Меню сайта
Логин:
Пароль:
Напомнить пароль
Жанр: Научная литература История
Форма: Очерк
Дата: 12.08.13 20:06
Прочтений: 4088
Средняя оценка: 10.00 (всего голосов: 13)
Комментарии: 0 (0) добавить
Скачать в [формате ZIP]
Добавить в избранное
Узкие поля Широкие поля Шрифт КС Стиль Word Фон
История одной дивизии (2-я стрелковая дивизия) Главы 1-5
История одной дивизии.
Глава 1 Штаб
Сложно сказать, когда и где родилась эта дивизия. По формальному признаку, родилась она в г.Котовске, под именем Одесской запасной кавалерийской дивизии, командиром которой, являлся не кто иной, как будущий герой Севастопольской обороны, генерал-майор И.Е.Петров. Начальником штаба стал полковник П.Я.Рябченко
В послужном списке этого командира есть достаточно много любопытных моментов. Он участвовал в подавлении восстания уральских рабочих, в подавлении восстания анархистов в Самаре, в боях против белочехов. Затем И.Е. Петров был членом военного трибунала отряда особого назначения, и участвовал в подавлении движения басмачей. После чего, он был переведен на должность военкома полка. И.Е.Петров окончил курсы усовершенствования комсостава (1926 и 1931), получив сначала должность военкома бригады, затем (в 1933-м) был назначен военкомом объединенной Среднеазиатской воен. школы. В официальной биографии этого человека указано: «С октября 1940г. он был назначен инспектором пехоты Среднеазиатского воен. округа, а с марта 1941 командир мех. корпуса». Первый факт подтверждается, второй пока нет. Если, действительно, он командовал мех. корпусом, то каким, и, почему ему было поручено командование «легкой» кавдивизией (численностью около 2 тыс. конников). На момент начала войны, ему было уже 44 года. По тем временам, (как это ни странно звучит) он считался человеком пожилым.
1.07.41г. дивизия получила наименование 1-й Одесской кавдивизии. На тот момент в ней числилось три кавполка (3-й, 5-й и 7-й) и бронетанковый эскадрон. Вскоре, И.Е.Петров был назначен командиром 25-й Чапаевской дивизии, а на его место 9.09.41г. был назначен полковник П.Г.Новиков, бывший командир 241-го полка 95-й Молдавской дивизии. П.Г.Новиков участвовал в качестве военного советника (командира батальона) в войне в Испании, затем в качестве командира 241-го полка участвовал в Финской войне. 12 октября 1941г. П.Г.Новикову было присвоено звание генерал-майора, но сведения об этом были получены только после отражения 1-го штурма Севастополя.
29.08.41г. дивизия была переименована во 2-ю кавдивизию (7-й, 15-й и 20-й кавполки, 9-й бронеэскадрон). Помимо этого в состав дивизии включили 3-й полк морской пехоты, группу по обороне Сухого лимана. Еще чуть позже в нее включили 3-й морской полк, и ряд более мелких частей. Действия этой дивизии в Одессе, это отдельный яркий эпизод истории.
Далее предоставим слово журналу боевых действий дивизии:
«17.10.41г. В разное время все три судна: крейсер «Червона Украина», пароход «Чапаев» и эсминец «Шаумян», где находились людской состав и материальная часть 2-й КД прибыли в Севастопольский порт.Части дивизии после выгрузки перебрасывались на вокзал, для посадки в вагоны и отправки на ст. Курман-Кемельчи.
Тылы дивизии, имея в своем составе автомашины, после выгрузки с суден, своим ходом двинулись к станции Курман-Кемельчи, куда и прибыли 19.10.41г.»
Стоит обратить внимание на то, что это касается только частей самой кавдивизии. 3-й полк морпехоты остался в Севастополе.
21.10.41г.По распоряжению командующего войсками Крыма, через командующего Приморской армией И.Е.Петрова, 2-я кавдивизия получила приказ о немедленной переброске со станции Курман-Кемельчина станцию Воинка, и по прибытию на станцию Воинка, расположиться в районе с.Воронцовка и д. Онгар-Найман».
После боев под Воронцовкой, 31.10.41г. дивизия была переброшена в район совхоза «Красный», под Симферополем. К вечеру 31.10.41г. «дивизия», в которой, на тот момент насчитывалось около 700 человек, получила приказ о выдвижении на Ялту.
«2.11.41г. Дивизия сосредоточилась в Ялте. Ввиду малочисленности 15-го и 20-го полков, был доукомплектован 7-й кавполк, куда и были влиты остатки 15 и 20-го КП.
7-му отдельному кавполку командованием армии была поставлена задача оборонять пер. Ай-Петри.» [1] На том, наверное, и заканчивается история 2-й кавалерийской дивизии, т.к. с того «задания» в Севастополь пробились очень немногие. Но, если подходить к вопросу формально, то дивизия продолжала свое существование.
Командир и штаб 2-й кавдивизии остались в Ялте, т.к. П.Г.Новиков был назначен комендантом города.
3.11.41г. это назначение было утверждено приказом. Военкомом гарнизона стал полковой комиссар А.Д.Хацкевич, НШ гарнизона капитан Конденко.
7.11.41г. «… управление 2-й кавдивизии в 9:00 выбыло из Ялты в г.Севастополь, где командование дивизии получило приказ сосредоточиться в Рудольфовой слободе. … 8.11.41г…. В составе управления дивизии находились: оперативный отдел, шифровальный, особый, политотдел, строевая часть, комендантский взвод, штаб артиллерии и прокуратура» [2].
По журналу боевых действий 7-й кавполк, после выхода с Ай-Петри находился в Инкермане, но… Это последняя запись, в которой упоминается это подразделение. Причем, этого подразделения нет и в документах других частей. Он просто исчезает. Журнал боевых действий дивизии писался задним числом, в феврале 1942г., и, потому, к некоторым записям в нем нужно относиться осторожно. Так, в ЖБД на листе 7 капитан Конденко был назван майором, хотя это звание он получил намного позже. По воспоминаниям, остатки 7-го кавполка, численностью всего… 23 «сабли», были влиты в комендантский взвод. Можно усомниться в этой цифре, но…
По данным отдела укомплектования Приморской армии, указывается, что 2-я кавдивизия вышла в составе 320 человек. Если вычесть из этой цифры штаб (183 человека), комендантский взвод (46 человек), остатки автороты и тылов (69 человек), то получим очень похожую цифру.
Так прибыла в Севастополь первая составляющая будущей дивизии: ее штаб. С 8.11.41г. по 23.11.41г. дивизии не существует.
С 9.11.41г. существует 1-й сектор, у которого есть комендант со штабом, которому подчинены разрозненные части. Какие? Обратимся к первоисточникам.
«Боевой приказ №002 Штаб СОРа г. Севастополь 9/XI - 1941 г. 21-00.
В целях дальнейшего упорядочения управления войсками и организационного объединения отдельно действующих отрядов частей в развитие моего боевого приказа... от 6/XI —41 г. Приказываю:
I. Первый сектор обороны — комендант полковник Новиков; штаб сектора — штаб 2 кд (сокращенного состава) — х. Максимо­вича.
Граница слева: 253,9—202,1—206,6 — «Разв» 1 км севернее сх. Благодать — 113,2— 73,0 — х. Делагарди; состав войск — один стрелк. полк — 383 сп... в составе трех стр. батальонов:
б-н — школа НКВД — комбат — пач. школы майор Писарихин.
б-н — запас, арт. полк — комбат — командир арт. дивизиона т. Ведьмедь.
3 б-н — объед. школа БО и ПВО, рота МПВО и хим-рота — комбат — капитан Кудрявцев.
командование, штаб и тыл — 383 сп…»
Т.е. по состоянию на 9.11.41г. в составе сектора числился всего один полк, да и то, его еще предстояло создать из разных частей. 383-го полка до этого момента не существовало, это результат опечатки. Был 388-й полк симферопольской 172-й дивизии, но он понес столь тяжелые потери, что его решили не восстанавливать. Остатки этого полка были влиты в 514-й полк, а штаб полка, во главе с подполковником Ерофеевым передали в 1-й сектор.
Так в секторе появился второй штаб, который не имел войск. До первого боя оставалось всего 3 дня. К сожалению, ни штаб сектора, ни штаб полка не предприняли никаких действий по мобилизации войск. Батальон запасного артполка майора С.А.Ведмедя продолжал достараивать тыловой (противодесантный) рубеж, комбат Кудрявцев только вернулся из 3-го сектора. И, кроме того, школа БО и ПВО (командир майор Дешевых) до этого ему не подчинялась.
Начальник школы морпогранохраны НКВД майор Писарихин долго отказывался подчиняться приказам, ссылаясь на разное ведомственное подчинение.
9.11.41г. подвижная батарея береговой обороны № 725 (4 пушки МЛ-20, калибром 152мм) и 1-я батарея 51-го армейского артполка (вооружение то же) заняли позиции в районе развилки Балаклавского и Ялтинского шоссе.

Глава 2 Составляющая первая: 383-й полк
В журнале боевых действий написано все просто: « 10-11.41г. Части 1-го сектора заняли оборону… Батальон МПО НКВД вышел наперерез направлению движения противника, и занял оборону выс. 508.1-482.2-471.7…». Одна нестыковка: батальон МПО НКВД начал движение в 2 часа ночи, а приказ вышел в 21 час 9.11.41г. Так что с выходом приказа, ничего в секторе не изменилось.
Школа младшего начальствующего состава (учебка) готовила старшин-командиров групп для катеров морпогранохраны НКВД: мотористов, артиллеристов, связистов и.т.д. С началом войны, часть личного состава (в основном, артиллеристов) была отправлена для укомплектования трех зенитных батарей 50-го (впоследствии, 55-го дивизиона) №551-553 и на укомплектование плавбатареи №3 («Не тронь меня!»).
Кроме этого, из состава курсантов были сформированы расчеты 8 дотов (1А-8А). Вместе с убывшими из школы курсантами выбыли и все три штатных командира рот (ст л-т Митасов, ст. л-т Поликарпов и капитан Дмитриев). Вместо них, командирами рот были назначены: ст. л-т Морозов И.Г.(3-я рота), мл. л-т А.К. Клинковский (1-я рота), мл. л-т Середницкий (4-я рота), мл.л-т Мирошниченко (2-я рота). В батальоне было 4 роты по 100-110 человек в каждой.
Из воспоминаний Горбунова: « К началу боевых действий в составе батальона насчитывалось около 500 человек. Из вооружения 8 палубных морских пушек, калибром 45мм, выставленных на зенитную стрельбу,… 6 станковых и 4 ручных пулемета, винтовок было около 400 штук, образца 1891года. На станковые пулеметы приходилось по 2 коробки и по 4 диска на ручные пулеметы. Другого оружия: автоматов, винтовок с оптическим прицелом, минометов, а так же полевых орудий не было. … Но самым большим недостатком было то, что мы совершенно не знали местность…», и там же: « что было удивительно: до этого, школа и ее батальон готовили укрепления и отрывали окопы в других местах и для других частей. И вина тому наше командование 1-го сектора и нашего батальона. Командир батальона Бондарь Василий Владимирович даже не появлялся в батальоне и, по сути, самоустранился от командования батальоном … ».
Обычно, командиром батальона называют майора И.Писарихина, указывая, что после его ранения в должность вступил капитан В.Бондарь. На самом деле ситуация чуть иная. Майор Писарихин числился начальником школы, и до 8.11.41г. он был занят только хозяйственными делами, связанными с эвакуацией имущества школы. Командиром батальона являлся, действительно, капитан В.В.Бондарь, однако, в связи с болезнью последнего, батальон возглавил лично начальник школы. Правда некоторые ветераны говорят, что «болезнь» капитана именовалась запоем, но это уже к делу не относится.
Нижеописываемые события произошли на грунтовой дороге от совр. с. Резервное, мимо форта «Южный» в Балаклаву, в районе бывшего лесничества (хутор Мордвинова) и примыкающих к дороге тропах. Средневековая дорога имеет в некоторых местах, сохранившееся гравийное покрытие и проходима даже в настоящее время. Дорога имеет несколько обходных троп. В книге М.Лезинского эта дорога названа «тайной тропой», но на деле таковой она не являлась, и была обозначена на всех картах.
В изложении событий существуют две версии. Первая изложена в журнале боевых действий дивизии (которой, объективно говоря, на тот момент еще не существовало). Вторая изложена в воспоминаниях пяти ветеранов, оставшихся в живых. Воспоминания разновременные и независимые, и принадлежат: Лысенкову А.М., Горбунову Л.И., Горохову, И.В.Сидоренко и Губенко В.Н. Первый источник является компилятивным, написанным после беседы с ветеранами батальона. Последние два, так же написаны со слов, т.к. их авторы прибыли в батальон чуть позднее описываемых событий, и они излагают то, что они слышали от сослуживцев.
Есть данные М.Лезинского [4], но они имеют элементы художественного вымысла. Есть воспоминания ветеранов 11-го батальона ВНОС (3 человека), так же участвовавшего в описываемых событиях. Все эти данные сходятся между собой, отличаясь лишь в деталях. К сожалению, воспоминания во многом не сходятся с записями ЖБД. В остальных источниках события описаны столь мутно, что разобраться в событиях весьма трудно.
В изложении журнала боевых действий ситуация выглядит так:
Батальон заранее занял позиции, и, 13.11.г. «… в 10ч. 30 минут, противник силами двух взводов начал наступление на позиции батальона НКВД…Батальон НКВД, занимавший высоты… в 10ч. 30 минут вступил с противником в бой. В результате боя, в виду своей малоопытности, превосходящих сил противника и в виду первичности применения в боях батальон отошел с рубежей и занял позиции на западных скатах высоты 386.6. В 13 часов батальону НКВД было приказано восстановить положение, и занять высоты 508.1-482.2-471.7. Для выполнения поставленной задачи батальону был придан комендантский взвод и 20 человек бойцов автобата 2-й кавдивизии. Данную операцию возглавляли комендант сектора полковник П.Г.Новиков, командир 383-го полка майор Ерофеев, начальник разведывательного сектора штаба 1-го сектора капитан Малигон. Батальон ВНОС на высоте 440.8 вел бой с противником… В бою были ранены 20 бойцов и командир батальона майор Писарихин и военком батальона Иващенко. К исходу дня батальон ВНОС оставил высоты 482.2-471.7. и влился в состав батальона НКВД ».
Обратим внимание на нестыковки:
Первая два взвода противника (около 60 человек) против батальона (три роты, 300 человек, не считая батальона ВНОС) и противник имеет «подавляющее преимущество».
Вторая нестыковка: батальон ВНОС в одно и то же время, оказывается то на высоте 440.8, то на рубеже в 2 -3 км впереди нее. Есть в журнале и другие ошибки.



Воспоминания, если их собрать воедино, рисуют иную картину. Из воспоминаний Горбунова за 9.11.41г.: «1 и 4 роты выдвинулись, под командованием нач. штаба батальона л-та Сахацкого Г.Д., вперед к домику лесника, и сумели занять позиции…».
В это время перед позициями батальона находился 11-й батальон ВНОС (2 роты, командир к-н Криницкий) [5], и с 10 по 12.11.41г. 1-я и 4-я роты находились в районе лесничества.
В ночь на 13-е батальон ВНОС получил приказ об отходе в Севастополь, т.к. по плану эвакуации, 11-й батальон внешнего наблюдения оповещения и связи, должен был 14.11.41г., вместе с зенитчиками, грузится на транспорт «Ташкент».
Батальон ВНОС отошел, не дождавшись занятия его траншей курсантами МПО НКВО. В это время, немецкие войска наблюдались в районе деревень Варнутка (совр. Гончарное) и Кучук-Мускомья (совр.Резервное), т.е. в непосредственной близости от позиций 11-го батальона ВНОС.
«13.11.41г. … К 24:00 (на самом деле, 00:00) обнаружено 40 человек всадников противника, и до 100 человек пехоты, с 25 подводами и 5 мотоциклистами. В с. Кучук-Мускомья одно орудие, один средний танк и 15 подвод. В 3 часа в с. Варнутка обнаружено 5 пушек, 5 бронемашин, один средний танк, 50 автомашин, до 100 человек пехоты противника и 50 всадников».
Эти данные ЖБД подтверждаются немецкими источниками, которые, в общих чертах, подтверждают численность и состав частей, находившихся в этих селах. Данные совпадают даже в деталях, т.к. в немецких документах указаны: 1-й взвод 150-го противотанкового дивизиона (50-я ПД) в составе 5 тягачей и 5 противотанковых пушек, взвод конной разведки 73-й ПД, 1-ю роту 70-го пионерного батальона, отделение разведки спецназначения №454, а так же… «beute panzer», т.е. трофейный танк.
Видимо, противник, воспользовавшись несогласованностью советских частей, начал движение по дороге к лесничеству. По воспоминаниям, [3]. 1-я (командир мл. л-т А.К. Клинковский, военком политрук В.Овчинников) и 4-я роты (мл. л-т Л.Я.Середницкий, военком политрук И.И.Воронов) двигаясь от домика лесника к намеченным рубежам, не доходя до них попали под обстрел, и вынуждены были отступить.
В это время, подошедшая 12.11.41г. 3-я рота (ст. л-т Морозов, военком политрук Журавлев) находилась у домика лесника (бывший х. Мордвинова). 2-я рота (командир мл. л-т А.А.Мирошниченко, военком политрук М.Августович) находилась в 3-м эшелоне в районе здания метеослужбы ЭПРОНа (не сохранилось, здание ниже и западнее высоты 386.6 со старым фортом) и складов взрывчатки рудоуправления (разрушенные домики, ниже и западнее Южного форта).
В результате боя:
4-я рота оказалась окружена на высоте над лесничеством, но к вечеру прорвалась к 3-й роте, при этом, рота потеряла около 20 человек и главстаршину Уткина, возглавившего контратаку. В ходе прорыва был тяжело ранен командир роты мл. л-т Л.Я.Середницкий, в командование ротой вступил главстаршина И.И.Воронов.
1-я рота, попав под обстрел в районе подходов к высотам 482.2 и 471.7, понесла потери, и отошла к 3-й роте. В результате боя погиб командир взвода М.Д.Самойлов, вышло из строя 15 человек (в основном, ранеными). Рота отходила назад повзводно, в полном порядке, занимая оборону на промежуточных рубежах.
По тревоге, был поднят батальон Севастополькой школы младших командиров БО и ПВО, который занял оборону на выс. 440.8, дер. Камары (Оборонное), Ялтинское шоссе.
Продолжая движение, противник атаковал позиции 3-й и, отошедшей к ней 1-й роты. В результате боя, минометным осколком был ранен командир батальона И.Писарихин, ранен военком роты Овчинников, младшие командиры Данченко и Шаповал. 1-я и 3-я роты начали отход.к ним присоединилась вышедшая из окружения 4-я рота. При отходе от лесничества, был убит НШ батальона ст. л-т Г.Д.Сахацкий. Прикрывала отход 1-я рота, которая в этом бою понесла большие потери. Остатки 11-го батальона ВНОС были влиты в состав батальона МПО НКВД.
А, вот, дальше во всех источниках идет пробел. Причем во всех, без исключения, но именно в этот момент в руки противника попадает форт на высоте 386.6. Как?
Противник описывает это так «Продвижение 72-й пехотной дивизии к Севастополю, закончилось захватом форта Балаклавы 105-м пехотным полком... Второй батальон полка, пройдя в 7 утра по горной дороге из с. Варнутка, незаметно для противника пробрался в передовые траншеи форта. Ошеломленные в первый момент русские, быстро сориентировались и оказали нашему батальону жесткое сопротивление. Лишь с большими потерями с нашей стороны нам удалось запереть русских в казематах форта. Так как русские не согласились покинуть их добровольно, казематы были взорваны. Используя ручные гранаты, батальон брал окоп за окопом, бункер за бункером...»
Некоторое дополнение к этим воспоминаниям [6]: «рано утром, 14.11.41г., около 4:30, 2-й взвод 6-й роты полка «Бранденбург», начал движение по направлению к старому форту на высоте (386.6), на некотором расстоянии двигались два взвода 70-го пионерного батальона и подразделения 2-го батальона 105-го пехотного полка. Караул, стоявший на дороге удалось убрать без шума, и продолжить движение. В том месте, где от дороги идет ответвление к старому форту, был шлагбаум и будка часового, бдительность которого удалось усыпить имевшимися у нас документами. Часовой был приколот штыком. Однако дальше все пошло не так, как хотелось. Смена караула, шедшая ему на смену, подняла тревогу… При помощи подоспевшего пионерного взвода, противник был блокирован в двух казематах. Было предпринято несколько попыток выбить засевшего противника из его убежищ с помощью дымовых и обычных гранат и подрывных зарядов, но безуспешно…Вскоре, подошли основные силы 105-го полка…».
Картина вырисовывается, но, она к сожалению односторонняя. 2-й батальон немецкого 105-го полка, захватив форт, предпринял попытку движения по крепостной дороге , вниз, где столкнулся со 2-й ротой л-та А.А.Мирошниченко. Расположение остальных рот установить трудно. Батальон, к 10 часам утра, находится в районе складов взрывчатки рудоуправления и здания метеостанции ЭПРОН, и ведет бой. Командует им военком Василий Савич Иващенко, который был в этом бою тяжело ранен (скончался на теплоходе при эвакуации).
После этого, батальон МПО НКВД оказался, по сути, обезглавленным, т.к. заместитель командира по строевой части капитан Ефимов Н.Е. и зам по тылу ст. л-т Суворин Н.А. вели работу по эвакуации имущества школы на Кавказ.
Руководство батальоном взял на себя командир 3-й роты Иван Гаврилович Морозов, вместо него роту возглавил Главстаршина Титочко Макар Никитович. Бой шел на обратных скатах высоты 386.6 (под фортом). Бойцам батальона удалось отбить у противника горную 75мм пушку. Ее расчет возглавил ст.2 ст. Полыгалов. Бойцы батальона предприняли несколько атак, пытаясь отбить форт, но безуспешно.
Из воспоминаний бывшего старшины 1-й статьи П.Ф.Сикорского (цитируется по книге М.Лезинского): « Группа товарищей под командой капитана Бондаря укрепилась в бетонном каземате. Говорят, фашисты по ночам не воюют. Но здесь они изменили своей тактике: каземат был окружен ночью. Моряки-пограничники понимали: живыми им отсюда не уйти. Всю ночь фашисты не прекращали огня, чтобы не дать вырваться морякам из окружения.
Капитан Бондарь - это был пожилой человек, участник Гражданской войны - все время подбадривал:
- Не робейте, хлопцы, ни Москвы, ни Севастополя им не взять. Все равно победа будет наша.
Утром перестрелка прекратилась и предатель - мы его знали - в фашистской форме, от имени немецкого командования, предложил нам сдаться. Не сговариваясь, выстрелили по нему и он упал, чтобы никогда больше не встать. Не знаю, чья пуля сразила предателя, моя или моих товарищей, неважно. Отныне мы были одно целое.
День мы продержались в каземате, а когда стемнело, решили идти на прорыв. Впереди бежал старшина 2-й статьи Анатолий Азаренко - он был скошен автоматной очередью.
Дорогой Толя Азаренко. Он пришел к нам в пограншколу с Балтийского флота, воевал еще с белофинами и погиб как герой под Балаклавой.
Падали убитые и тяжелораненые моряки под разрывами немецких мин: погиб младший лейтенант Клинковский и много других, которых я не знал по фамилиям. Ведь мы были так молоды и называли друг друга по именам: Вася, Витя, Толя... И нет больше ни Васи, ни Вити, ни Толи...
Очередная мина разорвалась совсем близко: пал, настигнутый раскаленным осколком наш командир старший лейтенант Мирошниченко. Этой же миной ранило много курсантов..
Откуда-то появился армейский броневик, сходу выскочил на позиции противника и стал поливать засевших немцев пулеметным огнем. Но его быстро подбили и горящие танкисты выскочили из люка и бросились в нашу сторону. Но... пуля летит быстрее. А от зажигательных мин горели камни и железо...
Пробились к своим, к домику радиостанции ЭПРОНа. Ночью было светло как днем: в районе Кадыковки фашисты подожгли цистерну со спиртом, и вся Балаклава была освещена голубоватым пламенем. Вражеские самолеты при ярком свете прицельно бомбили Балаклаву...
Взрыв и падают ранеными Падалка, Счастливцев... Осколок попал мне в правый глаз...».
Вечером 14.11.41г. прямым попаданием немецкого снаряда была разбита трофейная пушка, расчет во главе со старшиной Полыгаловым погиб. Батальон, неся потери отступал к высоте 212.1.
Совместной атакой 154-й кавполк (бывший кавполк 42-й КД, переданный 40-й кавдивизии) и батальон НКВД попытались вернуть позиции, атакуя слева высоту 386.6, но безуспешно.
Из воспоминаний И.Горбунова: « Вечером 2-го дня (14.11.41г.) я доложил командиру роты главстаршине Титочко Макару Никитичу и командиру батальона Морозову обстановку. Они приказали мне отойти к высоте 212.1, и поступить в распоряжение командира 2-й роты л-та А.А.Мирошниченко, и попросили сообщить, что его рота будет называться третьей. Рота Титочко М.Н. будет первой, а второй будет бывшая 1-я рота». Взвод Горбунова занял левый фланг роты А.А.Мирошниченко, рядом с фортом на высоте 212.1, но к тому времени, уже и второй форт оказался в руках противника.
Обстоятельства захвата форта на высоте 212.1 оказались схожими с захватом высоты 386.6. На сей раз, нет необходимости прибегать к иностранным источникам. Из воспоминаний Розина: « Я не буду говорить подробности о всех наших сооружениях. Они были очень здорово укреплены. Взять их можно было не силой, а обманом, что и удалось противнику. Вот, что рассказывают некоторые жители: Высота 386,6 была взята противником без единого выстрела. Овладев высотой, противник под видом помощи 212-ой, переодетый в красноармейскую одежду, пришел на эту высоту (212.1). Часовой вызвал караульного. Последний прочитал направление и попросил пройти выяснить. Поравнявшись с часовым фашисты прикололи и часового, и караульного, так же сияли остальные посты. Остальные обезоружили бодрствующий наряд, а тех которые отдыхали в казарме, всех прикололи в постелях.
Часть резерва с высоты уходили в баню, они должны были ночевать в городе. Из всех солдат один оказался живой: он спал на животе и штык попал ему в мягкое место (бок) Услышав немецкую речь, он все понял, и не стал кричать. Как только немцы вышли из казармы, он зажал свою рану тряпкой и превозмогая боль, вышел из казармы. С горы он добрался до дороги, а там спрятался в водосточной трубе. Немцы за ночь укрепились, рассредоточили свои силы. На высоте было очень много боеприпасов, я уже говорил об этом, на рассвете немцы позвонили в Балаклаву начальнику, требуя чтобы Балаклавский гарнизон сдавался, так как сопротивление бесполезно. Некоторые автоматчики просочились в город, чтобы навести панику и поджечь бензохранилище.
Здесь были брошены остатки Балаклавского гарнизона. Но это результатов не дало. Ведь только один начальник знал, что на 212-ой высоте - немцы. А сколько их там? - 40 или 50 человек - это не было известно и, когда наши моряки бросились занимать 212-ую высоту, то немцы встретили их ураганным огнем. Все, это было в их распоряжении, их оружие, наши боеприпасы, все пошло в ход. Началась оборона Балаклавы. Много пало пограничников там, и моряков, имена которых неизвестны до сих пор».
На самом деле, противник смог овладеть только одной казармой форта, часть форта оставалась за советскими войсками. К сожалению, при поспешном отходе, противнику были оставлены склады с аммоналом в складах рудоуправления, кроме того, в фортах были захвачены оружейные комнаты, в которых находилось около 90 винтовок и большое количество боезапаса.
Дальше завязалась позиционная борьба. Из штаба сектора в батальон были переданы две винтовки с оптическим прицелом, а 16-го ноября были доставлены два ротных 50-мм миномета и 30 ящиков мин.
Противник за это время просочился в город, и предпринял диверсионные действия: произвел несколько взрывов и поджег баки с горючим. Все это время бойцы батальона МПО НКВД сдерживали продвижение противника, лежа на скатах высоты 212.1. Бойцы батальона не имели возможности окопаться в связи с тем, что грунт представлял почти сплошную скалу. Чтобы избежать обморожения, они обычно подкладывали под шинель 2-3 одеяла. Противник несколько раз пытался начать наступление, но его продвижению мешала береговая батарея №19, регулярно открывавшая огонь по высоте 386.6, где накапливался противник.
16-го ноября бойцы батальона начали пристрелку минометов по вражеским позициям. Противник открыл 17.11.41г. разрывом мины был смертельно ранен л-т А.А.Мирошниченко. В командование ротой вступил главстаршина Горбунов.
Из воспоминаний Горбунова: «…19 ноября, где-то около 17 часов, я узнал, что наш батальон является 1-м батальоном 383-го полка 2-й дивизии. Командиром полка является подполковник Ерофеев, а командиром дивизии полковник Новиков. Произошло это так: меня во второй половине дня, а точнее в 17 часов вызвали в штаб полка. Я возмутился, кто такой командир полка, никаких полков на нашем участке нет, оборону держит наш батальон, но решил идти. Взял с собой двух человек толковых, хорошо вооруженных матросов. Внизу действительно ждал подполковник (три шпалы на петлицах), рядом с ним капитан-лейтенант в морской форме с планшеткой.
Он попросил доложить количество личного состава в роте. На что я спросил, кто он, почему он здесь находится. Со мной стояли с винтовками наперевес матросы, и вид у них был грозный. Но подполковник довольно тактично и спокойно объяснил всю ситуацию, что он является вновь назначенным командиром 383-го полка, и что батальон является его первым батальоном, два пехотных батальона с приданными средствами находится на подходе, и он обходит участок, знакомится с командирами рот».
19-го ноября 1941г. батальон был сменен на позициях 2-м батальоном сводного полка НКВД. После суток отдыха, пополнения и санобработки, батальон был выдвинут на другой участок обороны. Журнал боевых действий указывает его как «северо-восточные скаты высоты 212.1». Горбунов пишет, что к моменту выхода его батальона на позиции, советских войск в это районе не было, есть даже слова « Мне до сих пор не понятно, как в первые дни немцы не вошли в Балаклаву…»
2-й батальон был отведен в тыл и располагался: узел дорог, что 1км севернее выс. 244.1 (высота Горная) левый фланг юго-западные скаты высоты 241.5 (Сапун-гора).
3-й батальон Советская (Стрелецкая) бухта, - хутор Пышнова, и, далее по линии тылового рубежа.
Интересно и то, что наиболее измотанный и понесший в боях потери батальон вновь выводят на передовую. Интересно и то, что по сравнению с приказом от 9.11.41г. 2-й и 3-й батальоны поменялись местами, т.к. 2-м назван батальон школы БО и ПВО. Пополнение батальонов личным составом было выполнено в основном, за счет личного состава бывшего 120 дивизиона береговой обороны (БС-121 и 126). Роту пополнения, составленную из артиллеристов дивизиона, возглавил ст. л-т Иванов А.И.
Уже 21.11.41г. батальон получает задачу на атаку отдельно стоящих на скате высоты домиков, совхоза. Батальон задачу выполняет, но затем попадает под обстрел немцев. Потери батальона 23 человека, немецкие потери намного выше, т.к. противник был застигнут врасплох. (Немцы в своих документах дают 37 человек). В этой атаке был ранен командир роты Горбунов, его в командовании ротой сменил старшина 2-й статьи Ворсуль. Интересная ситуация,… ротой из 200 человек командует старшина 2-й статьи, батальоном из 600 человек старший лейтенант… И это все при наличии избытка офицеров, как в Приморской армии, так и в ЧФ.

Глава 3 Составляющая вторая: 1330-й полк
16.11.41г. в документах сектора упомянут батальон 1331-го полка. Указано, что он занимает позиции « от высоты 114.1 до берега моря». Высота 114.1 -это высота над Кадыковкой. Т.е. батальон находился во второй линии, далеко от места основных событий. Там же, в журнале боевых действий за 16.11.41г. упоминается 1330-й полк. Указано, что он вместе со 154-м кавполком находится на северо-восточных скатах высоты 212.1.
Командный пункт дивизии указан в районе хутора Пышнова (отм. 98.6), наблюдательный в районе ветряка ЦАГИ (отм 133.7). Что это за полки и батальоны?
Прибывшая в Севастополь из Одессы 421-я дивизия выдвигалась в Крым одной из последних. Дивизия была создана в Одессе, на базе «группы комбрига Монахова», имела в своем составе два полка, но оба они были приданными.
Рассмотрим ее состав:
1330-й полк (он же 1-й морской) командир полковник Я.И.Осипов
1331-й полк (он же 26-й стрелковый полк НКВД) командир подполковник Маловский
54-й стрелковый полк (из 25-й дивизии, находился в составе 421-й до 26.09.41г.)
1327-й полк (находился на начальной стадии формирования, формировался на базе 47-го мотопонтонного батальона)
983-й артполк (по факту, так и не поступил в дивизию)
134-й гаубичный артполк (из 95-й дивизии)
688-й саперный батальон (он же 247-й корпусной саперный батальон 35-го корпуса)
1330-й полк был сформирован из моряков Одесской военно-морской базы. В ходе одесских боев в него влили и второй морской полк, также сформированный из моряков ОВМБ, расчеты береговых батарей ОВМБ.
1331-й полк до 11.09.41г. именовался 26-м полком НКВД (командир полковник Маловский). В него входили пограничники двух одесских погранотрядов, Одесской погранкомендатуры, курсанты Одесской школы милиции, ряда других подразделений. Командирами батальонов этого полка, в Одессе, числятся капитан К.С.Шейкин, капитан Г.А.Рубцов.
По возвращению в Крым, дивизия слегка «похудела», из нее был исключен ненадежный контингент, моряки забрали часть своих бойцов и командиров, пограничники -своих. Из-за этого дивизия и задержалась с выходом, и имела в своем составе всего два полка неполного состава: 1330-й и 1331-й.
Именно на ее долю пришлись самые тяжелые арьергардные бои. В ходе боев в Крыму, командир полка Я. Осипов погиб.
1330-й полк прикрывал отход Приморской армии по дороге Симферополь-Ялта, и дважды попал в окружение: сначала в районе д.Шумхай (совр. Доброе), затем в районе Алушты. В результате боев полк смог прорваться в Севастополь. Его пополнили за счет саперного батальона дивизии (бывший 247-й корпусной саперный батальон), сформировав двухбатальонный полк.
1331-й полк прикрывал отступление через Саблы (Партизанское), и понес потери. Его остатки были сведены в один батальон.
17.11.41г., было принято решение о создании трехбатальонного 1330-го полка (командир -полковник А.Т.Макиенок., военком ст. политрук Иваненко. 1-м батальоном полка стал бывший 1331-й полк (командир л-т ПоляковВасилий Дмитриевич, затем ст. л-т Борисенко).
18.11.41г. 1330-й полк 2-м (командир л-т Говорунов Георгий Михайлович) и 3-м (командир капитан Туркин Иван Васильевич) батальонами занял позиции в районе совхоза «Благодать». 1-й батальон остался на прежних позициях в районе отм 114.1.
20.11.41г. Боевым приказом №005 частям 1-го сектора ставилась задача:
1. части 1-го сектора с переходом в атаку ударной группы 2-го сектора в район высоты 386.6 -21.ноября перейти в наступление в направлении высот и овладеть высотами 212.1.и бывш. стар. укрепления».
В течение дня оба батальона 1330-го полка совместно с еще одним полком 40-й кавдивизии (149-м) попытались сбить противника с высот 212.1 и 386.6, но неудачно.
В 20 ч 45 мин 1-й батальон 1330-го стрелкового полка, под командованием лейтенанта В. Д. Полякова, подтянутый из района выс. 114.1, и под­разделения 149-го спешенного кавалерийского полка под командованием подполковника Л. Г. Калужского попытались выбить противника с высоты 212.1 По некоторым данным, высота была взята[7] по другим нет.
Результаты атаки в разных источниках указаны по-разному. Г.И.Ванеев утверждает, что высота была захвачена, однако в воспоминаниях ветеранов этот факт не отмечен. Ответ на вопрос, была ли взята высота 212.1 или нет, нашелся не в документах 1330-го полка, а в воспоминаниях ветеранов сводного полка НКВД. Из воспоминаний Розина (разведрота):
«Ротные разведчики, сидевшие в передовых окопах, рано утром захватили с флангов высоту и потеснили немцев. Наша рота разведки только получила завтрак, как вбежал связной, и сказал командиру, что высота с флангов занята нашими войсками, что нужно срочно поддержать атаку. Мы должны были подняться на высоту со стороны клуба ЭПРОН, прямо в лоб немцам, что нам и удалось сделать. Поднявшись на высоту без единого выстрела. В траншее, глубиной около 4 метров и шириной 3 метра стояла группа солдат в наших шинелях. Корейченко посчитал их за своих, как информировал связной, и меня Корейченко послал вперед, к этой группе, сказать, что по своим не стрелять и послал связного, сказать, что высота наша.
Один из моих бойцов спрыгнул в траншею и хотел бежать к этой группе, но те по нему открыли огонь и его тяжело ранило. Расстояние между нами было метров 400, и Корейченко этого не видел. Я понял, что перед нами враг и начал убегать, когда я уже сбегал вниз я услышал немецкую речь. Пока я бежал, к Корейченко прибежал незнакомый связной, с приказом спускаться вниз. Корейченко махнул нашим рукой, мол, уходите. Командир поверил связному, прибежавшему не со стороны штаба, а со стороны противника. Когда я добежал до него, и сказал, что перед нами немцы, многие уже спустились. Мы попытались вернуться, но противник по нас открыл огонь…». Немного сумбурно, но, в общем, понятно. Атака, к сожалению, окончилась неудачей. Разведрота не смогла «дожать» ситуацию из-за хитрости противника.
К вечеру 18.11.41г. уже весь 1330-й полк был стянут в 1-й сектор. За счет этого, батальон школы БО и ПВО, химическая и дегазационная роты были отведены для пополнения и переформирования.
Таким образом, к вечеру 18.11.41г. линия фронта 1-го сектора выглядела так: 1330-й полк (3 батальона) «Благодать»- отм. 212.1 (вкл.). Батальон МПО НКВД отм. 212.1 (искл)-башня.

Глава 4 Составляющая третья: Сводный полк НКВД.
Боевым распоряжением командующего Приморской армии №075 от 18.11.41г. в состав 1-го сектора был включен сводный полк НКВД (командир-капитан Шейкин К.С.).
Формально, история полка начинается 8.11.41г., когда приказом начальника погранвойск Черноморского округа комбрига Киселева, на базе остатков 184-й стрелковой дивизии НКВД было приказано сформировать полк. Из воспоминаний бывшего командира 184-й стрелковой дивизии НКВД Абрамова: « 17 августа 1941 г. Военным советом 51-й Отдельной армии, на кото­рую командование возложило оборону Крыма, было принято решение: «На базе погранвойск Крыма сформировать 4-ю стрелковую дивизию, которой ставится задача наблюдать за морем и препятствовать высадке морского десанта противника на южном берегу Крыма от мыса Айя до Судака включительно».
Управление погранвойск округа было переименовано в управление 4-й стрелковой дивизии и на должности назначены: командиром дивизии — начальник войск округа комбриг Киселев, военкомом дивизии — полковой комиссар Родионов, начальником штаба — полковник Абрамов и военкомом штаба — батальонный комиссар Кальченко.
Спешно формировались полки: 3-й стрелковый — на базе 23-й отдельной погранкомендатуры, командир полка — майор Рубцов, военком — ст. политрук Тилинин, начальник штаба — капитан Кочетков. Полк получал участок от мыса Айя до исключительно Аюдаг, штаб полка — Алупка.
6-й стрелковый полк — на базе 24-й погранкомендатуры, командир полка — майор Мартыненок, военком — полковой комиссар Ермаков, начальник штаба — капитан Кашин; полк получал участок Аюдаг, исключительно Новый Свет; штаб полка — Алушта.
9-й стрелковый полк — на базе 25-й погранкомендатуры, командир полка — майор Панарин, военком — ст. политрук Молоснов, начальник штаба — капитан Лебеденко; полк получал участок Новый Свет, Судак; штаб полка — Судак.
Командирами батальонов и рот назначались в основном офицеры-пограничники. Пополнение переменным составом дивизия получала от военкоматов из числа выписанных из госпиталей, а главным образом призванных по мобилизации местных уроженцев...
В октябре 4-я стрелковая дивизия была переименована в 184-ю стрелковую дивизию погранвойск, а полки в 262-й (3-й стрелковый полк), 294-й (6-й стрелковый полк) и 297-й (9-й стрелковый полк).
Утром 28 октября меня вызвал начальник штаба армии генерал-майор Иванов и сообщил, что противнику удалось прорваться через Перекоп, что его передовые части вышли на р. Чатырлак. В этих условиях не сегодня-завтра возможно выдвижение на север нашей дивизии, почему сегодня же надо собрать полки.
Быстро оценив обстановку, я доложил генералу Иванову свои соображения, сводившиеся к следующему. С прорывом немцев на Перекопе началась маневренная война, в которой они, обладающие танками и машинами, имеют перевес. От Перекопа вплоть до гор нет рубежей, на которых нам можно было бы задержаться. Наша 184-я стрелковая дивизия хорошо укрепилась в горах и прочно закрыла основные дороги к морю на Судак, Алушту и Ялту. Учитывая все это, а равно и слабую маневренность дивизии из-за большого некомплекта транспорта, будет правильней оставить ее на месте, усилив тремя полками артиллерии за счет отступающих войск. Тогда враг у гор будет задержан и к морю мы его не про­пустим. Генерал Иванов внимательно выслушал, обещал это доложить командующему, но подтвердил свое распоряжение о сборе полков...
Правда, поведение самого командира дивизии, другие офицеры, описывают совсем не так.
Из воспоминаний М.Хомутецкого: « После того, как противник занял перевалы, и вышел к южному берегу Крыма, дивизия оказалась в окружении. Командир дивизии полковник Абрамов в этой ситуации проявил малодушие и струсил. Он приказал: «Срывайте петлицы, и спасайтесь, кто как может!».
Из воспоминаний К.С.Шейкина: « В приказе перечислялись назначения на должности -командиром полка я, моим заместителем капитан Целовальников, военкомом старший политрук Смирнов, начштаба капитан Юрин, командиры батальонов капитаны Ружников и Панченко» [8].
Первоначально, полк был сформирован из пограничников Севастопольской погранкомендатуры и некоторых подразделений 292 полка (командир Г.А.Рубцов) 184-й стрелковой дивизии, позиции которого ближе всего располагались к Севастополю. Сам майор Рубцов, при подходе немцев, оказался отрезанным с частью личного состава в районе Ласпи. Новой Ялтинской дороги не существовало, и урочище Ласпи было настоящим «медвежьим углом», выхода из которого не было.
Капитан Панченко командовал погранзаставой, расположенной в районе Ай-Петри. Из воспоминаний ветерана 184-й СД М.Е.Пиастро[9]: «На самой вершине Ай-Петри расположилась застава капитана пограничных войск Панченко Александра Яковлевича. Пограничники выполняли задачу не пропустить фашистов через Ай-Петри в Ялту, и дать этим возможность отойти нашим войскам на Севастополь. Было это 4-9 ноября 1941г….
Застава на Ай-Петри, поистине героическая застава, от нее разбегается множество тропинок на каньоны Крыма, на ущелья, на Коккозы, Бахчисарай, что в руках фашистских захватчиков, и обратная дорога на Ялту и Севастополь. Обороняется застава человек 180-200 пограничников …
За окном дождь буквально проливной, вдруг стук: входит солдат, совсем мокрый, и докладывает, что привели двух пленных немцев и старика -татарина… И вот все трое предстали перед нами. Пограничник был украинцем, и на чистом украинском языке нам докладывает, что татарин показывал тропу немцам, которая упиралась как раз в наш секрет, а мы никак не ожидали прихода немцев с этой стороны. Я спрашиваю на татарском языке: «Дедушка, зачем ты дорогу показал, они же наши враги, фашисты?» На что мне татарин ответил: «Они мои гости, и им ведь надо было показать дорогу на Ялту…». Старик был из деревни Коккозы, звали его Сатар Мевлет-оглы, он сказал, что в деревне много немецких войск, и скоро они будут здесь. …
Немцев и татарина вывели, и стали по одному заводить на допрос. Капитан Панченко достал бутылку водки, хлеба, нарезал сала и предложил немцу, который дрожал, то ли от холода, то ли от страха: «тринкен». Тот удивился, но выпил. На вопросы отвечал не задумываясь, рассказал, какой он части, показал, что и где находится. Второй немец рассказал все то же самое, и похвалил старика, мол, хорошо знает дорогу.
Нужно было принять срочные меры, и мы отрядили несколько пограничников, чтобы уничтожить группу немцев из 8 человек, к которой относились эти двое. Не прошло и часа, когда вернулись наши пограничники, нагруженные продовольствием и припасами. Они без единого выстрела уничтожили врага. Сержант Костюков пояснил, что нападение было внезапным, и у немцев никто и понять ничего не смог.
Ночью 6 ноября противник предпринят натиск на заставу, но получил должный отпор. Но получив подкрепление, они вновь возобновили атаку. Атака, предпринятая на главном шоссе Коккозы-Ай-Петри, перешла на другие участки …
Утром нужно было ехать обратно, в Ялту, и дальше в Байдары. В Байдары мы приехали благополучно, поставив свои машины у табачных сараев. Части здесь не задерживались, а следовали к Севастополю. Из наших пограничников, в основном из 23-го и 26-го погранотрядов были сформированы заслоны….
У Байдарских ворот дежурили моряки, и у ворот была заложена торпедная мина, чтобы взорвав ее остановить врага, закрыв ему дорогу. Она была взорвана, но враг потом прошел через Скелю …
Собирали нас в Херсонесских казармах, распределяли прибывших по подразделениям, назначали командиров. Распоряжался всем Константин Шейкин -капитан пограничник с Одессы.»
Я знаю (партизаны рассказали потом), что фашисты, захватив Ялту, направили 8 ноября на Ай-Петри мотоциклетную группу, и застава оказалась в кольце окружения. Фашисты подбрасывали подкрепления и со стороны Ялты и со стороны Коккоз. Застава была в огне окружения со всех сторон, так продолжалось два дня.
10 ноября капитан Панченко с небольшой группой вышел в Севастополь. Его сразу назначили командиром батальона, потом перевели в штаб, командиром 5-й части».
Подробности боя у Ай-Петри описаны в воспоминаниях бывшего сержанта Машкетова, который участвовал в этом бою.
У Байдарских ворот, в районе табачных сараев, занимала позиции застава лейтенанта А.С.Терлецкого: 25 бойцов и один пулемет. Застава вела бой 8-9 ноября 1941г., задержав противника на 25 часов. В живых осталось всего трое.
По состоянию на 10.11.41г. в составе полка были всего два батальона по 600 человек, но выход бойцов 184-й дивизии продолжался. Бойцы стрелковой дивизии НКВД оказались намного более подготовленными, чем остальные части. Они привыкли действовать самостоятельно, используя все возможности для того, чтобы прорваться к Севастополю.
Группа, в которой был командир дивизии Абрамов, вышла 16 ноября 1941г. в районе Чоргуня. Из воспоминаний Абрамова:
Майор Рубцов попал в Севастополь 15 ноября на лодке. Оценив неверно обстановку под Севастополем, он решил двинуться горами и лесом к Байдарским воротам, откуда вдоль кромки берега пробираться в Севастополь. В бухте Ласпий отряд обнаружили немцы по вине группы бойцов отряда, которая пошла разведать домик, что стоял на берегу моря. Хозяева домика встретили бойцов радушно и стали угощать. В это время к домику подкатила грузовая машина немцев с пятью автоматчиками, приехавшими за вином. Наши разведчики выскочили с криком: «Руки вверх!» Немцы растерялись, бросили оружие и подняли руки. Видя это, шофер-немец быстро выскочил из кабины, бросился в кусты и скрылся. Через час отряд немцев до двух рот оцепил бухту и стал ее прочесывать, ведя огонь из автоматов и минометов. Военком полка Тилинин стал перебегать влево и на полянке за кустом увидал немецкого офицера, который от неожиданности растерялся. Тилинин выстрелил и убил офицера. Немцы, видя это, растерялись, а наши бросились на них и заставили отступить.
Батальонный комиссар Зубовников поскользнулся и сорвался в море. Его с трудом вытащили из воды. До вечера немцы не появлялись. Майор Рубцов и еще несколько человек на старой лодке, взятой у сторожа, ночью поплыли в Балаклаву и в Севастополь, куда добрались только к утру. Были посланы катера, которые подобрали только отдельных бойцов. Последние рассказали, что немцы второй раз прочесывали бухту. Отряд снова вступил в неравный бой. Многие были убиты, остальные прорвались обратно в горы. В последующие дни они группами и одиночками прорывались в город.
Отряд минометчиков майора Изугенова продвигался вслед за нами, 20 ноября вышел в Севастополь, принеся с собой оружие. В пути имел стычки с врагом и понес потери.
Майор Мартыненок с группой в несколько человек явился в город 24 ноября. По его докладу полк вечером 4 ноября отходил к морю, где взаимодействовал с генерал-майором Аверкиным. Пытались пробиться через Алушту на Ялту. Сюда же двигался 2-й стрелковый батальон 297-го стрелкового полка под командованием ст. лейтенанта Борисова. Сводный отряд дважды 4 и 5 ноября выбивал немцев из Алушты, при одном из налетов был разгромлен немецкий штаб, в котором было уничтожено одиннадцать офицеров. Сильной атакой немцев отряд был выбит из Алушты, понеся большие потери. Здесь были убиты два командира батальона 297-го стрелкового полка и много бойцов. Отряд отступил в горы, где группами пробивался в сторону Севастополя. Командир 297-го стрелкового полка майор Панарин остался у партизан...
До 24 ноября в Севастополь прибыло из состава 184-й стрелковой дивизии 959 чел., в основном пограничников. Все они прибыли с оружием и твердым желанием продолжать борьбу с врагом, обложившим Севастополь».
В составе полка были не только пограничники. В состав 2-го батальона (4, 5, 6 роты) который был сформирован в первую очередь, вошли Симферопольская конвойная рота НКВД и подразделения 54-го охранного железнодорожного полка НКВД (штаб полка ранее находился в Днепропетровске). Из воспоминаний Скоробова « …на рассвете получили приказ сосредоточиться в районе гарнизона тоннели «Белое», потом в районе Херсонес. Здесь наша рота 54-го полка вошла в состав отдельного гарнизона, занявшего оборону в районе Шули. Через два дня нас направили в Балаклаву, занимать позиции. Меня назначили командиром второго взвода 5-й роты 2-го батальона 456-го полка»
В связи с тем, что после сформирования двух батальонов, продолжался выход бойцов через линию фронта, было начало формирование третьего батальона, в то время, как первые два уже были выдвинуты на передовую.
В ночь с 19.11.41г. на 20.11.41г. 2-й батальон сводного полка НКВД (командир капитан Ружников) сменил остатки батальона МПО НКВД на участке от Генуэзской башни до отм. 212.1(искл.). Но еще раньше, 18.11.41г. в Балаклаву прибыла разведрота полка (около 50 человек).
Из воспоминаний Розина: «В ноябре, мы, вооружившись автоматами и гранатами, на машинах выехали из Севастополя в Балаклаву. Въезжая в Балаклаву мы увидели горящие дома, особенно горели баки с горючим. Местами еще пела перестрелка. В этот круговорот и попала наша разведка. Мы начали вышибать немцев из крайних домов, занимать оборону и наводить свой порядок. Ночью к нам пришло подкрепление: батальон солдат, которые начали занимать высоту 212-ю. Мы расположились в подвале клуба ЭПРОНа…».
Батальон МПО НКВД (командир ст. л-т Морозов) был отведен в д. Карань (Флотское), и был пополнен. После пополнения, по состоянию на 21.11.41г. в его составе уже числится три роты по 200 человек (командиры главстаршина Титочко, главстаршина Горбунов, командир третьей не установлен). Пополнение велось за счет прибывших из Севастополя краснофлотцев.
Батальон школы БО и ПВО был так же пополнен до 3 рот по 200 человек в каждой. Пополнение шло за счет личного состава роты МПВО и призывников, прибывших из Крыма, вышедших в колоннах л-та Хомутецкого и ст. л-та Зайцева.
Батальон запасного артполка потерь не понес, и в пополнении не нуждался.
Из воспоминаний К.С.Шейкина: « В 3-й декаде ноября фронт перешли группы из состава 184-й дивизии, под командованием самого командира дивизии Абрамова, майора Серебрякова, батальонного комиссара Зубовника, майора Рубцова, Изугвенева, капитана Федосова, капитана Кекало и многих других. Они были измождены переходом голодом и бессонницей, и были помещены под надзор врачей. По выздоровлению, часть из них выразили желание выехать на большую землю, но многие, в их числе Рубцов, Кекало, Сокирчук, Федосов, и другие отказались, оставшись в сводном пограничном полку. Бывший командир дивизии Абрамов предпочел эвакуироваться».
В составе сводного полка произошли кадровые изменения. Начиная с 22.11.41г. командиром полка был назначен майор Г.А.Рубцов, а К.С.Шейкин стал его заместителем. Нач. штаба полка был назначен капитан Бобров (бывший командир батальона связи 184-й СД), затем майор Юрин, командирами батальонов стали: 1-й батальон капитан Панченко (которого вскоре сменил капитан Кекало), 2-й батальон капитан Ружников, 3-й батальон (находился в стадии формирования) капитан Целовальников. Батальоны имели трехротный состав, по 200- 250 человек в роте. Командиром разведроты полка (в составе роты 52 человека) был назначен ст. л-т Корейченко.

Глава 5 Рождение дивизии
Дивизия была сформирована приказом по ПА №00011 от 23.11.41г.. В Севастополе очень часто встречается ситуация, когда штаб дивизии, по сути, является штабом сектора, а ему в подчинение (прямое или оперативное) передаются те или иные части. В данном случае, был сначала создан сектор, потом, на его базе дивизия. О трех стрелковых полках, вошедших в нее, мы писали раньше, в качестве артиллерийского полка, дивизии передали остатки 51-го артполка. ранее, этот полк имел армейское подчинение (51-я армия), но после выхода к Севастополю, его передали сначала в 1-й сектор, а затем сделали дивизионным артполком. Нужно сказать, что «артполк», хоть и имел дальнобойные пушки армейского калибра (152мм), но вышел к Севастополю в составе всего двух батарей (8 орудий).
Командный состав дивизии был следующим:
Управление дивизии:
комначсостав 65 человек, мл. комсостав 18 человек, рядовой состав 70 человек. Легковых машин 2, грузовых 4, винтовок и карабинов 50 шт., ручных пулеметов 1 шт., ППД-5шт.
Командир дивизии: генерал-майор Петр Георгиевич Новиков
Военком: полковой комиссар Хацкевич Арон (Аркадий) Давидович.
Начальник политотдела дивизии полковой комиссар Панько А.С.
Начальник штаба: подполковник Степан Андреевич Комарницкий
Военком штаба батальонный комиссар Юсуфов Г.Р.
1-е отделение штаба (оперативное) -майор Конденко М.И.
2-е отделение штаба (разведка)- майор Малигон Михаил Александрович
3-е отделение штаба (связь) - майор Гогель Юрий Константинович
4-е отделение штаба (строевое) -интендант 3-ранга Фесан Ф.И.
5-е отделение штаба (тыл)-майор Панченко А.Я.
6-е отделение штаба (шифровальное) - ст. политрук Танкевич
Начарт дивизии - полковник Шатилов Г.К.
Начинж дивизии - подполковник Молоткин Я.С.
Начальник санитарной службы военврач 1 ранга Левичев
Начальник ветеринарной службы военврач 2 ранга Левитский
Прокуратура: военюрист 2 ранга Лавренович
Трибунал: председатель Веремчук
Особый отдел дивизии - л-т госбезопасности Пиванов С.Н.
В состав дивизии входили:

Сводный полк НКВД (два батальона, третий на формировании)
Командир полка: майор Рубцов Герасим Архипович
Заместитель командира полка майор Шейкин Константин Савельевич
Военком: ст. политрук Смирнов Анатолий Петрович (Черноморский погранокруг)
Начальник штаба полка майор Бобров
ПНШ-1 майор Юрин Иван Семенович
1-й батальон -командир капитан Кекало Иван Иосифович
2-й батальон -командир капитан Ружников Николай Александрович
3-й батальон -в стадии формирования, командир капитан Целовальников Иван Николаевич
разведрота -капитан Корейченко
Общая численность полка 1345 человек, две 45мм пушки, 17 минометов, 987 винтовок и карабинов, 9 станковых и 14 ручных пулеметов 3 полевые кухни, 2 радиостанции.

383-й полк
командир полка подполковник Ерофеев Павел Дмитриевич (везде по документам проходит как Павел Михайлович)
Военком полка: батальонный комиссар Василий Васильевич Прохоров
1-й батальон -командир капитан Морозов И.Г.
2-й батальон -командир капитан, Ведмедь Сергей Акимович
3-й батальон - командир капитан Кудрявцев П.С.
Общая численность полка 1211 человек вооружение 912 винтовок и карабинов 5 станковых 12 ручных пулеметов, 2 миномета.

1330-й полк
командир - подполковник Артем Тихонович Макиенок
военком: батальонный комиссар Иваненко Михаил Тихонович
Начальник штаба: майор Григорий Васильевич Перерва
1-й батальон -командир ст. л-т Борисенко
2-й батальон - капитан Говорунов Георгий Михайлович
3-й батальон в стадии формирования.
1314 человек, все со стрелковым оружием, две 76мм пушки, две 45мм пушки, 19 минометов.

51-й артполк двухдивизионного состава
В каждом дивизионе две батареи по два орудия (пушки -гаубицы МЛ-20, всего 8 шт.)
командир - полковник Бабушкин
Н.Ш. - майор А.В.Жестков
Военком: ст. политрук Баранов Иван Григорьевич
Командир 1-го дивизиона капитан Н.К.Коновалов
Командир 1-й батареи л-т Зайцев Г.И.
Командир 2-й батареи л-т Удод И.А.
Командир 2-го дивизиона ст. л-т Одинцов И.Д.
Командир 1-й батареи л-т Демин А.И
Командир 2-й батареи л-т Попов А.М.

Заградительный батальон
Создан в ноябре 1941г, расформирован в марте 1942г. В составе батальона 2 роты.
Командир: ст. л-т Зюбрый Петр Суихаилович
Военком: Жалов Давид Иосифович

Медсанбат
Командир: военврач 2 ранга Шкаровский
Военком политрук Искра Пантелеймон Степанович

Отдельная авторота подвоза

Части дивизии, созданные после 1-го штурма:

Отдельный минометный дивизион
Командир дивизиона: капитан Гребенщиков Яков Иванович
Военком: политрук Колодкин Алексей Яковлевич
Сформирован в декабре 1941г.

Отдельная саперная рота
Создан в декабре 1941г.
Командир: капитан Грушко
Военком: мл. политрук Братов

Отдельный батальон связи
Создан в декабре 1941г.
Командир: майор Н.З.Золотаревский
Cвидетельство о публикации 432807 © Odissey 12.08.13 20:06
Число просмотров: 4088
Средняя оценка: 10.00 (всего голосов: 13)
Выставить оценку произведению:
Считаете ли вы это произведение произведением дня? Да, считаю:
Купили бы вы такую книгу? Да, купил бы:

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):
Если Вам понравилась цитата из произведения,
Вы можете предложить ее в номинацию "Лучшая цитата дня":

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):

litsovet.ru © 2003-2018
Место для Вашего баннера  info@litsovet.ru
По общим вопросам пишите: info@litsovet.ru
По техническим вопросам пишите: tech@litsovet.ru
Администратор сайта:
Александр Кайданов
Яндекс 		цитирования   Артсовет ©
Сейчас посетителей
на сайте: 324
Из них Авторов: 11
Из них В чате: 0