Меню сайта
Логин:
Пароль:
Напомнить пароль
Жанр: Лирика
Форма: Рассказ
Дата: 02.01.18 17:21
Прочтений: 29
Комментарии: 0 (0) добавить
Скачать в [формате ZIP]
Добавить в избранное
Узкие поля Широкие поля Шрифт КС Стиль Word Фон
ДОРОЖНЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ (3)


Чудесное мгновение

Поездом Новосибирск-Красноярск ехал я в Кузбасс, на родину, чтобы, как всегда, провести там первомайские дни.
Когда я прошёл в свой отсек вагона, он был ещё пуст. Я снял куртку и сел у окна. До отхода поезда оставалось минут десять. Вскоре стали появляться пассажиры. Вот подошла совсем молоденькая светловолосая девушка и, не сказав слов приветствия, даже не взглянув на меня, уселась на мою лавку. За ней подошли две девицы и, перекидываясь репликами, стали устраиваться на боковых местах. Поезд тронулся. Подошедшие, студентки-экономисты, как я быстро понял, довольно плотно заполняли эфир ближайших отсеков простенькими разговорами на уровне сплетен, перемалывая кости своим подругам, преподавателям, самим себе и знакомым парням. Я немного приуныл, так как скоро понял, что обречён на пытку этим эфирным шумом в течение, может быть, всей дороги. Пытка усугублялась тем, что одна из девиц украшала плетёнку обыденных слов матерными словами, что, несмотря на большую уместность их в смысловой канве разговора и наивную уверенность говорившей в равноправии этих слов с другими, сильно омрачало мои мысли и заметно портило настроение.
Поезд едва тронулся, как в нашем купе появилась стройная брюнетка лет восемнадцати-девятнадцати.
– Эти места свободны? – спросила девушка, указав рукой на лавки напротив меня.
– Да, – отвечал я, – пока свободные.
Она поставила на столик початую бутылку лимонада, повесила дамскую сумочку на крюк у окна и уселась против меня. Вскоре проводница пришла забрать наши билеты.
– Вы поменяли место? – спросила она у девушки.
– Да, я перешла оттуда, – ответила та и указала рукой на конец вагона.
Поезд, выезжая из города, набирал скорость. Пришедшая сняла куртку и положила её под голову, ложась навзничь на голую лавку. Она легла, согнув ноги в свободно облегающих чёрных брюках. Вскоре девушка повернулась на бок, но так, что её лицо заслонялось от моих глаз столиком. Мои взгляды следовали изящной линии её бедра, что стало утешать меня, помогая противостоять шуму в эфире, о котором я говорил.
Прошло около часа. Девушка встала, вытащила из сумочки газету со сканвордами и положила на столик. Она вписывала в газетные клетки разгаданные слова или сидела в задумчивости, иногда взглядывая на меня, а я имел возможность, не торопясь, рассмотреть её. Всё в ней казалось мне довольно приятным, но – обыкновенным. Всё в ней было на месте, но ничто особенно не привлекало. Конечно, её густые мягкие волосы чуть не до плеч, чёрные брови и чёрные глаза подчёркивали белизну кожи, что приятно для глаза, но сама кожа не была достаточно гладкой и блестящей. Впрочем, её взгляд, объединяющий взволнованностью души все черты лица, воспринимался как бы взгляд не глаз, а всего этого лица и, прежде всего, губ, небольших и ярких, но кажется даже не подкрашенных. Её взгляд был, конечно, той изюминкой, которую я не сразу заметил.
Она склонялась над столиком, положив на него оголённые до локтей руки, а я сидел, тоже опираясь локтем о столик. Может, чтобы отвести мои взгляды от себя, она отделила одну страничку со сканвордами и, подвинув её ко мне, сказала:
– Хотите поразгадывать?
– В нашем доме все кроме меня увлекаются этим занятием. Ну, я тоже попробую, – согласился я.
Взяв авторучку из кармана пиджака, я стал кое-что вписывать в ряды клеток. Но из-за наступающих сумерек мои глаза вскоре перестали различать слова вопросов, напечатанные мелким шрифтом. Попросив раза два свою соседку прочитать их, я предложил затем разгадывать вместе её сканворд. В течение получаса мы довольно оживлённо обсуждали возможные ответы на трудные вопросы, из чего я понял, что эта брюнетка с привлекательными губами довольно эрудированная особа. Но вот совсем стемнело, а поскольку свет в вагоне ещё не включили, мы прервали это интересное, как теперь мне казалось, занятие. Тут как раз прошла проводница и предупредила о приближении станции, где я должен был выходить. Предмет моего внимания встала, прошла к концу вагона и, вернувшись, улеглась на своей лавке, опять навзничь с согнутыми коленями.
Когда поезд почти остановился, я встал, надел пиджак и, набросив куртку на плечи, остановил свой взгляд на лежащей девушке.
– Всего хорошего вам в дальнейшей дороге, – проговорил я, и меня словно ударило током: из полусумрака пространства между столиком и стенкой отсека, обрамлённое руками, сомкнутыми за головой, на меня смотрело восхищённое лицо, в котором было столько удивления, радости, столько восторга, как будто она не просто видела какое-то чудо, а будто увидела это чудо впервые и торопится насладиться им, пока оно не исчезло. Девушка ничего не ответила, а просто послала мне чрезвычайно доброжелательный пас одними глазами.
Было очевидно, что, остановив на лице своей спутницы прощальный взгляд, я застал её за сокровенными переживаниями, не имеющими ко мне никакого отношения. Я случайно застал её в состоянии обострённого чувства влюблённости, вызванном её воспоминаниями, а не сиюминутными мечтами о молчаливом спутнике, который вместо того, чтобы попытаться увидеть душу в её глазах, затратил всю энергию своего взгляда на изучение её внешности, привычно тренируя свою наблюдательность, доведённую до абсурда.
Надо ли говорить, какое испытал я сожаление, что не узнал даже имени этой девушки, которая, безымянная, теперь будет волновать и радовать моё сердце молниеносным мгновением, в котором как бы раскрылась некая тайна природы, возвышающая женщин.



Тайны обаяния

Передо мною две такие не похожие друг на друга женщины. Одна сидит вблизи от меня. Её лицо обращено в окно электрички, и когда стёкла занавешиваются зеленью ветвей или теневой стороной зданий, ясно видно его отражение, которое будто смотрит на меня. Так что я вижу одновременно и профиль и фас лица. Голова поддержана рукой, облокоченной на подоконник, и треугольник – плечо, голова, предплечье, настолько устойчив и равновесен, что женщина, успокоенная этим, уже долгое время совершенно неподвижна, как статуя.
Облик изумительной красоты. Таких не бывает, такое можно только нарисовать. Красива, как картинка! Аккуратная небольшая голова на стройной шее. Волосы с кудрявинкой пострижены под мальчишку с намерением, похвальным, конечно, не скрыть для смотрящих благородные формы головы, маленьких ушей и то, как ловко сидит на шее голова, и как всё это мило смотрится на плечах, полуобнажённых широким декольте, глубина которого позволяет скользнуть взгляду по оголённой верхней части груди вплоть до подножия двух маленьких холмиков, каждый из которых может поместиться в ладони, как считали должным быть великие ценители женской красоты древние греки. Да она и сама напоминает античную статую – и красотой и неподвижностью. Не буду описывать её лицо – правильные черты отвечали всем классическим соотношениям.
Другая женщина сидит поодаль от меня. Она обращена в мою сторону. Тип её лица сильно уклоняется от нормы – скуластое, округлое, ширину которого увеличивает курносый нос и маленькие губки. Но что за глаза! Они тоже не отличаются величиной, как я заметил позже, но они играют, светясь волнением на очень смуглом, каштановом луноподобном лице, и как бы сдерживают затаённые переживания. Прямые волосы спадают на плечи, но самих плеч, как и шеи, не видно – их скрывает толстый свитер с мягким воротом до подбородка. По всему видно, что шея не длинна, но и зачем такой довольно круглой голове длинная шея!
Разглядывая и сравнивая двух женщин, я без колебаний отдаю предпочтение второй. Её глаза, которые иногда взглядывают на меня, как будто полыхают, испуская магические волны. Их загадочность усиливает необычность оформления – они смотрят из-под прямых бровей, которые, выражаясь языком восточных поэтов, как стрелы летят друг к другу. Стрелы летели внизу небес – в основании высокого ровного лба. Глаза, смотрящие из-под высокого ровного лба! Они напомнили мне мою первую ещё детскую увлечённость! Вот чем привлекают нас женские лица! Они не только наполняют нас жизнью сию минуту, они заставляют взволноваться воспоминаниями. Я не сомневался, что именно с этой, второй я хотел бы оказаться на необитаемом острове.
Да, вот передо мной две такие не похожие друг на друга женщины. Первая сидит неподвижно, поддерживая безукоризненную голову мраморной рукой. Её отражение смотрит на меня и… в сумрачном обрамлении окна кажется не таким холодным, как оригинал, а выглядит нежным, томным, загадочным…



Дорожные забавы

Ожидая электричку, я собирался в дороге почитать интересное исследование, в котором два историка от математики доказывают, что индусы – наши братья по крови, но, поднявшись в вагон и увидев, что нельзя сесть для чтения, остановился в проходе и стал то посматривать в окно, то оглядывать пассажиров. Можно было бы пережить воспоминанием хорошо проведённый день на лоне природы, поразмышлять над конструкцией незаконченного рассказа или помучить себя догадками о причинах затянувшегося молчания одной знакомой, которая сказала как-то в телефонном разговоре Напиши мне письмо! и обещала ответить. Но всем этим я ведь могу заняться по приезду домой! Я решил немного похулиганить.
Долго не мог обнаружить среди пассажиров симпатичную женщину. Но – вот она! Белая, типа кровь с молоком. Но эта кровь с молоком находится в дальнем конце вагона и почти полностью закрыта пассажирами, сидящими напротив неё. Женщина только изредка показывается мне и то лишь частью лица. Несмотря на большое расстояние, разделяющее нас, она вскоре замечает моё к ней внимание и всё чаще и чаще поглядывает на меня из-за застивших её голов. Она оживилась. В поисках повода для движения, выводящего её в поле моего зрения, заводит разговоры с соседями, склоняясь головой к ним. При этом, открываясь, непременно взглядывает на меня. Иногда поднимает голову выше заслонявшей её чужой головы, показывая свои устремлённые на меня глаза, и медленно опускает голову – как будто солнце восходит и вновь закатывается за край головы-земли.
Женщина не может удержаться, чтобы не сказать обо мне своей подруге, сидящей перед ней. Та оборачивается, чтобы посмотреть на меня. Брюнетка, крашенная в густо рыжую, она удостаивает меня в течение пути несколькими любопытными взглядами.
При въезде в город часть мест освобождается, но я предпочитаю не двигаться, продолжая игру.
Неожиданно представляется случай понаблюдать, как подобное проявление симпатии происходит у животных, в частности, у собак. В вагон входит пожилая дама с небольшим чёрным пуделем и усаживается передо мной у окна. Но на противоположной стороне вагона уже сидит дама с собачкой, тоже чёрным пуделем! Вошедший мужского полу и поскольку собачьего рода, то, в отличие от меня, сразу определяет координаты своей симпатии (по-видимому, с помощью носа). И так же явно, как и я, проявляет свою заинтересованность молодой особой. Но делает это невоспитанно. Ну, животное, что с него возьмёшь! Он рвётся, скулит и гавкает. В его оправдание надо сказать, что он в худшем положении: особа, которой предназначаются его яростные проявления страсти, не обращает на беднягу никакого внимания. Она не только не взглянула на него ни разу, но даже не повернула голову и не шелохнулась, когда молодой кобель подбежал к своей желанной и лизнул бы её нос, не натянись так сильно поводок, возвращающий бедного малого на прежние позиции. Но он продолжает беспрерывно рваться и скулить. Признаться, мне было жаль его. Мне были понятны его муки. Я ему сочувствовал.
Но вот пудель покидает электричку. За ним поднялась к выходу знакомая мне через взгляды женщина. Высока, стройна, бела (впрочем, второе качество не совсем ясно из-за пассажиров, толпящихся к выходу). У тамбура женщина оглядывается, остановив на мне свой взгляд. Я улыбаюсь и машу рукой. Но она не послала мне знак благодарности за участие в сокращении её времени в пути, мало того, на её лице, кажется, выразился недоуменный вопрос: Кому это он машет?
Отрезвлённый её крайней холодностью, я вспомнил слова одной знакомой: женщины совсем не так воспринимают происходящее, как предполагают об этом мужчины. Вероятно, мои взгляды тревожили бедную женщину. Она даже поделилась своим беспокойством с подругой. И при выходе, увидев, что я продолжаю следить за ней, могла подумать не Кому он машет? а Ну, точно это маньяк!
Когда она вышла, я, расстроенный, занялся книгой про индусов, наших братьев. И нашёл, что авторы в своём усердии при доказательстве нашего родства с этим загадочным народом похожи на маньяков. Наверное, это мнение несправедливо, тут же подумал я. Это – от инерции расстройства. И женщина, приняв меня за маньяка, тоже не права. Её могла увлечь инерция кинофильмных ужасов. Но говорят же, нет дыма без огня, и я, значит, мог сыграть роль огня, от которого возник дым её расстройства. Я решил впредь вести себя осторожнее.
Cвидетельство о публикации 541411 © Стефанов И. 02.01.18 17:21
Число просмотров: 29
Средняя оценка: 0 (всего голосов: 0)
Выставить оценку произведению:
Считаете ли вы это произведение произведением дня? Да, считаю:
Купили бы вы такую книгу? Да, купил бы:

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):
Если Вам понравилась цитата из произведения,
Вы можете предложить ее в номинацию "Лучшая цитата дня":

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):

litsovet.ru © 2003-2018
Место для Вашего баннера  info@litsovet.ru
По общим вопросам пишите: info@litsovet.ru
По техническим вопросам пишите: tech@litsovet.ru
Администратор сайта:
Александр Кайданов
Яндекс 		цитирования   Артсовет ©
Сейчас посетителей
на сайте: 375
Из них Авторов: 16
Из них В чате: 0