Логин:
Пароль:
Напомнить пароль
Жанр: Мистика
Форма: Роман
Дата: 14.11.17 13:57
Прочтений: 13
Комментарии: 0 (0) добавить
Скачать в [формате ZIP]
Добавить в избранное
Узкие поля Широкие поля Шрифт Стиль Word Фон
Стихия: Вероника, проект Горгона глава 35.
Дилогия «Стихия» состоит из двух романов: «Вероника, проект Горгона» и «Сны ветра». Оба романа объединены идеей о множественности миров во Вселенной, теорией реинкарнации души и философским утверждением: «То, что внизу, подобно тому, что вверху, а то, что вверху, подобно тому, что внизу». Они полны символизма, метафор, поэтому воспринимать сюжет буквально было бы ошибкой. В общем, все соответствует старой, доброй истине: сказка – ложь, да в ней намек. Именно в намеках, в переживаниях героев, в трансформации их личностей согласно тем или иным условиям и кроется вся соль. В обоих случаях главными героями являются отрицательные персонажи, что сделано с целью подчеркнуть единство добра и зла в человеческой натуре. Однако тех же героев можно рассмотреть не как физических персонажей, а как человеческие страсти, взаимодействуя с которыми люди либо противостоят им, либо покоряются, либо покоряют. Такой взгляд вполне применим к «Веронике, проект Горгона», где повествуется, вроде бы, о девушке, но если посмотреть с другой стороны, то вместо девушки мы увидим неуправляемое безумие, страсть, охватывающую и покоряющую людей.
Дилогия «Стихия» не направлена на разжигание межнациональной, религиозной и прочей розни, не призвана унижать человеческое достоинство. В текстах не содержится пропаганды политических, религиозных, а тем более экстремистских взглядов, нет призывов к противоправным действиям. Хотя основное действие книги «Вероника, проект Горгона» происходит в период с 1936 по 1939 годы в Германии, роман не реабилитирует фашизм, не оправдывает геноцид и убийства. Данное время и место выбрано для наглядной критики тоталитарного режима, демонстрации внутренней борьбы людей не принимающих общую идеологию, но обязанных быть частью ее системы. Все герои, даже имеющие отношение к политике, аполитичны и вынуждены приспосабливаться к условиям тоталитарного государства. Привязка книг к историческим событиям весьма условная. Описанная жизнь героев книги, не имеет никакого отношения к жизни реальных исторических личностей. Исторические личности являются лишь теми прототипами, с которых были списаны некоторые общие черты, отдельных персонажей книги и не более того.

Возвращение (35 глава)

За несколько дней до возвращения Вероники, в воскресенье, в доме Мейера появился странный посетитель. В качестве объяснения своего появления он поведал малоубедительную историю. Якобы в ходе психологического исследования молодых активистов для какой-то научной работы, его гость, психиатр Рудольф Ховальд, обратил внимание на странности в поведении Вероники. Мужчина говорил очень уверенно, и Алекс не стал утруждать себя поисками истины. Мейера больше заинтересовала профессия непрошенного гостя.
- Я пришел у вас, как у самого близкого для Вероники человека, спросить, не замечали ли вы у нее резких перепадов настроения, каких-нибудь необычных интересов?
- Вера очень ранима, господин Ховальд. Она никогда не знала материнской заботы. Моя жена, Адель, покинула нас очень давно. Она была больна – острый психоз, сопровождаемый религиозным бредом – бедняжка ничего не ела и довела себя до истощения, что и стало причиной ее смерти. В шестнадцатом году я был комиссован домой с фронта. Я еле передвигался из-за ранения, был обречен остаться инвалидом, и для психики Адели это стало серьезным потрясением. Однако год спустя, когда появилась Вера, жизнь снова обрела для меня смысл и я, вопреки всем прогнозам, пошел на поправку. Я не знаю, почему, - Алекс трагически поднимает глаза к потолку, словно всю жизнь ждет ответа от Всевышнего, - Адель не радовалась ни дочери, ни моему выздоровлению. Она почему-то возненавидела и Веру, и меня. Позднее, ненависть в ее сознании слилась с религией, и она решила, что ее окружают демоны. Я не смог ей помочь, господин Ховальд.
- Вы не думали жениться снова? – несколько удивленный его рассказом интересуется гость.
-Нет. Я посвятил всю свою жизнь Вере. Конечно, женщины у меня были и есть, но я не связываю себя ни с кем обязательствами.
- А вы уверены в том, что у вашей супруги был именно острый психоз? Кто ее наблюдал?
- Послушайте, я бы не сказал вам ничего такого, в чем бы сомневался! – бросив злобный, ледяной взгляд на своего собеседника, заявляет Александр. Не успевает Ховальд испугаться, как выражение лица и голос хозяина дома становятся, по-прежнему, дружелюбными: - Что касается Веры, так это то, что она несчастна, и в этом отчасти виноват я. Я, кажется, не ожидал, что она так быстро повзрослеет, и иногда, по-моему, бываю слишком жесток с нею. Работа накладывает отпечаток и на мою частную жизнь, поэтому временами я забываю, что с дочерью надо общаться мягче, чем с тюремщиками.
Внезапно раздается стук, и Рудольф обращает внимание на высокого рыжеватого офицера со стопкой папок в руках. Алекс жестом показывает место на столе, и молодой человек молча кладет туда свою ношу. Когда он выходит, Мейер поясняет:
- Работы последнее время очень много, поэтому пришлось нанять второго секретаря. А психиатрия помогает вам в жизни? Я имею в виду, может быть, вы смогли взглянуть на мир как-то по-особенному или даже банально дурить людей, соблазнять женщин?
- Вы, господин Мейер, по-моему, слишком романтизируете мою профессию. Вполне возможно, что на деле она показалась бы вам скучной и прозаичной.
- Не показалась бы, я бы нашел ей практическое применение и не тратил бы свою жизнь на написание работ, которые потом опроверг бы на корню кто-нибудь более талантливый или амбициозный.
- Вернемся к Веронике! Чем она увлекается?
- Ничем запрещенным, - с кривой ухмылкой отвечает Алекс.
- Я в этом не сомневаюсь, но какие у нее интересы; как бы вы охарактеризовали круг ее общения?
- Близких друзей у нее не много. Вот, например, с моим секретарем, Максом, который только что заходил, у нее неплохие отношения, расспросите его, если желаете. Признаюсь, я бы не возражал, если бы он стал моим зятем, но Веронике об этом не говорю. Однажды я попытался познакомить ее с одним молодым человеком, дипломатом, и она сбежала из дома. Как любой отец я не хочу, чтобы она связывала свою судьбу с кем попало, но она еще не бросила привычку бунтовать против меня. Но в целом, я могу сказать, что ее друзья приличные люди и всех, кроме ее знакомых по университету, я знаю лично. А вот интересы у Веры из-за учебы, к сожалению, почти исчезли. Я нередко наблюдаю у нее апатию ко всему. Как вы думаете, у нее может развиться такой же психоз, как у Адели?
Вопрос заданный таким тоном, будто Алекс желал бы это проверить или, поспорив с доктором на деньги, попытаться довести девушку до психоза, сбивает Ховальда с толку. Если до этого он не сомневался в искренности своего собеседника, то теперь у него возникает чувство, что Алекс скрывает свое истинное лицо, взглянуть в которое ему, Ховальду, не хватит духу. Именно поэтому он, не отвечая, сворачивает разговор. Следуя совету Мейера, он чуть задерживается в их доме, чтобы поговорить с Максом, но тот не сообщает ничего нового или интересного. Молодой человек сказал только, что у Вероники спокойный, открытый характер, но из-за чрезмерной занятости она часто бывает утомлена, и это, наверное, врач принял за странность. Если бы Рудольф подошел к оценке своего визита к Александру Мейеру с придирчивостью, граничащей с паранойей, то он бы обратил внимание на то, что опрошенные им люди ненавязчиво уводили его от темы, которую он хотел обсудить. Так Алекс, вместо разговоров о поведении и интересах дочери, засыпал его вопросами о том, каково это быть психиатром, и рассказами из собственной биографии, а его секретарь, при упоминании врачом слова «странности» в вопросе о Веронике, насторожился и принялся описывать, как тяжело дается девушке учеба и патриотическая деятельность.
Девушка возвращается вечером в среду. Покинув поезд, она вбегает в здание вокзала. За ней на некотором отдалении следует крепкий мужчина из сопровождавшей их в поездке охраны, но со стороны кажется, что этот здоровяк никак не связан с Вероникой и является обычным гражданином, который только что перешел из разряда пассажиров в разряд прохожих. Она энергично мечется по залу, то и дело оглядываясь по сторонам. Девушка, возможно, продолжила бы создавать суету среди спокойной вечерней атмосферы вокзала, если бы с одной из лавочек не поднялся рослый блондин и не шагнул бы ей навстречу.
- Даниель! – Вероника подбегает к нему. – Я больше всего боялась, что мы разминемся!
Опасения девушки были больше надуманными. Перед поездкой Даниель оставил ей номер телефона, по которому с ним можно будет связаться, что она и сделала позавчера, договорившись, что молодой человек ее дождется на вокзале. Министр, не то подобревший, не то расслабившийся за время отпуска, не возражал, чтобы она воспользовалась телефоном, и даже проявил интерес к придуманной ею схеме обмана отца, особенно, когда узнал, что в этом деле ее соучастником является не Берт, имя которого уже давно неприятно резало его слух.
- Мой поезд прибыл без десяти двенадцать, но я... – начинает говорить Даниель, но Вероника его прерывает.
- Ты прождал меня весь день?! – поражается она, представляя себя на его месте.
- Да. Признаюсь честно, это было тяжелее, чем я думал сначала. Можно вас обнять, мы ведь долго не виделись?
Вероника молча поднимает к Финну широко расставленные руки, позволяя ему обнять себя. Что случилось с парнем, с которым они дважды чуть было не переступили грань допустимых отношений? Похоже, общение с родными убавило у него уверенности в себе. Но девушке на это наплевать, ведь сейчас в его объятиях ей тепло и спокойно, как и должно быть, когда возвращаешься домой.
После такого необычного отпуска, совмещенного с экспериментом, привычная жизнь в Берлине кажется Веронике серой рутиной. Врач подтвердил кровопотерю, поэтому министр не стал загружать свою подопечную работой пару недель. Сведения, полученные от нее под гипнозом, тщательно изучались и проверялись, хотя и не несли полезной информации. Они имели больший интерес в плане изучения самого феномена регрессивного гипноза.
Алекс, действительно, назначил Макса своим помощником, чем избавил его от работы палача. Что касается Даниеля и Фердинанда, то он предупредил их, что при Веронике они могут оставаться, только если во вверенных им подразделениях будет идеальный порядок. То есть, охраняя его дочь, они обязаны и свою основную работу выполнять безупречно. При этом ни один из них не выразил желания покинуть свиту девушки.
Осень наступает быстро. Кажется, еще вчера был август, а сегодня календарь уверяет, что уже середина октября. Нагрузка у Вероники возрастает, и бесшабашные встречи у Фаренхайда снова становятся для нее отдушиной. Правда, пару раз она, наплевав на все инструкции и собственную безопасность, уходила веселиться без сопровождения. У Берта были ночные вахты, а брать с собой другого охранника она не хотела.
В ноябре на вечеринку они идут уже вдвоем. Приходят, как обычно, не первыми и оба замечают некоторую напряженность друзей Вероники. Она ожидала, что не избежит едких подколок по поводу того, что снова пришла в компании кавалера или, как кто-то из них сказал, конвоира, но присутствующие только буднично приветствуют их. Лишь пара человек обращает на Фердинанда внимание:
- Привет, охрана! – говорит один из парней, махнув ему рукой.
- Подконвойная Вера пришла, - констатирует другой.
Ганс подходит ближе к Веронике и тихо, но так, чтобы слышал и ее спутник, сообщает:
- Сегодня с нами будет моя кузина. Она из Англии, и если я услышу политические дискуссии или хоть одну шутку про шпионаж, то эта вечеринка станет последней! А если она от тебя пострадает, Вера-катастрофа, ты мне больше не друг!
Причина подавленности друзей теперь становится ясна. Если Ганс каждого встречал такими словами, то неудивительно, что веселиться им расхотелось. Вряд ли кому-то из них пришло бы в голову обсуждать международную политику или задирать его кузину злыми шутками, поэтому такое предупреждение только испортило всем настроение и заставило их в тайне возненавидеть англичанку.
Появление Вероники и ее спутника немного взбодрило остальных гостей. Пользуясь моментом, когда хозяин поднялся наверх, один из молодых людей открывает бутылку и разливает крепкий алкоголь по бокалам.
- Ну что, ребят, давайте, выпьем, а то, кто знает, может, и не соберемся так больше, - говорит он, поднимаясь со стаканом в руке.
Его примеру следуют и другие. Фердинанд хотел было отказаться, но его быстро вразумили:
- Охрана, ты с нами!
Все семеро гостей, включая Мейер и Берта, выпивают в скорбном молчании. Они стоят, образовав плотный круг, чем напоминают некое тайное братство.
- Вы что делаете? – внезапно звучит удивленный голос Ганса. Круг распадается, и гости переключают свое внимание на хозяина дома, который вышел к ним с очаровательной, хрупкой шатенкой. – Познакомьтесь, это Эстер, моя кузина. Эстер, это Агата, Вера, - говорит он, указывая ей на тех, кого называет, - Грета, Аксель, Вильгельм, Хорст и Фердинанд.
- Я рада познакомиться с вами! – приветливо произносит девушка, а Ганс ставит пластинку.
Друзья после представления еще несколько секунд стоят, замерев в одной позе. Все, кроме Берта, скованы, каждый боится сказать лишнего или быть неправильно понятым. Фердинанд, как обычно, молча присаживается на диван и замыкается в себе. Обстановка постепенно разряжается и друзья решают по возможности игнорировать кузину Ганса.
Проходит час, и все уже, кажется, идет, как всегда. Вероника неспешно танцует с парнем по имени Хорст, а Фердинанд не сводит с нее глаз.
- Пригласи его сама, ты же хочешь, - наклонившись к ее уху, шепчет ей партнер по танцу.
-Вот еще! – возмущенно бросает Вероника.
Мейер давно мечтала, чтобы Фердинанд сам пригласил ее на танец, так как до этого ей приходилось буквально заставлять его танцевать с собой. Ее симпатия к охраннику не осталась незамеченной даже в этой компании, но это, как ни странно, нашло понимание среди них, и каждый теперь старается дать ей дружеский совет.
Кроме Ганса, все словно забыли о присутствии Эстер. Он, немного потанцевав с кузиной, оставляет ее налаживать контакт с гостями самостоятельно. Она и сама понимает, всю нелепость его попыток сдружить ее с его друзьями, всю ничтожность самой себя в этом обществе молодых снобов. Окинув веселую компанию взглядом, девушка задерживает внимание на единственном человеке, который не вписывается в их общество. Девушка осторожно подходит к дивану и присаживается рядом с Фердинандом.
- Привет. Мне показалось, что ты такой же чужак здесь, как и я. – Она говорит легко, но незначительный акцент у нее все же есть.
Берт чувствует себя неловко, его удивляет такое внимание к его персоне, но и отчасти льстит.
- Я сопровождаю Веру, - бормочет он в ответ.
В этот момент один из парней, дурачась, взваливает Веронику себе на плечо. Она вскрикивает и заливается смехом.
- Это вон ту, которая на руках у Вильгельма? – уточняет Эстер.
- Ее, - тяжело вздыхает он.
- Может, потанцуем? – предлагает девушка.
Фердинанд с улыбкой подает ей руку, и спустя мгновения, их уже увлекает мелодия.
- Как ты думаешь, почему остальные избегают меня? – спрашивает она, заглянув ему в глаза.
- Возможно, им надо к тебе привыкнуть. Я бы не стал на твоем месте из-за них расстраиваться, - говорит он, тепло улыбаясь ей.
Девушка успокаивается, почувствовав его поддержку, и склоняет голову ему на грудь.
За Фердинандом и Эстер внимательно наблюдает Вероника. Кто-то подает ей бокал вина, но девушка, не сводя глаз со своего охранника, молча ставит бокал на стол.
- Мне пора, - глухо произносит она.
- Вера, если это из-за того, что он танцует кузиной Ганса, то это очень глупо! – говорит Агата, обняв ее за плечи.
- Нет, мне душно, я хочу уйти.
- Ты что хочешь одна уйти? – не отстает подруга.
- Пусть отдыхает, я дойду, - бормочет Вероника. – Все в порядке.
- Давай попросим кого-нибудь из ребят тебя проводить?
- Да отстань ты от меня! – срывается, наконец, девушка, привлекая внимание всех. – Все отстаньте!
Задержавшись только, чтобы накинуть пальто, Вероника выбегает из дома и быстрым шагом идет прочь. Эстер нельзя сравнивать с Хильдой из Магдебурга, Эстер утонченная, красивая, она способна разрушить все надежды Мейер, отняв у нее единственного человека, ради которого стоит жить. Чувствуя, что вот-вот заплачет, девушка приостанавливается, чтобы отдышаться и успокоиться. Она не замечает, что ее плащ распахнут, не чувствует холода. Сделав несколько глубоких вздохов, она продолжает свой путь.
Внезапно кто-то сильный хватает ее со спины и, развернув лицом к себе, прижимает ее к стене здания, в тень которого девушка зашла, чтобы скрыться от посторонних глаз. К счастью для нападавшего, его атака была совершенно неожиданной для Вероники, и она не смогла себя защитить с помощью способностей духа стихии. Более того, это напугало девушку, и теперь она чувствует, как сжимается ее сердце, не в силах нормально сокращаться. Воздуха не хватает, а перед глазами все плывет. На мгновение ей кажется, что она умирает, но от этого становится не страшно, а спокойно, ведь, как она только что решила – жить ей незачем.
- Как вам? Нравится? – обращается к ней напавший знакомым голосом. – Будете бродить в одиночку по ночам – в следующий раз на вас нападет настоящий бандит, а не я! Что опять случилось, Вера?!
- Пусти! – чуть слышно требует она. – Сердце!
- Вы выучили новое слово? – отступая от нее, произносит Фердинанд.
- Дурак! – хрипло бросает Вероника и опускается на тротуар, встав на одно колено и склонив голову.
Берт присаживается рядом и, приобняв девушку, прижимается лбом к ее виску.
- Еще какой дурак! - ласково говорит он. – Простите, Вера, я повел себя, как скотина. Вы, пожалуйста, не убегайте так больше.
Парень осматривается по сторонам, и замечает метрах в десяти от них лавочку. Подхватив Веронику, он помогает ей подняться и дойти до нее. Сев рядом с девушкой, он сутулится и, глядя себе под ноги, спрашивает:
- У вас с детства больное сердце?
- Нет, только полгода, может, чуть больше.
- Это как-то связано с тем случаем, когда мы нашли вас на берегу?
- Возможно, я не знаю, - честно признается она. – Врачи ничего по этому поводу не говорили.
- А почему вы ушли с вечеринки? Если вам было плохо...
- Я почувствовала себя лишней, - перебив его, отвечает она, снова ощутив всплеск ревности.
- Я не по-ни-ма-ю. - Берт выпрямляется и, крепко обняв девушку, прижимает подбородок к ее голове. – Это моя обязанность – чувствовать себя там лишним. Кто вам разрешил занимать мое место?
Вероника улыбается и смягчается. Она даже еще больше прижимается к Фердинанду, наслаждаясь теплом, исходящим от него.
Через две недели они снова посещают дом Ганса, но на этот раз у них получилось придти первыми из гостей. Волей-неволей Веронике приходится поддерживать разговор с Эстер. Оказалось, что ее семья была вынуждена покинуть Англию из-за резких политических статей ее отца. Мейер только посмеивается, считая, что ни к чему хорошему их переезд не приведет.
- Вы представляете, - говорит англичанка, - Рождество всего через месяц?!
Вероника молчит, искусно делая вид, что не услышала ее. Фердинанд уже успел проникнуться сочувствием к иностранке, он даже немного злится на свою спутницу за такое пренебрежительное отношение к ней.
- Нет, совершенно не верится. Я работаю, а под конец года работы всегда больше, - отвечает он, чтобы поддержать ее.
- Я тоже, - кратко бросает Вероника.
- Ну, представьте, праздник! Это же здорово!
- Ну-у, - недовольно говорит Мейер, - может быть, мы с Фердинандом нарядим можжевельник у моего дома, хотя вряд ли.
- Можжевельник не имеет отношения к Рождеству, - произносит Эстер, - нужна елка, и не у дома, а в гостиной.
- Ты считаешь нормальным, что жизнь, возникшую из маленького семечка, оформившуюся в красивое дерево, надо загубить и труп выставить на всеобщее обозрение, украсив разноцветными стекляшками? – Сказав это, Вероника вскакивает с дивана и подбегает к прибывшим молодым людям, которых только что впустил в дом Ганс.
- Какая она странная, - обращается Эстер к Фердинанду. – Чего стоит один только ее взгляд! В средние века ее бы только за взгляд отправили на костер!
- Если бы ее отправили на костер, пошел бы дождь и погасил пламя. Так Небо спасло бы своего ангела, - не сводя глаз с Вероники, произносит он.
- Ты влюблен.
- Нет, - Берт как будто с удивлением переводит взгляд на Эстер. – Я просто очень хорошо ее знаю. Она хорошая.
- Влюблен! – улыбается ему Эстер. – Я никому не скажу, обещаю.
Фердинанду неловко, но спорить с девушкой по такому глупому поводу было бы неправильно, тем более, если учесть, что она права. Парень вздыхает и говорит:
- Я скажу ей, чтобы она была добрее к тебе.
Хотя Эстер не восприняла его обещание всерьез, Берт все равно по дороге домой робко обращается к Веронике:
- Вера, почему вы так жестоки к Эстер? Она могла бы стать вашей подругой, а вы отталкиваете ее. Я, конечно, лезу не в свое дело, но я не понимаю вас, Вера.
К его удивлению, девушка не впадает в ярость от таких слов. Она утомленно вздыхает и отвечает:
- Я полностью с тобой согласна - ты лезешь не в свое дело. Но если для тебя так важно узнать, почему я не хочу с ней дружить, то я объясню. Весной была арестована моя модельерша по обвинению в шпионаже в пользу Англии. Она пыталась и меня в это втянуть. Как ты думаешь, следят ли за мной, после этого, и что подумают те, кто за мной следит, когда я заведу дружбу с англичанкой? Я понимаю, что, возможно, она хорошая девушка, но я не могу себе позволить сблизиться с ней.
Еще год назад Вероника была совершенно другой, тогда дружба с Эстер ее могла бы заинтересовать. Теперь у нее часто сами возникают те мысли, которые ранее пытался внушить ей ее покровитель. Теряет ли Вероника себя или, наоборот, она нашла способ сохранить что-то важное в себе – это не ясно и ей самой, но в том, что поступает так, как надо, как следует, она уверена.
Cвидетельство о публикации 538055 © Вентланд И. 14.11.17 13:57
Число просмотров: 13
Средняя оценка: 0 (всего голосов: 0)
Выставить оценку произведению:
Считаете ли вы это произведение произведением дня? Да, считаю:
Купили бы вы такую книгу? Да, купил бы:

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):
Если Вам понравилась цитата из произведения,
Вы можете предложить ее в номинацию "Лучшая цитата дня":

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):

litsovet.ru © 2003-2017
Место для Вашего баннера  info@litsovet.ru
По общим вопросам пишите: info@litsovet.ru
По техническим вопросам пишите: tech@litsovet.ru
Администратор сайта:
Александр Кайданов
Яндекс 		цитирования   Артсовет ©
Сейчас посетителей
на сайте: 263
Из них Авторов: 24
Из них В чате: 0