• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения

Когда улыбаются небеса... гл. 9 - 12 (из 68)

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
   Глава 9. Жива!

   Леня сидел в своей «четверке» и разговаривал по мобильнику уже минут пятнадцать - договаривался об эксклюзивных снимках прямо из изолятора с редактором одной из центральных газет - когда со стороны здания громыхнуло. Многие из стоявших рядом машин взвыли сигнализациями. От неожиданности Леня вздрогнул и вцепился в руль. Его тряхнуло, качнуло и подбросило. По меньшей мере. Ему так показалось. В любом случае, он был на волосок от гибели.
   Леня долго не мешкал. Уронив трубку себе на колени, он тут же инстинктивно потянулся рукой к сиденью справа, но - о, ужас! - фотоаппарата на месте не было. Фотограф сразу вспомнил, что отдал его этому мальчишке, стажеру, непонятно откуда выкопанному Никушей, черт бы его побрал! А, хотя, постойте, постойте…. Это ж не шуточный взрыв! И он явно раздался где-то в изоляторе. Нет, нет, правильно, что Леня не пошел туда, еще не известно, что там с ним могло случиться. Ничего, ничего. Скоро вернется Никуша. И этот ее стажер тоже вернется. И камеру его, Ленину, принесет. А в камере той будет видимо-невидимо сенсационных фоток!
   «Мечты, мечты…», - повторял про себя Леня, нервно барабаня пальцами по приборной доске и глядя на то, как со двора изолятора одна за другой выезжают машины скорой помощи. Прошло несколько минут, пока Леня сообразил, что хуже уже не будет, и решил совершить вылазку в сторону дымящегося здания.
   Повсюду слышались крики людей. Пожарные уже принялись за тушение огня. Спецназовцы плотнее сомкнули ряды, чтобы не позволить освободившимся заключенным пробиться на свободу, - наверняка, таких желающих было хоть отбавляй. А, с другой стороны, чтобы не позволить родственникам этих самых заключенных, стоявшим все это время на улице, прорваться на территорию СИЗО - такие тоже нашлись. Словом, принимались все меры, чтобы не помешать работе пожарных и скорой помощи.
   Леня осторожно пробирался среди общего шума.
   Он уже дошел до оцепления в том месте, где предположительно должны были быть ворота, но сейчас из-за дыма их почти не было видно, как вдруг разглядел стажера. Смертельно бледный, он шел как во сне, с отсутствующим взглядом, ничего не видя перед собой, неся на руках что-то закутанное в пальто, которое еще пару часов назад было черным.
   Леня столкнулся с ним чуть ли не нос к носу, но тот словно не узнал его. Спицын окликнул его, но Кристиан даже не остановился. Тогда фотограф молча побрел за молодым человеком до самой серебристой «девятки». Тут Леня сообразил, что ключи от машины находятся у него, и нащупал в кармане брелок сигнализации. Только теперь Кристиан обернулся, выискивая глазами фотографа. Леня не заставил себя долго ждать. Щелчок - и дверца открылась. С облегчением он узнал в запыленном свертке свою коллегу. Тем временем Кристиан бережно укладывал Нику на заднее сиденье.
   - Она жива? - решился поинтересоваться Леня.
   - Жива. Все будет хорошо, - последовал короткий ответ.
   Кристиан склонился над девушкой, заботливо убирая волосы с ее перепачканного гарью лица, пристально вглядываясь в нее. Леня суетился рядом, пытаясь оттеснить его от Ники, и все время что-то бормотал.
   Парень, похоже, знал, что делает.
   - Не мешайте мне, пожалуйста, - бросил он через плечо ошарашенному фотографу.
   - Да я ж помочь хочу. Мне-то что делать?
   - Пойдите, погуляйте немного, - как бы между прочим предложил Кристиан.
   Его уверенный тон, как ни странно, успокоил Спицына.
   «И то правда, - подумал Леня, - надо бы побольше разузнать обо всем, так сказать, воспользоваться моментом». А уж это у него всегда хорошо получалось. Однако…
   - Фотик-то мой где?
   Он коснулся плеча Кристиана, но тот не отреагировал, и Леня решил не испытывать больше судьбу - мало ли что парню на ум взбредет, учитывая, что ему пришлось недавно пережить.
   Делать, действительно, было нечего. Камеры у него не было. А какой прок от фотографа без камеры? И все же любопытство двинуло Леню в народ. Вскоре стало ясно, что взрыв не был таким сильным, как показался на первый взгляд. Больше шума наделал. И дыма. Дым окутал все левое крыло административного здания, распространяясь на территорию изолятора. Возникшее пламя быстро погасили, но с задымленностью справиться пока не могли. Само сооружение, хоть и было старым, но все же выстояло, несмотря на некоторое обрушение внутренних перегородок. Жертвы, конечно, были, но больше от испуга. Кому-то стало плохо с сердцем. Число пострадавших определить пока было трудно. Спасатели продолжали свою работу, вытаскивая людей из-под небольшого завала внутри здания.
   Леня сильно сокрушался, что с ним нет его бывалого «Олимпуса». Вот уж где можно было вдоволь развернуться! Тем не менее, он предпринял несколько попыток расспросить у офицеров о судьбе заложников и бунтовщиков - безрезультатно. Никто ничего вразумительного сказать не мог. Всюду царила суматоха и паника. То же самое творилось и в лагере родственников заключенных.
   Так, потолкавшись около часа среди шума и неразберихи, Спицын вернулся к стоянке. С огромным удивлением он увидел Нику, стоявшую около машины и отряхивающую пыль со своего костюма. Рядом с ней находился Кристиан, в любую минуту готовый подхватить ее в случае, если она не удержится на ногах. Но Ника, как будто и не собиралась падать. На ее лице было выражение лихорадочного возбуждения.
   - Никуша, лапуля, как ты меня напугала! - С громким криком Леня набросился на Нику, заключая ее в объятия. - Ну, как ты, дорогуша? Жива? Ну, слава Богу!
   - О, Господи, Ленечка, я уж и сама не думала, что выберусь оттуда, - неожиданно для самой себя, Ника прильнула к Спицыну, и вдруг расплакалась.
   Он по-отечески успокаивал ее, шепча на ухо какие-то утешительные слова. Вместе со слезами Ника размазывала по лицу следы побелки и гари.
   - Ну, все, все. Уже все позади, - повторял Леня, - смотри, что ты наделала.
   Он достал из кармана носовой платок и принялся вытирать Нике лицо.
   - Ох, Леня, там такой ужас был, - она попыталась улыбнуться, - ты себе не представляешь!
   И она стала сбивчиво рассказывать о происшедших событиях. Однако ничего, кроме «ужас» и «кошмар» Спицын из ее слов так и не разобрал. Наконец, речь девушки стала выравниваться, как и ее дыхание.
   - Кристиан меня спас, - заключила она уже довольно спокойным тоном и с благодарностью посмотрела в сторону молодого человека.
   С тех пор, как вернулся Леня, он сидел на заднем сиденье машины, свесив ноги на землю, прислонившись боком к спинке, и с довольно равнодушным видом наблюдал за снующими мимо людьми. Услышав свое имя, он перевел взгляд на Нику и слегка усмехнулся. Потом его улыбка стала шире.
   - Ну, да, конечно, спас, - утвердительно кивнула она головой, чтобы ему не пришло в голову как-то преуменьшить свое геройство, - иначе, как бы я оттуда выбралась?
   - А сняли там что-нибудь? Где мой фотоаппарат? - Лене совсем не было дела до героизма какого-то начинающего необтесанного журналиста, потому как сам Леня к этому героизму, увы, отношения не имел.
   Его голос в ушах Ники прозвучал, как гром среди ясного неба. Восторженное выражение на ее лице сменилось недоумением. Она посмотрела на Кристиана, потом на Леню, потом снова перевела взгляд на Кристиана. В ее глазах читался вопрос: «О чем это он?»
   - Его нет, - пояснил молодой человек, - простите.
   - Да, его нет,- с выдохом вторила ему Ника и развела руками: - нет. Прости, Ленечка.
   - То есть как это - нет? А где он? - В голосе фотографа послышалось беспредельное возмущение. - Ты же обещал! Ну, вообще…, - взревел он и закатил глаза.
   Ника рассказала о печальной судьбе «Олимпуса», мол, пал смертью храбрых в бою с распоясавшимися зэками. Но Леню это не утешило.
   - Ты знаешь, сколько он стоил? И где кадры? Весь отснятый за день материал коту под хвост…, - не унимался он, гневно сверкая глазами на Кристиана. - Да зачем я вообще с тобой связался!
   Молодой человек лишь смущенно пожимал плечами, поднимая вверх брови и не находя, что ответить. Тем не менее, встать не потрудился и так и остался сидеть на заднем сиденье, лишь перекинул ногу за ногу.
   - Правильно, - неожиданно энергично вмешалась Ника, - не надо было с ним связываться, Лень. Шел бы туда сам и защищал бы свой «Олимпус» собственной грудью.
   - Да? - Спицын понял этот вопиющий, ничем не прикрытый сарказм и вывалил на журналистку белесые глаза.
   - Да, - невозмутимо констатировала она и утвердительно кивнула головой.
   - Ничего вы не понимаете, - несчастный фотограф сокрушенно вздохнул, театральным движением головы откинул гриву густых русых волос назад и с видом человека, потерявшего сегодня слишком многое, скорбно побрел к своей машине.
   Слабым, но все же утешением, служило то, что одну пленку ему, тем не менее, отснять удалось. Конечно, на новый «Олимпус» ею не заработать, однако, попробовать стоит. А что, если, например…
   Погрузившись в подсчеты, Леня сел в запыленную «четверку», на которой надпись сзади гласила «Грязь лечебная - не смывать!», и покатил в сторону Центра.
   Проводив удаляющегося Спицына разочарованным взглядом, Ника посмотрела на Кристиана.
   - Не надо, - словно прочитав ее мысли, произнес он, - не думай о нем. Завтра он сам позвонит тебе, как ни в чем не бывало. Извиняться, может и не будет, но о здоровье справится.
   Ника махнула рукой, мол, пустяки, да и не до этого ей сейчас
   - Ну, а ты … - начала она, пристально взглянув ему в глаза.
   - Ну, а я тоже могу позвонить, поинтересоваться здоровьем, - он приподнял брови, ковыряя носком ботинка камешек и стараясь казаться безучастным, но смеющиеся глаза выдавали его лукавство.
   Ника многозначительно кашлянула:
   - Я хотела только спросить, зачем ты все это сделал для меня?
   Секунд пятнадцать Кристиан с интересом разглядывал девушку, а потом ответил:
   - Ты ведь обещала меня домой подвезти, не помнишь разве?
   Нике показалось, что это было вчера, или нет, даже неделю тому назад. Столько всего за эти несколько последних часов произошло! И этот парень, сидящий сейчас в ее машине, уже не был чужим незнакомым человеком. Она могла бы поклясться, что давно и хорошо его знает.
   Кристиан продолжал скромно улыбаться, изображая на лице недоумение.
   Ника потерла под носом, вздохнула и усмехнулась:
   - Ладно. Коли обещала, значит поехали.

   Глава 10. Черный человек.

   Однако не все было так просто. Еще как минимум полчаса Ника пыталась унять дрожь в руках, глядя на бегающих мимо растерянных людей. Мысленно она возвращалась и возвращалась в кабинет начальника изолятора, где провела около двух страшных часов, и не могла понять, как она там оказалась, как ей, вообще, пришло в голову туда пойти.
   А все же хорошо, что с ней пошел Кристиан. Без него пришлось бы туго. Собственно, не известно, как пришлось бы. Она представила Леню на месте Кристиана там, в изоляторе и усмехнулась. Да уж….
   Кристиан сидел рядом, молча и неподвижно, погрузившись в свои раздумья. Возможно, он просто устал. Ника подумала, что он должен был дико устать после всего того, что она с ним сегодня сотворила, начиная с аварии. И уж если она сама не в состоянии шевелить даже языком, то что, в таком случае, говорить о нем. Хотя, конечно, поговорить хотелось. Хотелось все обсудить. Были вопросы. Но Ника не решилась терзать ими своего нового знакомого. Наверняка, еще представится такая возможность.
   Уже была поздняя ночь, когда она подъехала к своему дому. Всю дорогу Ника продолжала думать о том, что сегодня произошло, и о Кристиане. Странный он все-таки парень. Так смело защищал ее там, в изоляторе, а когда пришло время расставаться, даже телефона ее не записал. Впрочем, наверное, ему и записывать не понадобилось бы, он мог его просто запомнить - по всему видно, что парень он умный, - но и запоминать не стал. Да и свой номер не дал. Конечно, Ника и не просила, но все же… в такую историю вместе попали, и так просто после этого расстались.
   В любом случае, Кристиан молодец, славный парень, и Ника никогда не забудет того, что он сегодня для нее сделал. Поэтому она с огромным чувством благодарности пожала ему руку на прощание и еще несколько раз повторила «спасибо» где-то на Никитском бульваре.
   Всю дорогу домой слушала радио. Сегодняшние события, развернувшиеся в СИЗО, освещали довольно часто и ярко. Перечислялись жертвы - как ни странно, несмотря на грозный взрыв, пострадавших оказалось всего несколько человек, среди которых были и зашедшие вместе с Никой в изолятор телевизионщики. Также она узнала о судьбе зачинщиков бунта - один из них, Колян, погиб сразу на месте, другой с тяжелой контузией приходил в себя в тюремной больнице.
   О третьем - ни слова, как будто его вообще не существовало. Однако Ника была уверена, что он выжил. Слишком много силы чувствовалось в этом ужасном создании. Подобные люди так просто не погибают. Более того, ее не покидало предчувствие, что она еще услышит о нем.
   Удобно припарковав машину в привычном месте напротив подъезда, она направилась к дверям.
   - Добрый вечер, Вероника Александровна.
   Ника от неожиданности вздрогнула, обернулась и тут же успокоилась, узнав в незнакомце Черного человека из кабинета Скрябина. В его руках по-прежнему был черный портфель. Разговаривать о чем-либо сейчас не было ни сил, ни желания. Ника чувствовала только усталость и апатию, хотелось поскорее забраться в свою уютную постельку, под теплое одеяльце, и ни о чем не думать до самого утра.
   - Вероника Александровна, мне нужно поговорить с вами, - негромко начал он.
   В его тоне было что-то вкрадчивое и, в то же время, настойчивое.
   Ника остановилась на пороге подъезда:
   - О чем? Кто вы?
   Спросила просто так. Машинально. На самом деле, это сейчас для нее не имело значения. И по выражению ее лица мужчина не мог не догадываться об этом. Однако он все же достал из кармана небольшое удостоверение и поднес его на свет так, чтобы Ника смогла разобрать написанное: «Бюро по Исследованиям Аномальных Атмосферных Явлений. Старший эксперт Комарский Олег Петрович». Все выглядело довольно мирно и безобидно. Но, по мнению Ники, к делу явно не относилось. При чем тут атмосферные явления?
   - Понятно, - пробормотала она, хотя, в действительности, ничего не понимала, но и это ее сейчас мало беспокоило, - давайте завтра. Я страшно устала, хочу домой. Ладно?
   Она набрала код домофона и дернула дверную ручку на себя.
   - Подождите, завтра уже может быть поздно. Надо сейчас, - Комарский взял ее под руку. - Вы ведь видели его?
   - Да, - неожиданно для себя призналась Ника, а потом пожалела об этом, почувствовав, что ее все же втянули в разговор, и отступила: - То есть, о ком вы? Я не понимаю…
   - Давайте, мы поднимемся к вам и там поговорим. Вам ведь интересно узнать, о ком я вас спрашиваю. А мне интересно все, что вы мне о нем расскажете.
   Мужчина был невысокого роста, худощавый, средних лет, говорил мягким проникновенным голосом. Его серые глаза, еще утром показавшиеся Нике такими бесцветными и непроницаемыми, теперь были живыми и внимательными. Он как-то сразу стал вызывать симпатию. К тому же в ней вновь проснулось профессиональное любопытство, появилась возможность побольше разузнать о загадочном незнакомце, едва не убившем ее сегодня.
   - Только ненадолго, я действительно очень устала, - попросила она, впуская его в подъезд.
   - Итак, - устроившись за столом просторной кухни, начал Комарский, - расскажите, пожалуйста, что там случилось.
   - Вообще-то, я ничего особенного не знаю, - на всякий случай предупредила Ника.
   Пока готовился кофе, она в общих чертах начала описывать основные события, происшедшие в изоляторе, вплоть до взрыва. Ей не терпелось скорее перейти к главному -третьему незнакомцу, поэтому Ника стала торопливо рассказывать о том, как с фотографом, на личности которого, между прочим, решила не останавливаться, отправилась в изолятор, что видела и знала - как их связали, и где именно они сидели, а также о разговоре Коляна с Громилой об их товарище.
   - Вас ведь именно он интересует, не так ли? - резко перешла к основной теме Ника, разливая ароматный кофе по чашкам и усаживаясь за стол напротив собеседника.
   Его взгляд еще больше оживился:
   - Почему вы так решили?
   - Потому что он очень необычный человек. Это единственная аномалия для меня на сегодняшний день, хоть и не атмосферная. И сразу ваше появление, господин старший эксперт по аномальным явлениям. - Ника сделала особое ударение на слове «аномальным». - Так что, именно он - ваш клиент.
   Комарский усмехнулся, услышав такие доводы.
   - Что же в нем необычного?
   Ника задумалась.
   - Так сразу и не скажешь. Это всего лишь мои впечатления. Что-то в его взгляде, такое чувство, будто он видит тебя насквозь. Там все его очень слушались. И боялись. А кто он? Он ведь остался жив, не так ли?
   - Почему вы так думаете?
   - Ну, тогда вас бы здесь не было. И сейчас вы где-нибудь в морге изучали бы то, что от него осталось
   Комарский с ответом не спешил:
   - Вы сказали, что он как-то назвался?
   - Да, он, когда подошел к нам, назвал свое имя, такое странное, - Ника поморщила лоб, потерла переносицу, пытаясь припомнить.
   - Ну, ну, я слушаю, слушаю, - осторожно поторопил ее собеседник.
   - Вы знаете, эээ… извините, я забыла, как вас зовут?
   - Комарский Олег Петрович.
   - Вы знаете, Олег Петрович, - продолжила она, - я в тот момент была так сильно напугана, возможно, я не вспомню точно. Кажется, он сказал что-то типа Данвар или Омар… Знаете ли, странное такое имя, похожее на азиатское, но очень подходящее ему.
   - Агмар? - сразу же предположил Комарский.
   - Точно. Так вы его знаете? - удивилась Ника, на этот раз она твердо решила получить ответ, и это чувствовалось в ее голосе.
   Комарскому надо было как-то подогреть интерес у своей собеседницы, и он потихоньку стал выкладывать карты на стол.
   - Нет, я его не знаю. Но я кое-что знаю о нем. Так же по рассказам других людей. Вы ведь не единственная, кто выжил. Я знаю, что он очень неприятный и опасный тип, - Олег Петрович тут же поспешил перевести тему в нужное для него направление. - А зачем, как вы думаете, Агмар подходил к вам? И почему именно к вам?
   Нику и саму этот вопрос давно интересовал, и теперь, с помощью Комарского, она надеялась разобраться в случившемся, поэтому охотно предположила:
   - Потому что у Кристиана возник конфликт с маленьким зэком, Коляном. Из-за меня. Колян стал приставать ко мне с вопросами. Кристиан вступился.
   - А Кристиан - это…. Кто он? - насторожился Комарский.
   - Кристиан - это …. мой коллега, фотограф, с которым я была там, - продолжала лгать Ника.
   Не хотелось вытаскивать на свет божий всю эту историю с аварией, да и причина, по которой Кристиан оказался в изоляторе вместе с ней, была, по мнению Ники, смешной и глупой, не стоило на этом заострять внимание.
   А между тем Комарский уже не на шутку принялся бомбить Нику вопросами, уцепившись за какую-то, видимо, важную ниточку, она это чувствовала.
   - Что значит - вступился? - прищурился он.
   - Он просто попросил его не трогать меня.
   - Ага. Вот так просто попросил, а тот просто отошел…, - пробормотал Комарский себе под нос. - Итак, завязалась потасовка?
   - Нет. Колян, действительно, послушался и отошел. Не было никакого шума. Кристиан говорил так тихо, что его вряд ли можно было услышать на другом конце кабинета. Конфликт был исчерпан.
   - Предположим, - задумался эксперт, уходя в свои мысли, - ну, а дальше?
   - Агмар все равно встал и направился к нам, - сказала Ника, словно рассуждая вслух.
   Она живо представила себе те минуты, и ей вновь стало не по себе. И только сейчас она вспомнила картины моря и тепла, что так неуместно всплыли тогда в ее голове. Странно, но в тот момент это ее очень успокоило и помогло не потерять сознание.
   Видимо, Ника побледнела, возможно, даже у нее вновь закружилась голова, потому что когда спокойный голос Комарского вернул ее к реальности, она увидела в его протянутой руке стакан воды.
   - Вы плохо себя чувствуете? Выпейте.
   Ника не стала пить воду, вместо этого продолжила:
   - Я тогда решила, что Агмар сейчас подойдет и убьет меня. Но он подошел к Кристиану и стал спрашивать, кто он и как его зовут. И тогда назвал свое имя. А потом сразу раздался взрыв, я не знаю - почему. Я плохо помню этот момент. Я очнулась уже в машине. Меня сильно трясло, да и до сих пор трясет.
   Комарский посмотрел на Нику долгим внимательным взглядом, и, наконец, произнес:
   - Я вижу, как сильно вы устали, Вероника Александровна. Я все понимаю. Поэтому хочу задать вам последний на сегодня вопрос. Подумайте хорошенько и скажите, как вы думаете, почему вы остались живы после взрыва? В том углу, где вы сидели, никто не выжил, а на вас ни единой царапинки. Вы можете это как-то объяснить?
   Ника задумчиво покачала головой, которая на самом деле уже очень плохо соображала, сказывались усталость и напряжение того дня.
   - Меня Кристиан спас, он накрыл меня собой во время взрыва, - другого объяснения у нее не было.
   - Удивительно, - подхватил Комарский, - вот ведь чудо! И при этом, он тоже остался жив, не так ли?
   Девушка кивнула головой:
   - Да, - и добавила: - Чтобы это ни было, я все равно очень ему благодарна, он спас мне жизнь. - Она помолчала, снова уйдя в себя. - Очень жаль журналистов с телевидения. Агмар так запугал ту бедную женщину, - Ника прикрыла лицо руками и вздохнула. - Он только взглянул на нее своим жутким взглядом - и все, она так и затихла, и больше ни слова не сказала. Сползла по стене. Я даже не помню, шевелилась ли она после этого еще.
   - Нет, - Олег Петрович пристально посмотрел ей в глаза, - не шевелилась. Она умерла от кровоизлияния в мозг еще до взрыва.
   Глаза Ники округлились от ужаса.
   - О, Боже, как же это могло произойти? Это он ее убил? Но ведь он даже не прикоснулся к ней! - Догадка, как молния, вспыхнула в ее голове. Она вновь живо представила на себе его пронизывающий жуткий взгляд, вспомнила свои ощущения и почувствовала, как мелкие мурашки покрывают все ее тело. - Кто он, этот … этот…, - она не могла подобрать слово, назвать его человеком язык не поворачивался. - Вы ведь знаете, что он такое?
   Комарский сочувственно посмотрел на Нику, заглянул в глаза:
   - Я знаю не все. Но я хочу в этом разобраться. Поверьте, Вероника, я не имею права вам все рассказывать. Могу только заверить вас, что этой проблемой занимаются уже давно и очень основательно - и наша организация, и такие же организации по всему миру. И одна из целей - как раз, защитить людей от таких вот агмаров, выявить, распознать их и нейтрализовать.
   Ника не верила своим ушам.
   Не дав ей опомнится, Комарский вручил свою визитку на случай, если она еще что-то вспомнит и выскользнул за дверь.
   Обдумывать услышанное сил уже не было. Наскоро приняв душ, чтобы смыть с себя всю пыль и гарь от взрыва, Ника нырнула под одеяло и через минуту уже спала глубоким сном.

   Глава 11. Агмар.

   Свой первый вечер на Земле Агмар Пал встретил в глухом переулке на окраине Москвы в припаркованной наспех «Тойота Авенсис». Вот уже несколько часов он лежал на переднем опущенном сиденье машины с закрытыми глазами. Нужно было набраться сил. Агмар чудом уцелел после взрыва. Хотя, слово «уцелел» подходило все же с натяжкой. Несмотря на отсутствие внешних повреждений, внутри все дико болело, и он не знал наверняка, сколько времени ему понадобится на восстановление жизнедеятельности. Сейчас он мог только лежать вот так с закрытыми глазами и ждать. Ему нужно было время. И пока что оно у него было.
   Еще он мог думать. Это то, что Агмар мог делать и делал всегда. Вот и сейчас, поразмыслив, он был уверен, что тут его искать никто не станет, слишком далеко он успел уйти. Можно сказать, что ему повезло. И уже не в первый раз за сегодняшний день. Это служило хорошим предзнаменованием на будущее. Ему повезло, что он не пострадал при телепортации. Без капсулы это было очень рискованное мероприятие. Но только так он мог попасть на Землю, минуя официальные порталы, о которых не могло быть и речи, учитывая его положение.
   Каково же было его удивление в первые минуты, когда он понял, что перенесся в нечто, подобное тюрьме. В этом даже была некоторая ирония судьбы - всего несколько месяцев назад с большим трудом ему удалось сбежать из крепости для особо опасных преступников, а тут - снова тюрьма.
   Конечно, здешние тюрьмы, по крайней мере эта, сегодняшняя, о которой он мог судить - не чета той, где он пребывал последний год. Так неужели жалкая развалюха здесь, на Земле, была в состоянии задержать его хотя бы на день, если его не смогла удержать одна из самых укрепленных и охраняемых крепостей во Вселенной? И если бы не этот маленький кретин, что схватился раньше времени за снаряд, все прошло бы совсем гладко и, главное, без свидетелей. А теперь остались хвосты, которые придется подбирать, так или иначе. Но об этом он подумает позже, когда восстановится. В любом случае, сейчас ничего изменить нельзя.
   С другой стороны, все могло бы быть гораздо хуже, если б Агмар попал под взрывную волну, а дым не был бы таким густым. Он вспомнил, как удачно подвернулся ему тогда человек в камуфляжной форме, и он без особых усилий воспользовался его жизненными силами и одеждой и, таким образом, смог пробраться мимо рядов оцепления. Затем был еще один, штатский, у которого он взял только одежду. К этому времени силы стали быстро его покидать. Повреждения организма оказались весьма серьезными и давали о себе знать. Но и тут ему повезло. Несмотря на скудное количество транспорта на улице, в первой же попавшейся машине оказалась та, которая ему была так нужна - молодая, энергичная и крепкая женщина. Она перевезла его через весь город, подальше от опасности, а затем, сначала отдала ему свою энергию, а потом и жизнь.
   Агмар медленно открыл глаза и посмотрел на тело несчастной, лежащее на заднем сиденье - если бы не мертвенная бледность и неестественная поза, могло показаться, что она спит. Возможно, завтра ее найдут и констатируют смерть от кровоизлияния в мозг, но он к тому времени будет уже далеко.
   Агмар с трудом приподнялся и открыл дверцу машины. В лицо сразу пахнуло осенним ночным воздухом, перемешанным с горечью смога большого промышленного города. Он поморщился, его чувствительный нос все еще не привык к характерному земному запаху. И все же это был настоящий, живой воздух, и он как-то странно, непривычно его пьянил, казалось, даже заряжал. Это ощущение нравилось Агмару.
   Дольше оставаться на одном месте было рискованно. Он осторожно вышел из машины, потоптался немного на месте, разминая ноги, затем потряс руками, потянул шею, повертел головой и пошел в ту сторону, откуда доносился шум снующих туда-сюда авто.
   Надо было поискать место для ночлега, желательно с удобствами и на несколько дней. За это время он окончательно восстановит форму и тогда сможет приступить к выполнению своей миссии.
   Агмар вышел к дороге, дождался нужного момента и поднял руку. Молодая женщина, сидевшая за рулем, неожиданно почувствовала прилив нежности и жалости к одиноко голосующему на дороге молодому мужчине в деловом черном костюме и светлой рубашке. Он был одет не по погоде легко и, возможно, нуждался в помощи.
   Резко затормозив рядом с ним, она спросила:
   - Вам куда?
   Раскосые темные глаза незнакомца вспыхнули почти неземным магнетизмом.
   - Думаю, мне с вами по дороге, - многообещающе улыбнулся он.

   Глава 12. Вопросы, вопросы...

   На следующий день после взрыва Ника спала долго - не видя снов, не слыша звонков, не ощущая времени. Когда она, наконец, проснулась, стрелка часов подбиралась к полудню. Рядом на подушке жалобно трезвонил почти севший мобильник.
   Она ответила сонным голосом:
   - Никого нет дома.
   - Ну, ты спишь, что ли все еще? - недовольно раздалось в трубке.
   «Как в воду смотрел Кристиан, - подумала Ника, - Леня прорезался!»
   - Я уже встаю, - пробормотала она и поплелась на кухню.
   Леня, как и было предсказано, прощения за вчерашнее не просил, но самочувствием поинтересовался. А еще больше его интересовало, когда будет готова статья, чтобы он мог привезти в редакцию фотографии.
   - Ты же сказал, что весь отснятый материал пропал, - язвительно заметила Ника.
   - На твое счастье кое-что осталось, - буркнул фотограф.
   - Сегодня к вечеру все будет готово, по крайней мере, я все отдам Скрябину, - пообещала ему Ника.
   Потом позвонил сам Скрябин и поинтересовался тем же, чем и Спицын, и в том же порядке. И получил тот же самый ответ.
   Словом, времени на раскачку не было. Быстро собравшись, уже через полчаса Ника подошла к своей машине. Распахнув заднюю дверцу, она бросила на сиденье сумочку - как говорится, подальше положишь, поближе возьмешь, - предварительно сунув мобильник в карман пиджака. Окинула взглядом салон - надо бы убраться. Тут же на заднем сиденье она обнаружила вишневую вязаную шапочку, по всей видимости, забытую вчера Кристианом впопыхах. Быстрым движением Ника перекинула находку на переднее сиденье, смела, как смогла, щеткой крошки и пыль с заднего сиденья, после чего легко захлопнула дверцу, села за руль, завела и стала греть машину.
   Теперь у нее было несколько минут собраться с мыслями, обдумать предстоящую статью. Машинально она протянула руку и взяла шапочку, рассматривая ее - ничего особенного, возможно даже куплена в Детском мире. Ника почувствовала слабый запах, исходящий от вещицы - то ли туалетной воды, то ли шампуня. Пахло приятно чем-то сладковатым. Точно такой же аромат вчера исходил и от Кристиана. На секунду прикрыв глаза, ей показалось, что он все еще здесь, в машине, сидит рядом и смотрит на нее своим изучающим взглядом, а на губах играет бесхитростная улыбка.
   Ника вспомнила, как сильно удивилась вчера вечером, когда по дороге в Центр Кристиан сказал ей, что давно уже не студент и занимается наукой, даже степень какую-то ученую имеет. Правда, она не запомнила, какую именно, но, исходя из возраста, можно было предположить, что кандидатскую. И какой наукой занимается Кристиан, она тоже не запомнила, но, опять же, могла предположить, что чем-то странным, похожим на него самого. Она бы не удивилась, если б это были какие-нибудь бабочки. Или, например, квантовая физика - с одной стороны, Нике всегда нравилось это название, а с другой, она даже понятия не имела, что это такое, а посему наука эта казалась ей прекрасной и загадочной. В любом случае, теперь оставалось только гадать, чем на самом деле занимался этот удивительный парень. Да и Бог с ним!
   Она легким движением руки отправила головной убор через плечо, куда-то назад, а вместе с ним и все мысли о Кристиане.
   В редакции был разгар рабочего дня. По дороге к своему столу Нике пришлось несколько раз останавливаться, чтобы выслушать от коллег то слова восхищения, то слова сочувствия. Были и такие, которые явно завидовали.
   Долго не рассиживаясь, она решила сразу брать быка за рога - пойти к Скрябину и получить от него прямой и честный ответ на вопрос, который мучил ее со вчерашнего дня: за какие такие выдающиеся заслуги на подвиг отправили именно ее и кому выгодна ее смерть?
   Несколько раз глубоко вздохнув и приняв, по возможности, невозмутимое выражение лица, Ника постучала в кабинет шефа. Как всегда, в ответ раздалось резкое «Да!» Она вошла. Поздоровалась.
   - Ну что, героиня, расскажешь хорошего? - сразу приступил к делу Сергей Сергеевич, отрываясь от компьютера. - Как там наша статья поживает? Что-нибудь принесла?
   - Да, нет, не успела пока. Думаю, к вечеру все сделаю, - решительности у Ники заметно поубавилось, она стала искать удобный момент для наступления.
   - Ну, ладно. Тогда не буду тебя больше задерживать. Вопросы есть? Нет? Тогда до вечера, - Скрябин тут же снова уткнулся в компьютер.
   - Вообще-то, один вопрос есть, - тихо произнесла Ника, собираясь с силами для решающего маневра.
   - Слушаю тебя, - удивился Скрябин, нехотя откладывая «мышку».
   - Сергей Сергеевич, а разве больше некого было послать вчера в изолятор? Вы же знаете, что я этим не занимаюсь, - быстро выпалила она.
   - Не понял, - еще больше удивился Скрябин.
   - Чья это была гениальная идея снять меня со «светской хроники» и отправить на «криминал»? - сама удивляясь своей смелости, продолжала допытываться Ника.
   - А ты не догадываешься? - откинулся на стуле редактор.
   - Нет, - уже менее решительно произнесла девушка.
   - А я думал, ты умнее.
   Ника пожала плечами - какая есть.
   - А я думала, что вы честно ответите на мой вопрос. Я думала, что имею право знать, где я работаю, чем занимаюсь, и что мне делать дальше, потому что …
   - Да нечего тут честно отвечать, - перебил ее Скрябин, и в его тоне не было ни раздражения, ни гнева. - Я, действительно предполагал, что ты в курсе. Ну, а коли не знаешь, то я скажу тебе. Был тут вчера один человек. Он меня попросил, чтоб поехала именно ты. Все ясно? - Он немного помолчал и, видя, что Ника тоже молчит, добавил: - Тогда считаю этот вопрос закрытым. Ты хорошо вчера поработала, Вальберг, молодец. Теперь мне нужен твой материал. Очень нужен. Так что, давай, заканчивай начатое.
   Ника была ошеломлена ответом шефа. Значит, это устроил Комарский? Она ждала всего, чего угодно, но только не этого.
   - Будет вам материал, к вечеру, - пообещала она и вышла из кабинета.
   Надо было все обдумать. Но сделать это в редакции казалось почти не возможным. Звонки, музыка, разговоры постоянно отвлекали. Ника надела наушники и включила тихую музыку, обычно это помогало сосредоточиться за компьютером.
   Целый рой вопросов кружил у нее в голове, и ни один не находил ответа. Какое отношение она имеет к уголовникам? Какое отношение к ней имеет Комарский? Какими такими аномальными атмосферными явлениями занимается Бюро, в котором он работает, и причем тут изолятор? Зачем на самом деле он вчера приходил к ней? И, наконец, кто такой Агмар?
   Немного помучившись всеми этими вопросами, Ника достала из сумочки визитку, повертела ее в руках - вот куда надо звонить, вот кто все знает. И он должен ей все разъяснить, если уж впутал ее в это дело.

Cвидетельство о публикации 363403 © Аврора Ли 13.10.11 21:20