё нет («У меня неврастения, которую никто никогда не лечил!») - и тут же меня успокаивает: «Но ты, доктор, не волнуйся, я на тебя не сержусь! Ты - раб системы, винтик в машине, ты просто не мог иначе, ты никак не мог понять, что я просто - другая, не такая, как все! - И внезапно вдруг заявляет: - А ведь я тебя, гад, любила, а ты и не замечал… Дело прошлое, но это правда. Я в тебя была влюблена как кошка! И когда одна дурочка в нашей палате что-то про тебя вякнула - я ей вылила на башку тарелку горячих щей! А ты мне за это распорядился влупить сульфозин в четыре точки… Но я тебе всё прощала. После первой выписки я сразу отправилась на Столбы - и написала там на скале белой краской: «Доктор, ты не прав!» И через два дня меня снова привезли в дурдом. Но я была рада встретиться с тобой!..»
- Что ж вы мне тогда, сразу, во всём не признались?
- Не хотела разрушать твою семью… Я ж не сука какая-нибудь… Ах, доктор! Самое лучшее, что было в моей жизни - это скалы, бардовские песни, встречи с тобой и - соловьи!..
- Какие ещё соловьи?
- Ну, как же. У нас ведь в Сибири соловьи - редкость. А на судоремонтном заводе, где я работала уборщицей, прямо во дворе пели соловьи… Это что-то неописуемое! Вот как мне повезло! Так что, жизнь моя удалась - у меня был ты, были соловьи, мои скалы и бардовские песни… А дурдом, инвалидность, инсульт - фу, это всё чепуха… - И она вдруг рассмеялась: - А хочешь, спою тебе песню на твои стихи?
- На мои стихи?..
- Ну да. И не надо так удивляться. Жаль, нет гитары. Ну да ничего. Слушай… - Она откашлялась - и дребезжащим голосом запела:

Когда с экрана поёт хор мальчиков,
Душа печалится и вздрагивает,
И рой нежнейших детских пальчиков
Сердца усталые затрагивает.
Хор октябрят, хор пионеров ли
Поёт в восторженном отупении,
И мы не скрипками, а нервами
Аккомпанируем их пению.
Экран - удав. Мы - просто кролики.
Мороз по коже от детских спевочек.
Заходят шарики за ролики…
Включи погромче - поёт хор девочек!


И ТД, И ТП, И ДР, И ПР…

Когда в прежние времена я вёл дневник, то обозначал там знакомых женщин инициалами. Для конспирации, так сказать. И для приличия. ГА, ЛЕ, ЮБ, АК, НС…
Теперь у меня нет ни женщин, ни дневников. Одно время вместо дневника вёл ночник, или сонник, куда записывал сны, сновидения, грёзы. Потом и это надоело.
Хотя и теперь иногда обозначаю инициалами иных старушек, не желающих исчезать из моей жизни. Среди них есть и те, кто значительно меня старше. А также те, с кем меня всегда связывали только чисто дружеские отношения.
Так, частенько общаюсь по телефону с ВМ - вдовой друга-художника, встречи с которым украсили мою жизнь. Несмотря на преклонный возраст, ВМ поражает меня своим остроумием, широтой интересов и безупречным художественным и житейским чутьём. Как сотовые телефоны подзаряжаются от сети, так и я каждый раз заряжаюсь от ВМ витальной энергией… Дай Бог ей здоровья!
Много лет моей жизни было связано с ЛЕ, но в последние годы мы встречаемся редко - и каждый раз, приходя к ней в гости, я словно окунаюсь в наше общее прошлое, и думаю только о прошлом, хотя делаю вид, будто мне интересны её нынешние бытовые заботы, её многочисленные собачки и кошечки, которых она любит куда больше, чем когда-то любила меня. Ну и правильно. Собачки и кошечки такие милые, озорные, такие шустрые, а я - такой старый, нудный, больной, неуклюжий. Мне и самому очень нравятся все эти лохматые и пушистые зверушки, скачущие вокруг меня. Ну а то, что между нами когда-то было - так это всё было давно и неправда.
Помню, в годы студенческой юности был я влюблён в ТП, зеленоглазую русалку, которая вскоре стала ТД, выйдя замуж за моего приятеля. Но спустя много лет ТД осталась одна - муж исчез, дети повзрослели, и она вдруг вспомнила обо мне - и стала напоминать о себе то случайной встречей на улице, то телефонным звонком, а потом повадилась регулярно отправлять мне по электронной почте шутливые послания, вкладывая то стишок, то песенку, то анекдот, то политическую сплетню. Короче, развлекала меня как могла, отвлекая от дурных мыслей и старческой депрессии. Как бы духовно меня окормляла в меру своих угасающих сил. Как бы опекала меня, оказывая виртуальную гуманитарную помощь. За что я, конечно же, ей очень благодарен.
Но меня-то волнует не текущая злоба дня, а наше давнее прошлое. Я-то помню нас прежних - молодых, озорных и весёлых. Пусть мы были тогда безнравственными, безжалостными и беспринципными. Зато мы были молодыми. А сейчас мы такие мудрые, добрые и такие, такие, такие… такие ничтожные! Ну, куда же всё это делось? И как всё это вернуть?
Где вы все? И ГА, и ЛЕ, и ТП, и ТД, и др., и пр… Что мне надо сделать, чтобы вернуть всё утраченное?
И послышался вдруг издалека тихий, воркующий, вкрадчивый, завораживающий, русалочий голос совсем молодой ТП:

- Стоит только подумать,
Стоит только сказать,
Стоит только проснуться, очнуться, подняться,
Стоит только напрячься
И смело всё снова начать,
Стоит только за дело приняться,

Стоит только вздохнуть
И коснуться нагого плеча,
Стоит песней восторга
Наполнить молчанье пустое,
Стоит только понять,
Как весенняя кровь горяча,
Стоит только…

Но как это дорого стоит!

- Это же мои стихи! - воскликнул я.
- А кто спорит? - И ТП засмеялась своим русалочьим смехом.
А потом они все вдруг исчезли - и ГА, и ЛЕ, и ТД, и ТП, и др., и пр.


ПРОБУЖДЕНИЕ

А потом мне приснилось, будто я гуляю по аллеям чудесного благоухающего сада - и не сразу понимаю, что этот сад - райский. И вокруг меня порхают - нет, не райские птицы, и не бабочки, и не херувимы, и даже не ангелы.
Надо мной летают, размахивая белыми крыльями, мои любимые старушки, старушонки, старушенции…

А потом я проснулся.


Март 2018 г. Рисунок автора
Алина КОТОЛЕВСКАЯ








***
Ветер, играющий в парусах,
вдруг долетел и до нашего дома,
пахнет богатым рыбацким уловом
свежих кальмаров. В корзинах пудовых
в блеске мерцает всячина вся.
О, как люблю этот рынок у моря
с шумом прибоя, с людскою волною,
Шхуны, стоящие на приколе,
мачты, нависшие над тобою,
в солнцестоящей жаркой поре,
в переливающейся игре
ряби морской и морского прибоя…
Что ещё можно себе пожелать?
Право, не знаю. Попутного ветра,
чтобы уплыть далеко безответно
и отыскать свою родину-мать.
 ***
В моей стране веселый тарарам.
Нет-нет, не здесь, а в городах богатых,
Встречают песнями приход чемпионата,
звучат тамтамы. Нет, не здесь, а там.
А мы расселись по своим домам,
и слышим, что меняются законы
для тех, кто веселится под тамтам,
ну, и для тех, кто без тамтама дома.
А где-то футболисты далеко,
они, как ангелы, не видно их, но слышно,
как говорят о них, звучат привычно
и голос диктора, и счёт... Мне все равно.
Как хорошо, что возрастом я вышла.
Хоть радоваться этому грешно,
но мне законы (нет, не те, что свыше), -
как надоевшее давно кино.
Кто принимает их и кто доносит,
кто выполняет, подчиняясь им...
А для меня один закон — вот скоро осень
коснётся золотом моих седин...
Меня никто трудиться не попросит,
законы власти стороной пройдут.
Свободна. И - куда меня забросит,
нет дела никому ни там, ни тут.
Свободна! Так свободна, что ещё чуть-чуть -
и я взлечу какою-нибудь птицей
иль стану облаком, плывущим без границы,
иль тем, что мне законом свыше суждено.
 Я изменить ничего не могу.
...Площадь вокзала, скамейки стоят,
мы с тобой молча избрали одну,
пали без чувств, без оглядки назад.
 
И невдомек нам, упавшим без сил,
(гул поездов тишину заглушал) ,
ангел печально о нас вострубил,
только об этом никто не узнал.
 
Поезд, перрон, обреченный вокзал
на расставанье без сил и без слов.
Так угасает, смиряясь, пожар:
пепел, зола под горячим песком.
 
Так замирает при штиле прибой,
так пахнет смертью пули излет,
и потому на скамейке умрет
все, что обещано мной и тобой.
 
Как хорошо, что нельзя возвращать
то, что так густо быльем поросло.
Разве смогу пережить я опять
эту скамью и молчанье твоё?
 ***
И вот сейчас под занавес времён
я объявляю вам, что мир прекрасен -
без государства, без отдельной расы,
без флагов и без стягов, и знамён...
А только тысячи названий и имён,
не уместившихся в круг замкнутых племён,
где правит вождь, не насыщённый властью.
Да, вот сейчас, когда мне кажется, что друг,
Как Брут или как спрут, чернильной мажет мазью,
я объявляю вам, что всё вокруг
становится прекрасней и прекрасней...
Когда вы доживёте до конца,
до передела времени или предела
уставших мускулов и дряблого лица,
и вам покажется, нет никакого дела
до тех, кто мир со страстью бороздит,
чья жизнь полна беспочвенных желаний,
я объявляю вам — прекрасна жизнь
и трепетна, как не бывало ране.
 
Да, вот сейчас, под занавес времён,
я вспомнила, что жизнь — пустая шутка.
Но уносящая меня маршрутка
сию минуту от действительности жуткой
разрушила мой иллюзорный сон.
 
Какая шутка? Страстная игра,
где на виду у зрительного зала
ты бездыханно падаешь устало
и вновь играешь пьесу до утра.
 
Какая шутка? Страшная страда -
перебирать свершённые ошибки
почти от детской колыбельной зыбки
до времени, когда уйти пора.
 
Какая шутка? Тост произнесён.
И на пиру чумного супостата
закрыты двери, нет пути обратно.
Приговорен.
 
Какая шутка? Оглянись вокруг,
как кратковременно, как быстротечно лето,
и жизнь летит, как лебединый пух
подхваченный беспутным легким ветром...
 ***
Три ножки рояля под клавиатурой,
три ножки рояля, три свечки, три дуры,
подпорка для звуков, для нот и для клавиш,
подставка, которая даже не может представить
раскрытую страстную клавиатуру
бемолей, диезов и прочей всей дури....
Они, как атланты с их каменной грудью,
им вовсе не трудно, атланты — не люди,
они подпирают карнизы плечами,
не зная о том, что у них за плечами
высокая музыка архитектуры
колонн и пилястр... и прочей всей дури...
Любовь и надежда, и вера, и нечто,
чего не пощупать, но что бесконечно,
на что опираются в час одинокий
и царь, и батрак, и бродяга непрокий,
и все мы, и все в своей утлой квартире
на них опираемся в сумрачном мире.
Любовь и надежда, и вера, и нечто -
подставка, подпорка, зажжённая свечка,
(когда нас беда за углом караулит)
для храбрости, радости, прочей всей дури...
И вот уже - светлый мираж за плечами
для тех, кто — в конце, и для тех, кто — в начале.

***
Здесь запах свежескошенной травы
и яркое и одуряющее солнце,
и тень поникшей от жары листвы,
и голос близлежащей церкви звонниц.
 
Пусть всё останется надолго, навсегда,
остановись, мгновенье, всех прощаю,
а путеводная в ночи звезда
пусть путь не мой, а млечный освещает.
 
И пусть ведущая вперёд тропа
чертополохом зарастёт, крапивой
или другой травой неприхотливой,
чтобы идти вперёд я не смогла.
 
Пускай бегут, встречая новый век
другие, что на век меня моложе,
судьбою на роду им бег положен...
А я? Я знаю, чем кончается сей бег.
 
Пусть всё останется, как есть. И жизнь моя
замрёт в тени под этим солнцем жарким,
и очень долго не наступит завтра,
пусть не для вас, а только для меня.
 
***
Смеркается. Утихли на деревьях птицы,
вороны или галки, я не знаю.
Я рассыпаю буквы по странице,
и буквы, словно птицы, замирают.
 
К утру они должны в слова собраться,
налиться кровью и зажечься смыслом.
А, если нет, тогда совсем не ясно,
зачем звучит мне этот голос свыше.
***
Вот и кончается путь. На чужбине.
Как и пристало поэту Алине.
Выжжены жизнью прощальные строки,
закреплены все грехи и пороки.
Не затеряться, не спрятаться в чаще,
вся — на виду буду там предстоящей,
всё — на весы, все обиды, потери,
все мои «верю», а чаще «не верю»...
Было разыграно это по нотам.
Я не играла, играл мною кто-то…
Кто-то сжигал жарким пламенем тело,
вёл меня кто-то, куда не хотела.
Из-за него на пороге споткнулась,
из-за него я с тобой разминулась.
Он мне печалью дорогу отметил.
Кто этот кто-то? Судьба? Сильный ветер,
тот, что толкает прохожего в спину,
лишь только он отчий кров свой покинул?!
Вёл меня кто-то, кого я не знала.
Богом был дан, я ему доверяла
жизнь ли, мираж ли в огромной пустыне?
Этого я не узнала поныне...

Гири, весы ...Ну, так что же? Измерьте
этот мираж от рожденья до смерти.
Но, чтобы верными были расчёты,
пусть часть грехов заберет этот кто-то.
 
Останется все: это небо святое,
пронзённое острой звездой,
и раковин шум — продолженье прибоя,
и морем рождённый прибой.
 
И шапки цветов — возвещение лета,
и в золоте меркнущий свет,
тропинка, ведущая в сторону леса,
и вёсел таинственный плеск…
 
Каскад водопадов, мной виденных где-то
( в кино или в чьём-то саду)...
Останутся жизни земной все приметы,
когда я от вас уйду.
***
Бывает, былое заполнит собою,
и время исчезнет, исчезнут границы,
и грусть обовьёт моё сердце больное,
и прежние сны на ресницах.
 
И вот - фейерверк, все знакомые лица -
друзья и мужья, и их бывшие жёны,
и вот мы с тобою почти что знакомы,
чем ближе, тем дальше,
чем ближе, тем дальше.
Слова обернулись высокою фальшью,
и замерли мы у разлома.
И снова — по кругу. Подруги, стаканы,
все пьяны уже, и не видно рассвета,
меня называют почти что поэтом.
Как рано!
Нет, мы не просили ни зрелищ, ни хлеба,
мы сами кружили, смеясь слишком звонко.
Но вот я очнулась от крика ребёнка,
а ты — от учения ребе.
Сейчас я сижу над своею тетрадью,
мне тысячи лет, я почти что калека,
пытаюсь собрать (помоги, Бога ради)
осколки от прошлого века.
***
О, как хотелось когда-то издать
книгу стихов своих в яркой обложке,
книгу, которую будут читать
интеллигентного вида старушки,
книгу, которую будут листать
руки людей, мне совсем незнакомых,
книгу, которая будет стоять
на книжной полке какого-то дома.
Ах, как хотелось мне книгу издать...
Книгу издать? Чтобы ей исправляли
перекосившийся стан гардероба?
Чтоб, не читая, на ней разрезали
плоти селёдочную утробу?
Чтоб, не дай Боже, её пролистали
в замкнутой сфере ночного сортира,
смяли, порвали, подальше убрали
слово им вовсе ненужного мира?
Нет, нет, нет, нет! В сто раз лучше висеть
в нематерьяльной стране Паутины,
в неосязаемом легком эфире,
пусть будет слово в обманчивом мире
строк поэтических, брошенных в сеть.
 
*** 
Дети мои по кафешкам сидят
и нажимают какие-то кнопки,
и называется это «айпад»,
я бы сказала — улёт и отпад -,
но говорить это как-то неловко
мне с высоты своих прожитых лет...
Вспомнился вдруг разговор телефонный
дяди какого-то в строгих погонах
и мой беспомощный робкий ответ.
Предрешены были зимний перрон
и перестук заунывный колёсный,
и бесконечные злые вопросы
к девушке юной, поправшей закон,
Крепкий закон нерушимого братства.
И всё звонил, и звонил телефон
в том кабинете, где надо бояться.
Мы были дети застойной страны,
кто-то из нас на кремлевскую площадь
шёл для защиты опутанных ложью
и окружённых танками тьмы.
Нам выбирала дорогу страна
и не давала в пути пошатнуться,
остановиться и оглянуться,
и разминуться с завещанным нам.
Дети мои по кафешкам сидят.
Как я люблю ваши юные лица,
ваши возможности оступиться,
ваше незнанье закрытой границы,
ваш интернет и планшет, и айпад…
 









Евгений ПОПОВ







ФАЗИЛЬ ИСКАНДЕР: - ЕСЛИ НЕЧЕМ РАСПИЛИТЬ СВОИ ЦЕПИ, ПЛЮЙ НА НИХ, МОЖЕТ, ПРОРЖАВЕЮТ


Эта беседа состоялась двадцать с лишним лет назад, когда Фазиль Абдулович был ещё жив и здоров, а я - молод и весел. Про свои слова ничего не знаю, но его слова - навсегда.

Е.П., 5 августа 2018, Удзано, Италия

- Тебя знают все грамотные российские люди. Так что нет смысла представлять им автора «Созвездия Козлотура» и летописца всенародно любимого «Сандро из Чегема». Ладно. Беру с места в карьер. Видишь, я прихватил с собой ту старую твою книжку издательства "Ардис", которую ты мне надписал в 1979 году. Сейчас имеется роскошное многотомное издание "Сандро из Чегема" с иллюстрациями художника Недбайло. Твоей душе какое издание милее - на родине или то, американское?
- Ты понимаешь, у меня по отношению к "Сандро" был какой-то комплекс вины. Я принес роман в "Новый мир", когда там уже Твардовского не было, другие люди были, и они сократили то, что я им дал процентов на 50. Или на 60 даже. Я был в мучительном состоянии, даже написал, наконец, заявление, что отказываюсь печататься, ну они вернули... процентов 10. Все равно это было чудовищно искажено, все главные мысли, главные главы были сокращены. Но мне были нужны деньги, неоткуда было их достать, и я согласился. А чувство вины оставалось - как бы за порубленного собственного ребенка...
-Ужасное какое сравнение!
-Да. И когда Карл Проффер,глава американского издалельства «Ардис» прочел "Сандро", я даже не знаю, кто ему дал, он сказал мне - мы готовы это печатать, если согласны - подумайте. Я подумал и согласился. Поэтому в появлении этой книги ТАМ была некая самореабилитация, и это меня как-то душевно успокоило. Но если говорить в литературном отношении, то я немало глав написал уже после семьдесят девятого, поэтому самое полное законченное издание все-таки появилось на родине в этом трехтомнике, потом уже однотомник был издан. И на этом я долгий свой путь по написанию "Сандро" закончил. Поэтому чисто такое литературное удовлетворение я получил, пожалуй, больше от российского издания, а по-человечески - я помню, когда Вася Аксенов вручил мне тогда типографский экземпляр "Сандро", который я уж не знаю, как к нему попал, я помню эту необычайную радость, но и связанную с ней некоторую тревогу - как, что будет дальше? Кстати, к слову говоря, как раз к этому времени мы издали наш "Метрополь", и весь скандал, который я ожидал по поводу "Сандро", обрушился на "Метрополь", и у НИХ как бы это... иссякли силы. ОНИ потом уже вызвали меня ... И, как боксер помню, висящий в изнеможении на своем противнике, спросили: "Как эта книга попала на Запад?" Я говорю - не знаю, она по рукам ходила... А сейчас скажу - Карл Проффер честно спросил меня, можно ли издавать, и я ответил: "Можно"...
- Рукопись действительно широко гуляла в "самиздате". Я одну квартирную читку главы "Пиры Валтасара", где вдруг сцепились два корифея литературного "андеграунда" поэт Александр Величанский. и прозаик Венедикт Ерофеев.. Прозаик, дело прошлое, был строг и считал, что тиран Сталин слишком весело описан. Поэт вспылил, началась рукопашная, и "самиздатские" листы полетели по углам. В последней своей вещи ты написал "Если нечем распилить свои цепи, плюй на них, может, проржавеют"... Афоризм, который, на мой взгляд, встанет в ряд с твоей замечательной фразой из "Козлотура" "Интересное начинание, между прочим", прочно вошедшей в современный фольклор (между прочим). А тревога - понятна. Я помню, как волновался Юрий Осипович Домбровский, когда в Париже вышел его "Факультет ненужных вещей", ждал репрессий, и репрессии его ждали. Но ничего не случилось - он просто умер сразу же после выхода книги.
-Да, бедный! Но он все-таки успел насладиться, подержав в руках свой труд. Это я помню.
- И вот в связи со всем этим - ты испытываешь грусть по тем временам? Или нет? Ведь с одной стороны времена преподлейшие были, но с другой стороны - какая-то цельность была, что ли?
- Ты абсолютно прав. Цельность тех времен как бы состояла в том, что был ясен враг. Перед нами стояла стена, мы ясно понимали, я думаю, все более или менее, ну... духовно чистые писатели, что в меру сил надо долбить эту стену. Это было сопряжено и с какими-то опасностями, конечно, с невероятными трудностями печатания, но была какая-то цельность. Сейчас эта стена рухнула, и обнаружилось, что мы были во многом наивны, думая, что если она рухнет, то жизнь станет более или менее гармоничной, и мы будем обыкновенным европейским государством. Все оказалось гораздо сложнее: стена рухнула, но у власти оказались по существу почти те же люди, которые просто надели на себя демократические одежды вместо партийных этих кителей...
- Чесучевых...
- Да, как у нас на юге, в основном чесучевые кителя носили ...
- "Присматривающие"... Тоже твой термин.
- ... и в этом сложность нашего времени. Непонятно, насколько успешно пройдем мы этот так называемый "переходный период". В конечном итоге все образуется, но я не знаю, когда это случится. У меня более чем у тебя, тревожные ощущения. Я бы сказал, наше писательское существование сегодня внешне, во всяком случае, менее самооправдано. После "Козлотура" я получил около ста писем. Теперь ЧИТАТЕЛИ ПЕРЕСТАЛИ ПИСАТЬ, я редко получаю читательские письма. Не потому, что не читают, но... как бы заинтересованность в нас стала меньшей и, может быть, читатели, наши читатели про себя говорят: "Вы этого хотели? Ну вот, вы этого и добились! А что это нам дало?" Такие фундаментальные ценности, как свобода, они устроены так: когда их нет, воспринимаются в чистом виде, а когда свобода приходит, она, во всяком случае в условиях наших, российских, приносит с собой столько сложностей, что всем нам, видимо, еще столько грязи разгребать, прежде, чем мы более или менее спокойно сможем заниматься каждый своим делом.
- Ну и, крути-не-крути, это ведь молодость была и сопутствующие ей приключения...
- Да нет, я не забываю: конечно же все мы были моложе. Хотя я - более старшего поколения, чем ты, и как бы уже... на финишной прямой. Все это тоже играет какую-то роль, но есть и ОБЕКТИВНАЯ СМУТА сегодняшняя...
- Я тут открыл "Лексикон русской литературы ХХ века", составленный знаменитым немецким профессором Вольфгангом Казаком, и в статье ИСКАНДЕР с удивлением прочел - родился тогда-то "в семье владельца кирпичного завода"...
- Это он от меня узнал (Смеется). Я вряд ли где это писал... У деда моего был кирпичный завод в Сухуми, но я этого деда (по отцу, другой дед был деревенский) вообще не застал. Завод, конечно, после прихода советской власти отняли у него, и, к сожалению, не запустили завод до сих пор. Так он и остался в пустующем пространстве. Я в детстве, когда с дядьями куда-нибудь ходил гулять, они мне часто говорили: "Вот этот дом построен из кирпича твоего деда, и этот дом...". После революции таких домов, заново построенных "из кирпича моего деда", уже не было. Поскольку, как тогда было принято - отнимали, разрушали. Делалось это легко, но восстановить что-либо для дальнейшей жизни далеко не всегда удавалось. Да и не очень-то старались.
- Я однажды был в Прибалтике, едем на машине и вдруг я все вокруг почему-то начинаю узнавать, хотя оказался там впервые: разрушенные каналы, бетонные блоки, пустые огромные помещения. Выяснилось, что это была местная гидроэлектростанция, с которой поступили так же, как с кирпичным заводом твоего дедушки. И единственное, на что она сгодилась - для съемок фильма Андрея Тарковского "Сталкер".
- Да? Я помню эти страшные сцены из фильма.
- А дед твой, извини за некоторое анкетирование, кем он был, как нынче говорят, по национальности?
- Дед был перс по национальности. Он приехал в девятнадцатом веке в Россию, женился на абхазке и жил в Сухуми. Я маленький был, меня генеалогия, к сожалению, не интересовала. И потом всю эту линию зачеркнули: двух дядей арестовали, они так и не вышли из тюрьмы, отца выслали в Персию...
- Почему? Если он был уже российский, тогда советский гражданин, полуабхаз? Почему? Зачем в Персию?
- Тогда, видимо, так расчищали... Не только персов - высылали турок, греков...
- Ну, греков высылали в Сибирь. У нас в Красноярске, на улице Лебедевой жила семья Адикитопуло...
- Нет, это в сорок девятом их высылали в Сибирь. А до войны их высылали в Грецию, турок - в Турцию. Такое, знаешь, механическое разрешение национального вопроса. Чтобы лишних людей не было. Но отца постигла еще более тяжелая участь. Там его арестовали, как возможного русского шпиона, мы получили от него письмо, где он об этом обо всем писал, и сослали на какой-то страшный остров, где плохо было настолько, что они умирали и более того - чтоб товарищей не заставлять терять последние силы, они заранее, каждый себе, выкапывали могилы. И тут наступила война, наши войска вошли в Персию, и сразу режим по отношению к людям, которые выехали из Советского Союза, смягчился, их всех отпустили, и он работал там десятником на какой-то железной дороге. Время от времени мы получали от него письма, но в пятьдесят шестом году... да, в пятьдесят шестом, я в Сухуми тогда жил, на первом этаже, и мне почтальонша всегда так стучала в окно, давала газеты или письма прямо в мою комнату... Вдруг в один прекрасный день она в стекольце так стукнула рукой, и меня охватил - вот мистика - какой-то ледяной холод, хотя разумом я понимал - никто, кроме нее, не мог постучать в окно. Днем. Я с трудом встал, подошел, она подала мне письмо, и я по конверту понял, что это - иностранное письмо. Так как тогда я мог переписываться только с отцом, я понял, что письмо - оттуда. Раскрыл письмо, где его товарищ, языком и почерком человека, уже забывающего русский язык, написал: "Ваш отец умер в пятьдесят шестом году. Царство ему Небесное..." Отец был уже в летах, и он все время в письмах просил, чтобы мы хлопотали отсюда, чтобы его вернуть в страну. Я, уже учась в Литинституте, однажды отправился в МИД, хотя мне, когда я посоветовался с одним своим товарищем, сказали, что это опасное дело, и я могу оттуда не выйти. Но я абсолютно не верил в какую-то опасность этого дела, я зашел туда, меня часовой спросил, что вам надо, я говорю - мне надо поговорить, что у меня отец, то-се, он говорит: вот телефон, по этому телефону звоните, по такому-то номеру. Я звоню, кто-то берет трубку: я кратко рассказываю историю отца, он выслушивает меня и говорит: позвоните по такому-то телефону. Я звоню, и следующий человек выслушивает меня и говорит: позвоните по такому-то телефону. Я звоню дальше и как бы ощущаю такое нарастающее чувство вины, как будто бы я внедрился в грандиозный государственный аппарат со своими мелкими делами и все дальше и дальше иду по этим лабиринтам. Наконец следуюший, кому я все объяснил, сказал мне: "Изложите все это в письме к нам". И я ушел, и написал - да я и не раз писал, но это не воздействовало, их это не трогало. А потом... вот... он умер.
- Это еще при Сталине было?
- При Сталине.
- И отец, конечно, не мог вам помогать материально?
- Он одну посылку прислал во время войны. Одну, может быть две, я уже плохо помню. Помню лишь, что посылка была с какими-то сладостями Востока.
- Судя по всему, вы довольно бедно с мамой жили? Она работала продавцом?
- Да, она в лавке работала продавцом и ей трудно было с тремя детьми, но и я, и сестра тем не менее окончили ВУЗы. Она работала каждый день, без выходных и без отпусков. Сестра старше меня была, а брат - еще старше. Мама была человеком очень цельным и самоотверженным. Она была неграмотная, ну так читать немного могла, но ни одной книжки не прочитала. А от природы, я думаю, она была умным человеком. Я вспоминаю многие ее жизненные умные наблюдения. Помню, например, какой-то анекдотический случай рассказывали тогда, среди интеллигенции причем... случай якобы с нашим знаменитым сатириком, актером Аркадием Райкиным. Тогда такой слух пустили, может быть даже и сверху, что, он, якобы, направился в какую-то поездку и его чуть ли не у самолета обыскали, что-то там нашли, не пустили, и так далее и так далее...
- Этот слух и до Красноярска дошел, где я тогда жил. По дороге оброс леденящими душу подробностями, что он мать повез хоронить в Израиль, а в гробу спрятал бриллианты.
- Точно, ты напомнил мне подробности, которые я забыл.
И я матери рассказал вот все это, а она мне говорит: "Оставь, пожалуйста, как ты не понимаешь, что все это - глупости, что этого никогда не могло и не может быть". И вот каждый раз, когда я делился с ней, фантастическими интеллигентскими, подчеркиваю, слухами, она, совершенно неинтеллигентная деревенская женщина, своим абсолютно здравым умом каждый раз понимала, что это - ерунда. Но в то же время она, хотя и не читала меня, но по разговорам моим делала выводы и часто просила: "Будь осторожнее. Ты неосторожен. Я не знаю, что ты там пишешь, но тебя возьмут, как твоих дядей..."
- Потрясающе! Я сейчас ухмыляюсь не потому, что внезапно сошел с ума, а потому, что и моя покойная матушка в начале моей бурной литературной деятельности, когда меня в 16 лет однажды дернули в местное КГБ, сказала: "Вот ты доболтаешься!" И привела присказку, которую я навсегда запомнил: " ТЕБЯ СВЯЖУТ, И НАМ НЕ УЙТИ". Ты так о маме хорошо написал почти в самом финале "Сандро", что заплакать можно...
- К сожалению, у меня такая страшная драма вышла - брат, сестра и мать умерли в один год. (Пауза). Ты спрашивал, когда я приехал в Москву? Сразу после школы. Я зашел в Университет, потом в Полиграфический - там был какой-то литературный факультет, но что-то меня встретили не очень гостеприимно, и я отшатнулся от них. У меня была золотая медаль, и я мог выбирать. Мать, кстати, по поводу этой медали сказала мне замечательную вещь. Когда я принес эту медаль, она никак не могла поверить, что Государство кому-то может подарить такой кусок золота. Я, говорит, его к зубному врачу отнесу. Она отнесла медаль "на пробу" к зубному врачу и вернулась с великолепной фразой: "Да, он сказал, что это - золото". И добавила: "Если они все не заодно..."
Так вот. И я тогда поступил - нет, не в Литинститут, а в Библиотечный, три года там проучился, но литературные мечтания меня все время преследовали, я сдал свои стихи в Литинститут, они прошли по конкурсу, и я туда перевелся - тоже на третий курс. Меня распределили в Брянск, в Курске я работал, года два-три жил в Сухуми, а потом уже переехал в Москву и больше никуда отсюда не уезжал. В Литинституте я учился у этого... Господи, старость не радость, был такой поэт, он малоизвестный поэт, но он был очень образованным человеком, и он нам, как образованный человек, много дал. Я в те юные времена писал "под Маяковского", и он достаточно жестко старался мне показать, что это - подражание, что я иду неправильным путем, и я внял его критике. У него замечательная песня была. (Поет). "Гимнастерки на спинах повыгорали". Я, может, к концу нашей беседы вспомню... Вспомнил! Александр Коваленков!
- Твой однокашник по Библиотечному, коренной москвич, а затем - красноярский поэт Зорий Яхнин, много рассказывал мне о тебе, когда уже началась твоя шумная литературная слава. Например, что, когда вы ездили в электричке до Левобережной, где помещался институт и в вагон заходил контролер, то вы доставали студенческие билеты - Московский Государственный Библиотечный Институт, МГБИ, закрывали букву "И" и получалось страшное МГБ, Министерство Госбезопасности, вследствие чего контролер в ужасе вас покидал и более никогда не беспокоил. Или еще - как вы где-то выпивали на окраине, нечем было закусить, и ты с наивной непосредственностью постучал в первое попавшееся окошко и сказал: "Тетка, дай хлеба". И хлеба тебе дали, что страшно удивило столичных жителей.
- Должен огорчить тебя, я не помню такого. Это не в моем духе. Может, это московские ребята так играли с контролерами? Хотя... что касается хлеба, то... подвыпив, под хорошее настроение и будучи по молодости очень доброжелателен к миру, я мог быть уверен, что мне хлеба дадут.
- И не ошибся в своей уверенности. А ты помнишь свой первый день в Москве? Я, например, свой досконально помню, когда я в 17 лет приехал поступать в Литинститут, а поступил в Геологоразведочный в результате. Я первую зиму страшно мерз в Москве, даром, что из Сибири. Сыро как-то было, чужой город. Все время было холодно.
- Это, между прочим, удивительно совпадает. Я тоже страшно мерз. Хотя ты из Сибири, а я - с юга. Я тоже не мог эту постоянную какую-то зябкость преодолеть.
- Перечитывая тебя, слушая, я думаю вот о чем. Ты вспоминаешь, что мать у тебя была малограмотная, но ты выучился, получил золотую медаль... У тебя где-то есть в прозе мальчик, очевидно твой прототип, который где-то в деревне читает вслух по-русски, как тогда писали "Даниэль ДефоЕ. Робинзон Крузо", и тут же переводит текст односельчанам на абхазский. А те крайне недовольны тем, что этот самый Робинзон не послушался родителей, и дальнейшие его приключения их уже мало интересуют. Я к тому, что если говорить об интеллигентности, то твоя мать была высокоинтеллигентным человеком...
- ... если в высшем смысле этого слова, нравственном, то - да.
- А другого смысла у этого слова нет. Я к большевикам понятно как отношусь, но у Вацлава Воровского была фраза гениальная: " В Одессе интеллигентом считается всякий, кто вместо кепки носит котелок". А ты к семнадцати годам уже очень много прочитал, у тебя уже явно были литературные способности, и поэтому мне интересно - что для тебя провинция, а что столица?
-Я вообще считаю, что для писателя, ограничимся этим, огромное, если не решающее значение, имеют книги, прочитанные до семнадцати лет. Они, я думаю, если тебе повезло и выборность какая-то шла от тебя, повезло прочитать несколько настоящих глубоких серьезных книг, они, я думаю, проводят в сознании какие-то борозды, причем навсегда, и тогда уже, можно сказать, что ливни вдохновения идут по этим бороздам. Когда ты становишься более зрелым человеком и пишешь, ты уже не устремляешься к каким-то третьестепенным книгам. Потому что все-таки, как ни крути, сила восприятия в детстве, юности гораздо мощнее, чем потом. Помню в детстве, во время войны, мне тогда было лет тринадцать, я случайно прочел "Анну Каренину" и был так потрясен, ты не представляешь! Дня три я ходил, напевая какой-то сумасшедший траурный марш, выдуманный самим собою. Я слухом не обладаю, марш я тут же забыл, но впечатление было близким к безумию. Это вот самоубийство Анны я как сейчас помню. Потом я перечитывал, и это, конечно, величайшая книга и так далее, но никогда такого со мной уже не было.
- Борозды или какая-то сетка координат, замечу я, как бывший геолог. Горизонтали, вертикали, и ты уже можешь ориентироваться в мире, заполняя эти клеточки, чем хочешь.
- Да. И еще я вспомнил, как в деревне одна из моих двоюродных сестер, учившаяся в городе, привезла большой однотомник Шекспира. Так как других книг не было, я его несколько раз прочел. Мне было так лет десять и на меня огромное впечатление произвели юмористические моменты в творчестве Шекспира. Драмы смутно в детской голове укладывались, но каждое появление Фальстафа или шута для меня было величайшим праздником. Юмор Шекспира громадную сладостную роль сыграл тогда для меня, и я думаю, что в какой-то мере он мне много дал для понимания юмора вообще.
- А у меня была история - нас в школе так учили, что я терпеть не мог Тургенева. Он мне казался фальшивым барином и белоручкой. После института меня послали в колхоз на уборочную, как всех тогда посылали, и там в библиотеке не было ничего, кроме Ленина и Тургенева. Как понимаешь, я выбрал Тургенева, полное собрание, стал его читать с отвращением и вдруг на первой же или второй книжке придумал для себя такую игру: будто мы сидим с барином в советской тюрьме, и он мне рассказывает о своей прошлой замечательной жизни, где "Дворянское гнездо", дамы, господа, нравственные поиски, Лиза Калитина, Хорь и Калиныч... Я под этим углом зрения Тургенева прочитал и с тех пор страшно его полюбил.
- Тургенев и на самом деле замечательный писатель. Ему как-то в нашем уже веке, в нашем представлении не повезло, потому что такие гиганты, как Гоголь, Толстой и Достоевский несколько заслонили его. А вообще - это изумительный писатель. Мне кажется, настоящий интерес Европы к русской культуре начался даже не с Пушкина, поэта в переводе понять почти невозможно, а с Тургенева. Романы Тургенева расходились по всему миру, и сам он много жил в Европе, там легче переводы осуществлялись и, короче говоря, русскую литературу начали любить и уважать с Тургенева. Он и сам немало способствовал тому, чтобы русских писателей переводили.
- Если говорить о "великолепной пятерке" Х1Х века, то вот еще Лесков, тоже несколько в тени...
- ... и тоже замечательный писатель.
- Лесков как бы на другом полюсе, чем Тургенев. Переводить его - очевидно адский труд. Ну как, в самом деле, перевести выражение "поза рожи"? Но давай все-таки вернемся к теме "провинция и столица". Ты, сухумский парень с золотой медалью, ощущал себя провинциалом среди столичных мальчиков и девочек?
- Ты знаешь, у меня хорошо сохранился в памяти один парнишка, с которым я вместе поступал в Библиотечный институт. Я впервые видел такого человека, все не могу написать о нем, не созрел для этого, что ли? Он меня поразил тем, что я впервые в жизни видел мальчика из совершенно благополучной московской семьи, которую чудом не тронул ни 37-ой год, ни война, ну так получилось случайно... И он, понимаешь, каждую минуту смеялся. И это в конце концов меня стало раздражать. Он говорит: "Пойдем выпьем лимонада? Ха-ха-ха-ха..." Или: "Давай познакомимся с этими девушками! Ха-ха-ха-ха..." У него был такой невероятный, чудовищный запас оптимизма, который меня поражал. Потому что дома я дружил и близок был с мальчиками, которые жизненно были гораздо серьезнее и пессимистичнее. У нас даже как бы свой кружок был в школе, мы, будучи школьниками, обсуждали все вопросы нашего политического бытия и так далее. Я в какой-то мере, сдвинув это во времени, описал то, что сейчас говорю, в своей "Стоянке человека", там глава есть "Мальчики и первая любовь". Эти все мальчики - как раз мои школьные товарищи. Поразительно, но я наконец-то встретил настоящего советского человека, без страха и упрека...
- А вот Юрий Валентинович Трифонов - тоже коренной москвич, столичный житель - он все по-другому чувствовал. Я поразился, он однажды меня, относительно молодого тогда человека пригласил, мы ехали в Театр на Таганке, где в то время то запрещали, то разрешали его "Дом на Набережной". Когда доехали до упомянутого Дома, что около Каменного моста близ Кремля, он вдруг так стал костерить большевиков - не дай Боже!
- Да, конечно. Я думаю, Трифонов и в семнадцать лет был достаточно умудрен. А может и раньше - у него отца репрессировали, он все это испытал, все это понял. Тут дело не в географии, а в жизни.
- Кого как коснулась жизнь, тот так и ощущал. А вот скажи - ты сейчас всемирно известный писатель, кем ты себя сейчас ощущаешь: москвичем, россиянином, провинциалом, абхазцем, персом? Или все вместе?
- Конечно я себя ощущаю москвичом, хотя в силу особенностей своей психики я все внешнее мало воспринимаю и плохо ориентируюсь в Москве, хотя прожил в ней почти сорок лет, это моя такая особенность. Конечно я себя ощущаю москвичом, но москвичом, у которого за спиной все время стоит моя малая родина Абхазия.
- Ты недавно правильно говорил о том, что патриотизм - это слово, которое растаскали и разменяли. Потому что малая родина должна быть у каждого нормального человека. У меня Сибирь тоже все время за плечами, хотя я тоже больше половины жизни прожил в Москве, и Москва - это мой город. Я, кстати, в одном отнюдь не академическом эссе написал, что в Москве - все приезжие, кроме боярина Степана Кучки, которого убил Юрий Долгорукий. А если говорить серьезно, то у настоящего москвича, у коренного москвича у него тоже есть своя малая родина - хрестоматийный Арбат или даже Теплый Стан. Ведь нынешнее всегда предваряется детством, началом жизни, ее истоком. Легче жить с ощущением и малого, и большого. Корни, родство, привязанности - все это действительно существует, иначе жизнь давно стала бы окончательно бессмысленной и глупой.
- Конечно, я думаю, что это ощущение малой родины очень важно, особенно для писателя. Писатель, у которого стирается мир детства, юности, как особый мир, отличающийся от мира взрослого, он многое теряет, я бы сказал, в выпуклости такого двойного зрения. И он более подвержен Злу.
- Вот я и об этом хотел поговорить. Сейчас конец двадцатого века, тысячелетия. Зло разлито в мире. То его меньше, то больше. Как ты думаешь, Зло победимо? Мне кажется, Зло - это как микробы в воздухе. Главное, чтобы не было эпидемии. Всегда будет существовать подлец, выродок, маньяк, но главное, чтобы не они правили миром...
- Я думаю, что все мировые накаты борьбы со Злом, начиная с французских просветителей и заканчивая нашей Октябрьской революцией, таили в себе универсальную ошибку. Отчасти ты прав, люди не понимали, что Зло неистребимо. Хотя в нормальной человеческой жизни с ним бороться надо, но окончательная победа над Злом, может быть, в религиозную область если уйти, только на Страшном суде. Но оттеснение Зла - это, безусловно, задача всех эпох и всех времен, поэтому революция ничего не может решить. И Государственное устройство, и развитость граждан - все это может несколько оттеснять Зло. Какой-то порядок может быть наступит более или менее через тысячу лет. Но оптимизм нашей задачи состоит в том - делаем ли мы шаг в эту сторону? Если мы шаг делаем, значит, наша жизнь оправдана. Даже если до конца она будет оправдана только через тысячу лет. И не потому, что тогда не будет Зла, а потому что тогда Зло, может, будет более или менее обуздано. У Владислава Ходасевича есть прекрасные строки, чисто литературные, но связанные с тем, о чем я сейчас говорю. Он пишет: "Я ЗВЕНО, МНЕ ЭТО СЧАСТИЕ ДАНО". Наше счастье - быть звеном в бесконечной цепи борьбы со Злом. И не дай Бог, если у нас возникнет иллюзия, что это можно сделать за год, за два, за три, как думали все революционеры. Это - долгий, постепенный процесс оттеснения Зла... Уничтожить что-либо невозможно. Все самозарождается. Каждая жизнь проходит. Я полагаю, это вообще вопрос очень тонкий и серьезный. С одной стороны иллюзия должна быть присуща художнику, что он исправляет мир - достижение внутренней гармонии это как бы начало всемирной гармонии. Но с другой стороны не дай Бог подумать, что ты пришел исправить этот мир. Можно сойти с ума...



(Из готовящайся к выходу в издательстве «ЭКСМО» книги «МОЙ ЗНАКОМЫЙ ГЕНИЙ. АЛЕШКОВСКИЙ, АКСЕНОВ, АБДРАШИТОВ, АХМАДУЛИНА, БУЛАТОВ, ВАСИЛЬЕВ, ВОЙНОВИЧ, ГЕРРА, ГОРБАЧЕВ, ГРИН, ЕВТУШЕНКО, ЖУТОВСКИЙ, ИВАНОВ, ИОСЕЛИАНИ, ИСКАНДЕР, КОЗЛОВ, КОЛОБОВ, ЛИПКИН, ЛЮБИМОВ , МЕССЕРЕР, РУДНИК, СТРАДА, СТРУВЕ, ФИЛИППЕНКО, ХОМЯКОВ, ЧУДАКОВА, ШНУРОВ, ШТЕЙНБЕРГ, ЭСТЕРХАЗИ»)
Александр КАРПЕНКО







БЕЛОЕ ДАО

То не солнце нещадно палит -
И течёт сквозь судьбу не вода - о! -
Над растерянным миром парит
Бесконечное белое дао.

Кто ты, дао? Не выдал ответ
И заоблачный гений Ландау.
И бесстрастно глядит нам вослед
Безмятежное белое дао.

Кто ты, дао? Чужой третий глаз?
Послепепельный сон Кракатау?
Ничего не попросит у нас
Бескорыстное белое дао.

Высоко забираясь в зенит,
Отправляя живущих в нокдаун,
Все народы в себе растворит
Бессердечное белое дао.

Растворяюсь и я в белизне,
Весь растраченный жизнью беспечной,
Чтобы плыть в голубой вышине
Белым дао любви бесконечной.


*****
Вчера не умирает никогда:
Оно струится
в телефонных жилах,
Оно ушло,
но странно живо,
На льду пропащем
талая вода...
Вчера не умирает
никогда!

Оно течёт
строкой стихотворенья,
Игрушка быстрокрылого забвенья;
И, скованная
панцирем вода,
Оно не может
не поспеть за нами -
И меряет грядущее шагами.
Вчера
не умирает никогда!

Оно струится
белыми ночами
средь островков
Забвенья и печали;
Оно течёт, не ведая куда -
И старый мир
пускается в движенье,
От самого себя
ища спасенье, -
Вчера
не умирает никогда.

Оно меняет лики и названья,
Очистившись
от лет напластованья;
Оно зовёт нас флейтой и трубой;
Казалось бы,
оно совсем не дышит -
Но никогда никто нигде не слышал,
Чтобы Вчера
покончило с собой...

Оно бессмертно, как бессмертны дни;
Оно беззвучно, как беззвучны ночи:
Так, вечное движенье
обесточив,
Там, в небесах,
Господь зажёг огни...
И, пусть проходят
судьбы и года,
Вчера
не умирает никогда!


БАБОЧКА-ДУША

«И сыплет бабочка-душа пыльцу по свету». Т. Щербина

Нам до боли непривычно,
Что душа полифонична,
Что она порой сейсмична
В колебаниях миров.
И спросила дочь поэта:
«Пап, душа - какого цвета?
Может быть, она - планета,
Ну а мы - её покров!»

Но молчит о ней наука,
И душа - ценою звука -
Пёстрой бабочкой двукрылой
Села дочке на плечо.
А потом, миров скиталец,
Пересела ей на палец,
И дышала, и парила,
И порхала горячо.

УЧЁНЫЙ МАГ НИКОЛА ТЕСЛА

Когда в каморке стало тесно -
Святая всех его святых,
Учёный маг Никола Тесла,
Кудесник молний шаровых,
Преодолел бездонность выси,
Стихий бездомных волшебство,
И одиночеством, как мыслью,
Пространство обожгло его.

Он был пытлив, он был старатель -
И в нём заговорили вдруг
«И случай, бог-изобретатель,
И гений, парадоксов друг».
И на задворках тёмных мира
Он жизнью отыскал ответ:
«Всё происходит из эфира.
И электричество, и свет».

ПЕРЕВЁРНУТЫЙ КОСМОС

1.

Проснувшись в тиши спозаранку,
Я космос надел наизнанку.
И тотчас из комнаты вышел,
Внезапными звёздами вышит.

Таинственным высвечен знаком,
Себя обволок Зодиаком*.
И космос свернулся в клубочек
Из крохотных трепетных точек.

Я ложкой помешивал чайной -
И всё это вышло случайно.
Кренились столетья откосно,
И жёг перевёрнутый космос.

Почуял на темечке ранку.
«Я космос надел наизнанку!»
Как больно… но вижу я выше,
Бездонными звёздами вышит.

2.

Только звёзды начнут навигацию,
Я как будто впадаю в прострацию.
И по небу плыву без усилия -
Точно взял в своём сердце Бастилию.
Словно вышел в эфир на свидание -
Поприветствовать мироздание.
И нежданно венчает творение
Растворение.
И не ведают сна и агонии
Космогонии.

*Фраза, произнесённая Андреем Белым на вершине пирамиды Хеопса.



ЗАЗЕРКАЛЬНЫЙ КАРП

Зеркальный карп за лопастью весла,
Прозрачность вод прыжком одним ломая,
Я не всегда свой жребий понимаю -
Безумства тайн скрывают зеркала.

Как странники, чья жизнь всегда в пути,
Мой третий глаз, открывшийся на диво,
Они хранят в живых своих архивах
Пророчества о том, что впереди.

И часто, проплывая в глубине,
Когда покой бывает вдруг нарушен,
Я чувствую, как пульс мой перегружен
Молчаньем лиц, оставшихся во мне.

Но лишь наскучат мира миражи,
Осточертеют воды, как канальи,
Молитвой сердца, фибрами души
Зеркальный Карп стремится в Зазеркалье.

Всё в зеркале, чем рыбы дорожат,
Всё в зеркале, что ищем мы глазами, -
И только невидимкою душа -
Там, за чертою, там, за зеркалами.


МОЛИТВА

«Ты услышь меня, Господи, Отче наш,
Ведь погубишь ты душу свою», -
Весь в крови, я стонал на обочине,
Позабытый друзьями в бою...

«Не пристало идти тебе в зрители,
Вспомни только Себя на кресте,
Ведь найдутся за павшего мстители», -
Возопил я в глухой черноте.

Мне ответило марево грохота,
И тогда, средь огня и песка,
Я возвысил свой голос до шёпота -
И меня услыхали века.


ВЕТЕ Р
А
Н

Валерию Горбачёву

Ветер мало печётся о ранах.
Лишь стаккато бутылки в стаканах,
Да застенчивый чайник осипший -
Словно соло живых о погибших…

Захлебнутся рыбацкие лунки
Непрозрачною горечью рюмки.
Перекусит волна океанов
Всю перкуссию гулких стаканов!

Так неужто и вправду мы в силах
Вновь вернуть к нам товарищей милых -
И призвать, как волшебную строчку,
Тех, чьей жизнью живём мы в рассрочку?

Тонкий мир между ними и нами
Станет тоньше, отпетый ветрами,
И взлетят голосящие очи
По наточенным лезвиям ночи,

И замрёт, окликаясь на имя,
Эхо встречи меж нами и ними.


ВЕРНОСТЬ

А в сражении - зри ты в оба.
Осмотрителен будь, старина.
Заждалась тебя Пенелопа
У простуженного окна.

Пусть дела наших рук достойны,
И лик Бога в них отражён,
Проверяют на прочность войны
Без присмотра оставленных жён.

Неулыбчиво с ними время,
Дом оставив их сторожить.
Им обещано только бремя:
Ткать, надеяться, ждать и жить.

И, пусть ел ты пудами соль - век,
И лишал войну фитилей,
Может, ждёт тебя дома Сольвейг
У оборванных бурей дверей.

Эта верность не нарочита,
Эта вечность не так длинна.
Ты дождёшься ль меня, Кончита,
У распахнутого окна?


*****
Что наши дни? Судьбы заём,
Пусть даже лиц не повторяем,
Смертью друг друга мы живём,
Жизнью друг друга - умираем.

Мы на войну пошли вдвоём.
Он спас меня, в огне сгорая.
Смертью друг друга мы живём,
Жизнью друг друга - умираем.

Все, что сбылось, что не сбылось,
Все, что случится в мире с нами,
Священный гул метаморфоз -
Нездешними навеян снами.

Век силуэтом встал в проём.
Что мы в сердцах ни вытворяем!
Смертью друг друга мы живём,
Жизнью друг друга - умираем.


*****
Вены - реки на карте тела...
Почему же, мой друг, скажи,
Будоражит нас то и дело
Океан Мировой Души?

Души странствуют в чистом виде,
Плоть свою истребив дотла,
Но никто никогда не видел,
Как приходят они в тела, -

По наитью иль чёрной метке,
Торопливо иль не спеша?
Может статься, что в каждой клетке
Электроном живёт душа!

Не смекнёшь даже, в чём тут дело.
Лишь догадка блеснёт, как уж:
Вены - реки на картах тела.
Слёзы - реки болящих душ.


*****
Камерный человек сидит на берегу моря
И слушает рокот волн.
Он протирает канифолью
Смычок своего одиночества.
Музыка! Фиолетовые волны небытия
Накатывают одна за другой,
Дублируя песочные часы берега.
Как же тесно мне в твоём саркофаге, Время!
Земля раскидывает над собой
Шатёр бескрайнего неба.
Небо раскидывает над собой
Шатёр безымянных звёзд.
Море! Оракул души бессмертной!
Буря и штиль равновелики
В сердце камерного человека.
Весь видимый и невидимый мир -
Грот его космического уединения.

СЕРДЕЧНОЕ

Если твоё сердце не вынесет горя,
Отдай его сердечных дел мастеру, -
Пусть он перекуёт его,
Семь раз проверив на прочность.

Если сердце твоё не вынесет счастья,
Разлетится на куски брызгами радости,
Из него выпорхнет певчая птичка,
Потерявшая голос в прошлой жизни, -
И превратится в белую скрипку,
Которой невыносимо хочется петь;

А когда ты проведёшь пальцами
По её глиняному грифу, ты поймёшь,
Что в руках твоих вовсе не скрипка,
А любимая женщина;
От избытка счастья с ней
Разлетелось вдребезги твоё шёлковое сердце, -

То самое сердце, что говорило о ней
Как о своей гостье из будущего,
И вечерами при свечах
Любило повторять загадочную фразу,
Навеянную классиками:
«Любовь - это рубашка,
Что дана нам на вырост».


*****
У Прометея глаз - алмаз.
Замучен он, но не чумаз.
Над ним сияет ореол.
Когда-то сам он был орёл.

Здесь завершилась Зевса власть:
Живой огонь нельзя украсть.


*****
С сочувствием подумаешь о теле:
В нём жизнь и смерть дерутся на дуэли.
И бросишься их страстно разнимать.
Но как разъединишь отца и мать?

ПОСЛЕДНИЙ ФИЛОСОФСКИЙ ПАРОХОД
Печальный философский пароход
Вдаль отплывал по воле негодяев.
Иван Ильин и Николай Бердяев,
Учёный и профессорский народ.

Холодным нетерпеньем сентября
Он по волнам скользил из Петрограда.
Чужбина - вот философу награда,
Вот любомудру алая заря.

И чайки в небе синем на беду
Чертили чутко огненные знаки
И провожали мысливших «инако»
В иную, чужеродную среду.

И мы грустим, заслышав позывные,
Секундных стрелок невозвратный бег.
Как бесприютен в мире человек!
Как краткосрочны радости земные!

Припомнится иная бесконечность,
Иная незапамятность придёт,
И всех живых отправит морем в вечность
Последний философский пароход.
Маргарита АЛЬ






МАНИФЕСТ АЛЬ

Эййй!
Площади!
шшшпоры вам бок
вывернуть бы вас 
н а и з н а н к у
проснётся город 
выйдет город 
ахнет город
нет площадей
нет войн
нет революций
востУх
огонь
и всё превратилось
в воздух

воздух
вот инструмент каждого будущего гражданина
красками радуг раскрасим язык души тела лица
улицей вверх взметнётся воздушный
л
и
ф
ф
т
все мы отныне
Л и Ф Ф т и й ц ы
день
начинаю
с мысли
о слове
в глагольной форме 
любить
любить
любить
любить
и так сто раз
как если бы эхо вошло в ухо
обогнув солнце
триста шестьдесят тысяч пятьсот раз за один миг
складываю
руки
в рукопожатие
грудью
в крылья врастаю
а мимо
мимо
н е с у т с я
слова
молодые
смелые
необъезженные
расталкивающие
уснувших
толкающие
непадающих
им
недостаточно жить
им
недостаточно умереть
им
нужны
площадиплощадиплощадиплощади
СТОЛЕТИЕ
есть во мне что-то русалочье
смотрю на небо 
и вижу ангелов с крыльями
растущими из груди

смотрю на землю и вижу 
столетие
.............
..............
..............
..............
эпоха 
эра
каждый из нас взрослел в очереди к мавзолею 

за что нам 
такая ширь
такой бунт 
такие войны 
такие революции
такие храмы
такие Лентуловы

Бог - не женщина
Бог - мужчина
вкладывая семя своё 
требует идентичности

во мне женского -
выживание
мужского -
площади
алые 
страстные 

во мне от стихии -
бешенство 
Бога 
распятого на кресте

истинного -
к земле приковав время
пространством взлетаю ввысь 
здравствуйте 
товарищи
вот
построила ЛиФФт 
во все созвездия 
хватит зодиакальных дискриминаций 
довольно унизительных процедур аутентичности

сама себе рапортую
лью электричество слов в провода газет и журналов 

во мне от природы -
бунт
космический
требую запрещения одомашнивания 
дикого поцелуя
дикого Бога 

я видела Солнце снаружи
видела изнутри
буквы 
слова 
выкручивая до неузнаваемости НЛО
отправляю всех на 
три 
десять 
сто 
тысячи 
сторон
ИЩИ!

объяв небо 
веером флагов
требую 
от каждой звезды гимн человечеству





Авторы альманаха «Бомонд beau-monde»
Кедров Константин Александрович (при рождении — Бердичевский; родился 12 ноября 1942, в Рыбинске) — советский и российский поэт, доктор философских наук, философ и литературный критик, автор термина метаметафора (1984) и философской теории метакода. Создатель литературной группы и автор аббревиатуры ДООС (Добровольное общество охраны стрекоз) (1984). Член Союза писателей СССР (1989). Член исполкома Российского ПЕН-клуба. Член Международного союза дворян (по линии рода Челищевых — свидетельство № 98 13.11.08). Главный редактор международного «Журнала ПОэтов». Лауреат международной южнокорейской премии Манхэ 2013, международной премии и серебряной медали Давида Бурлюка, международной премии поэта и философа Григория Сковороды. Автор сборников «Компьютер любви» с послесловием Андрея Вознесенского: «Константина Кедрова смело можно назвать Иоанном Крестителем новой метаметафорической волны в поэзии», «ИЛИ», «Дирижер тишины», «Говорящие звезды», монографии «Поэтический космос», книг «Инсайдаут», «Метаметафора», «Метакод», «Философия литературы».
Кацюба Елена Александровна (р. 24 января 1946) — русский поэт, член Союза Писателей, член ПЕН-клуба, одна из основательниц группы ДООС во главе с Константином Кедровым. Окончила отделение журналистики Казанского университета. По инициативе Юнны Мориц и Андрея Вознесенского была принята в Союз Писателей с рекомендацией Генриха Сапгира на первом общем собрании после распада СССР. С 1998 по 2003 г. она была телевизионным обозревателем в газете «Новые известия», с 2003 по март 2005 вела еженедельную колонку «Книжная полка» в газете «Русский курьер». Е. Кацюба — ответственный секретарь и арт-дизайнер «Журнала ПОэтов», создатель двух первых в России и в мире палиндромических словарей (медаль им. Б.Гринченко - последователя В.Даля - на фестивале «Славянские традиции»), автор поэтических книг: «Красивые всегда правы», «Игр рай», «Глядящие на пламя». Участница многих международных поэтических фестивалей, лауреат Международной премии и серебряной медали Давида Бурлюка, «Другие», 6-го Волошинского фестиваля, интернет-журнала «Окно» (Ирландия). «Если бы Хлебников жил сегодня, он писал бы, как Елена Кацюба», - сказал Андрей Вознесенский на сцене Таганки, где поэты праздновали в 2000 году Первый Всемирный день поэзии ЮНЕСКО.
Ерёмин Николай Николаевич появился на свет Божий 26 июля 1943 года в городе Свободном, Амурской области. Окончил Медицинский институт в Красноярске и Литературный им. А.М.Горького в Москве. Член СП СССР с 1981 г. Союза российских писателей с 1991г. и русского ПЕН-центра международного ПЕН-клуба. Кавалер Золотой медали «Василий Шукшин». Автор книг прозы «Мифы про Абаканск», «Компромат», «Харакири», «Наука выживания», «Комната счастья», «Волшебный котелок», «Чучело человека». Выпустил в свет Собрание сочинений в 6 томах Новые поэтические книги: «Идея фикс», «Лунная ночь», «Поэт в законе», «Гусляр», «О тебе и обо мне», «На склоне лет», «Тайны творчества», «Бубен шамана», «От и до», «Кто виноват?», «Владыка слов», «Гора любви», «В сторону вечности», «Папа русский», «Тень бабочки и мотылька», «Поэзия как волшебство», «Смирительная рубашка», «Подковы для Пегаса», «Сибирский сибарит», «Эхо любви, или Старик без моря» «Доктор поэтических наук», «Игра в дуду и в русскую рулетку», «Поэтическое убежище», «Енисей впадает в Волгу», «Смысл жизни», «Храм на любви» «Муза и Поэт», трёхтомник «Небо в алмазах» изданы уже в ХХ1 веке.
Николай Ерёмин является автором-составителем проекта «Миражисты», под грифом которого издал альманахи «Пощёчина общественной безвкусице», «5-й угол 4-го измерения», «ЕБЖ-Если Буду Жив», «Сибирская ссылка», «Кастрюля и звезда, или Амфора нового смысла», «Я -гений» Он - лауреат премии «Хинган» и «Нефритовый Будда». Победитель конкурса «День поэзии Литературного института - 2011» в номинации «Классическая Лира». Дипломант конкурса «Песенное слово» им. Н.А.Некрасова. Награждён ПОЧЁТНОЙ ГРАМОТОЙ министерства культуры РФ (Приказ №806-вн от 06.11.2012 подписал В.Р. Мединский). Публиковался в журналах «День и ночь» Марины Саввиных, «Новый Енисейский литератор» Сергея Кузичкина, «Истоки» Сергея Прохорова, «Приокские зори» Алексея Яшина, «Бийский вестник» Виктора Буланичева, «Интеллигент» Сергея Пашкова, «Вертикаль» Валерия Сдобнякова - Нижний Новгород, «Огни Кузбасса» Сергея Донбая, «Доля» Валерия Басырова, «Русский берег» Бориса Черных - Благовещенск, «Вовремя» Владимира Золотухина - Лесосибирск, в альманахе «Дафен» Цу Тяньсуя - город Синьян, на китайском языке, в переводах Хэ Суншаня, во «Флориде» Александра Росина - город Майами, в «Журнале ПОэтов» Константина Кедрова -- Москва, В интернете на порталах «Лексикон» Елены Николаевой - Чикаго, «Подлинник» Виктора Сундеева, «45я параллель» Сергея Сутулова-Катеринича», «Русское литературное эхо» - Иерусалим, «Стихи. Ру, Проза. Ру» Живёт в Красноярске Т:: 8 95О 4О1 ЗО1 7. E-mail nikolaier@mail.ru Пишите!Звоните!
Степанов Евгений Викторович — литератор, кандидат филологических наук, издатель. Родился в 1964 году в Москве. Окончил факультет иностранных языков Тамбовского педагогического института, Университет христианского образования в Женеве и аспирантуру МГУ им. М. В. Ломоносова. Президент Союза писателей XXI века. Автор книг стихов, прозы, многих публикаций в периодике. Живет в Москве.
Русаков Эдуард Иванович - красноярский писатель, журналист. Родился в 1942 году в Красноярске в семье служащих. В 1966 году окончил Красноярский медицинский институт; в 1979 году - Литературный институт имени А. М. Горького (Москва).С 1966 по 1968 - жил и работал в деревне Поймо-Тины врачом-психиатром краевой психиатрической больницы. С 1968 по 1981  - в городской психобольнице. С 1981 - редактором на Красноярской студии документальных фильмов. С 1981 по 1991 - руководителем литературной студии при Красноярском Дворце культуры. С 1991 - корреспондент газет "Евразия", "Вечерний Красноярск". С 1991 по 1994 - работал в администрации Красноярского края. С 1998 - обозреватель газеты "Красноярский рабочий". Печатается как прозаик с 1966г. Автор книг: «Конец сезона». Рассказы. Красноярск, 1979; «Белый медведь». Рассказы и повести. М., 1981; «Театральный бинокль». Рассказы и повести. Красноярск; 1982; «Остров Надежды». Рассказы. Красноярское изд-во, 1986; «Очередь за счастьем». Рассказы, повести. Красноярское изд-во, 1990; «Стеклянные ступени». Повести. М., "Современник", 1991; «Дева Маруся». Повести и рассказы. Красноярск, 1995; «Ряд волшебных изменений». Рассказы. Красноярск, "Платина", 1999. Печатает прозу в журналах "Знамя", "Юность", "День и ночь". Произведения переводились на азербайджанский, болгарский (1985), венгерский (1986), казахский, немецкий, словенский, финский, французский и японский языки.Член Союза российских писателей.
Член международного ПЕН-клуба (Русский ПЕН-центр, сибирский филиал).
Член Экспертного совета благотворительного общественного фонда им. В.П. Астафьева. Живет в Красноярске. Семейное положение: женат, двое детей.

Котолевская Алина Викторовна О себе: Родилась в ХХ веке. Юность прошла в г. Красноярске, любимом навсегда городе. Уехала в г.Тверь, на чужбину, где и живу до сих пор. Моя главная жизнь - в стихах. Алина Котолевская <al.tar2011@yandex.ru>

Попов Евгений Анатольевич родился 5 января 1946 года в Красноярске на улице Горького, 17 Русский писатель - прозаик, эссеист, публицист - коренной сибиряк, чьи предки пришли в Сибирь с Ермаком. Отцовская ветвь рода - с. Казачинское, материнская - с. Емельяново. Окончил Московский геологоразведочный институт (1968). Работал в Красноярской геологосъёмочной экспедиции, ЦНИЭЛ Министерства цветной металлургии, Красноярском отделении Художественного Фонда РСФСР. В своих рассказах и романах шифрует Красноярск, как «город К., стоящий на великой сибирской реке Е., впадающей в Ледовитый океан». Дебютировал в газете «Красноярский комсомолец» (1962), выпускал вместе с Эдуардом Русаковым «самиздатский» литературный журнал (1962). Дружил с поэтами Лирой Абдуллиной, Огдо Аксеновой, Майей Борисовой, Николаем Ерёминым, Алитетом Немтушкиным, Владимиром Нешумовым, Эдуардом Нониным, Романом Солнцевым, Анатолием Третьяковым, Зорием Яхниным, художниками Андреем Геннадьевичем Поздеевым и Тойво Васильевичем Ряннелем, скульптором В.Зеленовым, прозаиками А. Астраханцевым, С. Задереевым, С. Кузнечихиным, М. Успенским. Печатался в альманахе «Енисей», журнале «День и ночь». Сотрудничает с газетой «Красноярский рабочий». Первая заметная публикация - в журнале «Новый мир» с напутственным словом В. Шукшина (1976). В 1978 году был принят в Союз писателей СССР, но тут же из него исключён - за создание вместе с В. Аксеновым, Б. Ахмадулиной, А. Битовым, В. Высоцким, В. Ерофеевым, Ф. Искандером, Ю. Кублановским, Е. Рейном - неподцензурного альманаха «Метрополь». Восстановлен в 1988 году. Широко печатается в российских и зарубежных журналах, альманахах. Автор 20-ти книг прозы. Произведения Евгения Попова изданы на английском, болгарском, венгерском, итальянском, испанском, китайском, немецком, французском, финском языках более, чем в 20 странах мира. Он дин из основателей (1989), а ныне президент (2017) Русского ПЕН-центра, ассоциированный член Шведского ПЕН-Центра (1980), секретарь Союза писателей Москвы. Отмечен многочисленными литературными премиями. Заслуженный работник культуры РФ. В Московском театре юного зрителя с огромным успехом идёт спектакль по его трагикомедии «Плешивый мальчик». Место действия пьесы - Красноярск, улица Лебедевой. Персонажи - «качинские» маргиналы 70-х. Критики и литературоведы называют его «самым веселым анархистом российской словесности» и отмечают, что его проза «одновременно прекрасна и безобразна, ясна и туманна, трезва и ясна, как русский человек», что позволяет им считать его одним из самых ярких современных национальных писателей, идущих вслед за Михаилом Зощенко, Василием Аксеновым и Василием Шукшиным.
Карпенко Александр Николаевич родился 13 октября 1961, Черкассы, УССР — русский поэт и прозаик, композитор, исполнитель песен, переводчик, телеведущий. Участник Афганской войны. Член Союза писателей России, Южнорусского Союза писателей и Союза Писателей XXI века. Участник литературного объединения ДООС. Член Российского отделения Международного ПЕН-клуба. ветеран-афганец. Закончил спецшколу с преподаванием ряда предметов на английском языке, музыкальную школу по классу фортепиано. Сочинять стихи и песни начал будучи школьником. В 1980 году поступил на годичные курсы в Военный институт иностранных языков, изучал язык дари. По окончании курсов получил распределение в Афганистан военным переводчиком (1981). В 1984 году демобилизовался по состоянию здоровья в звании старшего лейтенанта. За службу награжден орденом Красной Звезды, афганским орденом Звезды 3-й степени, воинским орденом Святителя Николая Чудотворца, орденом «За заслуги», медалями, почетными знаками. В 1984 году поступил в Литературный институт имени А. М. Горького, тогда же начал публиковаться в толстых литературных журналах. Автор восьми книг стихов и прозы, а также четырёх песенных магнитоальбомов. Женат, трое детей. Живёт в Москве. Вот ссылка на Википедию здесь. https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%B0%D1%80%D0%BF%D0%B5%D0%BD%D0%BA%D0%BE,_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87 
Аль Маргарита (Альмухаметова Маргарита Викторовна) — российская поэтесса, издатель, общественный деятель. Родилась 7 октября 1959 г. в Алма-Ате. После распада СССР переехала в Москву. Окончила Московскую академию образования Натальи Нестеровой. .С 2004 по 2014 годы была автором перформансов «Кубошар»] и «Круче Кручёных» в Государственном музее В. В. Маяковского. Лауреат. Международной премии и Серебряной медали «Отметина отца русского футуризма Давида Бурлюка» С 2014 года - издатель Журнала Поэтов ДООС и журнала ЛиФФт.

……….
………
Бомонд beau-monde
Альманах Доосов
и
Миражистов
Содержание:
Константин КЕДРОВ стр......
Елена КАЦЮБА.....
Николай ЕРЁМИН.....
Евгений СТЕПАНОВ.....
Эдуард РУСАКОВ.....
Алина КОТОЛЕВСКАЯ...
Евгений ПОПОВ...
Александр КАРПЕНКО...
Маргарита АЛЬ...



Подписано в печать 13.8. 2018 Формат 60х84 1/16
Бумага офсетная Тираж 100 экз. Заказ 07-096
Отпечатано в типографии «Литера-принт»
Красноярск
Телефон 2 950 340

2018

Cвидетельство о публикации 553372 © Ерёмин Н. Н. 14.08.18 08:46