Голосовать
Полный экран
Скачать в [формате ZIP]
Добавить в избранное
Настройка чтения

Тренер рекордсмена


   ТРЕНЕР РЕКОРДСМЕНА
   (памяти В.И. Телегина)

   Прошло уже более 30 лет с того дня, когда наш запорожский паренек Володя Ященко установил мировой рекорд по прыжкам в высоту, потом стал чемпионом Европы. О нем написано много, и я приложился, грешен. Но при этом до обидного мало написано о его тренере, Василии Ивановиче Телегине. За несколько десятилетий плодотворной тренерской работы Василий Иванович воспитал много сильных спортсменов, среди которых - трехкратный мировой рекордсмен. Нет уже ни Володи Ященко, ни Телегина, ни страны, в которой они жили, да и способ "перекидной", которым прыгал Володя, ушел в историю. Страшно осознавать, что уже никогда такой тренер не появится. Не потому, что таких нет. Просто условия его роста и становления никогда не повторятся. В эру чистогана такому просто нет места. Впрочем, что это я все вокруг да около. К делу!
   Впервые я увидел его на улице, и запомнил сразу. В его облике было что-то от хищной птицы. Невысокий, стройный, с легкой походкой и цепким внимательным взглядом светлых, немного навыкате, глаз. Глянув мельком, он довольно быстро меня, 12-летнего подростка, оценил, ничего не сказав. Тогда в школе на уроке физкультуры я перепрыгнул "ножницами" планку на высоте 155 см, выполнив норматив третьего спортивного разряда. Не прошло и года, как попал я в секцию Легкой атлетики СК «Трансформатор» и там уже увидел его поближе. Семь лет он был моим Учителем. Кроме премудростей Королевы спорта мы - а нас было много - постигали и премудрости жизни. И то, что мы не стали в этой жизни обитателями дна, устроились каждый по-своему, помним и то время, и друг друга, во многом и его заслуга.
   Василий Иванович Телегин родился 7 января 1936 года, на Рождество. В этот день мы всегда устраивали в зале спортклуба соревнования, так Шеф (а мы его заглазно звали именно Шефом, никак не иначе) отмечал каждый свой прожитый год. Каждый в этот день дарил ему рекордные секунды, метры и сантиметры. И это было для него лучшим подарком.
   Он учился в Смоленском институте физкультуры, был мастером спорта по прыжкам с шестом и прыжкам в длину. В Запорожье он сразу попал в крупнейший в городе спортклуб "Металлург", где работали 12 тренеров по Легкой атлетике. Ему было всегда гарантировано место в сборной области, города, ДСО. Тренируйся, тренируй, живи - чего еще надо. Но в 26 лет Телегин совершает поступок. Он вешает - окончательно и бесповоротно - шиповки на гвоздь, заканчивая карьеру активного спортсмена. Уходит из благополучного спортклуба в заштатный СК "Трансформатор", на правом берегу Днепра, где получил комнату в коммуналке. Теперь в его распоряжении маленький, старый, еще довоенный стадион "Авангард" с гаревой дорожкой, зальчик в ДК «Энергетиков» (а через несколько лет - зал в СК "Трансформатор") - и все. Но к его услугам теперь все правобережное Запорожье. Телегин через два тысячелетия воплотил в жизнь принцип Юлия Цезаря: лучше быть первым в деревне, чем вторым в Риме.
   Хороших специалистов по Легкой атлетике в Запорожье было немного. Со знанием биомеханики, психологии, пониманием технических тонкостей. Было у кого учиться, была возможность пользоваться довольно качественной спортивной литературой. Телегин по крупицам собирал и творчески переосмысливал опыт других, но сразу понял главное: даже если ты станешь специалистом в тренерском ремесле, только слепо копируя кого-то, даже если этот "кто-то" - великий спец, дальше тупого ремесленничества не пойдешь. Надо создавать что-то свое. Как Оббариус, как Лонский. Свое.
   Обязанности на нем были немалые. На всех городских и областных соревнованиях Шеф должен был обеспечивать командный зачет. Очки. Места. Кроме него в клубе были в то время еще три тренера, один из которых - о нем особо - портил всех, кого тренировал. Но основная нагрузка ложилась, как ни кинь, на Телегина. Его малыши, юноши и юниоры занимались бегом на короткие дистанции, прыжками, многоборьями. За 6 лет работы в СК "Трансформатор" у Телегина появились первые перворазрядники, первые успехи, которые уже никто не называл случайными. Двое его лучших учеников, прыгуны в высоту, перворазрядники, ушли к другим тренерам, рассчитывая на быстрый прогресс. Потом оба вернулись назад, поняв, что Шеф как тренер лучше.
   Еще одну свою перворазрядницу он … обменял с тренером по метаниям на двоих малышей-пятиклассников. Один из них был откровенным доходягой, даже бегал "шпагатами", второй был упитан до безобразия. Телегина тогда никто не понял, особенно после того, как бывшая его воспитанница почти сразу стала кандидатом, а потом и мастером спорта по толканию ядра. В этом поступке - весь Телегин. Он понял, что тренер по метаниям даст ей то, что сам Шеф дать не сможет. А в приобретенных пацанчиках он рассмотрел такой потенциал, который никто и представить не мог. Всего-то делов, как он сказал после, через несколько лет, они не пропускали тренировок, и у них горели глаза. Мастерами стали оба, а один из них даже в Сборную Союза входил, был рекордсменом области, рекордсменом Молдавии, даже побыл пять минут в ранге юношеского рекордсмена Европы! Но это все было потом.
   Когда я, рослый и неуклюжий, пришел к нему тренироваться, Шефу было уже 33 года, он был уже довольно известным по городским масштабам тренером. И выкристаллизовывалась система - его система - что стала как бы питательной средой для спортивного роста его воспитанников. Да и не только спортивного. Каждый год кто-то из его воспитанников оканчивал школу с золотой медалью. Моды на тупость и ограниченность, как в других спортклубах, у нас не было. С Шефом можно было разговаривать практически на любые темы, с ним было интересно. И к нему ученики тянулись. У нас был дружный коллектив, объединенный общими интересами и совместным ростом. Это было довольно закрытое общество, и чужаки - а таких было немало за столько-то лет - отторгались, как чужеродное тело. Просто не вдруг, не сразу, исподволь, начинаешь понимать и чувствовать, что ты здесь свой. Это твой коллектив, он тебя принял. И это был один из краеугольных камней системы Шефа. В Легкой Атлетике - виде эгоистов и сильных одиночек - это редкость. Когда мы выходили с Шефом на вылазку «на природу» - это была такая неподдельная радость общения, ощущения своей команды - что мы это пронесли сквозь десятилетия. И, пожалуй, именно за то, что Шеф открыл для нас прелесть человеческого общения, каждый из нас ему благодарен больше, чем за какие-то спортивные успехи.
   Сначала были маленькие успехи. На юношеском первенстве области воспитанники Телегина заняли почти десяток первых мест. Телегиным дали двухкомнатную квартиру, и теперь у его воспитанников появилась возможность почти каждый четверг приходить к Шефу "на чай". Чаю выпивалось огромное количество, а уж разговоров под чай - и вдобавок под кино, снятое Телегиным на кинокамеру - немеряно было. Камера у Шефа была своя, пленка, проявление - тоже за свои деньги. Видеокамер тогда у нас в провинции и в помине не было, вот и смотрели мы на себя, любимых, со стороны таким вот образом. С повторами, с комментариями, с полным и подробным анализом. Все помогали всем, никто не молчал, видя недочеты и недостатки в технике. Шеф учил нас думать и понимать ремесло, учил анализировать, сравнивать и принимать решения. Сразу же предлагались и спецупражнения на следующую тренировку, и подходы к исправлению недостатков. Он мог и не соглашаться, но сам факт спора и рождения в споре истины приветствовал. Мы даже и с ним самим спорили, это не запрещалось. Если ты сильная личность (а какой же легкоатлет признает себя слабаком?), то будь добр сумей отстоять свое мнение. А если видишь, что неправ, сумей с достоинством признать это. Проигрывать тоже надо учиться. Там же мы играли и в карты. Спокойная игра преферанс, на два стола, чтобы чаепитие не превращалось в заурядный разбор полетов.
   Физическая форма у Шефа была для его возраста изумительная. Заднее сальто на песке, босиком - запросто! Когда в спортлагере его - 37-летнего - стали подначивать гимнасты, Шеф с сигаретой во рту запрыгнул на перекладину и, взяв сигарету в левую руку, на правой четыре раза подтянулся, затем, переложив сигарету в правую руку, три раза подтянулся на левой. Гимнасты, среди которых были два кандидата в мастера спорта и три перворазрядника, враз увяли. А мы были за Шефа горды. Знай наших! Он мог любого положить в борьбе на руках (которую сейчас называют армрестлингом). Во время учебы в вузе он, таким образом, неоднократно выигрывал обед или ужин у штангиста-тяжеловеса Геннадия Рябоконя, хотя сам весил вдвое меньше. Но когда однажды его попросили прыгнуть с шестом на кубке Украины за сборную области, обеспечивая зачет, Шеф наотрез отказался. Завязал - значит завязал!
   Ряды наши пополнялись не только новичками "с улицы", но и за счет воспитанников того самого четвертого тренера, о котором уже было упомянуто. Имел он кроме диплома техникума физвоспитания еще и партбилет, который помог ему сесть в кресло инструктора райспорткомитета. Но тренер он был никакой. Почти никто из его воспитанников не пошел при нем дальше третьего разряда, это факт. И данные у ребят были, и желание, но тренер их попросту калечил, не умея - и не желая учиться - поставить грамотно технику выполнения тех или иных упражнений. Да и с методикой подготовки у него было не ахти. И когда, не желая тренироваться в парке возле спорткомитета и выступать неизвестно за кого, кудиновские воспитанники шли к Телегину, перед Шефом вставала нелегкая задача: как их, с изуродованной техникой, переучивать. У кого-то поменялась специализация. Ломались вредные стереотипы массой вспомогательных и подготовительных упражнений. И все это было сознательно, ребята и девочки понимали, ради чего вся эта скучная череда бесконечной "спецухи". Я уделяю этому моменту внимание потому, что среди этих ребят были и очень талантливые, одаренные спортсмены. Среди них был и Володя Ященко, но об этом после…
   Телегину удалось, я считаю, избежать одной очень серьезной опасности. Дело в том, что для знающего, толкового специалиста превратить обычного подростка в спортсмена-разрядника труда не составит, если воспитанник имеет желание, работоспособен и стоек характером. Молодой организм растет, это естественный процесс. И если еще добавить сюда планомерные, регулярные тренировки, то результат будет. Ну а если еще и данные от Бога, тогда будет и быстрый прогресс, рекорды и все такое прочее. И вот тут-то и таится опасность. Скольких мы видели победителей юношеских соревнований, подававших надежды, которые в зрелом возрасте так ничего и не показывали. Просто их подготовка была форсирована, и организм не выдерживал физически, а главное - морально. Юношеские соревнования - это первый, начальный шанс для тренера заявить о себе, прославиться. Плюс "его величество зачет", будь он неладен. Соблазн. От тренера спортивные функционеры требовали именно зачета в тех или иных соревнованиях, и работа его оценивалась по количеству зачетных очков воспитанников. Шеф никогда не грешил форсированием подготовки атлетов-юношей. Сознательно, предупреждая нас, рвущихся к высоким результатам, о пагубности спешки. С примерами. С обоснованиями. Любой из его воспитанников мог запросто обсудить с ним все спорные вопросы, подробно и на равных. До консенсуса. Но в вопросе форсирования подготовки Шеф был непреклонен. И еще он был активным противником допинга в любых его проявлениях. Однажды он после тренировки показал нам ксерокопию секретного отчета о применении стимуляторов - и тут же привел уйму примеров того, к чему это, в конце концов, приводит. Убедил.
   Каждую весну Шеф с воспитанниками ехал в Ялту, на юношеское первенство ЦС "Авангард". А в 1971 году трое из нас ехали туда уже отдельно от Шефа и расчудесной нашей компании, в составе сборной облсовета. Это уже было что-то. И привезли все его воспитанники с первенства ЦС полдюжины призовых мест. И летом на том же ЦС - тоже пять призов на троих, и одно первое. Украина привыкала к звучащей из репродукторов фамилии "ТЕЛЕГИН". На следующий год ряды наших перворазрядников расширились, а победы на радость Шефу были столь нередки, что на "четвергах" стало модным расписывать "пульки" преферанса на обратных сторонах почетных грамот за призовые места. Шеф уже едет на летнее первенство ЦС в качестве полноправного тренера сборной облсовета. И в конце сезона на финале Кубка Украины в забеге на 400м с/б Саша Каврин, самый талантливый ученик Телегина, красиво и убедительно победил, при этом "привез" всем фаворитам метров 8-10! На следующий год рост наших результатов и представительство учеников и учениц Телегина в разных сборных были еще весомее. На Союзе Паша Лобанов попадает "в призы".

   Но 7 марта 1972 года случился до всего этого черный вечер в судьбе Телегина. Об этом до сих пор никто не знает, даже его дети, но Шефа уже нет, и пора открыть эту страницу. Накануне традиционных соревнований в манеже в честь Женского дня гуляли мы с Мишкой Яковлевым, «нагуливали» себе соревновательное настроение, и занесла нас нелегкая на улицу Кияшко, где столкнулись мы с Шефом, пьяным в дребодан. Поскольку он совершенно не мог передвигаться самостоятельно, пришлось нам вдвоем доставлять его домой, там утихомиривать и укладывать спать. Назавтра, ясное дело, мы выступили хуже, чем могли, а Шеф нам обоим рассказал, что с ним случилось. А случилось, оказывается, то, что при попытке вступить в ряды членов партии шефа ждала неудача. Дескать, заслуг у него для поступления в партию явно недостаточно. Хотя он на тот момент и был лучшим тренером района, а, может быть и города.
   Вот и получил 36-летний тренер, который в тот момент явно находился на подъеме, успешно работал и искал новые пути, под дых от родной страны-тире-партии. Десять лет он работал только тренером, не лез ни в какие кресла, не рвался за чинами. Он хотел стать лучшим в своем ремесле, и он им практически стал. Ну и что? Какой в этом смысл? Все равно вверху сидят ублюдки с партбилетами и вершат твою судьбу только на том простом основании, что они члены КПСС, а ты - нет. И с того самого дня произошел в Телегине какой-то надлом. И с тех пор винный запашок стал его почти всегдашним спутником.
   Надлом этот Шеф прятал поглубже в себя, и наружу эта его горечь вырывалась крайне редко. Ну а о причинах такой горечи никто, кроме нас с Мишкой и не догадывался. Попыток "вступления в ряды", насколько мне известно, Шеф больше не повторял.
   
   Телегина уже хорошо знают за пределами Запорожья. Его воспитанники и воспитанницы - и с каждым годом все чаще - входят в состав различных сборных, вплоть до сборной Союза. Он смело пробует новые методики подготовки, даже аутотренинг. И уже работает его система. На секторе для прыжков в высоту на тренировке прыгают несколько человек, и после каждого прыжка любой из прыгающих может сделать тебе замечание, дать совет. Конечно, слово Шефа - последнее, но в работе над техникой каждого участвуют все. И не важно, что потом нам предстоит соперничать на соревнованиях. Помогая всем, каждый растет и сам. И теперь никакие перипетии на секторе Телегинским воспитанникам не страшны, если ты не просто прыгаешь, а еще и умеешь анализировать и делать выводы. Так же работают и спринтеры, и многоборцы. Шеф один на всех (а нас до трех десятков, не считая малышей, за которыми пригляд тоже нужен). Конечно, вне стадиона мы можем относиться друг к другу по-разному, вплоть до открытой неприязни, но это не распространяется на спортивную борьбу. Хотя ею все и определяется. Не случайно воспитанники Телегина и сами становились хорошими тренерами. Работа в группе не пропала втуне. Кстати, и нудные, скучные подготовительные упражнения, имитации в компании тоже делать легче. А уж объемы этих упражнений у нас огромные. Среди завсегдатаев юношеских соревнований мы своей общей физподготовкой выделяемся. Тоже телегинский принцип. Фундамент должен быть крепким и основательным.
   В спортивном лагере на острове Хортица, чтобы летом прыгуны-перекидники не утратили технических кондиций вне стадиона, между двумя тополями был укреплен отрезок дюймовой трубы, и три шага разбега мы делали по доске. Это было здорово, на гандбольные ворота так не взлетишь. Ниже двух метров трубу не опускали, и мы, имевшие на тот момент рекорды на уровне 170-180см, долетали до трубы - «залазили», как мы тогда говорили - довольно уверенно и без всякого страха. И у каждого хоть раз получалась безукоризненно исполненная попытка, когда прыгун через эту трубу просто перелетал. «Попал в себя», так это называлось. Я помню свой восторг, когда, перелетев с трех шагов двухметровую высоту, лишь на излете прихватил трубу рукою, страхуясь от падения на землю. Через 8 лет эта труба была установлена уже на полметра выше, специально для тренировки мирового рекордсмена Володи Ященко - и свидетели до сих пор с восторгом вспоминают, как в одной из попыток Володя перемахнул через эту трубу. «Попал в себя», но на рекордном уровне.
   На соревнованиях, независимо от их ранга, Шеф всегда сидел на верхних рядах трибун. Подсказывать специально он и не пытался, хотя, если спросишь, совет давал. В руке пачка болгарской "Шипки" без фильтра, сигареты прикуриваются одна от другой. Конвейером. Шефу виден весь стадион, на котором в нескольких видах сразу сражаются его воспитанники. Он видит и запомнит все, завтрашний разбор полетов, вне зависимости от занятого места, будет полным и объективным. И по технике, и по тактике, и по всяким прочим нюансам. И кинокамера верная на всякий случай рядом.
   Шеф на нас не давит. Он предлагает те или иные упражнения, подходы, изменения. Так, например, двоим бывшим воспитанникам Кудинова он предложил в качестве специализации многоборье. Чемпиону в гладком беге на 400м он предложил попробовать себя на барьерной дистанции. Но при этом было уже известно, что он может атаковать барьеры любой ногой. И целых три года он ждал, когда автор этих строк "дозреет" до замены специализации с высоты на… тройной прыжок. А вот в случае с Володей Ященко Шеф проявил и прозорливость, и принципиальность. Яшка попал к Телегину, имея личный рекорд 165см, но прыгал он настолько "коряво", что смотреть на его прыжки было попросту страшно. Вот и предлагали мы Шефу перевести парня на тройной прыжок. Благо, прыгучесть у него была, и вообще задатки были хорошие. Шеф с нами не согласился.
   Выбор у Шефа был незавидный. То ли переводить паренька на фосбюри-флоп, со сменой толчковой ноги с левой на правую, то ли послушаться нас, благо, вопили мы в четыре глотки громко и, как нам казалось, убедительно. Третий путь - самый муторный, самый нудный и опасный - оставить все, как есть, но исключить работу с планкой минимум на полгода. При помощи специальных упражнений, имитаций искоренять все вредные навыки (укоренившиеся уже на подсознании), приобретая взамен правильные. И выбор этот Шеф предложил Володе, тогда еще 13-14-летнему. Тот был согласен терпеть, работать помногу и без особого результата. Да и с плоскостопием Володиным надо было бороться. Но это-то как раз оказалось проще всего, многократно повторяя упражнения для стоп в конце каждой тренировки, мы добивались уменьшения размера ноги при увеличении подъема стопы. И тут, кстати, Володя довольно быстро уменьшил размер ноги с 48-го до 45-го. Это был результат конкретный, весомый и давал этот результат надежду на высокие прыжки в будущем, потому что с плоскостопием высоко прыгнуть ох как не просто.

   Вот и сошлись звезды на небосводе, как бывает не с каждым и не более раза в жизни. У Телегина появился спортсмен с уникальными данными. У Ященко появился тренер, способный этот уникальный потенциал реализовать. Кроме того, Володя попал в коллектив, в котором каждый помогал друг другу, поднимал другого, поднимаясь сам. Да, конечно, способность Володи Ященко реализовывать свои возможности была уникальна, но трудно представить, что бы с ним было, останься он у первого тренера.

   В то время прогресс всех Телегинских учеников просто поразителен. Конечно, мировых рекордсменов среди них больше не было, но мастерами спорта стали многие. И рекорды области и республики им покорялись. Так что звание Заслуженного тренера СССР Василий Иванович завоевал по праву. И он никогда не отказывал ученикам других тренеров, когда те тренировались с нашей группой неделю-другую, ничего не скрывал и всегда старался помочь. И со многими коллегами из других городов Шеф был дружен, а это дорогого стоило, там просто хорошим человеком быть мало. Деятелей и приспособленцев в этом кругу не сильно жаловали.
   В сборной страны с Володей работал сам В.М. Дьячков, тренировавший Валерия Брумеля. Я сознательно не употребил слово "воспитавший". И Брумель, и Скворцов, и Будалов пришли к Дьячкову готовыми, сформировавшимися спортсменами. Стоило Брумелю попасть в аварию - это известная история - как Дьячков от него сразу отказался. И Володя, отдадим ему должное, не пошел к нему в воспитанники, оставшись учеником Телегина. Но каково это - делить с кем-то своего ученика!
   В свое время я на сборах перед спартакиадой школьников Украины получил консультацию от другого тренера. Тот тренер отлично знал биомеханику и был довольно известным йогом. И с меня взял слово, что я никогда и никому не расскажу о том, чему он меня научит. Слово я дал, но прежде заявил, что от Телегина никогда, ни при каких обстоятельствах не уйду. И — надо же - за пару следующих соревнований добавил 10 см, выиграв попутно ЦС. Телегин этих прыжков не видел, но то, что он увидел в моем исполнении на тренировках, понял сразу. И исправлять не стал. Просто уже потом, через некоторое время, объяснил с глазу на глаз, что всему свое время. Сколько лет прошло, а мне до сих пор памятен тот мой стыд и облегчение после разговора с Шефом.
   А здесь, с Володей Ященко, уже совсем другой уровень. Дьячков, что ни говори, "светило", профессор и Заслуженный тренер страны. Но у него Володя не частый гость. Это алмазы можно просто шлифовать, не вдаваясь в подробности их прошлой жизни, а с человеком все гораздо сложнее. Вряд ли Владимира Михайловича сильно интересовали тонкости специфики Володиной подготовки, сложности его характера, необходимость постоянной борьбы с первоприобретенными вредными навыками.
   Телегин это все знал, учитывал и проводил в жизнь. Но как же быть теперь, когда его воспитанник теперь уже как бы и не совсем его. Или даже совсем не его. И то, что кудиновские огрехи в Володиной технике Телегин долго и трудно пытался поправить - это тоже только телегинский крест, Дьячкова сие не касалось. А ведь проще, пожалуй, вылечить паранойю, чем исправить въевшиеся в естество спортсмена вредные стереотипы. И там, и там втихую сдвинуты мозги, но здесь и на мышечном уровне, на ощущениях - тоже патология. И каждое (подчеркиваю: "каждое!") занятие приходится строить с учетом искоренения прошлых навыков. И ни шагу назад!

   Субъективно "хорошо" или "плохо", есть "хуже" или "лучше". Закон первой производной, по которому развивается все живое на Земле. Так вот, Телегин умел чутко реагировать именно на эту самую первую производную нашего - каждого из нас - прогресса. И Володин прогресс результатов не вводил его в заблуждение. Два тринадцать, два восемнадцать, два двадцать шесть! И это в 18 лет! Но почему-то вдруг куда-то пропал огонь в глазах, что-то исчезло. И Шеф, и его ученик - порознь - говорили мне об этом, но уже потом, когда все было кончено. Почему так вышло, что не сумели они обсудить все вовремя, теперь уж нет смысла гадать. Но ощущение того, что это самое "что-то" безвозвратно уходит, у Шефа было уже тогда.
   Для него это, надо заметить, было очень знакомым чувством. Потому что каждый из его более-менее успешных воспитанников, начиная учебу в вузе, потихоньку отдалялся от прежнего образа жизни и мыслей. Ибо не секрет, что в жизни кроме Легкой атлетики (которую, кроме нас, все остальные пишут со строчной буквы, как того требуют правила русского языка) есть и другие вещи, и смыслом жизни каждого она быть просто не может. И вот в полушаге от мастерского норматива человек, который до этого много лет пахал не за страх, а на совесть, начинает заниматься еще чем-то. И все. Превращение из фаната-спортсмена в физкультурника (это в лучшем случае) уже необратимо. И результат многолетнего упорного труда - просто твой бывший воспитанник. Он всегда приветливо с тобою поздоровается, расскажет о своих новых успехах и достижениях в жизни (а это во многом именно результат твоего тренерского труда, характер и жизненная стойкость - это от тренировок). А останутся в спорте немногие.
   Сейчас уже не скажешь точно, как и почему, с какого, так сказать, перепугу было принято роковое решение о поступлении Володи именно в Киевский институт физкультуры. Уверен, что Шеф - будь его голос услышан - присоветовал бы не мудрствовать лукаво, а поступать в наш родной пединститут на физвоспитание. Это, кроме всего прочего, еще и 6-8 дополнительных тренировок в неделю. И голове работа будет задана основательная, одна анатомия чего стоит. Да и примеров тьма, все положительные. Никого еще физвос не испортил и прогресс не замедлял. А так Володя, "учась" в Киеве и болтаясь без дела в Запорожье, был съеден изнутри именно этим бездельем. И Шеф ничего не смог с этим поделать, ибо скрытный и замкнутый Яшка на контакт особенно не шел. И - как следовало ожидать - закончилось все достаточно быстро и печально. И для Шефа в том числе. Не такое уж Запорожье "Поле Чудес", чтобы два подряд уникальных прыгуна попали к Телегину в руки. Да и руки уже были не те. Надлом был обоюдным…
   Несомненно, Володя после избавления от травмы колена мог бы еще долго функционировать как активный спортсмен. Именно так, потихонечку тренируясь и соревнуясь, жили годами многие его товарищи, коллеги. Да и кондиции у него тогда были просто превосходными. Он довольно долго еще числился членом Сборной Союза и вполне мог бы - на третьем десятке - долго еще прыгать с «отремонтированным» коленом. Правда, это бы были прыжки пониже, но он смог бы оставаться в спорте. И Василий Иванович не стал в этой ситуации давить на Володю, хотя, пожалуй, и мог бы. Он ясно понял, что после тех рекордных полетов прыгать просто так по 2.18-2.20 Яшка не сможет, и даже мысли такой не возникало. Продление собственной тренерской карьеры на высшем уровне такою ценою для Шефа было неприемлемо.

   Проводить Учителя в последний путь пришли все его воспитанники разных лет. Мы говорили последнее "прости" и "спасибо" за то, что, не жалея времени и сил, он делал из нас Людей. Ну и спортсменов, по возможности.

Cвидетельство о публикации 345878 © Полухин А. С. 01.05.11 11:37
Комментарии к произведению: 0 (0)
Число просмотров: 339
Средняя оценка: 8.80 (всего голосов: 5)
Выставить оценку произведению:

Считаете ли вы это произведение произведением дня?
Да, считаю:
Купили бы вы такую книгу?
Да, купил бы:
Введите код с картинки (для анонимных пользователей):


Если Вам понравилась цитата из произведения,
Вы можете предложить ее в номинацию "Лучшая цитата дня":


Введите код с картинки (для анонимных пользователей):