• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Проза
Форма: Рассказ
"Студент Литературного института имени А. М. Горького. Семинар Толкачева. Любимые авторы: Олди, К. Чуковский, Л. Чуковская, С. Довлатов, Д. Быков,Г. Туз, М. Козлова, А. Чехов, М. Пэтросян, В. Орлов. Любимая музыка: рок. Любимые фильмы: аниме. Любимое время года: осень". Денис Копейкин.

Денис Копейкин. "Харон".

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
Харон



- Эй! Здесь есть кто-нибудь?! – закричал Моряк. Эхо ушло гулять, заглядывая в каждую щель. В ответ – плеск волн у берега, да треск горящих факелов.
Моряк обошел всю пещеру – ничего интересного. Два факела возле небольшой бухты. Слышно, как река несет свои воды вдаль. Вода черна. Сзади – лестница, по которой Моряк пришел сюда.
- Есть здесь кто-нибудь? – еще раз крикнул Моряк. – Харон ты тут?!
Молчала пещера.
- Харон?! – снова позвал Моряк перевозчика.
О берег стукнулась шлюпка. На веслах никого. Старческой рукой Харон сжимал руль. Капюшон тоги скрывал лицо.
- Здравствуй Харон, - поклонился Моряк.
Перевозчик молчал, протягивая раскрытую ладонь.
- Мзду? Пора?.. Сейчас Харон, подожди... Там, - Моряк кивнул на невидимый берег вдали, где горели огни замка, и откуда доносился собачий вой, иногда сотрясающий стены. От этого воя душа падала, как якорь в порту. – Там... курят?.. Ну, дай я покурю в последний раз! Сейчас, - Моряк засуетился: выворачивал карманы, ища кисет с табаком. Нашел трубку, набил ее и тихо раскурил. – Курить хочу! – пожаловался парень, выпуская дым. - Там поди не курят. Да и неба нет, и моря – век их не увижу... Харон, а что мне уготовано? Ад? Рай?.. Не знаешь? Ну и ладно! Посейдон с тобой, а я уж как-нибудь приживусь, вот... - Моряк достал из кармана дублон, и собирался отдать перевозчику его, как дрогнула рука. И пальцы сжали монету. Сунули обратно в карман.
Руку Харон опустил. Тьма под капюшоном смотрела, и казалось Моряку, что она вопрошает: «И что мне с тобой делать?».
- Я... я... На, затянись, - Моряк протянул Харону трубку, тот вежливо от нее отказался, шагнув назад. - Может, потолкуем?
Качнулся капюшон, река засуетилась, резвей забегали волны, ударяясь о борт шлюпки.
- Не смейся! Ты ведь, как и я – моряк! Но что ты видел кроме лодки? Кроме бездонной, тихой Леты? А?.. Снова молчишь, так я за тебя отвечу - ничего! Ты! – палец Моряка тыкал в грудь перевозчика, - кроме своей пещеры ничего не видел! А я... Я сменил три флага: Англию поменял на Испанию, Испанию на Францию... Харон... - Моряк смотрел наверх - на свод пещеры, потом вниз - на воду возле берега. – Харон... а ты видел южные звезды? Как сияет Сириус в Большом Псе, а ты в «гнезде». Под рукой – подзорная труба, а внизу – палуба. И вот ночью – море черное. На небе нет облаков, и оно похоже на вышивку любимой. А небо... эх, Харон, - печально сказал Моряк, - ты многое потерял. Ты не видел НЕБА! Знаешь, с мачт оно ближе. И когда я первый раз попал на юг, меня так небо поразило, что я испугался. Помню, был штиль. Команда спала, матросы храпели на палубе, а я залез на грот-мачту в «гнездо» и смотрел на звезды. Они мне казались соседскими фонарями, и я мог протянуть руку, затушить фитиль... сжимаю кулак... а звезда на месте! Это было что-то! А потом представь Харон! Ты только представь Харон, я видел пролетающею комету! Это... это... Там хвост, как у павлина! Такой же яркий, только длинный. А потом начался звездопад. Я думал, что мир рушится, закричал «полундра!». Вся команда проснулась на шухере. Смотрят – вокруг море и только звезды падают, что фейерверк в порту! Меня пообещали вздернуть на реи, а потом передумали.
А ты видел чаек, альбатросов, китов?.. Вот скажи Харон, куда уходят синие киты, какие у них души? Что с ними после смерти происходит? У них тоже свой перевозчик, боги, ад?
Харон молчал, только плечами пожал, когда пауза слишком затянулась.
- Вот скажи, зачем киты выбрасываются на землю? Ты видел, когда-нибудь Харон этот горб, что воду чертит? А знаешь, что на суше говорят? Будто у китов – души великанов! Это правда, Харон?!..
Перевозчик пригласил жестом сесть в лодку.
- Пора? Но у меня багаж! Вот смотри, могу рассказать, как я в первый раз ставил паруса, и как отвязывал прямой парус от гафеля, и запутался в узлах. Надо мной смеялась вся команда, обзывали салагой. Это было в первый раз. Наверно... - Моряк задумался, - в первое плавание. Там же - первый шторм. Нам надо было зайти к шведам. На пятый день плавания, корабль шел правым гласом. На горизонте собирались грозовые тучи. Капитан отдал приказ все проверить, закрепить... Мы шли прямо в шторм. И вот уже ночь. Гроза рядом, спустили паруса, проверили груз, закрепили бочки еще раз. И приготовились...
Поверь, Харон – шторм страшен. Молния бьет то по правому борту, то полевому. Ветер ревет, дождь сечет каплями лицо, как легионеры секли Христа. И вся команда молится: одни Посейдону, другие Христу. И никто не кричал язычник. Я тоже молился. На два фронта молился. Мне было страшно...
Всю ночь ревел шторм, а на утро он стих. Мы выбились из сил. Наступил штиль, и вся команда упала на мокрую палубу. Я уснул, а потом пили ром. А ты пил в портовых тавернах настоящий пиратский ром? А знаком ли ты с женщинами, ради которых готов на все?! Быть на ножах хоть с морским дьяволом, Дэвидом Джонсом?
Болел ты лихорадкой?! Знаешь, сколько я их перевидал?! Сто, а может и больше! Да есть такие, что и островов на карте нет! Эх, Харон, - снова Моряк махнул рукой, - ничего ты не видел! Да и не жил ты! Все время здесь, никто тебя не отпускает, и даже кулаки размять не можешь!
Знаешь, какие бывают портовые драки?! Молчишь... ну и молчи! Не видать тебе! Так я расскажу – ооо это когда весь кабак может взорваться к чертовой матери от одного взгляда. Тогда все: моряки и солдаты, музыканты и портовые шлюхи, попрошайки и купцы хватаются за ножи, глинные кружки и ножки стульев. Крушиться, бьется посуда, теряются зубы. Вот, смотри, - Моряк широко открыл рот, оттянул правую щеку и показал два недостающих зуба. – Это я в драке потерял.
Знаешь, я говорю на трех языках, понимаю десять наречий островов от Индии до Франции. А ты? Ты Харон, все это видел?! Все это знаешь?!
Молчал Харон. Только рукой подзывал к себе Моряка.
- Иди, иду... Вот, - на ладони лежал золотой дублон. Харон протянул руку. – Пора?.. А... - Моряк пожал плечами, посмотрел назад, ища взглядом лестницу, по которой спустился. И нерешительно отдал плату за проезд.
Моряк попытался вступить на борт шлюпки, только получил веслом в грудь и остался на берегу. Моряк смотрел, как Харон отчалили от берега.
- Что это значит Харон?! Ты не хочешь брать меня? И что мне делать?!
Харон молчал, смотря на душу моряка. В ладони лежал дублон, который перевозчик подкидывал – ловил – смотрел орел или решка. И снова кидал.
- Что ты делаешь? – спросил Моряк, и голос его дрожал.
Харон кинул Моряку монету.
- И что мне делать?! – кричал Моряк, сжимая в руках свой золотой. – Или... - догадка ослепила человека, и голос с крика перешел на шепот. – Я жив?! Харон, скажи, что я жив! Прошу, не молчи, дай ответ! Скажи... скажи... я жив?!


Очнулся на юте. Матросы из моей команды вытирали рот от воды, а я чудом встал. Посмотрел на остатки боя: дымился фрегат противника. Огонь лизал балки, шипя от обиды, когда оставались щепки, и нечего было доедать. Ветер гулял в разодранных парусах вражеским книппелем. Пленников уводили в трюм. Баграми цепляли сундуки и бочки, подталкивали к борту корабля, где матросы из портов доставали добычу.
- А ты везунчик! – капитан хлопнул по плечу. – Выжил! Мы тебя чудом откачали.
- Да, - согласился я, осмотрев себя – дыра в боку.
Ну что Харон? До встречи?


1 марта – 15 марта 2010
Денис Копейкин


Cвидетельство о публикации 312159 © Альманах "Южный Ветер" 06.09.10 21:13