Логин:
Пароль:
Напомнить пароль
Жанр: Проза
Форма: Рассказ
Дата: 12.12.16 17:43
Прочтений: 245
Средняя оценка: 10.00 (всего голосов: 3)
Комментарии: 4 (3) добавить
Скачать в [формате ZIP]
Добавить в избранное
Узкие поля Широкие поля Шрифт Стиль Word Фон
Судьба


Красивая, стройная, она стояла, взирая перед собой невидящими глазами, отрешенная от всего, что вокруг происходило. Звали девушку Светланой, ей исполнилось двадцать лет.
«Везет же людям,— думала она. – Живут в больших красивых городах с такими замечательными названиями, как Москва, Петербург, Краснодар, Волгоград… Ярославль — тоже звучит не плохо! И не потому им такое счастье, что чем-то заслужили его, просто повезло там родиться. А на мою долю выпала небольшая деревенька в десять домов… Мало того, что деревенька, так еще и название-то какое – Запогостная».
Девушка скупо рассмеялась, а мысли, не останавливаясь, летели дальше:
«Правда, с именем мне все же повезло. Мама назвала Светланой. Светик-цветик, Светлячок — так ласково величала она меня в детстве. Светлана — это тебе не Акулина, не Прасковья, не Матрена! С таким именем жить можно! Значит, тебе тоже в чем-то повезло, Светка Небогатая… Фамилия, конечно, не очень красивая, зато справедливая... »
Она грустно улыбнулась, вспоминая, как в детстве спрашивала у родителей:
— Почему мы не богатые?
— Судьба,— отвечала мать.— Судьба, Светик, у каждого своя судьба».
А отец добавлял:
— Судьба — особа капризная. Выбрасывает при рождении человека из колоды семь карт. Кому-то выпадают лишь шестерки и семерки, а у других на руках, смотришь, сплошные дамы, да короли. Но бывает, Светик, что нежданно-негаданно она и Джокера* подбросить может.
Ее родителям, как видно, Судьба при рождении выбросила одни шестерки и семерки… Да и ей, Светке, — тоже.

* * *
Она стояла за прилавком небольшого сельского магазинчика. Сейчас для нее был реален не этот мир, а тот другой, который был в ее мыслях:
« Большой город, широкие улицы, многоэтажные красивые дома, квартиры со всеми удобствами. Везет же людям! А я живу в хибарке, доставшейся в наследство после смерти родителей. «Удобства» во дворе в деревянной клетушке с выгребной ямой, вода в колонке на сельской улице. Печку каждый день надо топить дровами. Вот с электричеством, правда, повезло. Керосиновую лампу и свечки зажигаю только в непогоду, когда отключают электросеть, боясь обрыва проводов».
— Девушка, два пива,— прервал ее мысли мужской голос.
Вроде бы ничего необычного не было в этой фразе, но она показалась Светлане обидной. В «девушках» до самой смерти простояла за прилавком магазина ее мать. И тогда Свете казалось такое обращение к уже немолодой женщине насмешкой. И вот, теперь настала ее очередь. Но она, Светлана Небогатая, не желает себе такой судьбы.
« Никто никогда не заставит лебедя стать уткой, точно так же, как никто из утки не сделает лебедя», — вспомнила она когда-то сказанные ей матерью слова. Только в отличие от нее, Светлана себя считала не уткой, а лебедем.
Парня этого она в своем магазине, да и в селении, видела впервые. И не собиралась позволять, какому-то случайному проходимцу разговаривать с ней так пренебрежительно. Ее уже и сейчас многие постоянные покупатели называли уважительно Светланой Николаевной.
«А для этого заезжего хлыща я просто безликая «девушка», обязательная часть магазина, как витрина, или весы, или прилавок». — Так думала Светлана.
И этот человек сразу стал ей неприятен тем, что прервал ее размышления, и как ей показалось, разговаривал с ней свысока, пренебрежительно.
« А тебе хотелось бы, чтобы он назвал тебя пани, мадам, мисс или фрау?»— съехидничал внутренний голос. «Неплохо было бы и пани, и мисс…» — мысленно ответила сама себе девушка. «А сейчас он должен был назвать меня Светланой или Светланой Николаевной. Вот же на приколотой табличке написано мое имя».
— Девушка, два пива «Балтика 7», — повторил мужчина.
Светлана рывком схватила две бутылки и, не глядя на покупателя, резко поставила их на прилавок.
Мужчина взял пиво, положил около кассы деньги и, не отрывая взгляда от девушки, произнес:
— Сдачи не надо.
« Нет, это уж слишком! Что он себе вообразил? Что мне нужны его подачки?» — грозовыми тучами пронеслись в ее голове мысли.
Возвращая излишек денег, и сверля незнакомца глазами, Светлана резко произнесла:
—То, что вам не нужно можете бросить в урну. Она там, около входа в магазин.
Мужчина растерянно посмотрел на нее, молча взял сдачу, положил ее в карман и, выходя из магазина, подумал: «И чего это я такую глупость сейчас сморозил?»

* * *
Был месяц май. Хотя днем воздух и нагревался до двадцати и больше градусов, ночью было холодно. Светлана потрогала печку. Она остыла, отдав свой жар дому, а он поделился им с окружающим пространством.
«Значит, сегодня снова нужно топить… — вздохнула девушка. —Тепло ушло на ветер!» — так в таких случаях говорил отец.
В мае был любимый праздник Светланы — День Победы. Она срезала в своем маленьком садике с клумбы все тюльпаны. Получился большой пестрый розово-бордово-желтый букет.
В Москве и в больших городах в этот день — Парад Победы. А здесь, в Запогостной, — возложение венков к Памятнику, к братской могиле. Деревня-то маленькая, а бои в 1942 году были большие, и много бойцов Красной Армии полегло в этих местах.
За деревней, ближе к церкви, — огороженная деревянным забором братская могила с каменным обелиском и фамилиями погибших. Каждый год там в этот день к двенадцати часам собираются жители соседних деревень, дачники окрестных мест. Из недалеко расположенной воинской части приходят военные с оркестром.
Туда и направлялась Светлана в нарядном летнем платье с большим букетом тюльпанов. Она входила в оргкомитет этого замечательного праздника еще со школьной скамьи.
— Девушка, подождите! — услышала она за своей спиной мужской голос. Светлана обернулась. Окликнул и догонял ее вчерашний незнакомец. Через плечо дорожная сумка, в руках большой букет из белых и желтых нарциссов.
«Опять — «девушка»,— заворчал недовольный внутренний голос Светланы. — А ты хотела бы, чтоб он тебя бабушкой назвал?» — парировал второй. В ней, в Светке, явно боролись две личности. Одна спокойная, добрая. Вторая гордая, заносчивая.
— Не подскажете, как пройти к захоронению, к братской могиле?
— Идите следом, я туда спешу,— отрывисто ответила она.
— А рядом можно?— спросил мужчина и, лукаво улыбнувшись, поравнялся с ней. Глаза его смеялись.
«Привязался»,— подумала Света, и, не оборачиваясь и не сбавляя шага, молча кивнула головой.
— Я в поименных списках захоронений нашел своего деда, и место, где он покоится, там указано. Деревня Запогостная. Вот взял отпуск и поехал разыскивать селение с таким мрачным названием.
После этих слов попутчик Светлане уже не казался таким высокомерным и неприятным. Она решила рассмотреть его получше. Был он высокий, темноволосый, с ямочкой на подбородке. Глаза карие с прищуром. «Так и излучает силу и уверенность, — подумала она. — Излучает то, чего у меня и в помине нет ». Но, в общем, он ей понравился, и она даже удостоила его вопросом:
— А как фамилия вашего дедушки?
— Лебедь.
— А имя?
— Антон Иванович.
— На мемориальной плите в третьем ряду… второй сверху,— произнесла Светлана.
Список захоронения она знала почти наизусть. А эта фамилия ей очень нравилась и запомнилась сразу.
— Антон Иванович,— снова произнес парень.
— Слышала, не глухая. Так зовут вашего дедушку,— откликнулась Света.
— И деда, и меня. Я тоже — Антон Иванович,— сказал надоедливый спутник. И с улыбкой добавил: — Девушка, давайте познакомимся. А то как-то неудобно.
— Светлана, Светлана Николаевна,— произнесла она в ответ скороговоркой.
На этот раз слово «девушка» уже совсем не резало ей ухо.

* * *
Так уж получилось, что от памятника павшим бойцам Красной Армии они возвращались вместе. Ну, не то, чтобы совсем вместе… Светлана шла независимо впереди, а он, догоняя ее, сбоку, чуть сзади.
— Светлана Николаевна, а у меня просьба к вам, проговорил новый знакомый.— Вы не пустите меня на одну ночь к себе? Мне негде переночевать. Днем я вам не буду докучать. Приду только вечером. Я смирный и не привередливый,— проговорил он, стараясь не отставать от нее.
«Вот наглец,— подумала девушка.— Пристал, как репей… Как с репейником я и поступлю с тобой».
— Где вы спали прошлую ночь, там спите и на этот раз,— не замедляя шаг, ответила она ему.
—Да у кладбищенского сторожа я спал. А там сторожка-то — вдвоем и не поместиться. Прислонился спиной к стенке. Так всю ночь и просидел. Ох, как не хочется мне снова на кладбище ночевать… Да и холодно ночью… Не лето.
Светлана вспомнила хибарку сторожа. Там, действительно, вдвоем трудно поместиться. А от маленькой ржавой железной печурки тепла — кот наплакал. И стало ей стыдно, что не хочет она поделиться с человеком, приехавшим на могилу деда, теплом своей избы. Она остановилась, повернулась к нему и произнесла:
— Хорошо. Я согласна. Только воды принесете в избу, и дрова наколете для печки. Ночи холодные, надо топить.
— Да я не только дрова… Я и ужин могу организовать, — обрадовался попутчик.
— Ладно. Ужин вместе готовить будем, — милостиво согласилась Светлана.
Так, разговаривая, они подошли к ее дому.
— Вот тут я и живу, — сказала она, не подозревая какую карту в виде этого незнакомца подкинула ей сегодня Судьба.

* * *
В доме было две комнаты: маленькая, где спала Светлана и большая — «зала». В ней она и устроила гостю постель.
Согласившись дать ночлег совершенно чужому человеку, Светлана не была уверена, что поступила правильно. В ней снова спорили два голоса: «Ты Светка с ума сошла! Незнакомого мужика взяла в дом ночевать»,— говорил один из них. «Что я, злыдня какая, отказать человеку в ночлеге? На ночь я закроюсь на щеколду. Пусть ни на какие глупости и не надеется… А воровать у меня нечего».
И воды принес, и дров наколол. Колбасу, сыр и батон на стол выложил. Светлана картошки нажарила, чай заварила. Сидели и ужинали, как старые знакомые. Пытался гость разные вопросы хозяйке задавать, но она отвечала неохотно. «Чего перед незнакомым человеком душу-то раскрывать? Городской... Что он понимает в нашем деревенском житье-бытье?»
А ему хотелось разузнать про нее больше, да не очень-то получалось.
Стал делать выводы из того, что выяснил: «Дров наколоть и воды принести некому. Значит, живет одна. На ужин картошка жареная и чай — небогато живет. Что красивая, это я сразу заметил. Заносчивая, гордая — на хромой козе не подъедешь. И добрая одновременно. На ночлег пустила. О братской могиле заботится...»
Поужинали и разошлись по разным комнатам. Светлана долго не могла уснуть. Прислушивалась, ожидая, что он попробует с ней заговорить или попытается открыть дверь. Ведь за столом он дважды порывался ее обнять, но она пресекла эти попытки.
— Муж, наверное, есть?— спросил он тогда у нее.
— Нет у меня мужа, но это ничего не значит. Это у вас там, в городе, все можно, а здесь не так. И отодвинувшись от него подальше, засмеявшись, добавила:
— У вас, у самого, небось, уже две жены.
Ох, как же она хотела, чтоб он ответил ей тогда, что не женат еще. Но он промолчал. А постоялец-то ей очень понравился.
И теперь она не спала, ждала и боялась продолжения этого диалога. Но ничего такого не произошло, и сон, наконец, сморил ее.
Проснулась рано утром, вышла из комнаты. Видит: гость тоже встал. Постельные принадлежности аккуратно сложены на диване. Самого нет. Нет и его дорожной сумки. Подождала, подождала немного, поняла, что ушел. Оглянулась по сторонам: не унес ли чего? «Нет, вроде все на месте». Открыла дверцу гардероба, и… остолбенела. Исчезло праздничное платье. Вчера перед тем, как затопить печку, она переоделась и повесила его туда.
— Утащил мое единственное красивое платье! — вслух высказала свое возмущение Светлана. Она еще раз внимательно осмотрела содержимое гардероба. Все остальное было на месте.
« Украл и исчез пораньше. Но я пройдусь по твоим следам. Разузнаю, кто ты такой на самом деле!»— с этими мыслями она направилась к кладбищенскому сторожу.
— Здравствуй, Архипыч!— приветствовала Светлана старика, стоящего в дверях неказистой хибарки.
— Здравствуй, красавица!
— У тебя вчера ночевал мужчина. Он к тебе сегодня не заходил?
— Никто у меня вчера не ночевал. Тут разве еще кто поместится?— Старик отошел от двери в сторону, показав внутренности своей коморки, и продолжил: — Была около кладбища и Памятника какая-то делегация… На двух красивых машинах прибыли. Походили, посмотрели и уехали. Ко мне не заглядывали. И сегодня никто кроме тебя еще не заходил…
Идти было больше не к кому и некуда. На этом поиски закончились. «Вела ты себя, Светка, очень глупо! Никакая ты не лебедь белая! Так, глупая серая утка…» — упрекнула она себя.
* * *
Но снова в игру вступила Судьба, положив на кон свою карту.
Это случилось неделю спустя. Вечером раздался стук в дверь, и на пороге с дорожной сумкой через плечо и большой картонной коробкой в руках появился тот, кто украл ее платье. Вот уж кого Светлана не ожидала увидеть снова.
— Вот и я! — воскликнул вошедший, сияя, как красное солнышко. — Переночевать можно?
Светлана аж задохнулась от такой наглости, и, схватив стоявший около печки ухват, пошла в наступление:
— Убью проходимца! Ты все наврал! Ты не ночевал в сторожке на кладбище! Сменив вежливое «вы» на «ты», она пыталась с помощью рогатой кухонной принадлежности выпроводить его за дверь.
— А я и не говорил, что в сторожке. Я ночевал на кладбище, прислонившись спиной к сторожке. Так всю ночь и просидел, мечтая.
— О чем можно мечтать на кладбище?
— О хорошей, красивой жизни.
— А зачем стащил мое платье? — все еще наступала Светлана.
— Я не стащил. Я позаимствовал. Вот оно в целости и сохранности. Привез его обратно. — Отстранив от себя ухват, он вынул из сумки сверток, развернул его, показав Светлане ее платье.
— А зачем ты его брал? — спросила она в недоумении.
— А как бы я узнал твой размер? — произнес он, тоже переходя на «ты».
— Мой размер? Зачем тебе мой размер?
— А как бы я купил вот это?
— А тут что?
— Посмотри, увидишь. — Он протянул ей большую картонную коробку.
Светлана открыла ее и обомлела. Сверкая белизной, там лежало свадебное платье, а сверху маленькая бархатная коробочка. Такие она видела в городе в ювелирном магазине.
— Выходи за меня замуж,— волнуясь, проговорил мужчина.
Светлана растерялась:
— Долго думал?— произнесла она первое, что пришло ей в голову.
— Почти двое суток. А утром 10 мая созрел окончательно,— произнес он, смеясь.
— Да, но я тебя совсем не знаю.
— Узнаешь. Честное слово, я хороший. Ну, почти хороший.
Антон открыл бархатную коробочку и протянул ей золотое обручальное кольцо.
— И чего ты так торопишься? — тихо спросила Светлана.
—Так если замешкаешься, иностранцы всех красивых девчат разберут,— произнес он серьезно.
Предложение выйти замуж — грело сердце. Теплое сияние золота завораживало. Светлана смотрела то на Антона, то на кольцо, то на подвенечное платье.
— А где жить будем?
— Здесь.
— Здесь? В деревне Запогостной? В этой хибаре?— удивившись, переспросила она.
— Здесь. Только не в хибаре, а в большом доме со всеми удобствами. А под ним — просторный гараж. А вокруг — сад. А в нем будут бегать, смеяться и играть дети. Двое… Трое… Нет, четверо! — Он обнял Светлану и прошептал ей на ухо:
— Две девочки и два мальчика.
— Дети-то откуда возьмутся?
«А мы их с тобой сделаем. Хорошо бы начать прямо сейчас», — подумал Антон, прижимая к себе девушку. А вслух произнес:
— Это будут наши дети.
Светлана отрицательно покачала головой.
Тогда Антон торопливо начал рассказывать о своих планах, о всепоглощающей мечте:
— На этой земле, за которую мой дед отдал свою жизнь, будет поселок городского типа. Обелиск на братской могиле поставим гранитный. И фамилии погибших воинов в свете вечного огня будут сверкать золотыми буквами.
— А вечный огонь-то откуда возьмется?— спросила Светлана.
— Газ подведем.
«Мечтатель», — решила она. И вслух произнесла:
— А ты-то здесь при чем?
— Поселок будет строиться на мои деньги.
— Откуда они у тебя?— удивилась она, машинально надевая на палец обручальное кольцо.
— Откуда? Теперь это уже не важно. Ценно то, куда они будут вложены.
« Не болтать языком, а действовать надо», — подумал Антон и, крепко обняв девушку, поцеловал ее. Да так, что у нее перехватило дыхание. От растерянности, или по какой другой причине, но она не сопротивлялась. Осмелев, он повторил еще раз. А когда отпустил ее, оба стояли, как хмельные.
— Где будем оформлять брак? В городе или в сельсовете? — охрипшим голосом спросил Антон, подхватив Светлану на руки. В эти мгновения она была для него самой красивой, самой-самой любимой и желанной.
«Врет, все врет, проходимец! Но как же он мне нравится… Красивый… Сильный…» — как мотыльки около огня, бились в девичьей головке мысли.
— Лучше в городе,— сдаваясь, прошептала она. И с улыбкой добавила:
— И буду я Светлана Лебедь.
— Не… — засмеялся Антон. — Лебедь—это фамилия моего деда по линии матери. А второй дед, отец и я — мы Джокеры.
« Вот и тебе, наконец, Светка, судьба подбросила хорошую карту!»,— подумала девушка, растворяясь в его объятьях.

Примечание: * Джокер – самая сильная карта в колоде, способная побить любую другую.
Cвидетельство о публикации 518400 © Щербак В. П. 12.12.16 17:43
Число просмотров: 245
Средняя оценка: 10.00 (всего голосов: 3)
Выставить оценку произведению:
Считаете ли вы это произведение произведением дня? Да, считаю:
Купили бы вы такую книгу? Да, купил бы:

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):
Если Вам понравилась цитата из произведения,
Вы можете предложить ее в номинацию "Лучшая цитата дня":

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):

litsovet.ru © 2003-2017
Место для Вашего баннера  info@litsovet.ru
По общим вопросам пишите: info@litsovet.ru
По техническим вопросам пишите: tech@litsovet.ru
Администратор сайта:
Александр Кайданов
Яндекс 		цитирования   Артсовет ©
Сейчас посетителей
на сайте: 190
Из них Авторов: 6
Из них В чате: 0