Логин:
Пароль:
Напомнить пароль
Жанр: Психологический роман Детектив
Форма: Роман
Дата: 11.10.17 20:38
Прочтений: 12
Средняя оценка: 10.00 (всего голосов: 1)
Комментарии: 0 (0) добавить
Скачать в [формате ZIP]
Добавить в избранное
Узкие поля Широкие поля Шрифт Стиль Word Фон
Социально-психологический роман с элементами детектива. Главный герой принимает предложение стать редактором крупного медиа-ресурса и неожиданно оказывается втянут в сеть политических интриг. Духовное начало героя оказывается в жесткой оппозиции к глубоко материалистичному и циничному окружению. Все персонажи и события в романе являются вымышленными, любые возможные совпадения носят случайный характер. P.S. В названии нет «очепятки» :)
Мечты о не бытии. Глава I
Я знаю тех, кто дождется, и тех, кто, не дождавшись, умрет.
Hо и с теми и с другими одинаково скучно идти.
Я люблю тебя за то, что твое ожидание ждет
Того, что никогда не сможет произойти.

Илья Кормильцев


I

Виталий с презрением смотрел вслед шедшей впереди парочке. Впрочем, «шедшей» - сильно сказано. Вихлявшей - вот верное слово.
Парочка вызывала одновременно чувства отвращения, жалости и иронии. Он - в заляпанной льняной футболке и бесформенных шортах, приземистый, коренастый, с кривыми волосатыми ногами. В одной руке - грязный поводок, на котором семенила маленькая лохматая собачонка, в другой - полупрозрачный целлофановый пакет. Она - в убогой однотонной кофте и трениках, высокая и грузная; нечесаные, выцветшие волосы стянуты в нелепый пучок. Возраст, что его, что ее, определить было сложно даже приблизительно: им могло быть от тридцати до шестидесяти. Кожа у обоих - багрово-красная. О причине такого «загара» со всей очевидностью говорил четко различимый предмет, болтавшийся в пакете у мужчины - бутылка какой-то косорыловки.
- Чё нахохлилась? - злобно верещал мужик. - О чурках думаешь? Ну, давай, беги к своим чуркам, потаскуха!
Голова женщины медленно, как на шарнирах, повернулась к спутнику. Смерив того мутным, ничего не выражавшим взглядом, дама прошипела:
- Алкашшш… Нен-навижжжу…
А сама-то, усмехнулся про себя Виталий. Мысленно он встал на сторону мужчины. Вероятно, того доконала тяжелая работа, стресс. Но когда до такого состояния себя доводит женщина… А ведь, скорей всего, когда-то была стройной и красивой. Возможно, даже умницей-отличницей. Возможно, даже закончила университет. А сейчас…
А сейчас - увы и ах.
Такова жизнь. Таково бытие.
Бытие… Слово, от которого у Виталия начинало щемить сердце. Будто то опустили в серную кислоту. Бытие…
Бутылка!
Он загляделся на этих шаркающих шлепанцами забулдыг, на эту несчастную пьянь, а сам в магазин зайти забыл! Ведь сегодня у них гости! Эх, Виталик, Виталик!

Так, фрукты. Персики, яблоки, мандаринчики. Какие взять? Турецкие или марокканские? ХЗ… Ладно, пусть будут марокканские. И виноград. Конечно же, нужен виноград. Только не эта восковая дрянь… О, «дамские пальчики»! Отлично.
Катим дальше. Сыры. Что тут у нас? Боже мой, боже мой… Проклятые санкции.
Мясо, мясо, мясо. Девушка, вон той сырокопченой за четыреста… нет, лучше этой за шестьсот пятьдесят полбатончика сделайте, пожалуйста… Спасибо, эта прическа вам очень идет.
Ну что? Икру взял, сельдь взял, соленья взял, мидии взял, сок взял, колу взял. Что осталось?
Сладкое. Это для Миланы. Коробка «трюфелей» мэйд-ин-Франс. Замечательно. Хватит с нее, а то растолстеет.
И наконец-то. Проезжаем мимо рядов бормотухи, даже не смотрим. О, заветный, шкафчик. Где тут был звонок?.. Здравствуйте, молодой человек. Будьте добры, бутылку «Амаретто» и бутылку… нет, две «Финляндии».
Теперь - на кассу. Куда он упихнул свою «золотую» карту?.. Еще две пачки «Собрания», пожалуйста.
Мама дорогая! Как же все это дотащить до дома?

- Вот зачем ты взял две водки? Куда вам столько с Дэном на двоих? К тому же, обоим завтра на работу. Не подумал?
Лана в своем репертуаре.
- Господи! Как будто водка прокиснет, если ее не допить. Останется на следующий раз.
- А следующий раз не заставит себя ждать. Да, Виталь?
Опять, опять этот назидательный взгляд с прищуром, который его так раздражает!
- Что ты со мной как с пятнадцатилетним? Уймись. Я же не алкаш какой-нибудь.
Цокнув языком и многозначительно покачав головой, Милана продолжила разделывать селедку.
Слава богу, успокоилась.
В семь пришел Денис - закадычный друг Виталия, бывший одногруппник и также творческий человек. Нравился он и Милане. Кроме разве того, что упорно звал жену товарища не Ланой, как та всех просила, а Милой.
Денис, как всякий порядочный гость, явился не с пустыми руками.
- Привет, Мил! Держи, это тебе. - Дэн чмокнул Милану в щеку, протягивая круглую металлическую коробку с какой-то вкусностью. - И о-па! Виталик, зацени!
Вау! Как такое не оценить! Теперь у них есть и отличный вискарь!
Сели за стол.
Дзинь - за встречу.
- Ух, хороша водка.
- Ну так. Дерьма не держим. Как салат?
- М-м, замечательно.
- Это Лана делала.
Дзинь - за милых дам.
- Как работа?
- Нормально. Как твоя?
- Лучше не спрашивай.
- Что так, Виталь?
- Начальство достает. Завтра у нас презентация нового проекта. Опять предстоит нести всякую чушь.
- Тогда за хер с нами и… Извини, Мил. Чтоб все удачно прошло.
Дзинь.
- Что мы все, ей-богу, о грустном? Как твой роман, Дэн? Пишешь?
- Пока приостановился. И не уверен, что стоит продолжать.
- Отчего так?
- Потерял интерес к этой теме. Да и взгляды успели поменяться.
- Жаль, очень жаль. Хорошая получилась бы книга.
- Я уже так не думаю.
- Ну дело твое.
- Сам-то творишь?
- Потихоньку. Хочешь, прочту из последнего?
- Разумеется.
Виталий прокашлялся и, пафосно задрав подбородок, продекламировал:

Снег покрыл долину
Белым узором печали.
Сердце притаилось и ждет.

- И вот еще:

Деревья шумят,
Не мешая течению реки.
Вопросы задаст океан.

Виталий встретился взглядом с женой. Если Дэн, мало что понимавший в японской поэзии, хотя бы сделал вид, что размышляет над смыслом стихов друга, то Милана этого делать не собиралась. В ее глазах был один вопрос: когда все это закончится? Когда он задумается о дальнейшей карьере? Когда же, черт возьми, повзрослеет?
И, как и следовало ожидать, в очередной раз бросилась за поддержкой к Дэну:
- Денис, ну хоть ты скажи Виталику, что пора уже быть серьезней, думать о будущем! Сколько можно витать в облаках и пахать на этого скупердяя Вишневского?! Он может добиться много большего!
- Лана, прошу тебя…
- Ведь он окончил университет с красным дипломом, был, как ты знаешь, лучшим на курсе! Свободно говорит на трех иностранных языках!
- Лана…
- Он умен, аналитически мыслит…
- Лана! Хватит! Лучше покажи Дэну наши фотки из Италии.
Одернутая повышенным голосом мужа, Милана сникла. Залпом допив остававшийся в бокале ликер, она молча пошла за альбомом.
Деревья шумят, не мешая течению реки.
Дзинь - за творчество. Дзинь - за дружбу. Дзинь - за мир во всем мире. Так закончился этот вечер.

Опершись дрожащими руками о борта раковины, Виталий мысленно разговаривал с отражением в зеркале:
«Приятель, ты снова перебрал».
«Да, есть немного. И что с того?»
«Лане это не нравится».
«Да пошла она…»
Лана…
Они знакомы восемь лет, из которых пять состоят в браке. Видимо, правду говорят, что хорошее дело «браком» не назовут. А ведь как прекрасно все начиналось! Она также млела от «битлов» и «Пинк Флойд», также упивалась Кастанедой и Мураками. Могла часами слушать его стихи и притчи при мягком свете ночника, когда казалось, что их ложе - есть весь мир. Он верил, что наконец встретил родственную душу, свое второе я. И как трогательно трепетала ее нежная маленькая ручка, когда он взял ее, чтобы увести за собой в волшебную, сказочную страну, куда один знал дорогу! Но едва на безымянном пальчике этой ручки оказалось золотое колечко, его «альтер эго» вдруг по-лисьи ухмыльнулось и произнесло: «Нет, Питер Пэн. Это ты пойдешь за мной. И музыкой тебе отныне будут не песни эльфов и психоделические синтезаторные вирши, а шелест листов «Космо» и гул стиральной машины».
Снег покрыл долину белым узором печали.
Бытие…
«Ты хотя бы меня понимаешь?»
«Ну еще бы. Кто как ни я? Ведь нам не нужны другие миры, нам нужно наше отражение».
«Верно. Кто это написал? Саймак? Брэдбери?»
«Лем».
«Да, точно, Лем».
«Иди ложись. Завтра на работу. Нужно проспаться и быть трезвым».
«Кому нужно?»
Ответа не последовало.
«Кому же? Кому???»
Отражение по-прежнему хранило молчание.
«Вот и я не знаю».

Виталий забрался под одеяло, стараясь не касаться Миланы. От нее, уже спавшей, веяло январской стужей. А его сердце ждало весны.

Нет, скажите, разве это не занятно? Не удивительно? Да это просто магия!
Если взять одну особь в отдельности - просто красавец-мужчина: аккуратная стрижка, отутюженный черный (как вариант, темно-синий или серый) костюм, белоснежная сорочка, шелковый, в тон костюму, галстук, зеркально-блестящие туфли, швейцарские часы. Но когда рядом стоит другой точно такой же молодец, третий, двадцать восьмой - это, уже простите, выглядит, как стадо. Аккуратное стадо примерных барашков. И оно молча внемлет ему: веди нас, пастушок, туда, где вкусная травка. А он в ответ: хорошо, милые барашки, только хотите вкусной травки - сначала отдайте нам вашу шерстку (о мясе пока умолчим). Ведь вы у нас самые умные, расчетливые, прозорливые, а главное - самые послушные барашки.
Пожалуйста, посмотрите сюда, господа финансисты, инвесторы, капиталовкладчики или как вы там еще себя называете. Видите эту кривую? Вон там, на самом ее верху, на высокогорном склоне растет самая вкусная, самая сочная зеленая трава. Ведь зеленый цвет - ваш любимый, правда? Правда, я это знаю. И знаю, что с каким бы показным скепсисом некоторые из вас сейчас ни пытались заглянуть мне в глаза, про себя думают, как бы успеть туда быстрей других, чтобы побольше пощипать заветной зелени. Щипать, щипать, щипать зелень… На что вы еще способны, жалкие фетишисты англицизмов? Щипать на девелопменте, щипать на трейдинге, щипать на франчайзинге - так зовутся ваши пастбища. Минутку, баран в синем что-то хочет спросить. Не слишком ли крутым окажется подъем? Не собьет ли животное лакированные копыта? Ну что ты! Не бойся, барашек, следуй за пастухом и все будет о'кей.
Уф, кончил распинаться. Стадо аплодирует. Особо впечатленные особи спешат пожать ему руку. Да, да, спасибо. Счастливы до безумия, что вам понравился наш проект (несите, несите же деньги!). Теперь скорей выбраться отсюда. На фуршет в соседний зал. Голова до сих пор трещит после вчерашней попойки с Дэном. Сто пятьдесят французского (или, ладно, хорошего армянского) это исправит.
Хоп! Кто-то остановил его, хлопнув сзади по плечу. Наверно, еще один млеющий…
Нет, это не баран. Уж кто-кто, а только не сей тип. Это его начальник, хозяин. Это - сатана. И зовут сатану - Алексей Михайлович Вишневский.
Вишневский был еще очень молод, на несколько лет моложе самого Виталия. Однако уже успел прослыть умным, хватким, циничным и крайне целеустремленным дельцом. Он возглавил корпорацию года два назад, когда его отец, Михаил Иванович, при странных обстоятельствах отошел в мир иной. Казалось, лишенный каких бы то ни было эмоций, этот зверь со стальным взором шел даже не по трупам, а по обглоданным костям.
- Все прошло замечательно, - некое подобие улыбки едва тронуло уголки губ босса. - Вы были на высоте, Виталий Аркадьевич.
Вас ис дас? Никак похвала?
- Рад стараться, Алексей Михайлович. Отзывы о проекте самые наилучшие.
- Нам нужны не их отзывы, а их деньги. Их инвестиции, понимаете?
Конечно, понимает. Что же еще?
- Безусловно, Алексей Михайлович.
- Помните, Виталий Аркадьевич, упасть легко. Тяжело подниматься.
К чему эта нотация? Или же намек? Неужели молодой олигарх учуял запашок у него изо рта? Блин! Быстро согласно покивать и бегом от него… Черт! Прости, коньячок, но сегодня придется ограничиться минералкой. Где тут «Боржоми»?
- А я-то думала, вам захочется как следует выпить после всего.
Виталий обернулся. Перед ним стояла невысокая девушка в коричневом клетчатом пиджаке, держа бокал с виски.
- С чего вы взяли?
Девушка игриво пожала плечами.
- Вы так смотрели на этих баранов.
Баранов? Она сказала «баранов»?! Что еще за луч света в темном царстве? Кто она такая? Как ее сюда пустили?
- Простите, с кем имею честь?
- Виктория. Можно просто Вика, - девушка протянула ему руку. До чего же она теплокровная! - Я - журналист.
Вот оно что!
- И, похоже, свободный радикал, - попробовал пошутить Виталий. - Как в том фильме, «Бездуховный»?
- Я никакой не радикал. Я просто называю вещи своими именами. Баран он и в Африке баран. Одень его хоть в спецовку, хоть в смокинг.
- Какая вы, по ходу, рассудительная. А кто я тогда, по-вашему? Пастух? Или, быть может, слуга дьявола?
Вика усмехнулась.
- Скорей, заблудшая душа.
..?
- Это жалость или такой своеобразный комплимент?
- И то, и другое. Вы не дадите мне ваш номер?
- Зачем?
- Для коллекции, - лукаво улыбнулась Вика.
Ах да! Она же журналист. Ей нужны контакты, источники. Ладно, пусть записывает. Тоже мне, философ, с сожалением подумал Виталий. Еще один кирпич в стене. Хоть и милый.

Но все-таки в этой девушке что-то есть. Что-то, что когда-то давно было и в Милане…

Отперев дверь, Виталий услыхал шум воды. Ясно - Лана колдует в своем царстве. На кухне. Все никак не может нарадоваться на недавно купленный гарнитур. И находит малейший повод, чтобы лишний раз полюбоваться им - то вымыть и без того чистую чашку, то смахнуть какую-то соринку.
Сбросив обувь, Виталий прошел в «стряпущую» и с кряхтеньем опустился на стул.
- Привет, - устало сказал он, доставая сигареты.
- Привет. Как презентация?
- Охренительно.
- Что-то не так?
- Не так? Нет, что ты, все о-хре-ни-тельно.
- Ты говорил с Вишневским о повышении?
- Чего? Котировок его акций?
Милана посмотрела на Виталия через плечо. В глазах блеснул недобрый огонек.
- Язвишь? О твоем повышении.
- В зарплате или в должности?
- Хотя бы в зарплате.
- Для чего?
- Опять язвишь? Чтобы у нас было больше денег.
- А зачем нам больше денег?
- Не пойму, ты перегрелся, что ли?
Виталий выпустил тонкую струйку дыма.
- Нет, действительно, зачем? Мы голодаем? Нам нечего одеть? Нечем платить за квартиру?
- Господи, ты невыносим! Чтобы могли больше себе позволить! Андестэнд?
- Что, например?
- Ну… Например, я хочу домик в Испании.
О боже!
Началось: мотор завелся - колеса, крутитесь!
Когда Виталий оканчивал филфак, то мечтал о карьере переводчика художественной литературы. Только очень быстро убедился, что как бы ни было это по душе, больших денег этим не заработать. Да каких там больших! Даже просто нормальных. Тогда он уже встречался с Миланой - хоть и не такой уж «дорогой» девушкой, но требовавшей внимания. А конфетно-букетный период - вещь не дешевая. И он устроился педагогом в школу. Тоже не золотое дно, но на жизнь и подарки любимой ему хватало. Между тем дело шло к свадьбе…
И вот, вступив в законные права супруги, Милана погнала его, как арабского скакуна, к новым свершениям. Ты, такой умный, талантливый, образованный, разве собираешься до конца дней своих оставаться каким-то учителем? Да и деньги… Ну что такое твоя зарплата в школе? Тьфу!.. Нет, нельзя сказать, что Милана вдруг оказалась чересчур меркантильной. Она вела себя, как ведет подавляющее большинство жен. Обычных жен. Для которых муж - лошадь. А раз есть лошадь, на ней надлежит ездить и пахать. Для чего еще та нужна?
Не выдержав давления со стороны Миланы, он нашел другую работу - в фирме Вишневского, тогда еще старшего. Формально он занимал там должность пресс-секретаря, но фактически не только готовил сообщения для СМИ, но и курировал вопросы рекламы. По сути, был специалистом по связям с общественностью или, по-другому, релайтером (еще один жуткий англицизм!). Платили ему за это хорошо (зря Милана называла Вишневского скупердяем), но очень быстро успело осточертеть, оказалось не по нутру (особенно, что касается рекламы). Он бы плюнул на деньги и с удовольствием вернулся в школу, если бы не Милана. Жена-наездница не прекращала ставить все новые планки для «умного, талантливого и образованного», «чтобы они могли больше себе позволить». А то, что ему не нравится эта гонка за красивым бытием… Как это ему не нравится? Разве это может не нравится? В чем же тогда еще искать смысл жизни?
- Зачем тебе дом в Испании?
- Нам.
- Нам?
- Да, нам!
- Ладно, зачем нам дом в Испании?
- Чтобы отдыхать там летом.
- Далековато ты дачу выбрала.
- Зато там есть море. Понимаешь? Мо-ре! Я разведу красивый сад, посажу апельсиновые деревья. Это - моя мечта. Могу я, по-твоему, осуществить ее где-нибудь в Малой Глухоманьевке?
- Да уж, море и апельсины. Рай земной, идиллия. Ланино счастье. Ну хорошо. Сколько времени в году ты планируешь наслаждаться своими цитрусами? У тебя отпуск - двадцать восемь календарных дней, плюс новогодние праздники, плюс майские. Всего где-то месяца полтора. А что будет с домиком в остальные десять с половиной?
- Можно сдавать его в аренду.
- И кто-то другой будет жрать твои апельсины. Зачем? Зачем, когда в эти полтора месяца свободы к твоим услугам весь мир? Захотела - поехала в Испанию, захотела - в Норвегию, захотела - в Индию. Да куда угодно! Нет же, надо обязательно привязать себя к какому-то домику.
- Еще это - шенгенская виза. И вообще неплохо иметь недвижимость за рубежом, особенно в Европе. Твой Вишневский наверняка уже пол-Ниццы скупил.
- И что такого дает недвижимость в Европе?
- По крайней мере спокойствие за сделанное капиталовложение. Ибо наша страна непредсказуема.
- А закат Европы неизбежен.
- Что? Кто это сказал? Очередной идиот из телевизора?
- Нет, Освальд Шпенглер.
- Да иди ты со своим Шпенглером!
И в сердцах брякнув вилкой о мойку, Милана убежала в комнату.
Виталий саркастически рассмеялся.
Дача у Средиземного моря с апельсиновым садом. Какое романтичное бытие!
Cвидетельство о публикации 536142 © Салтыков-Руденко А. 11.10.17 20:38
Число просмотров: 12
Средняя оценка: 10.00 (всего голосов: 1)
Выставить оценку произведению:
Считаете ли вы это произведение произведением дня? Да, считаю:
Купили бы вы такую книгу? Да, купил бы:

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):
Если Вам понравилась цитата из произведения,
Вы можете предложить ее в номинацию "Лучшая цитата дня":

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):

litsovet.ru © 2003-2017
По общим вопросам пишите: info@litsovet.ru
По техническим вопросам пишите: tech@litsovet.ru
Администратор сайта:
Программист сайта:
Александр Кайданов
Алексей Савичев
Яндекс 		цитирования   Артсовет ©
Сейчас посетителей
на сайте: 220
Из них Авторов: 13
Из них В чате: 0