• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения

Буратино-Франкенштейн. Продолжение повести "Золото трясины"

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
   Буратино или Золото трясины


   Буратино-Франкенштейн.


   Случилось непоправимое – Карло бросил пить. Больше всех этим был огорчен Джузеппе, он как никто другой знал, как Карло расстается с чем-то дорогим и близким. Расстается навсегда. "Запиши меня в независимые алкоголики!" - сказал Карло своему другу. "Штырь тебе в пердак, старый ты мудак, - мягко возразил Джузеппе, улыбаясь приветливой деревянной улыбкой. Он поставил на передние зубы деревянные коронки, и на дурацкий вопрос : "А почему не керамика?" отвечал доходчиво и вежливо: "Я не гончар, а плотник. Потому и деревянные". "А почему толчок из фарфора?" - недоумевали тупые вопрошайки, на что получали ответ: "Это память о дедушке". "Он был фарфоровых дел мастер?" "Нет, он пиздил сантехнику с фарфорового завода".
   -Драть вас до самых похорон, бросать пить – тоже уметь надо! – воскликнул Джузеппе, чиркнув спичкой о подошву ботинка спящего Карло.
   Буратино сидел напротив Джузеппе и раскладывал пасьянс из купюр:
   - Надо, дядюшка, надо...- тупо согласился Буратино.
   - Какой я те дядюшка, - Джузеппе затянулся папиросой. – Ладно, согласен, уплемяню.
   Папироса была короткой и толстой, как большой палец Джузеппе (на руке).
   - Странная папироса, - заметил Буратино, рассмеявшись. – На палец твой похожа, дядь.
   - Гогочешь, чурка деревянная? Можно подумать, сигара твоего папаши похожа на его елдак. У меня сегодня хорошее настроение, сынок. Можно так тебя называть?
   - Ты же сказал "племянник".
   - Не свисти, зубы простудятся. Я такого не говорил, - Джузеппе вмял окурок в стол, – это ты сказал "дядюшка". А чем я тебе не папаша?
   - В самом деле, - заискивающе ухмыльнулся Буратино. – Я ж из твоего полена.
   - Сынок, я должен открыть тебе страшную тайну, - помрачнев, произнес Джузеппе. – Ты у нас вообще франкенштейн. Вот так, драть вас до самых похорон.
   - Это как? – напрягся Буратино. – Не понял...
   - Ты ж из разных пород.
   - Типа дворянских? – радостно насторожился Буратино.
   - Чего там только не намешано.
   - В полене?!
   - Да в каком полене! – махнул рукой Джузеппе. – Приезжает, значит, твой Карло ко мне с тележкой. Ну, я ему туда всякого добра навалил: дверцу от шкафа из махагона, это по-научному он махагон, а по-людски – красное дерево, эбеновая стружка...
   - Какая стружка, погромче скажи, - меняясь в лице сказал Буратино.
   - Эбенового дерева, это по-научному, оно "эбеновое", а по-людски – черное дерево.
   - Стало быть, я не ариец...- грустно улыбнулся Буратино.
   - Я же говорю, ты куда слушаешь? Франкенштейн, драть вас до самых похорон.
   Карло закряхтел и потянулся, случайно лягнув Джузеппе.
   - Тише ты, не бронтозавр, шоб лягаться, драть вас до..айй-аааа..самых похорон, - Джузеппе поморщился и схватился за поясницу, - так и почки недолго отбить.
   - Пап! Это правда? Я франкенштейн?! – крикнул Буратино.
   Карло молниеносно ожил:
   - Где? Чего?
   - За водкой шагом марш, - приказал ему Джузеппе. – Сейчас горе будем заливать. Можно, конечно, и боярышничка, да тут мало на двоих, - Джузеппе прищурился левым глазом, рассматривая маленький пузырек, стоящий около сахарницы.
   - Иди в дупло, я пить бросил. Мне работу перспективную предложили. Там пить нельзя. Ну и трепло ты. С бодуна болтлив, как дурная баба.
   - Я про породу говорю, мальчишка будет гордиться своим происхождением. Махагон, эбеновая стружка, ореховый сундук, вернее крышка от сундука, дубовый паркет, у дона Кастаньеды после взрыва пол повредился, вот такая дыра, - Джузеппе расставил ноги, руки были заняты открывание крышки на пузырьке с настойкой боярышника.
   - Тополь, так самую малость тополь, - продолжал Джузеппе.
   - Какой еще тополь! Какой еще тополь! – возмутился Карло. – Даже я знаю, тополь это дерьмо, а не древесина. Он влагу вытягивает.
   - Я из старых тополей подставки для чайника делаю, - пояснил Джузеппе.
   - Отцы, я не врубаюсь, - сняв колпак и смахнув в него купюры, сказал Буратино. – Давайте по деталям. Ну, я про свою анатомию.
   - Чего? – недоумевал Джузеппе. – Ты по-человечески сказать можешь?
   - Мое тело и лицо из чего сделано, так понятно, – раздраженно ответил Буратино.
   - Ну, рожа из сундука, то есть из ореха, конечности из дубового паркета, шевелюра – эбеновая, тело из бука, рот и гениталии из махагона.
   - Слава тебе, тарабарский Бог, что они не из тополя, - вздохнул Буратино.
   - Правильно, - согласился Джузеппе, - драть вас до самых похорон, из тополя – задница. Так что ты ее береги, это твое слабое место, сынок. Да как же открыть эту долбанную крышку, завинтил, аж стекло хрустит. Неси штопор.








Cвидетельство о публикации 293907 © 194017 15.04.10 03:24

Комментарии к произведению 2 (3)

>руки были заняты открывание крышки

опечатка: еМ.

из чего - вывод: пить и курить надо бросать:)

спасибо, у Вас, Тинка, просто глаз-алмаз)

вывод правильный))

угу:) Тем более, сигареты в 5 раз подорожали:)

Нравится мне у тя про буратино читать. Я аж даже сам какой-то рассказ накропал: про буратино-школьника. Теперь надо будет продолжение дописывать: Буратино, сделанный из нескольких мёртвых буратин. Из обрубков.

Это не считается за плагиат, т.к. мой личный вывод, сделанный из прочитанного. Т.е. если так говорить, плагиат-франкенштейн.

Спасибо, Декс. С прошедшими тебя! )