• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
- Всем стоять, не двигаться, оружие на землю, руки за голову, ноги на ширине плеч, повернуться к лесу задом, ко мне передом, стрелять буду! - Я умудрился выпалить всю эту тираду на одном дыхании. Зря старался, конечно, всё равно никто из присутствующих шутку не понял, – что поделать, разница менталитетов. Никто не сподобился даже на глупые вопросы по поводу того, как можно одновременно не двигаться и проследовать остальным указаниям или буду ли я стрелять, если они не повернутся. Но внимание к себе я всё же привлёк – впрочем, для этого можно было орать что угодно, хоть пропеть «Марсельезу» на французском.

За гранью добра и зла. Глава 8. Внезапное наследство

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
Глава 7

Глава 8. Внезапное наследство

 

1

 

Услышав отчаянное ржание коней, крики ярости и боли, а также лязг стали, я подумывал направить Гекса в другую сторону. Кто бы с кем там ни сражался, это точно была не моя битва. Есть такой очень разумный принцип: «Меня не касается». А я не какой-нибудь рыцарь без страха и упрёка, чтобы бросаться на защиту слабых и убогих – от них всё равно в благодарность ничего ценного не получишь, иначе они могли бы себе позволить нанять приличную охрану, – а сильным помощь не нужна, так что благодарить и вовсе не станут, как и делиться награбленной добычей.

Но обстоятельства попросту не оставили мне выбора. Не зная местности, я подъехал слишком близко к дороге, где и происходила схватка. А нападающие выставили дозоры, чтобы вовремя заметить возможное подкрепление противникам или устранить случайных свидетелей. Меня почему-то отнесли к числу последних, хотя я ещё даже увидеть ничего не успел.

С деревьев спрыгнули два гориллообразных существа, заросшие шерстью и с дубинами в непомерно длинных руках. Эти недовымершие питекантропы приземлились чуть ли не перед самым носом у Гекса. Ящера ничуть не смутило то, что эти существа способны пользоваться орудиями, а значит разумны, как и то, что, возможно, они принадлежат к вымирающему виду – он однозначно определил свалившиеся перед ним четырёхлапые куски мяса в категорию корма.

Вообще-то, Гекс не является плотоядным, он всеяден и способен переваривать любую органику. Но растительная пища менее калорийна, и на вегетарианской диете ящеру пришлось бы что-нибудь жевать практически непрерывно, поэтому я каждый вечер отпускал его поохотиться. Но прожорливая скотина соблюдением режима питания побрезговала – конечно, грех отказываться, когда еда сама чуть ли не в пасть падает.

Гекс вытянул шею и клацнул челюстью, пресекая эволюционное развитие представителя одного из видов человекообразных, откусив ему башку. Не будучи всё же хищником, ящер не стал атаковать второго противника, занявшись пожиранием уже добытого мяса. Пришлось мне самому приложить руку к истреблению редких видов, пока представитель этого редкого вида не истребил единственного и неповторимого меня. В тупой башке питекантропа появилось две лишних сквозных дырки – пробивная способность полученного от Сэвиджа стреломёта в некоторых случаях оказывалась даже чрезмерной, например, при охоте на кроликов он совершенно не годился, поскольку превращал добычу практически в фарш.

Пришлось ждать, пока Гекс дожуёт надкусанного питекантропа – попытки оторвать обжору от законной добычи были заведомо обречены на провал, если уж он дорвался, то кроме обеда ничего не воспринимал, хоть трава не расти. Ящер умудрился слопать даже дубину и сжевал заляпанную кровью траву – идеальное средство заметания следов, улик не оставляет. Но ко второму покойнику я его не подпустил, строго «пришпорив».

Управление ящером осуществлялось весьма любопытным способом. Надевать на него уздечку было делом бессмысленным – сжевал бы, – а понукать через толстый панцирь тоже проблематично. Поэтому в панцире были просверлены – уж не знаю чем – несколько отверстий, в которые вставлены металлические штыри. Они не были острыми и не причиняли животному боли – хотя, возможно, поначалу, во время дрессировки было иначе, – но под панцирем шкура ящера оставалась довольно чувствительной, и тычки он ощущал. Пара коротких штырей являлись подобиями педалей, а ещё четыре располагались по бокам «водительского сидения» наподобие рычагов. Управление этими рычагами-стрекалами не составляло особой сложности, если запомнить, для чего предназначен каждый. Но «угнать» Гекса никому бы не удалось – «заводить» его следовало определённой последовательностью тычков, а самозваного «водителя» ящер попросту сожрёт.

Я направил Гекса к месту сражения. Если окрестный лес кишит волосатыми дикарями, то лучше один раз устроить массовую резню, чтоб они запомнили – парня в чёрной шляпе, едущего на ящере, лучше обходить десятой дорогой. А если у них не хватит  соображения, чтобы это понять, и питекантропы вздумают мстить мне за гибель соплеменников – тогда у Гекса будет постоянный источник свежей мясной пищи. И в любом случае попытка покушения на мою персону не должна оставаться безнаказанной.

На дороге валялась перевёрнутая набок карета, запряжённая четвёркой лошадей, три из которых были мертвы, а последняя билась в постромках, тщетно пытаясь вырваться. У обочины валялись туши ещё двух убитых коней, принадлежавших, видимо, солдатам эскорта. Остальные, скорее всего, удрали.

Двое солдат ещё пытались отбиваться от наседающих противников, прижавшись спинами к карете. К моему удивлению, нападающие оказались вовсе не питекантропами – хотя и те присутствовали. Сперва я было принял их за драконов, но быстро заметил разницу. Помимо отсутствия крыльев и меньшего роста – среднего человеческого – у этих существ, в отличие от драконов, морды были не вытянутые, а плоские. Возможно, так могли бы выглядеть полукровки от союзов людей и драконов, если бы таковые существовали. От кого произошли и откуда взялись эти люди-ящерицы на самом деле, меня не слишком волновало.

Гораздо больше меня заинтересовали подвергшиеся нападению. Выглядели они как люди, но в их аутентичности человеческой расе у меня возникли сильные сомнения. На лицо все солдаты были похожи, как близнецы. Кроме того, они едва обращали внимание на получаемые раны – на моих глазах оборонявшихся у кареты минимум трижды всерьёз зацепили мечами, а они едва дёрнулись. Ещё один оказавшийся в поле моего зрения охранник упорно полз к своим, несмотря на то, что нижняя часть его тела была размозжена в фарш, а преследующий его питекантроп продолжал охаживать солдата дубиной по спине. Такая живучесть навевала определённые подозрения.

Меня пока никто не заметил, но элементом неожиданности я пользоваться не стал. И так справлюсь, зато может удастся что-то выяснить, а то трупы потом не допросишь.

- Всем стоять, не двигаться, оружие на землю, руки за голову, ноги на ширине плеч, повернуться к лесу задом, ко мне передом, стрелять буду!

Я умудрился выпалить всю эту тираду на одном дыхании. Зря старался, конечно, всё равно никто из присутствующих шутку не понял, – что поделать, разница менталитетов. Никто не сподобился даже на глупые вопросы по поводу того, как можно одновременно не двигаться и проследовать остальным указаниям или буду ли я стрелять, если они не повернутся. Но внимание к себе я всё же привлёк – впрочем, для этого можно было орать что угодно, хоть пропеть «Марсельезу» на французском.

Четверо ящериц, удостоив меня только мимолётных взглядов, вновь атаковали двоих солдат. Зато ещё двое оторвались от своего увлекательного занятия – они пытались добить толстяка в богатом наряде, пришпиленного копьём к дереву, но никак не желающего упокоиться с миром – и направились ко мне, помахивая своими странными мечами с раздвоенными лезвиями на длинных рукоятях. Питекантропы тоже не остались в стороне, трое с дубинами наперевес ринулись на меня, угрожающе рыча.

- А теперь вас будут убивать, – предупредил я.

Двух питекантропов я подстрелил на подходе, а третьим полакомился Гекс. Ящерицы не проявляли такой поспешности, и пока они приближались, я прикончил пару их соплеменников, атаковавших стражников. Те, видя, что противник утратил численный перевес, перешли в нападение.

Я спрыгнул со спины Гекса, предоставив ему возможность свободно жрать всех, кто по глупости подойдёт слишком близко, и двинулся на остановившихся в сомнениях ящериц.

- Эх, сколько я зарезал, сколько перерезал, сколько душ невинных загубил, – поведал я им, выписывая мечами в воздухе восьмёрки. – Пасть порву, рога поотшибаю, моргала выколю!

Ящерицы переглянулись и разом пронзительно свистнули. Тут же на дорогу из подлеска высыпало подкрепление – ещё полдюжины их собратьев и десяток питекантропов. Рано я в рукопашную пошёл, надо было ещё в стрельбе по мишеням поупражняться.

- Эх, сколько вас, где ж я всех хоронить-то буду, - демонстративно изобразил озадаченность я. – Гексу столько не съесть, разве что пять или шесть.

- Весельчак, – присвистнул один из рептилоидов.

Ну наконец-то заговорили, а то я уж думал, они на человеческом языке не шпрехают, и я зря тут соловьём разливаюсь.

- А теперь давайте обсудим условия капитуляции, – предложил я.

- Ты собираешься сдаваться? – удивился ящер.

- Я?! – ещё больше удивился и одновременно возмутился я. – Это вы сдавайтесь, на моей стороне явный перевес.

- Ты же один, а нас… – ящер задвигал безгубым ртом, пытаясь подсчитать соратников, но быстро забросил это безнадёжное дело: – … много.

- Ты знаешь, что означает слово перевес? – уточнил я. – Посмотри на эту тушу, - я указал на Гекса, - и прикинь, сколько она весит. Очень, очень много килограмм. А в фунтах это вовсе будет такое число, что у тебя мозги вскипят в попытках его осознать.

Этим ящерицам определённо не хватало больших лопухастых ушей, чтобы развешивать на них макаронные изделия. И чувства юмора им тоже не хватало, поскольку мою трепотню они приняли за чистую монету полновесного золота. Хотя, конечно, насчёт капитуляции я не шутил, перебить их мне вполне по силам.

- Сдавайтесь быстрее, считаю до десяти. Раз, – один из питекантропов рухнул подстреленный. – Два, – за гоминидом последовала рептилия. – Три…

- Ну-ка, хватит, – прозвучал повелительный окрик, и на дорогу выбрался предводитель нападающих. Он и стал следующей мишенью.

К моему удивлению, он не упал с парой дырок в брюхе, а отразил стрелки молотом.

Этот бородатый бугай-молотобоец принадлежал к совсем другому виду, нежели его подчинённые. От человека его отличал только бледно-зеленоватый отлив кожи с желтоватыми пятнами на морде и торчащие изо рта клыки. Я про себя окрестил его троглодитом.

- Командный состав прибыл! А ведь ожидали-то подмогу кавалерии, – усмехнулся я.

- Хватит пустозвонить, драконий выкормыш! – рыкнул троглодит.

Уточнять, с чего вдруг он связал меня с драконами, я не стал. Вполне очевидно указывающий на это полутонный факт кого-то дожёвывал у меня за спиной.

- Ладно, если настаиваешь, перейдём к делу, – пожал плечами я. – Готовы выслушать условия, на которых я приму вашу капитуляцию?

- Ты с ума сошёл! – возмутился молотобоец.

- Это вообще к делу не относится, – отмахнулся я.

В это время двое солдат успели покончить с нападавшими на них ящерицами и встали по бокам от меня.

- Как мне надоели эти герои из иных миров, – вздохнул бородатый нелюдь.

- А уж мне они как надоели, – поддержал его я. – Пусть только попадутся, уж я им устрою.

- Если ты не считаешь себя героем, то чего полез защищать кого попало? – нахмурился троглодит. – Давай договоримся.

- Так, а я тут битый час о чём толкую? – удивился я. – Вы сдаётесь, выплачиваете контрибуцию – пары мешков золота или драгоценных камней вполне хватит – и валите на все четыре стороны. Все довольны, все смеются, тут и сказке конец, а кто помер – сам дурак.

- Не пойдёт, – покачал головой он.

- Как хочешь, – пожал плечами я. – Тогда, рождённый ползать, проваливай со взлётной полосы, пока не затоптали.

Я двинулся в наступление. Солдаты зашагали рядом, прикрывая меня с фронтов. Троглодит что-то рыкнул и свистнул, отдавая приказ питекантропам и ящерицам. Тут и пошла потеха.

Шестнадцать против троих – это очень нечестное распределение сил. Чтобы у ящериц и питекантропов появился хоть малейший шанс, их должно было быть побольше хотя бы раз в пять, чем сейчас. И это не похвальба, а факт. Солдаты не были какими-нибудь мастерами меча, зато не чувствовали боли и не обращали внимания на раны. Я на всякий случай старался не подставляться. После столкновения с воительницей из Храма Луны и её волшебным мечом я убедился, что регенерация вовсе не делает меня неуязвимым. А поскольку «драконьи когти» постоянно оказывались в руках попадающихся мне на пути людей, один из них мог очутиться и в лапах ящерицы. Но эти опасения не оправдались.

Троглодит не спешил вступать в бой, спокойно наблюдая, как один за другим гибнут его воины. Мои клинки, перекованные Себеком, свободно разрубали толстые черепа питекантропов и отсекали лапы более вертких ящериц. Пару раз мне удалось и пальнуть из стреломёта.

Один из солдат всё же подставился – последний питекантроп сумел врезать ему дубиной по ноге, явно раздробив кость. Воин даже не охнул, но против физиологии не попрёшь, нога его не держала, и он припал на колено. Тут же подлетел троглодит и своим молотом разнёс раненому голову. Я сделал пробный выпад, проверяя его реакцию, но он отскочил и неожиданно швырнул своё оружие. Причём целил не в меня, а как оказалось, в последнего солдата. Бросок был настолько силён, что кувалда снесла парню голову и поразила его противника ящера. Ну если этот молот вдруг сейчас вернётся в руку владельца, оказавшись каким-нибудь Мьёльниром[1]

Я подождал с минуту, но ничего не произошло. Безоружный троглодит стоял напротив меня и ждал моих действий.

- Остаться должен только один! – провозгласил я. Не дождался реакции и добавил: – Так что проваливай отсюда, а я остаюсь.

Ну его, от греха подальше. Кто знает, на что он способен. Уж что своими ручищами кочергу бантиком завязать может, это наверняка. А вдруг у него ещё и шкура непробиваемая или ещё что, не зря же совершенно не беспокоится о возможном нападении, хотя и сам не атакует.

Он спокойно обошёл меня, подобрал свой молот и заткнул за пояс.

- Лучше не попадайся больше на моём пути, – предупредил он.

- Конечно, лучше – для тебя, – хмыкнул я. – А то опять всё тебе испорчу. Кто ты хоть вообще такой будешь, и что писать на твоей могиле, если всё же пересечёмся снова?

- Меня зовут Фодж[2], – сообщил троглодит, похлопав ладонью по молоту.

Ну да, конечно, он такой же кузнец, как я герой-спаситель. Мог бы с тем же успехом прибавить в пару к молоту серп и назваться вождём мирового пролетариата, взяв себе девиз «Коси и забивай».

- Если решу подковать животное, – я кивнул на Гекса, – буду знать, к кому обратиться, – хмыкнул я.

Троглодит удостоил меня презрительного взгляда и скрылся в подлеске.

Я оглядел недавнее поле боя. Ну и зачем, спрашивается, я полез в чужие разборки? Спасаемые не уцелели, поголовье редких видов человекообразных идиотов сократилось, а я лично добился только того, что понапрасну вспотел, да ещё рубашку мне в бою располосовали.

Тут я заметил, что тела погибших солдат исчезли. Там, где они должны были лежать, растекалась по земле какая-то серая слизь. Кем же они были всё-таки? Не люди, это уж наверняка.

Я вспомнил про приколотого копьём к дереву толстяка. Как ни странно, он всё ещё оставался там, хотя признаков жизни не подавал. Но и в слизь не растёкся. Я подошёл и осмотрел его. Богатый наряд заляпан кровью подозрительно мало, только непосредственно вокруг ран, коих, впрочем, было множество. Но по идее тут всё кругом должно быть кровью залито. Была бы здесь Мирэ, воскресила бы его своей некромантией и заставила рассказать, что к чему…

Неожиданно мертвец слегка дёрнул рукой. Я на всякий случай поглядел по сторонам, высматривая, не появилась ли впрямь здесь Мирэ или на худой конец кто-нибудь из местных некромантов. Никого, конечно, не обнаружилось, просто мнение о смерти толстяка оказалось излишне поспешным. Хотя и вполне оправданным – с такими ранами не живут. Он открыл единственный уцелевший глаз и уставился мне в лицо.

- Говорить можешь? – осведомился я. – Кто ты и почему на вас напали?

Его взгляд медленно опустился ниже и остановился на татуировке, видневшейся через разрез на рубашке.

- Милорд, – прохрипел он, – примите ключ.

С трудом подняв руку, толстяк чуть ли не под нос мне сунул надетый у него на палец перстень. В центре кольца был вправлен какой-то чёрный камень – в виде расколотого пополам сердца.

Вот, пожалуйста – ещё одно совпадение? Ну тут-то уж связь с пророчеством очевидна, причём ничего таинственного в ней нет – рисунок татуировки-то я позаимствовал с медальона с обложки книги предсказаний.

- Ключ от чего? – уточнил я, снимая перстень с его пальца и надевая на свой. Как ни странно, он пришёлся впору. – От квартиры, где деньги лежат?

- Каэр Брокен… – прохрипел толстяк и испустил дух.

Хотя не факт, что дух когда-либо наличествовал в его теле, которое тут же начало обращаться в серую биомассу. Я уже отбросил первое подозрение о природе солдат – я думал, что они могут быть вампирами, учитывая их нечувствительность к боли и ранам. Но вампирам после смерти вроде полагается в прах обращаться, а не в слизь. Хотя в этом мире многое не так, как полагается, да и вообще реальность часто сильно отличается от того, что о ней думают. Тут и оборотни неправильные, и единороги, и драконы, так почему же вампиры должны соответствовать тому образу, который бытует в моём мире?

Вот и свалилась мне на голову искомая крепость, возможно, даже с воинами – причём такими, которых нелегко убить. Каэр Брокен… Про гору Брокен я слыхал, но то было в моём мире. А тут-то где этот замок искать и почему какой-то перстень является ключом к нему? Впрочем, судя по названию, крепость может оказаться какими-нибудь древними заброшенными руинами. Жаль, что этот толстяк ничего толком объяснить не успел.

Я направился к перевёрнутой карете, в надежде отыскать там что-нибудь ценное или полезное – если Провидение ещё не закончило свои штучки, может, я даже отыщу карту с маршрутом к этому Каэр Брокену. Хотя, жил я до сих пор без замка, и дальше проживу. Если я узнаю, где он находится, и это окажется мне по пути, то заскочу, конечно. А если нет – значит, не судьба.

Я запрыгнул на дверцу кареты и заглянул в окошко. Изнутри в ответ на меня уставилась пассажирка – темноволосая молоденькая девчонка, на вид не старше шестнадцати. Ну только этого мне не хватало!

 

2

 

- Вылазь, безбилетница, контролёры разбежались, а транспорт дальше не едет.

Она молча оскалилась, продемонстрировав удлиненные клыки, и угрожающе зашипела. Значит, насчёт вампиров я всё же не ошибся. Внезапно она резко, как распрямившаяся пружина, взметнулась вверх, норовя ногтями вцепиться мне в лицо.

Улучшенная благодаря тренировкам и зельям Себека реакция не подвела, я успел отшатнуться и перехватить её запястья.

- Спокойно, я не кусаюсь, – попытался я вразумить девушку.

- Зато я кусаюсь! – огрызнулась она, не прекращая попыток вырваться.

- Если такая грозная, то чего ж от ящериц с обезьянами пряталась? – подколол я. – Как выскочила бы, как выпрыгнула, чтоб от них только клочки по закоулочкам полетели.

Она только зло зашипела в ответ и пристально уставилась мне прямо в глаза. Гипнотизировать пытается, что ли? Зря старается.

Я отпустил её запястья, одновременно оттолкнув от себя, а сам спрыгнул с кареты и направился к Гексу. Возиться с психованной малолетней вампиршей мне недосуг, а толку от неё всё равно не добьёшься.

- Эй, ты что, уходишь? – окликнула она.

- А ты не видишь разве? – не оборачиваясь, отозвался я. – Чего мне тут ещё делать? Сделаем вид, что за спасение ты меня поблагодарила, от наград я вежливо отказался, и расходимся по своим делам.

- А мне что делать?

- Ты меня спрашиваешь? Представь, что перегрызла мне горло, как собиралась, и задавай глупые вопросы моему воображаемому хладному трупу. Хотя, может, сюда вернётся троглодит с молотком и избавит тебя от размышлений. Кстати, ты случаем не знаешь, где находится Каэр Брокен?

- Никогда про такой не слышала, – пожала плечами девушка.

- Да? Странно. Разве твои охранники не оттуда? Или этот толстяк бредил, когда мне кольцо отдавал?

- Что? – вскинулась девушка. – Ты украл кольцо?

- Но-но, полегче на поворотах! – возмутился я. – Ничего я не крал. Он мне сам перстень вручил. Могу отдать его тебе, всё равно камешек треснувший. Но ты же про Каэр Брокен ничего не слышала…

- Крепость называется Брокенхат, – поправила она. Ясно, значит, толстяк на последнем издыхании просто не успел договорить. – И принадлежит она моему деду. И я не верю, что управитель добровольно отдал тебе свой ключ…

Я молча скинул рваную рубаху – всё равно переодеться надо бы – и продемонстрировал татуировку.

- Совпадение, – хмыкнул я. – Разбитое сердце – распространённый символ. Ну, в вампирском логове мне делать нечего, так что можешь забирать этот ключ.

Я попытался снять кольцо, но оно будто приросло. Ох уж эти волшебные штуковины!

Девушка глядела на меня с выражением крайнего удивления на лице.

- Ну, в чём дело, у меня вторая голова выросла или как? – возмутился я. – Не снимается кольцо, застряло, может, руки кровью заляпал, пока этих уродов рубил, оно и прилипло. Потом отдам.

Она продолжала молча таращиться. Ну если и у вампиров на мой счёт есть какое-нибудь пророчество – уйду в отшельники в ближайшую пустыню. И впредь никаких больше спасений на дорогах, первый и последний раз!

- Поехали, отвезу тебя, куда ты направлялась, – кивнул я. – По пути разберёмся с кольцом и замком.

 

***

 

Не было никакого вампирского пророчества – во всяком случае, оно не было вампирским и не являлось самостоятельным пророчеством. Это было всё то же драконье предсказание, а точнее его последствия. Каэр Брокенхат происходил не из этого мира и, насколько я понял из рассказа Сангри[3] – так звали юную вампиршу, – эта так называемая крепость на самом деле представляла собой то ли космический корабль, то ли некую лабораторию, неведомо как провалившуюся в иную реальность. И магического в ней было не больше, чем в моей шляпе. Другое дело – кольцо, являющееся ключом к крепости и, соответственно, некий замок – эти детали появились уже в этом мире и были плодом трудов драконов. Разумеется, они настроили ключ на опознание их предсказанного Спасителя, каковую роль упорно прочили мне. Ввели ли при этом в курс дела владельца Каэр Брокенхата и на каких условиях драконы заключали с ним договор, Сангри не знала. Об этом следовало спросить её «дедушку» – благо, он оказался ей не родным, а приёмным, а значит, не вампиром. Хотя, судя по всему, прожил не одну сотню, а то и тысячу лет, раз застал ещё времена расцвета драконьей расы – впрочем, возможно, то был его предок, а Сангри просто сделала неверные выводы из его рассказов или же невнятно пересказала мне. Ну это, как говорится «будем посмотреть», тем более что мы как раз и направлялись к «дедушке» Сангри, выехавшему на встречу любимой «внучке» и ожидавшему её в ближайшем городке.

Сама Сангри последние годы – сколько именно, она не уточнила – провела в храме Луны. Она вовсе не была чокнутой воинствующей феминисткой, как тамошние жрицы, а, насколько я понял, скрывалась там от опасности, представителем которой был троглодит Фодж, подкарауливший-таки вампиршу сразу за пределами безопасной территории. Вообще-то, в Храм Луны посторонних не пускали и убежище не предоставляли, для Сангри сделали исключение только по причине того, что её дед владел Каэр Брокенхатом и имел какие-то дела со жрицами. Связано это было с чем-то, что охраняли воинствующие жрицы, и что называлось Последний Оплот. У меня это название вызвало ассоциацию с ещё одним замком-звездолётом – после чего я уже и домыслил, что Каэр Брокенхат тоже может оказаться космическим кораблём. Возможно, мне ещё придётся наведаться в Лунный Храм – заодно верну должок…

Въезжать в город на Гексе мы не стали, чтобы не вызвать панику, и без того пара подозрительных личностей привлекала ненужное внимание. Благо транспортное средство могло позаботиться о себе самостоятельно, а найти его не представляло трудности – заклинание призыва, на которое Гекс был обучен реагировать, даже мне пришлось вполне по  силам.

 

Городок был действительно мелким, по сути скорее деревня, по крайней мере, насколько можно было судить по обгорелым остаткам зданий. Мирных жителей видно не было – ни живых, ни обугленных трупов – зато поджигатели вовсе не думали прятаться, столпившись возле целёхонького бревенчатого частокола. Две группы на повышенных тонах выясняли отношения, готовясь в скором времени перейти к более действенным методам убеждения оппонентов – наподобие разрубания мечом и сжигания магическим огнём. Что Всадники Бури не поделили с темпларами, было непонятно, также оставалось неясным, кто из них сжег деревню – возможно, это была совместная акция. Довольно забавно, что пока непримиримые борцы со всякой нечистью разрушают мирные поселения и что-то делят между собой, совсем недалеко бесчинствовала банда нелюдей, разбираться  с которой пришлось мне.

Мы с Сангри укрылись за кустами у самой кромки леса. С такого расстояния я не мог толком расслышать, что обсуждают доблестные приверженцы местных верховных божеств, хоть они и орали как оглашенные, но все же разобрал слова «вампиры» и «крепость».

- Они схватили дедушку, - шепнула мне спутница, у которой слух оказался лучше моего.

- И собираются атаковать ваш замок, - понял я. – Только не поделят, кто будет нападать. Странно, что случилось это именно тогда, когда ты покинула Храм Луны и собралась домой.

- В замок невозможно проникнуть без ключа, - пояснила юная вампирша. – А ключи есть только у дедушки и его управителя. Вернее, этот второй ключ теперь у тебя.

- Как говорит одна моя знакомая – сказочно, - вздохнул я. – И зачем только я сунулся тебя спасать? Теперь за моей головой начнут гоняться два военно-магических ордена. Я, конечно, и раньше им не нравился, но и интереса не представлял…

- Я должна спасти дедушку, - заявила Сангри. – А ты… ты нам ничего не должен, если хочешь, уходи.

- Ты думаешь, я сейчас начну возражать и, стуча себя кулаками в грудь, вопить, что не могу бросить девушку в беде, а потом кинусь с мечами на сотню воинов-магов и всех изрублю? Я тебе не герой из легенд. Естественно, я сматываюсь. И готов прихватить тебя с собой и даже доставить в замок. Хотя, учитывая, что его собираются атаковать, лучше бы двинуть в противоположную сторону.

- Ты преувеличиваешь, их всего-то две дюжины, - возразила вампирша, своим прагматизмом развеяв весь пафос моей речи.

- Все равно слишком много, - буркнул я. – Буреносцы молниями швыряются, а даже если среди темпларов нет магов, то их доспехи зачарованы и мне их не пробить.

- Но нужно что-то делать…

- Подождём, - пожал плечами я. – Вдруг эти умники всё же передерутся. Или с небес рухнет метеорит и пришибёт их всех одним махом. Или…

Я не успел договорить. Что-то стремительно вылетело из подлеска, в нескольких десятках метров от нашего укрытия, врезалось в шлем одного из темпларов – и снесло его вместе с головой. Не метеорит, конечно, и пришибло не всех, но всё же… Следом раздался жуткий рёв и, ломая кусты, на поле выперлось омерзительного вида существо. Монстр с короткими кривыми ногами и длиннющими толстыми передними лапами – на которые он тоже опирался при ходьбе – попёр прямиком на темпларов и Буреносцев. В него тут же полетели молнии и лучи света – маги среди темпларов всё же нашлись, – но чудище оказалось огнеупорным, смертоносные заряды только подпалили клочки бурой шерсти и оставили пятна копоти на бугристой красноватой шкуре.

Темплары спешились, рассредоточились и выхватили мечи, готовясь изрубить нежданного противника на куски. Монстр, с неожиданным для своих пропорций проворством, подпрыгнул, перескочив через строй, и на лету ухватил лапищами за шлем одного из темпларов, оторвав ему голову. И тут же швырнул полученный снаряд, снеся с седла Всадника Бури. Лошади, хоть и приученные сохранять спокойствие в битве, не выдержали близости к чудовищу и в панике понесли в разные стороны. Буреносцы не пытались их удерживать, они и сами были не прочь оказаться подальше.

Темплары не растерялись, развернулись к врагу и двинули в атаку. Монстр бесхитростно рванул навстречу, раздавая тумаки пудовыми кулачищами и не обращая внимания на острые клинки, рассекающие его плоть. Впрочем, раны, очевидно, выходили неглубокими. Я, уже привыкнув к обилию волшебных мечей в этом мире, ожидал, что паладины Солнца сейчас мигом расчленят чудовище.

Буреносцам разбежаться не дали. Из леса выступили уже знакомые мне люди-ящерицы, потрясая своими странными «двузубыми» мечами. Растерянные последователи Громовержца не успели должным образом среагировать – хотя несколько молний все же метнули, но они не нанесли серьёзного ущерба врагам, старавшимся не кучковаться. Ящерицы и их союзники питекантропы, прыгающие на Всадников прямо с деревьев, когда те неосторожно приближались к лесу, прорвав шеренгу противников, без особых сложностей одержали победу, подавив Буреносцев численным перевесом и при этом не считаясь с потерями.

Темпларам все же удалось одолеть уродливого монстра, но это обошлось им недёшево. Из десятка паладинов – не считая двоих, погибших в самом начале – уцелело только трое, и то один был тяжело ранен и стоял, поддерживаемый товарищами. Чудовище судорожно билось на земле, но это определенно были предсмертные судороги – на нём живого места не осталось и даже обладай это существо высокими регенеративными возможностями, рассеченный пополам череп не оставил бы ему шансов на выживание.

- Порождения Предвечной Тьмы! – выругался один из темпларов.

- Не совсем так, - раздался насмешливый голос и из подлеска выбрался троглодит Фодж.

Он спокойно обошел уцелевших темпларов и подобрал свой молот – именно его жертвой и оказался первый погибший паладин.

- Не стоит во всём почём зря винить Предвечную Тьму, - покачал головой «кузнец». – Вам, должно быть, обидно, но смерть ваших товарищей и ваша – не проявление неких великих и таинственных тёмных сил. Если и стоит за этим чья-то воля, то она вполне человеческая.

- Ты не человек!

- Да причём тут я, - пожал плечами троглодит. – Я просто инструмент, как, например, мой молот. Полезный, конечно, но к инструменту нужны умелые руки.

Видимо, в качестве иллюстрации к своим словам, он приблизился к монстру и несколькими могучими ударами молота покончил с его мучениями, размозжив голову чудовища в лепёшку.

- Жаль, он тоже был полезным инструментом. Придётся сообщить, что и этот образец оказался слабоват.

Фодж вроде бы говорил, ни к кому не обращаясь, просто размышляя вслух, но это был просто отвлекающий манёвр. Стоило темпларам на секунду утратить бдительность, не ожидая немедленного нападения от болтливого троглодита, как он прыгнул к ним, взмахнув молотом. Два удара – и шлемы двоих темпларов оказались сплющены, из-под них вытекало неприятного вида бурое месиво.

Раненый паладин, оставшись без поддержки товарищей, упал на землю, тем самым избежав смертельного удара. Поднявшись на четвереньки, он вытянул одну руку в сторону троглодита, и из его ладони вырвался световой луч. Фодж прикрылся молотом, отразив залп, но сам при этом оказался отброшен ударной волной назад. Воспользовавшись моментом, темплар с трудом поднялся и заковылял, то и дело припадая на четвереньки, в сторону людей-ящериц. Выдвигавшихся навстречу противников он поражал короткими вспышками света, прожигая в них сквозные дыры. Ящерицы, не заботясь о гибели товарищей, продолжали надвигаться, окружая паладина. Тогда он опустился на колени, простёр руки к небесам и что-то забормотал. Обрадованные ящерицы, решив, что темплар сдался и решил помолиться перед смертью, бросились в атаку. Но поразить его мечами не успели. С неба сверкнул солнечный луч, окутав темплара световым ореолом. То, что произошло в следующий момент, проще всего описать как взрыв. Световые волны ударили во все стороны, выжигая всё на своём пути. На выжженном круге земли остались валяться обугленные кости людей-ящериц и питекантропов, а в центре – полурасплавленные доспехи паладина Солнца.

 

- Бездарный из тебя полководец, - сообщил я Фоджу, выйдя из укрытия. – Всех солдат угробил.

- Опять ты. Я же предупреждал, чтобы ты мне больше не попадался, - зыркнув исподлобья, пробурчал троглодит. В это время он продолжал методично обыскивать трупы темпларов и Буреносцев.

- Я сюда первый пришёл, - уточнил я.

- Меч у тебя? – внезапно с подозрением глянул на меня Кузнец.

- Даже два, - сообщил я, вытащив клинки из ножен. – Хочешь проверить их остроту?

- Сдался ты мне, - досадливо сплюнул Фодж. – Клоун иномирный, драконий выкормыш…

- Ой, а ты у нас, наверное, коренной житель в десятом поколении, - слегка обиделся я. – Где ж твоё гостеприимство. Надо говорить: «Вах, канэшно, пускай приезжают в наш красывый мир. Пачиму нэт?»

- У моего хозяина на тебя большие планы, - смерив меня задумчивым взглядом, сообщил троглодит. – Но рано или поздно настанет момент, когда ты перестанешь быть нужен и я смогу тебя убить.

- А кто твой хозяин, зачем я ему нужен и как он вообще узнал о моём существовании? Я вроде не успел пока на весь мир прославиться. Это связано с Пророчеством? В любом случае, передай ему, что свои планы на мой счёт он может засунуть туда, где не светит солнце. Я в чужих играх пешкой быть не собираюсь. Я предпочитаю карты.

- Тогда не стоило тебе тут крутиться, - туманно ответил Фодж. – А хозяину я сообщу… то, что сочту нужным. И это не будут твои бредни.

Покачав головой и напоследок пнув труп одного из темпларов, троглодит развернулся и спокойно зашагал прочь.

Очень странный тип. Уж сам я весьма странный, много всяких странных личностей повидал, но этот... Обрядить его в расписной балахон да клыки подпилить и со своими загадочными речами он запросто может переименовываться в мудреца – и будет соответствовать образу куда больше, чем тип, заявлявшийся ко мне под этим прозвищем.

Хотя я вообще не большой любитель загадок. А уж когда они касаются моей персоны – тем более. Что там у него за хозяин, у которого на меня планы? Я вроде не ношу с собой транспарант, объявляющий меня Предсказанным Пророчеством Спасителем. Разве что какой-нибудь невидимый магический указатель надо мной болтается, но если так, надеюсь, не многие его увидят, иначе проще сразу покончить с собой, а для меня это даже технически проблематично.

Сангри, выскочившая из укрытия сразу, как Фодж скрылся с глаз, оббегала всю поляну, но, похоже, ничего не нашла.

- Так где же твой дедушка? – поинтересовался я.

- Не знаю, - понурилась вампирша, готовая вот-вот разреветься. – Я толком не расслышала... Они что-то говорили и я подумала... А его тут нет...

- Приехали, - вздохнул я. – Ну, тогда, поехали отсюда.

Гекс вряд ли успел удрать далеко, поэтому я не стал возиться с заклинаниями, а просто свистнул. Слух у этой зверюги невероятный, а способность услышать хозяина на большом расстоянии, скорее всего, является некой магической способностью или результатом наложенного на него заклятия.

Ящер действительно притопал через несколько минут. И при этом он что-то жевал, судя по каким-то тряпкам, торчащим из пасти, это было не дикое животное. Интересно, кого он умудрился ухомячить. Скорее всего, кого-то из людей-ящериц, но ладно если так. Надеюсь, хоть не местными жителями перекусывает.

- Ну-ка, выплюнь немедленно, - приказал я.

Гекс удивленно поднял башку, ещё несколько раз чавкнул и все же выплюнул добычу. Это оказалось седло с остатками попоны и седельных сумок. Очевидно, ящер перехватил одну из удравших с поля боя лошадей, принадлежавшую кому-то из темпларов или Буреносцев.

- Ой! – воскликнула Сангри, указывая пальцем на остатки пиршества Гекса. Приглядевшись, я понял, что привлекло её внимание – через дыры, прогрызенные в притороченном к седлу вьюке, поблескивала  сталь.

Я развернул свёрток и обнаружил меч. Длиннющий, мне до плеча, и очень старый, с обломанной гардой и иззубренным лезвием с выгравированными рунами. И как эта оглобля только у Гекса в пасти не застряла.

- Это дедушкин меч, - поведала вампирша.

И Фодж тоже про какой-то меч упоминал. Что ж, теперь понятно, что он искал.

- Меч тут, а где же его владелец? – ни к кому не обращаясь, вопросил я.

Гекс почему-то воспринял мои слова как команду. Он принюхался и, как охотничья собака, рванул по следу. Бревенчатый частокол ни на миг не задержал полутонную тушу, когда мой своевольный транспорт вломился в развалины поселения. Мы с Сангри вынужденно последовали за ним.

Дедушка Сангри обнаружился в руинах одного из зданий. Видимо, темплары бросили его, сочтя мёртвым. Я и сам поначалу так подумал. Наверное, не скоро я привыкну, что человек, сожжённый едва ли не до состояния углей, может оставаться в живых. Впрочем, было очевидно, что долго это не продлиться.

Сангри с рыданиями бросилась на грудь умирающему дедушке, бормоча всякую сентиментальную ерунду. Я понимал её чувства и сочувствовал, но надеялся всё же воспользоваться возможностью и хоть что-то разузнать. К счастью, её дед разделял моё мнение. Заверив внучку, что рад видеть её целой и невредимой, он обратил всё внимание на меня.

- Ты получил ключ, - сообщил он, вперившись в меня пронизывающим взором льдисто-голубых глаз. Глаза – единственное, что оставалось живым на обожжённом почерневшем лице, и это производило странное впечатление. – Твой приход предсказывали драконы, и я должен был отдать тебе замок. Но все свершилось без моего участия. Ты получил своё. Наследуй хранимый мной замок и владей по своему усмотрению. Одна просьба – позаботься о моей внучке. Исполни последнюю волю умирающего, много лет оберегавшего предназначенную тебе собственность.

- Хорошо, - согласился я, несколько растерявшись. От человека, уже переносящего вторую ногу за порог смерти, обычно не ждёшь таких связных речей. Но старик словно не обращал внимания на то, что умирает, хотя прекрасно об этом знал. – Я позабочусь о Сангри.

- Перстень – ключ к дверям, а меч – к сердцу замка, - загадочно сообщил старик. Видя на моём лице непонимание, пояснил: - Там компьютер, ИскИн, меч – вместо пароля, драконьи штучки.

- Теперь ясно, - заверил я. – Компьютеризированное управление и даже искусственный интеллект мне ближе и понятнее чем какое-то «сердце замка» и прочая волшебная дребедень на палочке.

- Молодец, - вздохнул старик, попытавшись улыбнуться сгоревшими губами. – Отдаю Каэр Брокенхат в надёжные руки. А теперь, оставь нас с внучкой попрощаться.

Я кивнул и отошел в сторону, уведя с собой и Гекса. Присел, прислонившись к частоколу рядом с проделанным Гексом проломом, в то время как ящер отправился дегустировать пережаренные останки людей-ящериц.

Сангри пришла через четверть часа. По её лицу сразу было ясно, что чудесного воскрешения не произошло.

- Что-то заканчивается, что-то начинается, - философски изрёк я. – Твой дедушка прожил долгую и, наверное, счастливую жизнь...

- Знаю, - перебила она. – Не надо ничего говорить. Я всё понимаю. Всё будет в порядке. Поехали?

- Конечно, - я облегчённо вздохнул. Всё же я совсем не мастак утешать юных девушек, только что потерявших родственника, неважно, вампиры они или кто-то ещё и сколько им на самом деле лет. Я вообще не мастак кого бы то ни было утешать, вот сарказма и подначек у меня в запасе сколько угодно. – Отправляемся в наш замок. Пора вступать во владение наследством.



[1] Мьёльнир – в скандинавской мифологии молот бога Тора. После метания возвращается в руку владельца.

[2] Forger [fɔ:dʒə] (англ.) – кузнец

[3] Sangre (исп.) – кровавая

Cвидетельство о публикации 428663 © Джокер J.K.R 20.06.13 07:55