Логин:
Пароль:
Напомнить пароль
Жанр: Проза
Форма: Рассказ
Дата: 21.04.17 15:47
Прочтений: 26
Комментарии: 0 (0) добавить
Скачать в [формате ZIP]
Добавить в избранное
Узкие поля Широкие поля Шрифт Стиль Word Фон
ЗАМПОЛИТ
ЗАМПОЛИТ
Не везло нашему экипажу на замполитов, хоть убей. Менялись они как перчатки, иного слова не найдешь. Были очень хорошие люди, но долго не держались, два ЧП висе­ло на лодке, две смерти.
Первая и вторая остались загадкой, и обе случились в ремонте, когда лодка стояла в заводе.
Повесился старшина 2 ст. Хорошев, спокойный парень, полутора лет службы. Ни с кем не ругался, пить не пил, был на хорошем счету у начальства. Приехавшие роди­тели тоже ничего не знали, замкнутый был парень. Такие чаще других погибают. Это уже доказано жизнью, и не один раз. Как водится, все начальство сняли, бедный замполит от такого горя совсем «съехал с рельсов» и долго лежал в госпитале. И полгода не прошло - второй матрос застрелился, заступил на вахту и все. Ребята прибежали, а он уже мертвый, стрелял наверняка, тоже замкнутый был парень. Воспитывался у бабушки. Родители бросили маленького, не знал ни папы, ни мамы. А бабушка и сама-то еле живая была, все болела и болела. Может, надо было дать парню отпуск, все легче было бы на душе, но кто знал. Единственный друг Смелякова,- Желтов, никогда не говорил больше трех слов, может, поболее чуть-чуть. Вот так и дружили два товарища - мог Желтов слушать, он и после смерти ничего не смог сказать, такой уже ха­рактер.
Хотели экипаж расформировать. Но были на счету лод­ки и экипажа и большие походы, и призы на торпедных стрельбах, и иностранные обученные экипажи - все было.
А вот последнего замполита, Татаренко, я запомнил на всю жизнь. Крутой был человек и морского дела не знал вовсе. Говорят, что был в дисбате замполитом, на повы­шение послали к нам. Невзлюбили моряки замполита. Первое, что он сказал: «Это не экипаж, а бандиты, всех садить в тюрьму надо». На что ему моряки резонно ответили: «А с кем вы служить будете, товарищ капитан-лейтенант?» Так и познакомились.
Скоро и выход с ремонта, и работы на лодке невпрово­рот. Моряки работают там, и днём, и ночью, а он с мелкими придирка­ми и со статьями уставов, на сон грядущий - доводил людей до каления, все воспитывал их. Более того - забрал гитару, магнитофон, короче, устроил экипажу дисбат, дисбат настоящий. Офицеров постоянно закладывал в политот­деле, довел их, что они стали замкнутые, настороженные даже друг с другом.
Как-то на вечернем построении после зачтения уста­вов на просьбу зама задать ему вопросы. Ему их столько выплеснули, что он утонул в них и долго не мог всплыть от растерянности. Когда немного пришел в себя, то по привычке стал искать зачинщика «дебоша». Долго искать некогда было, а Заяц вылез из строя на целую грудь и что-то, всё гневно говорил, съедая замполита глазами. Зам решил срезать нашего зайчика наповал: «Товарищ Заяц, замолчите!”. На что тот, выпятив свою тощую грудь, дерзко возразил: «Не заяц, а товарищ Зайцев - знать надо». - «Один хрен - пьяница», - добил зам несчастного Зайца, который сразу осекся и тут же сник. Дружный хохот потряс кубрик, так уже устроены моря­ки, меткое слово ценили больше всего на свете.
Но конфликты возникали часто, умел Татаренко на­строить людей против себя, заключить их в буквы уста­вов, уничтожить их волю и давить их законом. Он забыл, а может, и не знал, слова знаменитого аса-подводника Магомеда Гаджиева: «Нигде нет такого равенства перед лицом смерти, как среди экипажа подводной лодки, где-либо все погибают, либо все выживают», - зам не знал морского дела, боялся моря как огня, и плохо знал подвод­ников. Стучал по пилярсу кулаком и говорил: «До вас, что до этой тумбы, ничего не доходит».
«Это не тумба, а пилярс», - возражали моряки, и опять веселый смех, хоть этим смогли досадить замполиту, как-то отомстить ему за свои обиды. Не буду грешить, если скажу, что Татаренко был скупой человек. В море тет­радный лист не даст моряку, чтобы тот письмо домой на­писал, берег тетради для политзанятий.
А зачем они там нужны были, эти занятия, когда все на своих постах несут вахту, делают нужное Родине дело? Изредка зам зачитает что-нибудь по радио, а остальное время в спячке, лишний человек - балласт на корабле.
Если стояли где-нибудь в бухте на якоре, рыбачил сам, моря­ку, свободному от вахты, крючка не даст, не то что лес­ку, вот тебе и замполит, отец родной.
Зато на берегу, после прихода на базу, устраивал та­кие разборки, что казалось вот-вот треснет от жара, как кирпич была его сытая холеная рожа: «Это не экипаж - воры... Срезали крючки у меня с удочек, своровали тет­ради, своровали тапочки...»
Татаренко никогда не убирал свои тапочки в каюту. Они сторожили сон своего хозяина в отсеке, как предан­ные псы. Поэтому и пылились где-то под трубопроводом, так как постоянно мешали делать приборку в отсеке, и пинали их моряки ногами из «уважения» к своему зампо­литу - хоть так могли отвести свою душу.
7 января 1993г.






4

1



Cвидетельство о публикации 526725 © Хохлов Г. С. 21.04.17 15:47
Число просмотров: 26
Средняя оценка: 0 (всего голосов: 0)
Выставить оценку произведению:
Считаете ли вы это произведение произведением дня? Да, считаю:
Купили бы вы такую книгу? Да, купил бы:

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):
Если Вам понравилась цитата из произведения,
Вы можете предложить ее в номинацию "Лучшая цитата дня":

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):

litsovet.ru © 2003-2017
Место для Вашего баннера  info@litsovet.ru
По общим вопросам пишите: info@litsovet.ru
По техническим вопросам пишите: tech@litsovet.ru
Администратор сайта:
Программист сайта:
Александр Кайданов
Алексей Савичев
Яндекс 		цитирования   Артсовет ©
Сейчас посетителей
на сайте: 311
Из них Авторов: 20
Из них В чате: 0