• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Проза
Форма: Рассказ

Рыбка

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
Рыбка
 
На причале было жутко холодно. Замёрзшие Юлины щёчки стали красными. Сама она начинала переминаться с ноги на ногу. Пальцы рук стыли в перчатках. Ледяной ветер пронизывал до костей. Юля готова была расплакаться, так она замёрзла, и помочь ей, спасти её от этого холода некому. Она уже чувствовала, как немели пальцы ног. «Проклятье! Какой чёрт занёс меня сюда?!» Когда устраивалась летом она и не думала, что зимой будет так мучиться. Карандаш и тот, казалось, застыл и плохо писал на бумаге. Юля с нетерпением нажимала на него, выводя цифры учёта.
Кран заскрипел. Вверх взмыла стрела с грузом: очередная вира. Юля записала в блокноте – 21.
А ветер усиливался. Начинал пробрасывать снег. Декабрь – стынет всё.
«Чтоб тебя!..» Юля поднимает вверх глаза, но что пожелать ненавистному снегу она не знает.
На кране Коля. Он подмигивает ей из кабины, машет рукой.
«Нашёл время! Тебе там хорошо в тепле, а тут точно, скоро околеешь». Не обращая внимания на Колю, Юля стала пританцовывать. Как нелепо она выглядит в этой толстой телогрейке. А эта шапочка толку что вязанная, уши так и продувает. И слезинки начали колоть Юле глаза.
Но вот, на горизонте появляется знакомый силуэт. Сквозь застывшие в глазах слёзы, Юля с надеждой всматривается в даль. Ура! Это она! Никогда Юля не была ещё так рада своей сменщице. Да, это она идёт по причалу.
- Юля, не забудь аванс в кассе получить, - напоминает сменщица.
Но Юля уже бежит. Коля ей машет и что-то даже кричит, но она не слышит. Она бежит!
- Фамилия? – бесстрастным голосом спросила кассирша, будто увидела Юлю впервые.
Юля смотрела на неё застывшим взглядом. Замёрзшие пальцы на руках и ногах, словно кто колол иглами. Щёки от тепла помещения запылали.
- Рыбкина.
«Сидишь тут в тепле, ни черта не делаешь», - хотела добавить Юля, но промолчала.
Кассирша подняла на неё мутные и маленькие в очках глаза, будто услышала фамилию впервые и выдала аванс.
Получив деньги, пересчитав и горестно вздохнув, Юля спрятала купюры в карман.
В бытовке тепло и ни души, все разбрелись по рабочим местам. Блаженство. Юля сбросила с себя телогрейку и подошла к зеркалу. Сняла шапочку и стала рассматривать себя. Лицо красное, она провела пальцами по щекам. Первые еле заметные пока морщинки. Вот именно что - пока. Юля выдавила из себя улыбку. На постоянном ветру и морозе кожа скоро будет, как у столетней старухи. Вздохнув, она включила чайник. Пока он нагревался, она сидела, обхватив его пальчиками и грелась, смотря в окно. А за окном кружился снег. От жалости к себе Юля начала шмыгать носом, но нагревшийся чайник заставил её вздрогнуть и одёрнуть руки. Напившись чаю, она устроилась на засаленном, пропахшем табаком кресле и задремала.
Но блаженство длилось не долго – пора было идти. Юля с содроганием подумала о причале.
В коридоре её встретил начальник.
- А… Юля, здравствуйте.
Она остановилась и посмотрела на Прагина.
-Здравствуйте.
- Вы весь день на ветру. Замерзли?
- Да… сегодня очень холодно.
- Тяжело вам, наверное, на причале?
- Да… - И она потупила голубые глазки, потом взмахнула ресничками и посмотрела на Прагина.
- Мм… надо что-то придумать… - Он коснулся на мгновение её руки чуть ниже плеча.
Она инстинктивно подобралась, расправила плечи, и так неловко ей стало во всех этих одеждах, которые скрыли её всю.
В конце смены, она и Коля ехали на белой копейке домой. Уставшая и намёрзнувшаяся за весь день Юля была тиха. Она сидела рядом с Колей, но совсем его не замечала. Она смотрела прямо перед собой, на дорогу и о чём-то всё думала.
- Ничего, приедем домой, понежишься в ванной, отогреешься. – Коля ласково посмотрел на неё.
Она не ответила, надув губки и щёчки, сидела в кроличьей шубке, как мышка.
В салоне авто было не уютно и неприятно пахло. Юля повела носиком и вздохнула. Потом посмотрела украдкой на Колю: угловатый профиль, выпирающий кадык, серые от мазута жилистые руки. Она вновь вздохнула и посмотрела в окно. За окном мелькал огнями город. Взгляд Юли поплыл. Она представила салон джипа, в котором ездил Прагин. И опять в глазах защипало.
Дома Юля нежилась в ванной дольше обычного. Какое это блаженство после всех испытаний холодом окунуться в тёплую пену, погреть косточки. Юля чуть не уснула, но Коля разбудил. Она встала мокренькая в ванной и подняла вверх ручки, тёпленькая розовенькая. Коля обтёр её полотенцем, поцеловал. – Рыбка моя… -
Юлино тело – это гордость Коли. Особенно груди. У невысокой и слегка пухленькой Юли они красивые, большие. Как говорит Коля - таких, чтобы настоящих и не бывает. Когда она, мурлыча, лежит на постели, вытянув ручки, он садится на Юлю сверху и любуется её «шарикам». Он их гладит и целует, когда начинает двигаться, они тоже двигаются в такт вместе с ним, потряхиваются, как сладенькое желе.
Войдя на кухню, Юля повела носиком, улыбнулась - как вкусно пахнет, аж слюнки потекли. Она села за стол, а Коля поставил перед ней любимую тарелку-гжель с жареной картошкой и мясом.
Кушает Юля всегда не спеша, основательно, смакуя каждый кусочек. Солёный папоротник, что в салате, каждый стручочек подцепляет вилкой отдельно и потом, зажмурившись от удовольствия, жуёт, похрустывая. После картошки, чай с молоком и любимая корзиночка с масленым кремом. Юля обожает это пирожное. Когда ест сладкое, она всегда облизывает пальчики. Коля любит смотреть, как она кушает, особенно, когда облизывает пальчики. Чай пьёт тоже медленно, смакуя каждый глоток, оттопырив мизинчик. Иногда Коля порывается этот мизинчик куснуть, но Юля бранится – чай может пролиться. Напившись, Юля с наслаждением вздыхает и просит сигарету тоненькую, с ментолом – ритуал.
Курит медленно, с наслаждением. Она всё всегда делает не спеша, старается получить от всего, что делает, максимум удовольствия. Плывёт по жизни легко, не отвлекаясь на посторонние, не представляющие интерес предметы.
После ужина она благоухающая, голенькая лежит на атласной простыне в тёплой и уютной комнате. Коля сверху. Юлины шарики начинают двигаться. Коля целует её - рыбка моя… Но Юля отвечает равнодушно, с ленцой, мысли её заняты другим. Думает она совершенно о другом… Она всегда думает о другом.
Днём, в свой выходной, она проспала до двенадцати. Проснулась от воя сирены за окном. Скорая или пожарная Юля так и не поняла.
Она посмотрелась в зеркало, что висело перед кроватью. Большое, в нём отражалось полкомнаты и вся кровать. Юля обожает это зеркало. Она любит смотреть на себя, когда они занимаются любовью. В какую бы позу Коля её не поворачивал, Юля всегда старается увидеть себя. Вот и сейчас – она встала на кровати и подняла одну руку вверх, а другой прикрыло своё лоно. Чем не Венера? – улыбнулась Юля своему отражению. Затем «Венера» упала на колени. Чем не кающаяся грешница? Но «грешница» не собиралась вовсе каяться – она, как пантера, подползла к краю кровати, выгнула спину, оттопырила попку и зарычала, оскалившись, любуясь при этом отражением своих ягодиц. Перевернулась на спину, посмотрела, запрокинув голову, на отражение своих шариков, потрясла ножками. Встала. Одела малюсенькие розовые трусики. Теперь в них проделала перед зеркалом на кровати всё тоже самое. Налюбовавшись своим отражением всласть, она накинула розовый атласный халатик и пошла на кухню.
По дороге увидела лежащие на стуле серые носки. Взяла их в руки: ручная вязка, толстая шерсть, подарок Колиной мамы. Она их так и не одела ни разу. Вернувшись к зеркалу, Юля примерила носки. Шерсть колола пятки. Юля поморщилась, посмотрела на свои ноги в зеркале. Как нелепо и дико смотрелись эти серые носки на её белоснежных ножках. С брезгливым выражением на лице она сняла носки и отбросила. Но вспомнив о причале, тут же подняла, подержала в руках, вздохнула, и убрала в рабочую сумку.
На кухне заглянула в холодильник, отправила в рот кусочек сыра, что лежал на блюдце, затем поставила чайник и пошла в ванную.
Лёжа в постели и кушая корзинку, Юля обвела глазами комнату. Вздохнула. Всё так убого и нет никаких предпосылок, что в будущем может всё изменится и в этой комнате, и в её жизни. Зачем она здесь? Для кого она растрачивает себя? Коля был, есть и останется навеки вечные крановщиком! О такой ли жизни, с таким ли человеком она мечтала? Другой не позволил бы ей так страдать. Один причал чего стоит.
Отпив кофе, она поджала губы. Намазала руки кремом. Когда крем впитался, стала листать журнал. Мысли её теперь кружились только возле одного…
Выходной пролетел незаметно, и вновь работа, скукота и холод. Одно грело душу – это улыбка начальника. Он один переживал за неё. И завидев Прагина, Юля уже быстрее семенила ножками.
Когда она села в джип начальника, сразу себя почувствовала человеком. Юля огляделась - какой комфорт и как вкусно пахнет. Она повела курносым носиком - пахнет достатком.
В кафе она всё уплетала за обе щёки. Всё было так вкусно.
- С каким аппетитом вы кушаете, Юленька. – Начальник перевел взгляд на её декольте. Белая упругая плоть слегка колыхалась. Прагин на секунду зажмурил глаза.
- Что на десерт, Юленька?
- Корзиночку или пирожное с кремом.
- Хорошо. Принесите, пожалуйста, - Прагин обратился к официантке, - и то и другое.
Через неделю Юля работала уже в управлении. Сидела в тёплом кабинетике и заполняла на компьютере счета-фактуры.
Новые коллеги на неё смотрели кто с иронией, кто с интересом. Равнодушная абсолютно ко всему, что не касалось комфорта, Юля не замечала эти косые взгляды. Она наслаждалась жизнью и несказанно радовалась тому, что навсегда покинула этот проклятый богом причал.
Колина квартира такая неуютная и убогая теперь ещё больше навевала тоску. Даже зеркало не радовало глаз, и Юля начала искать различные предлоги, чтобы подольше не возвращаться домой. Однажды она задержалась дольше обычного.
Коля ждал её с нетерпением. Весь вечер он ходил из угла в угол, не зная, что и думать. Её телефон лежал на постели. Забыла. Специально или нет? Он ерошил волосы, курил. Он никогда бы ни о чём таком и не подумал, но…
«Дурак…» - кто-то ему бросил недавно в спину на причале, когда он обернулся, женщины лишь мило улыбались.
Он ходил по квартире и видел эти ехидные улыбки в каждом из четырёх углов комнаты.
- Где ты была? – набросился он на неё с порога.
Она посмотрела на него голубыми, по-детски удивлёнными глазами.
- К маме заезжала.
Она не спеша разделась, поправив волосы у зеркала, прошла в ванную. Помыв руки, вышла. Совсем не замечая его, стоявшего у неё на пути в коридоре, прошла в комнату и стала раздеваться. Спокойная и равнодушная, как всегда. Он стоял молча и наблюдал. Теперь ему уже казалось, что это он в чём-то виноват перед ней. Надев на голое тело шёлковый халатик, она, взяв из вазы яблоко, прилегла на постель и стала есть его.
- Котёнок, сделай чай. – Донеслось до Коли.
Он пошёл и сделал чай. Принёс на блюдечке, сел на край кровати.
Она напилась чаю. Откинулась на подушки, попросила сигарету. Закурила. Курила, а сама всё осматривала комнату, будто была здесь впервые. Он сидел рядом, ничего не говорил и тупо смотрел телевизор. Звук был выключен. Погасив сигарету, она расстегнула халатик, легла. Шарики заколыхались. Коля торопливо потянулся к выключателю.
Впервые, за всё время, что они вместе, он, наконец, почувствовал её холодность. Ему показалось, что она вот-вот выскользнет из его объятий, из его жизни. Боясь потерять её, он с силой обнял свою рыбку и прижал к себе.
- Ты меня любишь? – спросила она.
- Люблю… Больше жизни… - ответил он.
- А разве так бывает?
- Бывает… Только не уходи…
На следующий день, вернувшись с работы, он не увидел в квартире её вещей. Только серые носки, лежали на розовом одеяле кровати. Он ждал её всю ночь.
Тёмным утром, когда вышел из подъезда чуть не поскользнулся на свежевыпавшем снеге. Прикурил он не с первого раза – руки дрожали. Машину решил оставить в гараже, и на работу поехал на автобусе.
Проходя мимо конторы, он увидел начальника. Прагин обметал снег с джипа. Коля направился к нему. Две женщины, что проходили мимо, сразу остановились и наигранно стали что-то обсуждать.
- Тебе чего? – спросил Прагин через плечо.
- Я хотел поговорить… - Коля замялся. Он никак не мог решиться начать выяснять отношения с начальником.
- О чём?.. – В это время, Прагин открыл дверцу и рядом стоявший Коля отпрянул назад. На скользкой наледи он поскользнулся и неуклюже упал.
Когда поднял глаза, первое что увидел - это ботинки Прагина, затем его, словно из камня лицо.
- Иди на кран, - сказал ему начальник и сел в машину.
Отряхнув снег с колен, Коля пошёл на кран.
Он сидел в кабине и нервно дёргал за рычаги. Портальный кран, как упрямый жираф, мотал порывисто шеей-стрелой. Зацепленный на крюк контейнер, болтался в воздухе, как коробок спичек. Слёзы застили Коле глаза. Он с трудом видел, что происходило внизу.
- Пьяный что ли?! Людей зашибёшь! – слышалось Коле снизу.
Он знал, что надо остановиться и спуститься вниз. Вниз, где его ожидал ад. Но кто решится сам спуститься в ад? Сигареты как назло кончились.
- Давай отойдём от греха подальше. – И докеры отошли.
- Кто на кране? – спросил подошедший Прагин.
- Колька Кузнецов.
Прагин посмотрел на верх: «Этого ещё мне не хватало».
- Слезай немедленно! – закричал он, маша рукой.
Коля видел, как подошёл начальник, но остановиться уже не мог. Он не плакал больше, а сквозь слёзы смеялся, нервно нажимая на рычаги.
- Оглох?! – кричал Прагин. « Если не слезет, надо лезть и вытаскивать его из кабины».
- Слезай, я сказал!
- Что? – Коля высунулся из окошка кабины, но тут же исчез.
Кран заскрежетал, завертелся. С задранной вверх головой Прагин споткнулся. Когда поднялся, с застывшим ужасом в глазах, смотрел на нависший над ним контейнер. В ту же секунду стрела с контейнером опустилась вниз.
 
 
 
Cвидетельство о публикации 442644 © Романов Д. В. 11.12.13 11:55