Голосовать
Полный экран
Скачать в [формате ZIP]
Добавить в избранное
Настройка чтения

ПЕРЕКРЕСТКА ПОВОРОТ Пролог

ПРОЛОГ

December 22, 2006
3 pm Pacific Time


Джек Оуквуд пил горячий шоколад в шумном кафе «Тим Хортонз», слушал рождественские «Silent Night» и «White Christmas» и думал о будущих новогодних «резолушенз». Каждый год он планировал совершить нечто значительное в своей жизни, но все как обычно сводилось к банальному улучшению финансового положения, которое у него и без того было на уровне, сбросу пары лишних килограммов и очередной поездке на Гавайи.

«В этом году должно быть что-то совсем иное, - думал Джек, отхлебывая нежную пенку взбитых сливок, - что-то из ряда вон, чтобы не закиснуть, не дать себя затянуть в рутину, когда каждый новый день становится близнецом предыдущего».

Пискнул мобильник, сообщая, что пришла СМСка.

Джек открыл «Инбокс» и нашел записку от Бо-Ми. Она закончила занятия и ждала его в кампусе университета.

«Может, пора сделать предложение? – подумал он. – Может, это и есть главный «резолушен» года?»


***


5 января 2007 года
17:13 по восточноевропейскому времени


Встав на колени перед диваном, на котором спала дочь, Марина плакала. Она гладила исколотую руку Ленки и не могла остановить слез. Они струились по щекам и капали на cтаренький трикотажный свитер, оставляя темные пятна.

- Перестань, - говорила она себе, всхлипывая. – Сейчас же прекрати, но остановится не могла.

Марина знала, что плачем делу не поможешь, что слезами дочь не спасешь от шприца, валявшегося тут же, на полу. Но в чем тогда спасение? Где выход и как ей дальше жить?

За окном падал снег, и от белых ветвей деревьев, от ставшей серебристо-плюшевой земли шло чистое сияние, в которое хотелось окунуться и хоть на мгновение вернуть те времена, когда была счастлива или хотя бы надеялась на это.

Марина вытерла слезы тыльной стороной ладони, обвитой узорной татуировкой, поднялась на ноги и подошла к окну.

«Снег идет, снег идет», - вспомнились строки из Пастернака.

«Снег идет, и все в смятенье:
Убеленный пешеход,
Удивленные растенья,
Перекрестка поворот».

- Перекрестка поворот, - повторила опухшими от слез губами Марина, закрыла ладонями лицо и опять тихонько заплакала.


***


8 января 2007 года
11:15 по восточноевропейскому времени


После Рождества президент отдыхал за городом. Собрав две команды из личных телохранителей и Службы охраны резеденции, он играл в лапту. На улице подмораживало, поэтому играли в специально построенном для лапты спортивном зале, за высокими окнами которого искрился во внезапно пробившихся лучах солнца голубоватый снег.

Вызванные к президенту министры мялись у кромки поля, дожидаясь окончания игры.

- Мазилы! – кричал раскрасневшийся президент.

Возбужденный, в прилипающей к покатой груди футболке, он не успел вернуться в «город» и топтался за «коном», дожидаясь, пока его выручат.
Наконец игрок запустил мяч «парашютом» вверх, и президент перебежал в «город», махнул, чтобы продолжали без него, и упруго, словно мячик, выпрыгнул за кромку поля.

- Чудо, а не игра, - сказал он министрам, принимая от референта мохнатое полотенце. – Ну, что там?
- Все подтвердилось, - доложил председатель Службы государственной безопасности и раскрыл кожаную папку. – Создан политсовет партии, утверждена программа, вот-вот подадут заявку на регистрацию в Минюст.
- Крысы, - президент туго сжал кулаки, крепкие и тяжелые, точно булыжники.

Эсгэбэшник осекся, соображая, кто имелся в виду.

- Не регистрировать, - продолжал президент, наливаясь краской и громко сопя. – Разогнать!
- Нельзя, - покачал головой генеральный прокурор. – Они только и ждут, чтобы поднять шурум-бурум и привлечь к себе внимание. Демократия.
- К едрене фене, - загудел президент.

Министры понимающе закивали.

- Они вербуют «жирных» на периферии, - продолжил председатель СГБ, но президент снова перебил его.
- Твои люди проспали, - схватил он эсгэбэшника за отворот мундира и притянул к себе. – А нам дерьмо это разруливать!

Потом перевел взгляд на стоявших рядом прокурора и министра внутренних дел:

- Если они власть ухватят, будет полный кирдык.

Он ткнул коротким пальцем в грудь прокурору:

- Тебе.

Потом перевел палец, словно ствол пистолета, на председателя СГБ и министра МВД:

- Тебе и тебе тоже.

Наконец приставил к собственному виску:

- И мне. Короче, всем.
- Нужны громкие дела, - сказал прокурор.
- Оружие, наркотики, торговля людьми, - уточнил министр внутренних дел.
- Цунами, чтобы смыть их на хрен , - сказал эсгэбэшник.
- У Шерхана депутатская неприкосновенность, - президент досадливо поскреб грудь, - а в Собрании наших фифти-фифти.
- Господин президент, - решительно сказал прокурор, - надо отбросить формальности. Есть сведения, что они вышли на поставки «техники». Это обрушит всех.

Президент насупился.

- Документы уничтожены, - сказал эсгэбэшник, - но остались свидетели.
- Кто?
- Хозяин порта. Кстати, должник Шерхана. Не надо было его пользовать.

Президент насупился еще больше.

- Решите проблему, - процедил он сквозь зубы и припечатал министров взглядом. – Раздавите гадину.

Они вытянулись по стойке «Смирно» и замерли.

- Докладывать ежедневно, - сказал президент. – Ясно?
- Так точно, - ответили министры в унисон.



10 января 2007 года
13:05 по восточно-европейскому времени


Двое коренастых мужчин в спортивных костюмах сидели напротив человека в штатском и внимательно слушали.

- Ваша роль в операции чрезвычайно важна, - говорил он. - К вам выйдут с предложениями и посулят хорошие деньги. Сразу не соглашайтесь. Торгуйтесь, требуйте аванса, просите гарантий. Все должно выглядеть естественно, чтобы не возникло подозрений.
- Не поверят, если все игроки сразу согласятся, - сказал один из тренеров.
- Правильно, - ответил ему человек в штатском, - поэтому в команду включим пару людей, которые сыграют «упрямцев».
- Понятно.
- На связи будет наш человек. По завершению операции команда отправится на соревнования. Как и положено.


***


12 января 2007 года
10:33 по восточноевропейскому времени


Начальника управления внутренних дел небольшого приморского города срочно вызвали в столицу и уже на следующий день он, в новом парадном мундире со звездами полковника милиции на погонах, сидел в кабинете заместителя министра МВД и внимательно слушал.

Замминистра, в генеральском кителе, говорил без обиняков, жестко и требовательно, каждый раз переспрашивая:

- Ты, полковник, мысль мою догоняешь?
- Так точно, - отвечал тот и чувствовал, как неприятно потели ладони и бухало сердце.
- О твоих художествах известно, - продолжал замминистра, - и закрывать глаза на них теперь никто не будет, другие времена, так что, - он с усмешкой посмотрел на золотые, не успевшие потускнеть полковничьи звезды собеседника, - выполни все точно и без отсебятины.
- Слушаюсь.
- Пора кончать с этими хлопцами и самим брать дела в руки.

Замминистра покосился на кожаный кейс, который полковник оставил на стуле у входа в кабинет.

- Так точно, - соскочил со стула начальник ГУВД. – Разрешите идти?
- Погоди. Делом этим занимается, кроме нас, СГБ и прокуратура. Но ты в свое хозяйство их особенно не пускай. Докладывать будешь лично мне.

Понял?

- Так точно.
- Теперь иди.

Полковник четким шагом вышел из кабинета, не вспомнив об оставленном кейсе.


14 января 2007 года
18:21 по восточноевропейскому времени


Степан Алексеевич ждал звонка. Он сидел в холодном номере аэропортовской гостиницы, грел руки о горячие бока керамической кружки, из которой поднимались струйки пара, и ждал.

По телевизору передавали столичные новости. Торжественный диктор зачитывал обращение президента к народу. Президент обещал покончить с криминалом, обуздать олигархов-лиходеев и привести нацию к всеобщему процветанию.

Степан Алексеевич щелкнул пультом и переключил на музыкальный канал. На экране взъерошенные парни в эсэсовской форме танцевали рэп, приговаривая в такт музыки: «Salut! Hello! Я танцую пьяный на столе...Главное не нажраться.» На следующем канале шла реклама противозачаточных средств и эликсира от облысения.

Зазвонил телефон.

- Поздравляю, - сказал знакомый голос. – Начальство дало добро, но запомни, Степан, сначала наши дела, потом - твои.
- Идет.
- Когда вылетаешь?
- Сегодня. Хочу оглядеться.
- Инструмент приготовили. Тебе передадут его на месте. На связь выходишь каждый понедельник, как договаривались. Ну и все риски, сам понимаешь... Если что...
- Знаю, - остановил Степан Алексеевич. – Кто там?
- Наш человек.  Даст точные данные об объекте, сообщит где и когда.
- Объект мужчина? Женщина?
- Мужчина. Фотографию тебе передадут. И еще.., - голос на мгновение замер, - я на твоем месте поступил бы так же.
- Ты не на моем месте. До связи, - сказал Степан Алексеевич и отключил телефон.


***


21 января 2007 года
20:20 по восточноевропейскому времени


Гера и полковник были главными гостями, так что Леха, обняв их за плечи, провел обоих на самые почетные места. Отмечали помолвку его дочери. Отмечали шумно, с размахом, как и подобает большим людям.

- Ты молодец, - говорил Гера, - вырастил такую красавицу.
- Да, - улыбался захмелевший Леха и отворачивался, чтобы скрыть набегавшую слезу, – старался.
- А правда, что стихи сочиняет? – спросил полковник.
- Правда, - с гордостью ответил Леха. – Нежная. Не мы.

На танцевальный пол вышла тоненькая девушка с темными распущенными волосами. Она держала за руку подтянутого парня, слегка смущавшегося окружавших взглядов и хмельных выкриков.

Зазвучала румба, и пара, выждав вступление, начала двигаться, легко, вертко, живо.

- Видали! – крикнул Леха и поднял налитую всклень рюмку. – За молодых! За дочь мою!


Cвидетельство о публикации 385028 © Горбунов В. 03.04.12 23:10
Комментарии к произведению: 0 (0)
Число просмотров: 131
Средняя оценка: 10.00 (всего голосов: 2)
Выставить оценку произведению:

Считаете ли вы это произведение произведением дня?
Да, считаю:
Купили бы вы такую книгу?
Да, купил бы:
Введите код с картинки (для анонимных пользователей):


Если Вам понравилась цитата из произведения,
Вы можете предложить ее в номинацию "Лучшая цитата дня":


Введите код с картинки (для анонимных пользователей):