• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Политика
Форма: Статья
Показано, что многие компартии мира, включая КПРФ, не имеют отношения к марксизму и коммунизму

КОММУНИСТИЧЕСКИЙ ДЕТСКИЙ САД

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
КОММУНИСТИЧЕСКИЙ ДЕТСКИЙ САД

Борис Ихлов,
российское политобъединение «Рабочий»

Было много работы, потому на два с лишним года затянул с данной статьей. Прошу простить.

В начале 80-х мы, марксисты-неформалы, живо обсуждали структурные изменения в рабочем классе, роль интеллигенции, разросшуюся сферу обслуживания, особый труд управленца и тому подобное. В то время было модно роль интеллигенции выпячивать, а над словом «гегемон» посмеиваться. «Посмотрите на этот рабочий класс, - тыкала интеллигенция. – Надо говорить о трудящихся. Интеллигенция – тоже пролетарии.»
В середине 90-х профессор пермского университета, первый секретарь пермской ячейки КПРФ Мальцев, пытавшийся вовлечь в КПРФ наше объединение «Рабочий», тоже не склонен был именовать рабочий класс гегемоном.
В те годы КПРФ взяла на вооружение… точнее, украла у российских либеральных социал-демократов тезис о социальном партнерстве. Когда я сообщил Мальцеву, что это мелкобуржуазный тезис, Мальцев возразил: «Почитайте мои работы…»
Чуть позже КПРФ обогатилась еще одним слоганом, списанным у реакционного графа Уварова: «православие, государственность, народность».
Как-то мы обсуждали с Мальцевым провеение совместной конференции. Он предложил название: «Место рабочего класса в коммунистическом движении». Я предложил другое: «Место компартий в рабочем движении». В результате из всей местной КПРФ на конференцию пришел один Мальцев. В ходе выступления первого секретаря кто-то попробовал возражать. «Вы кто такой?» - спросил Мальцев. - «Я рабочий», - ответили ему. - «А я профессор Мальцев!»
Затем у КПРФ была опора на «компетентных». До рабочего класса КПРФ добралась только в 2012-м. тогда была спущена разнарядка создавать на заводах партийные ячейки. Затея не удалась…
Через двадцать лет, в начале тысячелетия, ту же тему принялись обсуждать на конференции «Альтернатив» Бузгалина. Разумеется, ни в какие гегемоны рабочих не записали.

Наступил 2014 год. К октябрьскому пленуму ЦК КПРФ был издан сборник материалов «Коммунисты и рабочий класс» (составители В. В Трушников, зав. международным отделом ЦК КПРФ А. П. Филиппов). Начинается этот сборничек заголовком: «В международную сокровищницу рабочего движения». Что ж, посмотрим, что за сокровище дарит рабочим КПРФ.
В предисловии член Президиума, секретарь ЦК Л. Калашников, член Президиума, глав. ред «Правды» Б. Комоцкий пишут, что в виду деиндустриализации России партия должна проявить заботу о рабочем классе.
Это ничего, что через двадцать лет после деиндустриализации, но всё же интересно, каким образом КПРФ это намеревается делать. Где, на каком предприятии КПРФ выступила против акционирования, против реструктуризации, против массовых увольнений? Какому государственному плану приватизации возразила КПРФ? Когда же в2001 году новый владелец ВЦБК пожелал уволить 1500 рабочих, и рабочие захватили предприятие, санкт-петербургская КПРФ выступила против действий рабочих, на стороне буржуа!
Но – вы удивитесь – далее пишут, что «усилившийся процесс империалистического передела мира вновь (!!!) делает актуальным марксистско-ленинский тезис об авангардной роли рабочего класса в революционной борьбе труда против капитала».
Стало быть, если у самих не получается – авось рабочий класс поможет? Уже нет такого, чтобы провозглашать авангардную, руководящую роль партии?

«Рабочий класс проявляет готовность к действию», - ничтоже сумняшеся, пишут в предисловии. Заметьте, рабочий класс не действует, а всего лишь проявляет готовность к действию. Готовы? – вопрошает рабочих член КПРФ. – Всегда готовы! Машут ему ручкой рабочие…
Вы думаете, это шутка? Не-ет… Это тенденция! «Ярким проявлением этой тенденции, - пишут далее в предисловии, - стал эпизод во время избирательной кампании по выборам мэра Москвы на инструментальном заводе. После встречи с кандидатом-коммунистом на этот пост И. И. Мельниковым рабочие попросили у него агитационные материалы и были довольны, что тут же их получили. На следующий день во всех цехах завода доски объявлений и другие подходящие места были обклеены призывами голосовать за кандидата-коммуниста».
Вот это готовность к действию! Как смело рабочий класс пошел класть бюллетени в урны! Стоит ли говорить, что Мельников с треском проиграл. А ведь один из самых богатых руководителей КПРФ, ежемесячный доход – свыше 444 тыс. р. только официально.

Далее в предисловии утверждают, что Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин «многократно подчеркивали», что профсоюзы являются самой массовой организацией работников наемного труда.
Беда в том, что, например, Сталин практически ничего не писал и не говорил о профсоюзах. Тем более такой фразочки о массовости. Он лишь указывал на одну деликатную болезнь в СССР: не пользуются профсоюзы в СССР уважением, потому что «были насаждены и организованы силами партии», сверху. А вот на Западе профсоюзы пользуются у рабочих гораздо большим уважением, нежели партии ("Беседа с участниками совещания агитпропов", Соч., Т.7, С.236), потому что создавались самими рабочими, без партийной указки.
Отметим, что, таким образом, Сталин констатировал, что он гораздо больший троцкист, чем сам Троцкий. Троцкий призывал сделать из профсоюзов «приводные ремни партии», Ленин же настаивал на сохранении самостоятельности профсоюзов как контролеров за доставшимся в наследство бюрократическим государством. Сталин же попросту истребил все профсоюзы, которые создали рабочие России с 1905-го по 1917 год, во всех крупных городах, к чертовой матери истребил…

«… правящий режим делает всё, чтобы не допустить широкого протеста, - пишут далее, - … это побуждает коммунистов активнее организовывать пролетарские массы… энергичнее искать пути в рабочие организации…»
На самом деле КПРФ умудрилась не организовать ни один профсоюз. Либеральные профсоюзы, типа КТР, СОЦПРОФ или НПГ, на пушечный выстрел не подпустят КПРФ. Разве что на АвтоВАЗе «Единство» (МПРА) как наблюдателей… ФНПР (вышедший из ВЦСПС официальный профсоюз, «школа коммунизма», наследие КПСС) – входит в состав «Единой России». На заводах официальные профсоюзы – карманные, придаток администрации. О каких «рабочих» организациях, каких путях пишут в предисловии?
С 1991 года прошло к моменту издания сборника почти четверть века, а в предисловии констатируют: «… опыта сотрудничества российских коммунистов с профсоюзами в условиях капиталистического жизнеустройства прежне не было».
Как же можно призывать рабочих искать пути в профсоюзы, если члены КПРФ сами не знают, с чем это едят?? В курсе ли КПРФ, что рабочие бегут из российских профсоюзов? Знают ли в КПРФ, что во всем мире профсоюзы стали «приводными ремнями», что АФТ КПП обслуживает Госдепартамент, что две общенациональные забастовки во Франции отмежевались не только от партий, но и от профсоюзов?
Но, поскольку у российских «коммунистов» нет опыта… о, господи - «тесного сотрудничества с пролетарскими массами», решили обратиться к зарубежным компартиям. Чтоб уму-разуму научили.

Первый, к кому обратились – Георгий Маврикос, генсек Всемирной федерации профсоюзов.
МФП – довольно крупное профсоюзное объединение, в 2011 году насчитывало 78 млн членов из 105 стран. Для сравнения: перед объединением Международной конфедерации свободных профсоюзов с ВКТ она насчитывала 225 организаций в 148 странах мира с общей численностью в 157 млн членов.
Маврикос считает себя марксистом, ругает тезис о социальном партнерстве, ругает МКСП, утверждает, что профсоюзы должны организовывать «как класс» не рабочих, а трудящихся. Маврикос так и не понял, отчего распался СССР, почему КПСС потерпела крах, он всё сравнивает «заботу КПСС о миллионах трудящихся с капиталистической жестокостью».

Далее последовали вопросы блуждающих в потемках к Николя-бабай, из которых мы выделим единственный: кого можно сегодня считать рабочим классом в вашей стране?
Мы видели, как отвечает на вопрос «марксист» Маврикос. Он говорит о всех трудящихся, это для него единый класс.
Недалеко от него ушли в ЦК Рабочей партии Бельгии: «»Рабочий класс в нашей стране – это все наемные трудящиеся, получающее зарплату за свой труд, которые продают свою рабочую силу. Это значит, что мы относим к рабочему классу работников как физического, так и умственного труда независимо от того, трудятся они на конвейере или в офисе. Рабочий – это тот, кто, продавая свою рабочую силу и получая за нее зарплату, создает прибыль собственнику как материальных, так и интеллектуальных средств производства.»
Особенно трогательно – противопоставление материальных и интеллектуальных средств производства. В ЦК Рабочей партии еще и неграмотные ко всему. Но это не всё! Не так просты эти ребята из ЦК. Они различают внутри пролетариата ядро. Не-ет, это вовсе не производство средств производства для производства средств производства. Это те, которые на транспорте, в автопроме и химпроме. Т.е. кнопочные, конвейерные рабочие… «Именно здесь задается тон и определяется масштаб всего движения народных масс», уверяют ребята из ЦК.
«Мы защищаем своих товарищей по классу» - сообщают цекисты. Ну, и дураки. Вот мы, например, в нашем «Рабочем», никого не защищаем. Рабочие должны сами уметь себя защищать. Мы лишь можем им помочь в этом, организовать защиту.

«Мы регулярно встречаемся с большинством профсоюзных деятелей для обмена мнениями, а также для лучшего взаимопонимания. Эти контакты помогают находить наиболее эффективные средства поддержки марксистско-ленинской партией действий профсоюзов, причем с нашей политической позиции», - рассказывают цекисты.
Это большая работа – встречаться. Общаться. Причем они не просто помогают. Они с марксистско-ленинских позиций помогают!

Далее на арене – компартия Бразилии. Там люди попроще: «Рабочий класс – это люди, которые живут на свою зарплату». Чего рассусоливать.
Каковы же цели, коренные интересы рабочего класса? «… рабочий класс является той силой, которая способна коренным образом изменить общество». То есть… да, кой чего может. Не надо заглядывать далеко, нам бы по ходу возникающих проблем… Но! «Стратегический курс на социалистическое созидание…» Поняли? Не на капиталистическое созидание, ни в коем случае, только на социалистическое созидание!
Еще бразильские «коммунисты» любят плюралистические профсоюзы. Однако же рано мы их записали в простодырые. Они желают укрепить свои позиции в рабочей среде. Благородная цель! И знаете, как это они делают? Путем гипноза: «Мы пытаемся внушить рабочим наше понимание класса.» Было у рабочих свое, собственное понимание самих себя, ан нет – тут прискочили «коммунисты» и давай им внушать своё! А для чего? – «… чтобы сам класс изменился и стал постоянно и повсеместно действовать на пользу самому себе». От так! Это идиотское американское словечко «изменился»… Ну, никак не может рабочий класс действоватеть себе на пользу, он как малое дитя, всему учить надо.

То есть, компартия Бразилии выступает в роли церкви, а то и самого господа бога, которые подменяет собой самостоятельное развитие материи… «Наша задача – облегчить обществу муки родов», - формулировал Маркс. Не то бразильские коммунисты. Они желают подстегнуть роженицу, а то и родить вместо нее… А ведь перед этим уверяли (против Троцкого), что не стремятся сделать из профсоюзов «приводные ремни партии».
Еще бразильские «коммунисты» отвергают ложные теории о якобы устарелости профсоюзных организаций, что они якобы отжили свой век. Интересно, отвергают ли они вслед за этим и реальность: ведь профсоюзы действительно устарели, в подавляющем большинстве - на службе у капитала.
Но у бразильских коммунистов есть важное отличие от КПРФ. Они-таки используют профсоюзы «как приводные ремни», «посредством которых… проводить забастовки».

***
Следующая на очереди – Die Linke, на вопрос отвечает правление Левой партии Германии.
Эти ребята более адекватные: «Мы считаем себя партией, которая выступает за общие интересы всех трудящихся – и неквалифицированных, и ключевых работников, и безработных. Неолиберальная политика выделила из когда-то единого рабочего класса эти три группы и размежевала их, противопоставив друг другу. Мы выступаем против этого размежевания: по большому счету наша позиция означает проведение политики для ДЛЯ, а ВМЕСТЕ с самими рабочими.»
Внимательно разберем написанное.
1) Рабочий класс никогда не был единым. На отсталых, колеблющихся и передовых рабочих делила не политика неолиберальная, а Ленин, кажется, в брошюре «Детская болезнь левизны в коммунизме».
2) Другое дело, когда это деление использует буржуазия. противопоставляя «ленивых» рабочих и «трудолюбивых», желающих заработать денег побольше. На самом деле, как отмечает Энгельс в книге «Положение рабочего класса в Англии», буржуазия всегда готова обвинить ВЕСЬ рабочий класс в лени. На самом деле эксплуатируемый рабочий ВСЕГДА ленив, его интерес – поскорее уйти за проходные, подальше от «тяжелого, монотонного, отупляющего, обезличивающего труда» (Маркс, «Экономическо-философские рукописи 1848 г.»)
3) Другое дело, когда «теорию» авангарда провалившиеся партийные бонзы используют для утверждения своей руководящей роли, хотя бы будущей.
4) Посмотрите – немцы делают то, что редкая партия делает: они связывают теоретическое положение со своей практической деятельностью, с политической позицией. И, хотя эта позиция неверна, они, те не менее, делают важнейший вывод. Они не собираются «идти навстречу пролетариату», как ренегат Каутский или нынешние троцкисты, они не собираются облагодетельствовать рабочий класс. Они ждут от рабочих самостоятельности, совместного формулирования политики, чтобы рабочие думали своей собственной головой, а не головой генсека. Не партия, а сами стачечники формируют «стратегии и глубину конфликта».
(Нужно указать, что Отто Рюле тоже увязывал свою теоретическую позицию с политической практикой, правда, делал это предельно нелепо: коль скоро фашистская Германия и сталинский СССР – капиталистические, то чума на оба ваших дома; Рюле не читал Ленина, который писал о завоевательных войнах и справедливых освободительных.)

Вместе с тем правление лишь указывает, что стратегической задачей партии является объединение безработных, неквалифицированных и ключевых работников, «формулирование их общих целей и интересов».
Отметим существенную разницу с марксовой формулировкой: все остальные угнетенные слои общества должны осознать интересы рабочего класса как собственные.
Итак, немцы уходят от деления труда на умственный и физический, не замечают его, под «всеми» трудящимися они понимают ключевых, неквалифицированных и безработных. Правление Die Linke так и не определяет, что такое рабочий класс.
Что ж, может быть, это сделают греки?

«Современный рабочий класс, - пишет ЦК компартии Греции в едином лице, - является главной производительной силой общества».
В этой главности уверены буквально все компартии. Хотя Маркс указывал, что уровень развития капитализма определяется тем, насколько наука стала производительной силой.
Однако – что нам стоит дом построить, нарисуем – будем жить, стоит ученых объявить рабочими – и дело с концом…
Греки уверены, что к рабочему классу относятся все наемные работники, которые продают свою рабочую силу капиталистам, чтобы существовать, и далее из Манифеста»: «которые только тогда и могут существовать, когда находят работу, а находят ее до тех пор, пока их труд увеличивает капитал».
Без обиняков греки заявляют, что «рабочий класс является единой социальной силой». Ибо «он лишен собственности на средства производства и вынужден продавать свою рабочую силу». Ну, Энгельса-то они верно процитировали («Антидюринг»), но… Шабаш! Кончены все страдания и разочарования компартий, которые так старались сделать рабочий класс единым, он сам, сам уже един. По определению.
Еще греки уверены – вопреки всяким интеллигентам – что роль рабочего класса в производстве увеличивается. Не науки, а именно рабочего класса, который всё больше заменяется машинами. Что дало повод Ноаму Хомски утверждать, что рабочий класс сходит с политической арены. Конечно, Хомски не учитывает растущий рабочий класс Африки и Азии, но не потому греки так утверждают… Как себя не похвалить, коли никто не хвалит. «КПГ имеет глубокие корни в рабочем движении страны, - хвастают греки, - коммунисты выступают в авангарде борьбы за права трудящихся». И это в то время, когда после распада СССР все компартии мира, даже французская и итальянская, оказались на задворках мировой политики.

Смело взялись за дело функционеры Национального совета компартии Индии. «… эксплуататорские классы, - сообщили они, - окружены массами трудящихся. Включая рабочий класс. … мы ясно видим, кто выступает против эксплуататорских классов. В первую очередь, это рабочий класс. … Самым безосновательным утверждением является то, что только промышленные рабочие принадлежат к категории истинного рабочего класса. Само по себе это утверждение является абсолютно ложным. Изменения в структуре рабочего класса под влиянием технологической революции вывели на первый план таких трудящихся, как инженеры, ученые и технические сотрудники… Пропасть, отделявшая техников и инженеров от простых рабочих, становится уже, а пролетарии умственного труда все больше и больше перенимают формы организации и борьбы, свойственные рабочему движению… В нашем собственном индийском опыте все барьеры между ними были разрушены еще давно благодаря мощной организационной силе…»
То есть, если и есть разница между разгребанием дерьма и генной инженерией, индусы живо эту разницу устранят своей мощной организационной силой.

Нельзя сказать, что ЦК компартии Индии (марксистской) добавил нечто новое: «Сегодня в Индии в состав рабочего класса входят не только рабочие фабрик, заводов и сферы услуг, но также миллионы рабочих, которые трудятся в неофициальном секторе экономики». Ну, еще сельскохозяйственные рабочие.

Немногим отлична позиция итальянской компартии. ЦК партии пишет: «Мы, следуя традиции отождествления рабочего класса с работниками наёмного труда, включаем сегодня в число рабочих также работников розничной сети (торгашей, Б. И.), сотрудников контакт-центров, работников школ, исследовательских центров и иммигрнатов…»
То есть, существует в природе такая категория трудящихся, не учителя, не врачи, не заводские рабочие, не научно-технические работники – а иммигранты. О, господи.

В ту же дуду дудит ЦК Прогрессивной партии трудового народа Кипра (АКЕЛ): в состав рабочего класса «входят наемные работники независимо от областей производства, которые продают свою рабочую силу. … Работники умственного труда – это классовая прослойка, которая относится либо к городскому рабочему классу (т.е. уже не прослойка? Б. И.), либо к среднему классу. Сегодня наблюдается тенденция в пролетаризации работников интеллектуального труда, и прослойка интеллигенции переходит в разряд наемных, эксплуатируемых работников, положение которых в обществе становится аналогичным рабочему классу».
То есть, до этого процесса прорва интеллигентов питалась нектаром. Ну, так, прожигали наследство, грабили банки, делали ставки на скачках, пели бельканто в подземных переходах под гитару, продавали рисунки, побирались, наконец. А потом пришлось пойти в пролетарии, платить налог. Потому что все эти сферы жизнедеятельности взяли под контроль организованные преступные группировки…

***
ЦК португальской компартии подъехал к вопросу на кривой козе. Рабочий класс определять не стали, сказали только, что «фундаментальную составляющую рабочего класса… представляют наёмные работники, задействованные в тех доминирующих областях экономики, которые напрямую связаны с материальным производством. Они не занимают высоких позиций в управлении и не находятся в преимущественном положении по отношению к другим трудящимся.»
Что за преимущества в положении, что за доминирующие области экономики – банковская сфера, что ли? – португальцы не сообщают, молчат, как партизаны на допросе. (Отмечу, что банковские служащие на Западе получают мало.)

Филиппинцы же ничего таить не стали. ЦК компартии Филиппин аж целую политинформацию завернул, прежде чем ответить. Ну, а дальше – как по-писаному: неведомо, как где, а на Филиппинах «рабочий класс состоит из промышленных, сельскохозяйственных рабочих и работников сферы обслуживания». Дальше начали рассказывать, где, кто и как трудится, чем живет, какие нужды, чем недовольны, чем довольны… То есть, рабочий класс – это Вася, Петя и Маша. Есть вопросы?

Свою лепту внес ЦК компартии Чехии и Моравии, ЦК честно сообщает: «Внутри компартии Чехии и Моравии широко обсуждается вопрос, включать ли в рабочий класс только рабочих (да давай еще и не рабочих! Б. И.), занятых на промышленных предприятиях (особенно вспомогательных! Б. И.), или в эту категорию целесообразно включать также работников сферы услуг и всех других наёмных работников, занятых преимущественно физическим трудом. Единодушия в этом вопросе пока нет.»
Ну, эти хоть понимают, что есть физический труд, а есть не физический. Правда, и у спортсменов, и у солдат-новобранцев, и у секретарш-машинисток – тоже труд физический…

Зато в ЦК компартии Чили никаких разночтений нет. О, там понимают все проблемы… «Общий смысл понятия рабочий класс, - пишут функционеры, - предполагает необходимость включать в него всех, кто вынужден продавать свою рабочую силу для обеспечения своего существования. … само это понятие динамично и претерпело изменения… мы считаем, что к рабочему классу принадлежит любое лицо, продающее свою рабочую силу, а также осознающее (! Б. И.) свою функцию как производителя общественного богатства… К «классическим» представителям передового отряда рабочего класса Чили мы относим прежде всего тех, кто занят в горнодобывающем секторе (ну, а мы в России – навидались этого «передового» отряда, Б. И.)… К рабочему классу следует также отнести лиц, занятых в сфере услуг…» Спасибо за развернутый ответ! Но как быть с теми. кто еще не осознал…

А фот японсы классиков не ситали, японсу некогда. ЦК японской компартии без обиняков цитирует устав гарнизонной службы: «Закон о труде Японии определяет понятие «рабочие» как трудящиеся, которые работают по найму на проекте или на работодателя (ст. 9). Согласно ст. 3 закона о профсоюзах «термин «рабочие» определяется как совокупность лиц, которые живут за счет зарплаты, жалованья или другого равнозначного дохода независимо от рода их деятельности». Этот закон понимает под «рабочим» субъекта, относящегося к профсоюзу или профсоюзному движению, и по этой причине его трудовой статус не указан. Следовательно… это понятие включает в себя и безработных… пенсионеры и лица, получающие субсидии, также должны быть включены в состав «рабочих», но правительство этого не позволяет.» Вопрос закрыт.
Ну, и толку-то с ними беседовать. Как со стенкой.

Давайте, спросим у составителя сборника, доктора философских наук, профессора Виктора Трушкова: что такое рабочий класс? Может быть, профессор рассеет тьму?
Трушков – да, Трушков сразу начал с классиков. Он из формулировки Энгельса полфразы не выбрасывает: «Под пролетариатом понимается класс современных рабочих, которые, будучи лишены своих собственных средств производства, вынуждены, для того, чтобы жить, продавать свою рабочую силу» (Маркс, Энгельс, Соч., Т. 4, С. 424).
Понимаете? Само определение Энгельса уже говорит прямо: средства производства должны быть возвращены пролетариату, пролетариат для этого должен взять власть! Ни таксисты в сфере обслуживания, ни учителя, ни пенсионеры с неподвижными инвалидами, ни торгаши в ларьках или торговых сетях, ни ученые, ни работники общественных столовых никакими рабочими не являются. Вот что следует из увязывания Энгельсом пролетариата со средствами производства (Ленин в «Что такое друзья народа и как они воюют против социал-демократов» уточнил: основные средства производства).
Но это давнее определение. Есть ли новое? Ну, в связи с НТР, структурными изменениями в рабочем классе и т.п.? И профессор Трушков в качестве ответа принимается хвалить греков: «… в… письме ЦК компартии Греции четко отмечаются три признака рабочего класса: он является главной производительной силой; он является эксплуатируемым классом; он является классом наемных работников.»

И перед этим намекает: «… в конце XIX в. Энгельс зорко (выделено мной, Б. И.) подметил, что внутри пролетариата появляется массовый отряд представителей умственного труда, которых, как и работников физического труда, работодатель нанимает, выплачивая им стоимость их рабочей силы… прогнозировал неизбежное расширение этого внутриклассового (в рамках пролетариата) отряда. В 1893 году в его приветствии Международному конгрессу студентов-социалистов содержатся примечательные строки: «Пусть ваши усилия приведут к развитию среди студентов сознания того, что именно из их рядов должен выйти тот пролетариат умственного труда, который призван плечом к плечу и в одних рядах со своими братьями рабочими сыграть значительную роль с надвигающейся революции» (Маркс. Энгельс, Соч., Т. 22, С. 432)».
Отметим, что Энгельсу не пришло в голову, подобно ЦК КПЯ, отождествлять работников умственного труда с рабочими.

Правда, и Трушков не так прост, он в конце обсуждения вопроса снисходительно бросает в адрес перечисленных компартий: «Вероятно, проблема выделения авангарда классовой борьбы для них пока не актуальна.»
На этом всё, Трушков так и не дал нового определения, пример для него – греки, а те просто повторили в урезанном виде определение Энгельса.
Хотя греки еще дополнили про главность. Но в таком случае под определение подпадают мастера, начальники цехов, начальники смен, вся администрация завода, гендиректор, наконец. министр… Правда, их «обрезает» ленинское выделение таких классовых признаков, как место в общественной иерархии и доля получаемого общественного богатства, однако остаются еще ИТР, вспомогательные рабочие типа дворников и т.д.
Наконец, для реформистского сознания вовсе не обязательно связывать пролетариат с целью взять власть, у Энгельса нет жесткой формулировки. У школьного учителя или университетского профессора тоже нет СВОИХ средств производства…
А давайте, а давайте, спросим главного?
***

Цитируем доклад председателя ЦК КПРФ Г.А. Зюганова на том самом октябрьском 2014 года пленуме ЦК, к которому готовили сборник: «Положение рабочего класса в России и задачи КПРФ по усилению влияния в пролетарской среде». http://kprfrzn.ru/news/kprf_i_rabochij_klass_pervoocherednye_zadachi/2014-09-28-1688

«Как авангард борьбы за социализм рабочий класс призван вести за собой пролетариев умственного труда, мелкую буржуазию и крестьянство. В конечном счёте все они заинтересованы в ликвидации буржуазного жизнеустройства, утверждении социалистических начал.»

Где Зюганов увидел такую великую общественную силу, как крестьянство – неведомо. Вообще-то крестьянство – это мелкие земельные собственники… Но тут Зюганов выделяет-таки рабочий класс, говоря о нем как о гегемоне. Причем говорит не об авангарде в рабочем классе, а о рабочем классе как авангарде пролетариата. Однако – в виду «все они заинтересованы» - вспомним еще раз Маркса: все остальные слои общества должны осознать коренной интерес рабочего класса как собственный.

Далее: «Классовый союз пролетариата и мелкой буржуазии города и деревни — движущая сила коренного преобразования производственных отношений в России. Ведущее положение рабочего класса в этом союзе закономерно: его экономические и политические интересы не совместимы с капитализмом.»
Разумеется, это не так. Современный рабочий класс – далек от 60-х, более полувека борьба рабочего класса ограничивается борьбой за наиболее выгодные условия продажи рабочей силы. Современные рабочие вполне удовлетворены своим положением наемных. Спросите их: если вам будут платить… нормально, вы будете возмущаться? И весь рабочий класс ответит хором: «Нет!» Капитализм вполне устраивает рабочих.
Если же спросить рабочих, хотя ли они взять власть, хотят ли они, как завещал Ленин, взять в руки всю экономику? Нет, ответят рабочие, зачем брать на себя ответственность.
Спросите рабочих, будут ли они возражать, если их заставят продавать свою рабочую силу иностранному капиталисту? Да мы уже продаем, - ответили бы рабочие, - и не возмущаемся.

«Важнейшая задача при этом, - продолжает Зюганов, - противостоять буржуазной идеологии. Ленин отмечал: «Оппортунизм в верхах рабочего движения — это социализм не пролетарский, а буржуазный. Практически доказано, что деятели внутри рабочего движения, принадлежащие к оппортунистическому направлению, — лучшие защитники буржуазии, чем сами буржуа. Без их руководства рабочими буржуазия не могла бы держаться». Отсюда вытекает важнейший вывод: авангардная роль рабочего класса в борьбе с капитализмом не может состояться сама по себе. Требуется, чтобы руководящей силой самих рабочих выступала Коммунистическая партия. Только она способна последовательно проводить в жизнь пролетарскую марксистско-ленинскую идеологию. … в 1900 году В.И. Ленин замечал, что в чисто экономической борьбе нет ничего социалистического: «Для социалиста экономическая борьба служит базисом для организации рабочих в революционную партию, для сплочения и развития их классовой борьбы против всего капиталистического строя». Стратегические цели рабочего класса связаны с заменой капитализма социализмом. … Тот, кто считает, что рабочий класс может обойтись без КПРФ, без марксистско-ленинской идеологии, тот или совсем не понимает истинных интересов рабочих, или сознательно пытается их исказить.»

Зюганов передергивает: из того, что писал Ленин, вовсе не следует, что в «чисто экономической борьбе нет ничего социалистического». Маркс, наоборот, указывал, что любая экономическая забастовка является политической. Однако - буржуазный социализм. Это что-то новенькое.
В этом фрагменте доклада важно другое: Зюганов не просто принижает экономическую забастовку. Он делает это для того, чтобы из всех форм классовой борьбы выделить борьбу идеологическую как главную. Т.е. ту, которую ведет сама КПРФ, причем ведет ее одна, без рабочего класса. Послушайте, что говорит Зюганов:
1) надо похерить всё, что писали в сборнике о такой форме борьбы, как забастовка, индусы или греки. Хотя Ленин указывает на превосходство практической стачечной борьбы перед идеологической болтовней. О вооруженном восстании и не говорю, Зюганов принизил вооруженное восстание;
2) рабочие не могут сами по себе, он несмышленыши, безголовые, куда им без КПРФ. Только компартия способна, на ее место - не замай! КПРФ – духовный пастырь, поводырь, а рабочие – стадо баранов. Только КПРФ способна выразить истинные интересы рабочих. Вместо самих рабочих.

Далее следуют рассуждения, «… почему Коммунистическая партия нуждается в рабочем классе», почему она без него, как без поганого ведра, обойтись не может:
«1. Из всех социальных групп рабочий класс — единственный последовательный сторонник социализма. Почему? Да потому, что только социализм избавляет его от капиталистической эксплуатации. Именно в силу этого рабочие — единственный класс современного общества, объективно заинтересованный в научном осмыслении общественно-политических процессов. …»
(Простите – кем осмысление, своей головой – или посторонней компартией? Но я бы понял, если бы Зюганов сказал: рабочий класс – единственный последовательный сторонник своих интересов. Однако Зюганов записывает рабочих в сторонники социализма, о котором они ни черта не знают, да еще после того, как подавляющее большинство рабочего класса в России молчаливо согласилось с предлагавшейся возможностью «жить богато, как на Западе», а горняки еще и выступили за капитализм в поддержку Ельцина. И… сторонник, понимаете? Будто социализм – где-то бегает на ножках и собирает везде сторонников, ну, в том числе рабочих. Идея для Зюганова существует реально! Вот ярчайшее проявление идеализма главного «коммуниста». Не сторонники рабочего класса существуют для сталиниста Зюганова, а сторонники идеи социализма.)
3. Исторически доказано: только опираясь на рабочий класс, Коммунистическая партия может выступать как крупная политическая сила, ведущая пролетарские массы к победе. Попытки ряда партий, например, в рамках еврокоммунизма, опираться на другие социальные слои неизменно приводили к потере ими политического лица и своего влияния.
(То есть, рабочий класс требуется партии в утилитарном смысле, для осуществления ее собственных целей – занять руководящие кресла.)
4. Рабочие — это единственный класс, который не заинтересован использовать нашу партию в целях, не связанных с борьбой за социализм. Только во взаимоотношениях с ним у партии коммунистов выработаны исторические традиции и плодотворный опыт тесного взаимодействия. Отказ КПСС на втором этапе перестройки (1987—1991 годы) от опоры на рабочий класс стал важнейшим фактором поражения партии и утраты социализма.
(А составители сборника отмечали, что у КПРФ нет традиций и опыта тесного взаимодействия с профсоюзами.)
5. Рабочие есть единственный класс, который последовательно не заинтересован в стратегическом сотрудничестве с крупным капиталом и другими антисоциалистическими силами.
(Чушь какая – рабочий класс стратегически выживает только потому, что продает капиталу свою рабочую силу!)
6. Опора на рабочий авангард — важное условие внесения социалистического сознания в большие социальные группы. Рабочий класс — сердцевина внутриклассового союза с пролетариями умственного труда. Он же — основа межклассового союза пролетариата с крестьянством и мелкой буржуазией. Не случайно вся политика РКП(б)—ВКП(б) и Советской власти как диктатуры пролетариата последовательно опиралась на союз рабочего класса и крестьянства.
(Во-первых, сегодняшний рабочий класс не собирается помогать кому-либо привносить «социалистическое сознание» куда-либо. Во-вторых, именно политика ВПКб привела к разрыву союза между рабочим классом и крестьянством, не говоря уже о мелкой буржуазии – путем резкого сворачивания НЭП, путем ускоренной коллективизации, раскулачивания середняка, индустриализации за счет деревни.)
7. Рабочий класс является для КПРФ той социальной базой, которая предъявляет к коммунистам высокие требования и помогает партии противостоять оппортунизму и ревизионизму. Рабочие — главная социальная группа, которая способна оценить достижения и успехи Коммунистической партии, указывать ей на недоработки и ошибки. Отношение рабочих к Компартии, как лакмусовая бумажка, определяет её верность марксистско-ленинской идеологии и своему исконному предназначению.
(Увы, рабочий класс до сих пор не оценил КПРФ. Тем более то, чего у нее нет – достижений и успехов.)
Итак, главный тоже не сообщил, кого считать рабочим классом. Покажем, что все перечисленные выше компартии никакого отношения к марксизму, к коммунизму не имеют.

***

Начнем раскладывать по полочкам.
Итак. Энгельс дает определение пролетариата: те, кто, не имея средств производства, вынуждены продавать свою рабочую силу. То есть – наёмные.
Нетрудно видеть, что под это определение подпадают противоположные по классовым интересам группы: и рабочие заводов, и заводская администрация, и даже президент.
Допустим, мы отсеем их с помощью ленинского определения, по уровню доходов и т.д. В пролетариате остались рабочие и «трудовая интеллигенция», сферу услуг отбрасываем как глубоко вторичную, тем более офисный планктон и прочее.

Казалось бы – только сумасшедший не видит разницы между этими социальными слоями. Маркс Твен говорил: «Я понимаю, что умственный труд и физический схожи, оба вызывают пот. Но я ни за какие блага в мире не согласился бы махать кайлом хотя бы месяц!»
Интерес рабочего – поскорее уйти за проходные. В процессе тяжелого, обезличивающего труда, когда рабочий лет пять гонит одну и ту же гайку, в его голове в процессе распредмечивания образуется та же гайка, после тяжелой смены никакие Гегель, Маркс, Ильенков, Леоньтев и др. в его голову не полезут. А если полезут, то в следующую смену вылетят из головы, потому что в процессе производства они рабочему не требуются (отдельных представителей рабочего класса, вроде Спинозы или Иосифа Дицгена, не имею в виду).
Интерес же, например, физика-теоретика – наоборот, продлить рабочий день. В 3-м томе «Капитала» Маркс пишет, что при коммунизме при исключительно развитых производительных силах время общественно необходимого труда будет стремиться к исчезающее малой величине, и, в остальное время, наступит свобода. Любой физик за такие вещи пристрелил бы Маркса… Как говорил Ландау: «Я всю жизнь занимался любимым делом…» А его хотели бы этого лишить! Сами посудите: чуть поработал на общество – и эх, раззудись плечо, будем гулять, развлекаться, предаваться неге и заниматься гармоническим саморазвитием… Чушь какая-то.

Во всяком случае Маркс в «Критике Готской программы» настойчиво указывает на необходимость ликвидации противоречия между умственным и физическим трудом.
«Господство авангарда всех трудящихся и эксплуатируемых, - пишет Ленин, - т.е. пролетариата, необходимо на это переходное время для полного уничтожения классов" (ПСС, т.37, с.87).
И еще: «Общество, в котором осталась классовая разница между рабочим и крестьянином, не есть ни коммунистическое, ни социалистическое общество» (ПСС, т.38, с.353).
И еще: «Сейчас, проходя ваш зал, я встретил плакат с надписью: «Царству рабочих и крестьян не будет конца». И, когда я прочитал этот странный плакат,… я подумал: а ведь вот относительно каких азбучных и основных вещей существуют у нас недоразумения и неправильное понимание. В самом деле, если бы царству рабочих и крестьян не было конца, то это означало бы, что никогда не будет социализма…» (ПСС, т.43, с.130).
И еще: «Мы ведем классовую борьбу, и наша цель – уничтожить классы. Пока остаются рабочие и крестьяне, до тех пор социализм остается неосуществленным» (ПСС, т.40, с.304).

Знаете, почему противоположность умственного и физического труда не хотят замечать ВСЕ компартии? Да потому что этого не захотел видеть Сталин в своей брошюре «Экономические проблемы социализма». Он там подменяет различие в труде якобы сладкими отношениями между рабочими и интеллигентами в СССР. Классовый характер общества сохранился, пишет Сталин в сборнике «Вопросы ленинизма», но характер классов стал другой. (ГПИ, 1952, с.с. 548-550.)

Теперь нужно отметить, что Ленин в статье «Великий почин» дает атрибутивное определение классов. Этих атрибутов может быть бесконечное множество, но Ленин выбирает существенные атрибуты, признаки. Достаточно ли их? Нет.
Энгельс в определении ставит акцент на характере труда, труд пролетария – наемный. Но кроме характера в труде есть еще и содержание.
Это как раз и есть тяжесть, монотонность, обезличивание. Труд рабочего абстрактен, обезличен, как гайка. которую он производит. Эта абстрактность – в сфере производства. Именно она генерирует рыночную абстрактность. Именно производственный абстрактный труд рабочего порождает стоимость. Пока есть рабочий класс – есть товарное производство, есть капитализм.

Разумеется, и в труде рабочего присутствует конкретный, творческий элемент. И в труде пианиста или физика присутствует абстрактный труд, который по времени даже во много раз превосходит время конкретного труда. Однако именно конкретное, творческое определяет абстрактный труд, доминирует.
В диалектическом развитии конкретный труд постоянно переходит в абстрактный и наоборот, творческое решение дифференциальных уравнений становится все более компьютерной обезличкой, конвейерное производство автомобилей дает место индивидуальной сборке, сам конвейер уступает место неконвейерным системам.
Больше того. Например, в СССР на 2-м часовом в Москве существовал цех, где работали дети. И качество часов было выше. Потому что детям было интересно. Взрослым же рабочим, которые десятилетиями делали часы, было уже не до интереса. Т.е. тот же самый труд может выступать и как конкретный (творческий), и как абстрактный.
В то же время сегодня в целом в мире - труд, например, физика, в его завершающей стадии – творческий. Труд ИТР – более конкретный, если рабочий сделает брак – гайку просто выбросят, если инженер сделает ошибку – встанет цех. В целом труд рабочего – абстрактный.
Основой, порождающей абстрактный труд, является дробление труда (макальшики, вязальщики, револьверщики, выпарщики соли, выпарщики щелоков, гасильщики извести и т.д., и т.д., и т.п.) – в отличие от ремесленников. Ибо дробление труда ускоряет производственный процесс (до поры) и резко снижает расходы на обучение рабочих.

Таким образом, новое определение: рабочие – те пролетарии, у которых в труде доминирует труд абстрактный и которым нужно взять в свою собственность основные средства производства.
До тех пор, пока сохраняется противоположность между умственным и физическим трудом, ни о каком движении к коммунизму речи быть не может.

Напомню, что общество делит на классы именно это старое общественное разделение труда. А задача переходного, социалистического периода – устранить это старое общественное разделение труда. Не для социализма рабочий, а для рабочего – социализм!

У интеллигенции, в отличие от рабочих, нет задачи уничтожения своего труда, т.е. самой себя. По своему содержанию труд ее уже освобожден. Но по характеру труда, наёмному, интеллигенция может стать свободной лишь тогда, когда будет освобожден рабочий класс, как по содержанию труда, так и по его характеру, т.е. когда рабочий класс исчезнет.

Может ли обезличивающий физический труд исчезнуть сам собой по мере развития капитализма, по мере того, как капитализму (до распада СССР) всё больше и больше требовался рабочий с высшим образованием, грубый мышечный труд всё более заменялся автоматами? Так, в Японии в 80-е грубый ручной труд составлял 3%, а в СССР в те же годы – 50%. Как писал Пильняк в «Красном дереве»: вымрет пролетариат…
Нет, не может. Потому что рабочий с высшим образованием менее подвержен буржуазной пропаганде, он более способен контролировать работодателя и собственника, а главное – у него более высокий уровень претензий. В этом противоречие капитализма: капитал для увеличения прибыли должен развивать производительные силы, но не желает этого делать из-за опасности вырастить своего могильщика, который сам, без него, будет планировать производство.
С другой стороны, обезличивание кнопочных рабочих происходит еще более интенсивно.

Итак, мы помним: экономическая забастовка является и политической. Однако полвека ни во что политическое не выливается. Современный рабочий класс полностью удовлетворен капитализмом.
Лишь тот рабочий класс, который всей шкурой прочувствует, что угнетает его не только то, что ему мало платят, а угнетает сам абстрактный, обезличивающий труд, и потому угнетает положение винтика в механизме, когда руководят партии, генсеки, президенты, капиталисты и т.д., только такой рабочий способен сбросить с себя оковы капитализма. Самостоятельно, своей головой, своими руками, без всяких КПРФ. «Никто не даст нам избавленья, ни бог, ни царь и ни генсек!»
Партия, профсоюз – лишь средства, орудия в руках рабочего класса. Главной же организацией рабочих являются Советы, это та форма диктатуры пролетариата, «которая была найдена самими рабочими» (Ленин, «Государство и революция»).
А диктатура пролетариата, учит Плеханов (еще раз повторим!), как небо от земли отличается от диктатуры кучки революционеров-разночинцев. Она предполагает такой рабочий класс, который способен самостоятельно обсуждать своё положение. Но такой рабочий класс, завершает Плеханов, не передоверит заботу о себе даже самым искренним своим доброжелателям. Добавим: в том числе КПРФ.

И потому такой вот прочувствовавший рабочий класс – единственный последовательный и т.д., что только он кровно заинтересован в ликвидации обезличивающего труда, т.е. не только капиталистов, но и самого себя. рабочего класса. Только такой прочувствовавший рабочий класс является самым последовательным борцом за бесклассовое общество – коммунизм.
Потому все остальные угнетенные слои общество должны понять главный, коренной интерес рабочего класса как собственный.

Ну, а поскольку ВСЕ вышеперечисленные партии этих элементарных вещей не понимают, все они – детский сад, все они ни к марксизму, ни к коммунизму отношения не имеют.

8-9.3.2017
Cвидетельство о публикации 523545 © Ихлов Б. Л. 09.03.17 13:21