• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Триллер
Форма: Повесть
На подиуме (алтаре) - То, для Чего нет слов, нет имени. Именно Он управляет всем этим хаосом, всей его энергией, его мыслями. Здесь он - бог, бог в стиле модерн, бог в черных наушниках...

Люди и боги 2. Кай и Фея

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста

Сергей V. Новиков (PR-резидент)
«Люди и боги 2. Кай и Фея»

«Какая польза человеку, если приобретет он весь мир, а душе своей повредит?
Или какой выкуп даст человек за душу свою?» Евангелие от Матфея.

Небеса - море, звезды - яркие рыбы с блестящими животами. Прозрачный лифт поднимает людей к ним. Город под ногами – светлое око на темном лике Земли. Кай и Фея могли бы говорить стихами. Но не говорят...
Фея - в роскошном платье с оголенной спиной до ягодиц. Где ее черная накидка и капюшон до глаз?!
Официантка мило улыбается, усаживая их за столик в углу. Шелковые ткани, пепельницы из хризопраза, светильники - лучеглазые пажи...
- Наверное, это не важно, но я чувствую себя не в своей тарелке, - Фея разглядывает публику. - Мне кажется, будто все смотрят на нас.
- Не напрягайся, - возражает Кай. - Пусть смотрят. Разве мы здесь не самая красивая пара? Поверь, все уже оценили это.
Официантка прячется в тени, а выходит, только, чтоб наполнить бокалы.
Фея пробует вино, такое же ярко-красное, как и ее губы. Прекрасное вино, прекрасная музыка.
- Музыка, по сути, прекрасна, просто ноты иногда попадают не в те руки...
Сегодня ноты в тех руках... Гармония, убившая все лишнее, ненужное, детали...
- Пойдем? - Кай протягивает руку.
Ладонь в ладонь... И пальцы, переплетенные крест-накрест... Оркестр наигрывает что-то...
Фея кружится и вокруг ее стройных ног обвивается шелк...
В тот вечер они танцевали и говорили, еще пили много-много вина. Выпитое согревало, расслабляло.
И снова танец в приглушенном свете. И снова - медленная музыка, усталая и грустная, как неразделенная любовь.
- Почему, кроме нас, здесь никто не танцует?
- Тут отдыхают большие люди. Очень правильные и очень богатые.
- Но почему они не танцуют?
- Потому, что... для них это было бы кощунством. Это же не просто клуб, это - храм! Все эти люди приходят сюда, чтобы отдать дань своему Капиталу. Ведь, деньги - их бог, а они - его служители...
- А мы с тобой?
- Мы варвары, осквернившие их святыню. Я удивляюсь, как нас еще не выкинули отсюда.
Фея ловит огоньки в глазах Кая. Он – загадка, и она ищет отгадку там, куда другим не добраться.
- Ну и пусть себе сидят, правильные люди! – девушка смеется. - Вот у меня нет ни банковского счета, ни "Мерседеса", а я почти счастлива. Здесь и сейчас!
- Последний день жизни должен быть именно таким.
- Да, - повторяет Фея – последний день жизни должен быть таким…
Ей немного страшно, но она продолжает улыбаться. "Два лепестка розы, с прилипшими каплями росы..." В голове кружится сумасшедшая мысль: "Я хочу Кая здесь и сейчас, или сойду с ума! О, Боже, как я хочу его»!
Энергия сильных желаний меняет реальность. Тоннель. Тьма. В конце тоннеля – нимб… и зеркало. Разгадка! Озарение!!!
Сейчас Фея видит. Видит обоими раскрытыми глазами и третьим, скрытым. Видит знак, от которого она не в силах оторваться. Музыка вдруг становится звуком, который больно слушать. Это Кто-то страшный смеется с небес громовым раскатом. Кай – демон, явившийся сгубить ее, он словно оголенный провод – абсолютно опасен! Фея вздрагивает, как от укуса змеи и хочет оттолкнуть Кая, но нет, не его, а того, страшного…
А что думает Кай – неизвестно: - Пойдем...
Они возвращаются к своему столику, Кай прикуривает, затягивается глубоко и выпускает густое облако дыма: - Посмотри вокруг. Здесь много людей. Но им наплевать друг на друга, наплевать на тебя, на меня…
Фея оборачивается. Ее взгляд упирается в десятки человеческих лиц. И вдруг все они почему-то перестают казаться людьми, Кай прав, они лишь черные равнодушные тени. Как получилось, что раньше она не замечала этого?
- Просто, такой у них порядок – жить ради себя, и все подчинено их порядку.
- Но разве тебе на меня, - в глазах Феи зеленые капли – тоже наплевать?
- Нет, ведь, я люблю тебя, - Кай, словно очнувшись от спячки, обнимает ее руку. – Но пойми одно, вот эти люди вокруг нас каждый день пьют дорогое вино, сорят деньгами направо и налево, а мне пришлось продать все, все! чтобы только раз оказаться рядом с ними и посмотреть на них! Зачем? Просто, чтобы увидеть их и понять, чем же они так отличаются от меня, приговоренного прозябать! Разве это не они сами создали такой порядок, при котором все должны работать на них, чтобы их избранная каста могла веселиться, пить и жрать, жрать и пить?! А те, кто внизу, и я, и ты никак не можем разорвать этот заколдованный круг! Сегодня – ради себя, завтра – ради своих детей, чтобы затем наши дети сменили нас в колесе! Потому что все мы хотим БЫТЬ, и тратим всю свою энергию на это. Забудь о бессмертии и дрожи вместе со всеми! С теми, кто уже забыл, и будет привычно трястись вместе с тобой! А я не хочу! У меня нечего поставить на кон, кроме жизни, но я готов поставить ее…
Планеты не выбирают звезд, это звезды сами притягивают их. Неизменно. Просто, Кай - более мощное светило, для которого Фея готова на все. Она влюбилась в него еще маленькой девочкой, а когда он явился, Фея сразу же узнала его…
- Но пока еще рано умирать, - темный блеск в глазах Кая потух, став лениво-спокойным, как у сытого удава. Его путь – осуществление избранных целей, он старательно готовится ко всем экзаменам и обязательно их сдаст…

"Помните! Погибла Помпея, когда раздразнили Везувий!"
В. Маяковский.
Кай вышел. Черный силуэт его фрака исчез в проеме двери. Осталась лишь Фея и ее тревога… И ритмы дисгармонии… И мысли, разорванные до бессмыслия…
А обезумевший мир продолжает веселиться, трепаться, играть - самый простой выход, чтобы не думать, не видеть, не знать…
Фея опустила глаза: - Отче наш…
Кай: - Молиться? Я пробовал делать так. Но почему-то никогда, никогда Он мне не ответил. Ведь, если Бог слышит меня, то почему же я не чувствую этого! Или Бог только ТАМ, в другой жизни, так похожей на сон?
Когда однажды я разбился и вышел из тела, но не умер, я чувствовал Его. Но это было ТАМ! А я-то здесь! Здесь!!!
И что мне делать теперь? Уничтожить этот мир, вернув его Создателю? Или себя, чтобы вернуться самому...

Декорации подвижны, все изменилось вокруг…
Воздух - вспышки, это не свет, но и не мрак. Размер – неизвестен, все скрыто в дыму, где низ, где верх, где конец, где начало? Потоки энергии проявляются в бесчисленных формах волн. Люди - призраки: попадая в свет – возникают, будто из ничего, выходя из света – пропадают. Музыка – вовсе не музыка, просто ритм…
На подиуме (алтаре) – То, для чего нет слов, нет имени. Но именно он управляет всем этим хаосом, его энергией, его мыслями. Здесь он – бог, бог в стиле модерн, бог в черных наушниках! Любое его движение отзывается ревом в сотни ртов - «Аминь» этого мира! В руках его – снопы огня, отражаемых тысячью глаз, лишенных разума. И все, кто клубится внутри рукотворного облака, любят свое божество, тянут руки, пытаются прикоснуться к нему. И сам он отвечает им той же любовью – таблеток эйфории хватит на всех, пусть каждый, хоть на миг, окажется рядом с богом…
Некий мужчина (солидный, холеный) направляется к Фее, утонувшей в мягком кресле. Она сидит одна, ее таблетка уже почти растворилась и начинает разворачивать мозг – потрясающее чувство! Правда потом начнет ломать кости, но стоит ли думать об этом в ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ! Мужчина прикасается к ее плечу.
- Привет, - у него неживой, невидящий взгляд. – Узнала меня?
Фея брезгливо отмахивается.
Но этот тип и не думает уходить.
- Исчезни! – эта фраза – приказ опьяненному мачо, который покорно отступает назад, возвращаясь в какофонию света и звука.
- Ты вовремя вернулся.
Кай протягивает бокал: - Теперь этот клуб похож на ад!
Он закуривает и, не сводя глаз с огненной точки на конце сигареты: - Хотя, это и есть ад…
А вокруг – очередная смена декораций. Неоновый нимб над сценой – новый источник света. Тьма чуть отступила, и люди отступили вместе с ней. Над алтарем теперь – серебряный дождь…
- Дамы и господа! Только здесь и только для вас – солнце нашего клуба, неподражаемая Мэрфи!
Еще один сноп, похожий на воронку. Полуобнаженная фигура, почти тень, входит в этот круг. Маска скрывает ее лицо, свет отражается от ее блестящей кожи - то желтый, то красный, то голубой. Девушка-радуга. Она танцует легко, как призрак в театре теней. Хрупкое тело изгибается в такт музыке. Капли пота на плечах – перламутровее блики. Шест – тотем, вокруг которого трутся ее небольшие груди, ее узкие бедра. На вид, ей не больше шестнадцати…
- Забавно, - губы Кая кривятся в холодной усмешке – тот господин, что вложил купюру в трусики стриптизерши – бывший министр по делам молодежи, а девчонке нет и шестнадцати! Вон еще бывший, был первым замом по наркоконтролю, сидит, щерится, а вокруг него наркотой вовсю торгуют! Здесь много «бывших», до «настоящих» мне пока не добраться...
Фея прячет взгляд: - А девчонку тебе не жаль, она же почти ребенок?!
Кай стиснул зубы, вопрос Феи разозлил его: - Чтобы ты не сомневалась, я расскажу кое-что о ней. Она весьма юна, но вот уже два года как состоит любовницей при очень и очень влиятельном господине. На что не пойдешь ради денег!
Деньги! Опять это проклятое слово, оно преследует Фею всю жизнь! Такие маленькие, такие безобидные на вид обрезки бумаги, но сколько всего содержится в них! Одной только крови – реки, моря и целые океаны! Кто дал им такую власть?! Кто продал человека в рабство этому бездушному, этому вечно шуршащему демону?!
- А если я не смогу, ты не подумал об этом?
- Что сложного? Смотреть, как человек смеется, ест, пьет и не знает, что где-то рядом уже тикают его часы: «Тик-так, тик-так…», а времени осталось - совсем ничего! А ты стоишь напротив и думаешь, что же почувствует он, когда расколется его голова, разбрасывая кровавые брызги! А затем: «Бах»! – и нет человека! Нет, будто и не было! Но, ведь, ничего не меняется - вместо одного придет другой, и все продолжится как всегда! В жизни - без перемен, Фея, в жизни - без перемен…
Кай тушит очередную сигарету: - Я хотел честной игры, Фея. Но можно и сжульничать! Пусть они уйдут, а мы останемся! Когда не будет никаких ДРУГИХ, а есть только ты, и вот – уже не кто-то иной, а ты, именно ты, сможешь повеселиться, понаделать тысячи глупостей и вообще черте что! Но ТАК – мне скучно, ТАК – я стану таким же как все они, а я не хочу быть как они, я хочу стать особенным, и чтобы мой последний день стал особенным…
Что это случилось с Феей?! Всего несколько фраз, и что-то меняется! И вот уже все (ты, они и те, кто далеко от вас), все - во чреве какого-то гигантского чудища, которое, не спеша, переваривает вас…
- Но… как это возможно?! – в голове у Феи хаос, то, что она воспринимала за шутку, вдруг начало принимать серьезный оборот. – Посмотри, кругом столько охраны!
- Вздор, - Кай, тот наоборот спокоен, сейчас он – рок, сочиняющий людские судьбы. – Охрана только на входе. К тому же я приготовил сюрприз. Где-то полгода назад у меня в голове родился мой план, так, словно всегда был в моей голове. Он помогал мне жить все это время, ведь, у меня наконец-то появилась цель. Я устроился в этот клуб и больше недели мыл здешние туалеты. Не слишком большой срок, чтобы меня тут хоть кто-то запомнил. К тому же, кому интересен невзрачный уборщик! Почему я выбрал этот клуб, объяснять вряд ли стоит – здесь можно убить любого и не пожалеть. Я заложил взрывчатку и теперь хочу проверить судьбу: если мой сюрприз обнаружили, то все останутся живы. Через полчаса тут начнется файер-шоу, тогда и проверим…
Как гениальны мы, порой, в своих темных планах, сколько эмоций, сколько фантазий работает на них!
- И не жалей ни о ком и ни о чем! Если жизнь вечна, мы уйдем с тобой, обнявшись, в мир иной, если же нет, то все тогда бессмысленно и не стоит жалеть о том. И еще знай, весь прежний путь вел нас именно сюда – в этот маленький ад: с неоном вместо звезд, с таблеткой эйфории вместо счастья…
НЕЧТО в глубине Феи еще пытается содрогнуться, но уже как-то слабо, как-то беспомощно. Чтобы сохранять в себе гранитную цельность, достаточно лишь утопить это «НЕЧТО» в вине…
- Кай, мне хочется напиться!
Тот улыбается снисходительно, он все понимает: - Фея, если тебе чего-то жаль, лучше развернись и уйди. Только перед тем ответь хотя бы самой себе, что именно заставляет тебя цепляться за этот лживый и бессмысленный мир?
- Ты, - подумала она, но не произнесла вслух – ты…
Но Кай не умеет читать мыслей: - Я знаю, что чувствуешь ты: холодок, ползущий по коже, мои слова кажутся тебе порой богохульством, но это – просто детский страх, страх перед запретами. И только побеждая страх, ты станешь новой, другой, сильной, настоящей…
И снова видение. Фея видит свой конец, неизбежный, конец в любом случае… и замкнутое пространство ада, настоящего ада, в котором ей предстоит вечно мучиться и мучить, куда не долетит белокрылый ангел, бессильный перед тьмой…
- Если ты не напьешься со мной, я напьюсь одна.
Кай поднимает руку, подзывая официантку в черном фраке на обнаженном теле: - Дама хочет выпить, напитки на ваш вкус…
И уже на ухо Фее: - Тебе нужно только нажать кнопку…
Лучи лазерных пушек мечутся по залу, кисти в руках невидимых художников едва поспевают раскрашивать их. Но это не свет. Лучам хотелось бы вырваться, чтобы стать светом. Но они всегда, из раза в раз застревают в сером облаке дыма...
- Это не свет…
Фея пьет «Бастариту», но ей не дано опьянеть. Она тупо смотрит в «не свет», где щедро напиваются такие же обреченные, как и она: - Кай, мне страшно за этот мир, где есть я, есть ты. Возможно, все заслужили свою смерть, но разве они сами избрали себе такую душу, в которую без приглашения ломятся ангел и сатана?!
Ее останавливает жест: - Хватит! Хватит болтать и пить! Тебе хотелось получить анестезию от душевной боли, ты получила! А теперь иди и греши! С тобой или без тебя – они все равно умрут, ведь, смерть – это так естественно…
А на яркой сцене приговоренная фигура, похожая на тень, сделала свое последнее па. Она еще вся в овациях, вся в цветах и не знает, что вместе со всеми уже принесена в жертву невидимому божеству, чьи два служителя наблюдают за ней холодными пьяными глазами…

«Рыба-дорада».
«Дорада, извлеченная из родной стихии, перед смертью
переливается всеми цветами радуги, несколько раз меняя окраску…»

Фея шагает по коридору-лабиринту в привычном, но уже чужом для нее мире. Она ушла от Кая, и вот, теперь одна. Но как уйти от себя?! Она смотрит вперед, видит только свою тень и знает, что в конце любого пути – тупик, выбора нет. Но она продолжает идти, идти, и именно это делает ее сущность невыносимой. «Каю хорошо, он уже готов. А я, назначенная быть палачом, должна питать в себе жуткое чудище, без которого не справиться…»
Но вот другая, серая тень, перечеркнула ее тень крест на крест, сбивая с мысли. Недавний знакомец – мачо, уже вконец отупевший от наркотиков и пьянства, преграждает путь.
- Я шел за тобой, красотка, - он ухмыляется улыбкой дауна, полный нехитрых желаний. – Поиграем? Здесь нас никто не увидит… не услышит… не сможет помешать…
В его позе есть элемент театральности, но в руке у него нож. Он проводит свободной рукой по спине Феи…
А та смеется в ответ, смехом, похожим на согласие: - Ты вовремя пришел, человек. Только что мысли о твоей несчастной судьбе переполняли меня. Но вот явился ты, и все прошло. Тебе действительно хочется поиграть?
Физиономия мачо вытягивается как-то странно: - Не понял!
- Поймешь! – первый удар! Первый удар – он самый важный, он – начало, привет тем, кто не верит в тебя. Затем второй! Он сбивает дыхание, был кислород, стал – вакуум! А Фея бьет еще и еще, снова и снова, вымещая всю свою неутоленную злость на этом бестолковом любителе приключений. Сначала - руками, потом – ногами! И выстрел – как жирная точка, он добивает лежащее безответное тело…
- Ну, вот и поиграли…
Только вдруг… как-то сразу схлынула злость, будто и не было ее вовсе – демоны пошумели, откланялись и ушли, оставив Фею один на один с тем, кого она совсем не знала, видела всего раз, и вот – убила.
Артерия на шее мертва – действительно убила! Один, пробитый глаз, полон кровью. Второй же, открытый, глядел прямо на Фею – жуткий взор! Это в фильмах – злодей умер, и зрители рукоплещут. Но позволь взглянуть этому зрителю в пробитый глаз! Он страшен, в нем настоящая кровь, а не краска, увидев такой, спать не сможешь! И живая плоть покрывается трупной бледностью не очень приятно, может и стошнить. А, ведь, издали все казалось таким забавным…
Заворожено, не в силах оторваться, Фея продолжает смотреть в этот глаз – окно другого мира… Но видит в нем – только себя, неприкаянную, отданную на вечное распятие…
Ненависть - бумеранг. Запущенный, он срубает головы, не выбирая своих и чужих...
- Ничего уже не исправишь, ничего…

«Ее колдовское имя наколото на груди…»

А на танцполе тем временем все словно сошли с ума... Смеются чему-то чуть прикрытые кокотки... Морщатся напудренные кокаином носы... Хрустят новенькими купюрами пальцы, привыкшие к деньгам... Крылья, затянутые в шелка от кутюр, летать не могут... Не это ли Ад? Все признаки Преисподней налицо! Только Дьявола не хватает...
Но... вскоре и Он явился. Дым-машина выдавила из себя новую порцию пара, и сразу же бешено забили барабаны. От белой завесы отделилась Его черная тень. Темный прилив...
Он не сказал ни слова, не сделал ни жеста, только стоял и смотрел. Смотрел на Свои владения, на Своих подданных, смотрел внимательно, оценивающе, как добрый хозяин. И были причины, чтобы Он явился именно здесь...
А музыка, будто тысячи тысяч невидимых рук стучали по бесчисленным тамтамам, говорила вместо Него. Когда звук достиг своей высоты, черная птица, похожая на изнанку души, вспорхнула с Его плеча. Она сделала ровный круг и, забив крыльями, как в агонии, пронзительно крикнула, вонзившись в стекло, ограждавшее большой мир от этого маленького Ада.
Но никто этого не видел. Ослепленные, опьяненные, они веселились с наглым равнодушием. Нет, не нужно им было ни Сатаны, ни Бога! К черту Сатану! К ангелам Бога! Хлеба и зрелищ! Зрелищ и хлеба!
- Душа - это птица, ей нужен полет...

Кай сидел в салоне авто и смотрел наверх, туда, где в застекленной выси продолжалось веселье. Пора бы уж…
Приговоренный смертью, разве когда-нибудь скрылся от нее? И разве кто-нибудь увидел ее раньше срока?
Пока Кай смотрел наверх, жизнь и смерть сделали свои равные ставки. Секунды, растянувшись, стали долгими... Маятник качнулся из стороны в сторону и выбрал… "смерть". Миг, бесконечно делимый до минимума, но никогда не равный нулю...
Ни Кай, ни кто иной, конечно же, не могли видеть, как маленькая кнопка уже дрожала в руках Феи, не могли знать, как скоро многие растянутые улыбки превратятся в безобразный, пугающий смертельный оскал…
А в голове у Феи – «Поминальная молитва»: скрипка, словно ее резали, но не обычным смычком. Все…
Сначала полыхнуло, и лишь спустя мгновение воздух содрогнулся. Брызги осколков, выдавленных огненным языком…
Кай видел, как десятки фигур пылали в проеме разрушенной стены, видел их искаженные рты, но не мог слышать их последнего, душераздирающего вопля, его не разрывал весь ужас этого смертельного хора…
- Начало положено, - он спокойно нажал на газ и уже не оборачивался туда, где высоко-высоко в небо, словно из огромной печной трубы, поднимался огромный дымовой столб, закрывая от солнца этот безумно-безумный мир, он просто не хотел оборачиваться туда, где догорала Фея…


Cвидетельство о публикации 294005 © Сергей V. Новиков 15.04.10 18:06

Комментарии к произведению 2 (1)

no coment... не формат конкурса, читайте условия, не соблюдены почти все.

В моей ситеме: no coment.

Но моя система - не единственная...

"Без комментариев" - это как-то двояко: либо слишком плохо, либо слишком хорошо. На мой взгляд, этот рассказ - ни то, ни другое, просто мысли изложенные на бумаге...