• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: История
Форма: Сборник

Кали Траш

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
Словно стрела, не несётся песня —
Ведь, как известно,
Цыгане не знают стрел
(И не строят стел).
Наши песни — чёрные птицы,
Они темнолицы,
Их голос — ал,
Полёт их — шал.

Нет, мы не строим стел —
Как жаль.

Словно река, наша песня льётся,
В ней бьётся солнце
Дорог, этих пыльных кос,
Русел песен-слёз.
Нет, цыгане не строят стелы,
Не ставят стены,
Лишь голос — след
(Но голос — слеп),

Одну только память слёз
И бед.

***

Сыграй мне, Талош, на жёлтой скрипке,
Янтарной, сладкой, как свежий мёд,
Сыграй мне лето, сыграй улыбку -
Пускай твой чардаш собак уймёт...

Сыграй мне, Талош, на скрипке синей,
Как ночь над лесом и глубь реки,
Дрожаще-нежной, как лист осины -
И заржавеют от слёз курки...

Сыграй мне, Талош, на скрипке алой,
Горячной, дикой, сестре огня,
Опасно-жаркой и сладко-шалой -
Прижги, не надо жалеть меня!

Но ты играешь на скрипке чёрной,
Глухой, как омут, слепой, как дождь,
Смычком тоску мне плетёшь узорно -
И тем надежду мою крадёшь...

***

Вечер был стыл и мрачен.
В сером зевал палач.
Плакал маленький мальчик;
мать повторяла: "Не плачь".
Прятали дети лица
в юбок цветастых ширь.
Кто-то уже молился -
за упокой души
(кто-то отмолит после?).
Никли лозины кос.
Немец, плечистый, рослый,
пляски смотрел стрекоз.
Ветер ерошил травы,
весь обратившись в слух.
Кровью сочились раны
в мочках ушей старух.
Лаяли псы, пугая,
бились на поводках.
Ждали судьбы цыгане,
с ветром глотая страх.
Плакал маленький мальчик.
Серый взглянул в прицел.

Старый старик незрячий
вскрикнул: "пан офицер!
Просить ни о чём не смеем,
видим - не миновать,
дай только напоследок
табору станцевать!"

Серый, давясь от смеха,
всё перевёл. Капитан
хмыкнул. Ради потехи
кивнул - и запел цыган.
Старческий слабый голос
разом окреп и взмыл -
гибельной муки полон,
взрезал покровы тьмы.
Вздрогнули немцы. Серый
сплюнул и вдруг застыл,
и по спине офицера
будто прошлись хлысты.
Табор плясал. Метались
по ветру плети кос.
Синим дрожали дали,
сыпясь мурашками звёзд.
Табор плясал. Старухи
павами плыли в ночь,
крыльями вскинув руки
и не жалея ног.
Табор плясал. Горели
жарким огнём платки.
Вечер, от песни хмелен,
плакал в силках ракит.
Бабы и малые дети,
парни и старики —
табор плясал до света
на берегу реки.

Когда же рассвет пометил
жёлтыми пальцами лес —
вздрогнул от залпа ветер
и табор в реке исчез.

Был он или приснился? —
не знал и сам капитан.

Прочь уносили птицы
песни цыган.
Cвидетельство о публикации 377008 © Лилит Мазикина 03.02.12 13:46

Комментарии к произведению 2 (10)

это что, вольный перевод цыганских романсеро Лорки? )

Я - специалист по цыганской истории. Это - её страницы. Вы - задали очень глупый вопрос.

понятно. мы тоже кое-что слышали про черный ужас.

но время прошло и цыгане живут в своих домах живут.

Это не значит, что надо непременно хиханьки устроить. Вам не приходило в голову, что это, во-первых, нетактично, во-вторых, лично для меня - может быть болезненно?

В Вашей семье помнят своих мёртвых? Вам не приходило в голову, что в других семьях тоже помнят и память об их боли и смерти - это очень деликатный вопрос?

ах, чавела, я что должен был по фамилии догадаться о вашей национальности?

теперь понятно.

извините, конешно.

ну... по употреблённому местоимению "мы" по отношению к цыганам, например

мир

Высоцкий пел: Я — "Як"-истребитель, мотор мой звенит, Небо — моя обитель.

но это ж не значит, что он истребитель.

Да кто его знает! Я не проверяла.

Я бы и над смертью, не имеющей отношения к автору, но тем не менее реальной, не догадалась посмеяться. Можете считать меня старомодной в этом плане, если хотите.

а кто смеялся? какой негодяй посмел смеяться над смертью убиенных?

приведите его сюда и сто ударов цыганским кнутом этому подлецу!