• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Мистика Проза
Форма: Рассказ
Попытка поразмышлять о маньяках. Банальная, но пусть будет.

Рыбий Глаз

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
Допрос длился около часа.
Преступник на редкость спокойно отвечал на все вопросы следствия, полностью признавал свою вину и даже улыбался.
Чарльз Браун.
Первое июня 1980-го. Тридцать три года.
Проживал на Франклин Стрит.
Сержант полиции в отставке.
Джеймс отложил файлы с делом и перевел тяжелый взгляд на преступника… и своего друга.
Ох, Чарли, почему, черт возьми?..
Это, конечно, был уже не тот Чес Браун, которого в участке знала каждая муха.
Друг всего отдела, рубаха-парень. Любил быть в центре внимания и шумные вечеринки. Кто-то считал Чарльза большим ребенком, но Джеймс видел его в деле. Беспечность сменялась осторожностью, проницательностью. Четкая выверенная схема действий. Чарли никогда не спешил, все делал в нужный момент, секунда в секунду – ну и терпение!
Как же ты угодил в серийные убийцы, друг?..
Джеймс как сейчас помнил тот день, когда Брауна отстранили от службы и забрали значок. Дело о Рыбьем Глазе. Ох, и долго же они с ним возились! Месяцы слежки, ночи без сна, перешагивание через бесконечные трупы, казалось бы, ничем не связанных людей. Школьник, домохозяйка, водитель такси, разносчик пиццы, уборщица из цветочного магазина. Беспорядочные смерти, никакой цепочки или зацепки. Когда все уже отчаялись понять, Чарли гнул свое – убийца один. И смерти не случайны. Попытка запутать следствие, думал Джеймс. Впрочем, узнать подробности им так и не удалось.
Убийца был пойман. И убит на допросе.
Джеймс и прочие члены группы следствия не сразу поняли, в чем дело. Просто в один прекрасный момент в помещении раздался выстрел. Чес даже не стал ничего объяснять! Многих усилий им стоило, чтобы после этого его самого не бросили за решетку. Вердикт начальства был прост: отстранен от службы за превышение должностных полномочий.
Все.
Точка.
Одни считали поступок Чарли дикостью, другие - молча одобряли. С тех пор никто толком и не знал, что сталось с Чарльзом Брауном. Даже Джеймс.
Но вот, теперь…
Хлопнула дверь, и в помещение для наблюдения вошел Кайл.
- Бесполезно, - выдохнул он, бросая бумаги на стол.
Джеймс перевел взгляд на упавшие из папки фотографии с места преступления и заметки следствия. Вздохнув, прикрыл глаза. Кровь, звуки выстрелов, крики, плач.
Нет, это невозможно.
- Он по-прежнему утверждает, что действовал без сообщников, а о мотивах говорит как Ганнибал Лектор. Черт-те что. Когда-нибудь я точно подам в суд на Голливуд.
Джеймс опустился на корточки, подбирая документы, и повторил то, что уже не раз было сказано:
- Всё это очень похоже на Рыбий Глаз.
- Знаю.
Снова молчание. С минуту Кайл в задумчивости барабанил пальцами по столу, а затем добавил:
- В сущности, у нас есть всё, чтобы упечь его за решетку.
- А как же суд? Адвокат? У Чарльза должен быть…
- Чем ты слушал, Элиот? – нахмурился Кайл. – Браун отказался от адвоката и полностью признал свою вину. Жаль, что Алькатрас уже закрыт. На Скале ему было бы самое место.
Джеймс снова взглянул в сторону помещения для допроса, благо зеркало Гизелла позволяло ему оставаться незамеченным.
Чарли откинулся на спинку стула, неподвижно улыбаясь и всем видом показывая, будто на нём вовсе не было наручников. Как в бар с друзьями зашел, Дьявол его подери. Сейчас махнет рукой и скажет: «Сегодня только двойной виски, детка, я за рулем!».
Джеймс невольно усмехнулся.
- Сейчас позову ребят, пусть уводят его к чертям.
- Постой, - выдохнул Элиот. – Дай я с ним поговорю.
- Зачем это? Кошмары давно не снились?
- Просто дай мне с ним поговорить.
Кайл вскинул руки в примирительном жесте.
- Ладно-ладно, делай, что хочешь. Пойду выпью кофе. Или умру, - раздраженно зевнул и хлопнул дверью.
Когда Джеймс вошел в помещение для допроса, Чарли приветливо ему улыбнулся.
- Сколько лет, сколько зим, мистер Элиот.
- Я был бы рад тебя видеть при других обстоятельствах.
- Напрасно, - пожал плечами Чарльз. – Это хороший день. Восемьдесят шесть градусов по Фаренгейту, слабый ветер, пять метров в секунду. Вечером обещают дождь. Жаль, не увижу его.
- Иронизируешь?
- Ничуть. Это, пожалуй, единственное, о чем я жалею.
- О дожде? Чарли, ты спятил…
Браун усмехнулся, каким-то несвойственным ему варварским жестом почесав рыжую щетину.
- Возможно. Да или нет. Точнее сказать сложно.
Пленник попытался развести руками, но лишь звякнул наручниками. Покачав головой, Джеймс сел напротив Чарльза.
- Так для чего ты пришел, Джеймс Элиот? Разве Кайл узнал не достаточно? Мне больше нечего сказать.
Джеймс хмуро взглянул на своего старого приятеля. Исхудал, оброс, но глаза сияют, будто он на днях повстречался с Иисусом. Бледные и запавшие, но живые. Даже слишком живые.
- Зачем все это? – устало спросил Элиот.
На осунувшемся лице мелькнула глумливая ухмылка.
- Ах, вот в чем дело. Ты пришел узнать о моих мотивах?
- Да, черт возьми! Я хочу знать, что за бес в тебя вселился, Чарли! Столько лет… - не находя слов, Джеймс бессильно сжал кулаки. – Ты был мне другом. Я не понимаю, что с тобой случилось…
Браун негромко рассмеялся.
- Всё очень просто, Джеймс. Я всего лишь вышел за рамки. Рамки общественного мнения, морали. Рамки нашей дружбы. Закон придуман человеком. Почему другой человек не может его отменить?
- Дело не в законе! – выпалил Джеймс. – Ты убивал людей! Слышишь?? Невинных людей!
Чарльз задумчиво уставился в сторону и изрёк:
- Что такое, в сущности, убийство? Даже само слово - выдумка людская. Почему нельзя было назвать это, скажем, освобождением?
Бледно-голубые глаза в упор смотрели в карие. И Джеймс не выдержал первым.
- Это аморально…
- А кем придумана мораль? Кто решает, что правильно, а что - нет? И что, в сущности, плохого в смерти?
- Не в смерти – в убийстве, Чарльз. В умышленном, жестоком убийстве ни в чем неповинных людей, - отчеканил Элиот.
Браун медленно подался вперед.
- Скажи мне Джеймс, - негромко начал он. – Ты чувствуешь себя виноватым, когда прихлопнешь муху?
Элиот спрятал лицо в ладонях. Ему казалось, что это сон. Жуткий кошмар. Бред. Просто не может такого быть.
- Хорошо, - сказал он, резко распахнув глаза и опустив руки. – Что все-таки случилось тогда с Рыбьим Глазом?
Чарли словно просиял.
- О, это был мой первый шаг за грань. Magnum opus. Посвящение… Что такое? Я говорю как безумец?
- Ты сущий безумец…
- Пусть. - Чарли снова пожал плечами. – Разве так не легче? Безумца проще упрятать за решетку. Ты потерял своего друга, Джей Эл. – Элиот вздрогнул. Давно его так не называли. – Я безумец, сумасшедший, Джокер, книжный злодей.
Бледные глаза нехорошо сверкнули, на губах появилась жестокая усмешка.
- Знаешь, как все было? – Чарли снова подался вперед. Так близко, что Джеймсу казалось, что он слышит как сменяются в голове Брауна безумные мысли. – В тот день я ни о чем не жалел. Ни о том, что всадил пулю в чертова маньяка, ни об отстранении от службы. Я сказал себе: «Чарли, ты должен идти дальше». И я вышел за грань. Что я чувствовал, когда смотрел по сторонам и думал об убийстве? Освобождение, бестелесность. Что если убить человека? Выстрелом, ножом? Я чувствовал до безумия непреодолимое желание совершить то, что нарушит систему. Мою систему. То, что выкинет меня за пределы, рамки, грани общества и чужой диктатуры. Я почувствовал свободу от собственной совести, страха, чувства вины и запретности, навязанных извне. Нет истинной свободы, чем свобода от себя, как части стада. Убить Чарльза Брауна, освободить ничем не извращенную сущность. Да, так и было. Первее всех я убил себя. И это было прекрасно.
Джеймс невесело усмехнулся.
- И теперь тебе светят годы за решеткой.
- У свободы есть цена.
Элиот в который раз за этот день покачал головой.
- Вот, что я тебе скажу, Чарли. Нет ничего хорошего в том, чтобы убивать людей. Эта свобода куплена чужими жизнями, это бесчестно так или иначе…
- О-о-о, - протянул Чарли, растянув сухие губы в странной улыбке. – Ты начинаешь мыслить, как я три года назад. Сомнения – первый шаг за грань.

Было уже шесть вечера, когда старый «Форд» припарковался недалеко от Темпл Стрит. Джеймс Элиот захлопнул дверцу, включил сигнализацию и устало побрел в сторону дома.
Безумный день.
Джеймс уже не первый год служит в полиции Бостона. Всякое бывало: насильники, педофилы, маньяки, просто сумасшедшие. Но Чарли… как это могло случиться с ним?.. И впрямь легче считать его безумцем. Да и как иначе? Кто он, если не свихнувшийся псих?
- Мистер Элиот, вы меня слышите?
Джеймс очнулся как ото сна.
- Да… да.
Пожилая консьержка миссис Ривер всегда относилась к нему с теплом. Ещё бы, с его квартирой никогда не было особых проблем, даже соседи не жаловались.
- Вам почта.
- О… да, спасибо.
Поднявшись на свой этаж, Элиот ещё с минуту рылся в карманах в поисках ключа, перекидывая посылку из одной руки в другую.
«И от кого это?»
Войдя внутрь, Джеймс тут же запер дверь и принялся рассматривать коробку. Небольшая, чуть меньше фута в длину, идеально белая. Первое, что бросилось в глаза, когда посылка была вскрыта – письмо: «Выйди за грань, Джей Эл, и увидишь то, что вижу я».
На дне коробки блестел нож.

Допрос длился около часа.
Преступник на редкость спокойно отвечал на все вопросы следствия, полностью признавал свою вину и даже улыбался.
Джеймс Элиот.
Тринадцатое ноября тысяча девятьсот восьмидесятый. Тридцать три года.
Проживал на Темпл Стрит.
Кайл вздохнул, бросая взгляд в сторону допросной.
Черт возьми, как ты дошел до этого, Джей?..
Cвидетельство о публикации 474638 © Succub 24.02.15 10:43