• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Проба в жанре эротики.

Справедливая цена

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста
Ворота нависали, давили своей высотой и массивностью, и не было никого вокруг, но юная графиня Ирская была уверена, всей своей кожей чувствовала, что её разглядывают, оценивают, как лошадь на скотском рынке. За серой каменной стеной угадывался зАмок, но ничего не говорило о том, что в нём жили люди, напротив, тишина была мрачной и безжизненной: ни людского говора, ни лошадиного ржания.


Кстати о лошади… Графиня оглянулась на лошадь, нет, ничего не изменилось, кобылка стояла недвижимо, изваянием, словно боялась потревожить неловким движением свою драгоценную ношу – перекинутого через седло израненного молодого рыцаря, брата графини, а теперь единственного родственника и друга. Солнце садилось, уже половина диска его скрылась за горизонтом, ещё немного и стемнеет, ночь доведётся ли пережить, неизвестно – и хищников полно, и тварей ночных вокруг замка колдуна должно быть несметно. Добро был бы светлый чародей, уж он и округу очистил бы и брату помог, да где ж его взять, повывелись все. Остался только этот колдун, за которым слава по миру недобрая, да делать нечего, вся последняя надежда на него, а уж откажет, так всё едино – помирать им с братом, уж лучше так, рядом и в одну ночь, родившимся вместе и помереть вместе легче, наверное.


Графиня шагнула к брату, провела рукой по его окровавленным волосам и, обернувшись к воротам, одними губами прошептала:
- Помоги.- Тот, к кому она обратилась, услышал её, в этом нет сомнений. Вот захочет ли помочь?
Она опустилась на колени и склонила голову. Осталось только ждать, идти больше некуда.
Ворота дрогнули, заскрипели, стали медленно раскрываться, и седой сгорбленный старик приблизился, брезгливо оглядел растрёпанную графиню, лошадку с телом рыцаря поперёк седла, ухмыльнулся.


- Ну, а платить чем собираешься? – Колдун он колдун и есть, лишних слов не надо, всё сам понял, во всём разобрался. Значит, есть надежда, брату ещё можно помочь, раз об оплате спрашивает, а голос-то ехидный! Видимо, известно ему, что из имущества у молодых графов Ирских только изорванная одежда, что на них, да усталая кобылка.
- Собой.- Едва выдохнула. – Собой. Отдам себя в полное рабство до конца жизни.
- Ну что ж, справедливая цена, жизнь за жизнь. – Колдун взял повод лошади, та очнулась вдруг, испуганно дернула мордой, всхрапнула, но тут же покорилась и пошла за колдуном в ворота.


- Ешь. Брата твоего я положил в башне, пока под заклятьем безвременья, договоримся с тобой, выхаживать буду, а уж не договоримся - так возьму с тебя плату за ужин и ночлег и иди себе поутру, куда хочешь. Ты ешь, за еду непосильного не потребую, а пока меня слушай. Я говорить буду, а ты думать, чтоб не было потом криков, что не так поняла, да не того хотела. Значит так, графинюшка, брат твой далеко зашёл, но вернуть его я ещё могу, только сил для этого потребуется много. Свою силу тратить я не намерен, а вот твою возьму с удовольствием, хе-хе, именно, с удовольствием. Будешь жить со мной, как жена – это часть твоей платы, а подниму брата – там посмотрим, как ещё ты сможешь пригодиться.


Колдун замолчал, насмешливо поглядывал на юную графиню, вертел в пальцах серебряный кубок, ждал ответа, но не торопил. Графиня не отрывала глаз от тарелки, хоть и голодна была, но кусок не лез в горло, немного отпустил страх за брата и, наконец-то, она задумалась о себе. Что ждало её, если… нет-нет, это невозможно – слово уже сказано, свою цену она назначила, но прав был колдун, думала совсем об ином, когда себя в уплату предлагала – кухаркой или поломойкой надеялась стать при колдуне, или ещё какую работу исполнять. Всё, ну или почти всё, что делалось в отцовском замке служанками, умела делать и юная графиня. В их семье полагали, что судьба переменчива и любой человек вдруг может остаться без слуг и помощников, так что же грязью обрастать и голодным ходить? Крайне недостойно графов Ирских зависеть от столь незначительных обстоятельств, как отсутствие слуг, потому и воспитывались наследники так своеобразно, не чураясь грязной работы. Вот только колдуну не нужны такие помощники, видимо, в замке его чистоту нечисть всякая наводит.
Кому достанется честь девичья, если выйдет она завтра поутру из ворот замка? Да первому же разбойнику или мужику грязнолапому, который надругается, а потом ножом по горлу проведет и через день думать забудет о небольшом приключении.
- Решила? Ну что ж, я тебя не неволил. Готова ли ты принести клятву? Тогда повторяй за мной. Я, графиня Ирская, а кстати, как тебя зовут? Ну, повторяй…
- Я, Китана Ирская, в обмен на жизнь и здоровье моего брата Вальдаса Ирского, отдаю жизнь и тело своё в безраздельное владение колдуну Золтану от этого часа и до часа, когда смерть освободит меня.
Китана твёрдо посмотрела в глаза колдуну, отодвинула тарелку, встала и, склонив голову, произнесла:
- Я готова исполнять свой долг, господин мой Золтан.






Ишь ты, сколько достоинства в этой замарашке! Надо бы отправить её мыться да переодеться для начала. А впрочем, не до прелестей девичьих, сначала следует глянуть, как там брат её, далеко ли ушёл, а потом посмотрим.
- Пойдём, Китана, покажу твои комнаты, приведи себя в порядок, я позже зайду. И ещё одно – улыбайся, Китана, улыбайся, пусть мне кажется, что ты меня любишь всем сердцем!
А что, это неплохая мысль! Надо влюбить в себя девчонку, вернее служить будет. Хотя, куда уж вернее, вон клятву произнесла, а слово «клянусь» не сказала, но у этих Ирских слово твёрже королевской монеты. Известный род был, а мальчишку удастся ли вытащить, пока не ясно. Оно, вроде, и не очень сложно, да вот держит его там что-то. Ага, ага, заклинанье значит… Это кто ж такой умелец? Ах, ты ж! Никак Белый Волк! Силён! Так, это что ж получается? Это королевская гвардия во главе с Волком Ирских вырезала? Или он сам расстарался и король тут ни при чём? Да нет, вряд ли, Волк хорошо устроился, королём помыкает, зачем ему эти Ирские? Видать, королевский каприз исполнял. Интересные дела у нас творятся! А ну-ка, за этот кончик потянуть… Нет! Плотный клубок, а мальчишка встряски не выдержит, надо бы ему раны подлечить, да сил подлить. А заклинание знатное, если удастся разобраться и распутать, а потом ещё и усвоить… да… за такое заклинание, Китана, я и сам тебе приплатил бы!


- Разденься, Китана, красиво разденься, чтобы у меня дух захватывало от каждого твоего движения.
Молодец графинюшка, улыбается, надо музыки добавить, пусть лютня звучит и свечи поярче горят. Хороша девка – кожа гладкая, нежная, глаза - озёра тёмные…
- Подойди, Китана, выпей этого вина, а теперь закрой глаза, представь, что нет меня, нет этого страшного старика, есть только ты и руки, в которые ты отдала тело и жизнь. То, что случится – неизбежно, не нужно бояться, слушай своё тело, слушай мои руки и не сопротивляйся тому, что будет. Вот так… вот так…сядь ко мне на колени… нет, убери руку… вот… сладкая моя девочка… да… спинка шёлковая…и…
Расслабилась, щёчки порозовели, плавится моя девочка, плавится, уже сама к рукам льнёт. А ну-ка, пора!
- Вот, эту ножку сюда, а теперь… я тебя чуть приподниму и… ВОТ ТАК! ВОТ ТАК! ВОТ ТАК!... агхх… что затрепыхалалась, как птичка? Больно? Ничего-ничего, так бывает, сиди, не шевелись, сейчас боль утихнет… вот…воот…вот так…да…
Испугана, но повинуется, ага… вот, опять расслабилась, зарумянилась, сейчас-сейчас пойдёт силушка… слабенький поток, ну ничего, мы и его возьмём, вкусно, да, а теперь вот сюда направим, вот в эту колбу… так, сам течёт, а мы и отвлекаться не будем.
- Открой глаза, Кита! Смотри на меня! Да, в глаза… Кита… Ки… ааххаа…ххаа…Кита…




Ещё вчера на закате Китана приняла колдуна за глубокого старика, видимо, так с перепугу показалось, или освещение сегодня иное, но не выглядит колдун столь древним. И страшным не выглядит, спит себе, лицо спокойное. Китана постаралась потихоньку выскользнуть из постели.
- Китана, подожди одеваться, сядь. Посмотри сюда. – Колдун пальцем ткнул в сторону столика. – Видишь колбу? В ней собрана живительная сила для твоего брата, но её очень мало, Китана, очень мало. Ты видишь, как она переливается перламутром? Догадываешься, откуда она взялась и как её пополнить? Да, верно, из тебя, но если брать её просто так, ты быстро умрёшь, а если вот так, как вчера… Всё поняла, Китана? Можешь одеваться, да, и выкини свои лохмотья, здесь полные сундуки приличной одежды.


Мало, ой мало силушки, ничего не поделаешь, вольём ту, что есть, а потом опять под заклятье безвременья сунем графёнка, пусть дожидается своего часа. А Китана своего. Кстати, надо бы подарить ей безделицу какую – все бабы падки на драгоценности. Ладно, это вечером. А сейчас попробую вот за эту ниточку потянуть, ага, вот под этой петелькой её провести… так, вот так… ах, ты ж… не поддаётся. А если вот так? И сюда… нет, срывается. А вот эта ниточка…


- Чего тебе, Китана? Я занят! – Колдун сердито сверкнул глазами.
- Да, господин мой Золтан, просто, я подумала, что ты голоден, вечер уже…
- На брата, поди, захотела глянуть?
- Да, господин, хотела.
- Молодец, что не соврала. Хотя, могла бы порадовать старика, дескать, обо мне беспокоишься, соскучилась.
- Врут, когда, стыдно правду сказать, господин, но если тебя обрадует, что я о тебе беспокоюсь, то я обязательно скажу, когда это случится.
- Всё, пойдём, устал я, сам не заметил, как время пролетело.


Сегодня опять совсем тоненький ручеёк силушки, ну ничего, придёт, придёт твоё время, графинюшка, будешь ты у меня бушевать жарким пламенем, не бесчувственная ты, нет, не бесчувственная, вижу я, чувствую, как тело твоё отзывается. А скоро и душу распахнёшь, сама не заметишь как – вот и польётся силушка, и брату твоему что-то достанется, ну после меня, конечно же, потому как мне эта силушка нужнее. Да. Достанется-достанется брату от щедрот твоих и моих, договор-то он заключён, никуда не деться. А вот я тебя сейчас побалую:
- Кита, я приготовил тебе подарок, на-ка, глянь. Нравятся тебе эти жемчуга? Пойди к зеркалу, примерь, да оставь ты платье в покое! Я хочу тебя такой видеть.
- Спасибо, господин мой, твой подарок чудесен. Могу я спросить?
- Спрашивай.
- Я видела в твоём замке библиотеку, позволишь ли ты читать книги оттуда?
Да, Кита, новый сюрприз, ты ещё и грамотная!
- Из библиотеки – бери, из башни и думать не смей.
- Да, господин.
Гляди-ка, жемчуга её не так обрадовали, как книги.






В камине не жарко - для настроения - горел огонь, завораживая своей игрой юную графиню. Уютно устроившись в огромном кресле, она лениво переставляла фигурки по шахматной доске и размышляла о погибших отце с матерью, братьях и сёстрах, о разрушенной жизни. Опять к горлу подступил ком, и слёзы готовы были выплеснуться из глаз, но сдержала – должна быть весёлой и довольной жизнью – колдун так хочет, а ей остаётся ждать, когда брат сможет подняться и … а что там будет дальше, то и загадывать не стоит. Она теперь не вольна в своих поступках, да и сказать по чести, неволя её не сильно тяготит. А что колдун? Ну колдун, значит судьба у неё такая. Да и не дряхлый он совсем, и как такое могло показаться? Волосы золотистые, чуть сединой тронутые и на вид почти как отец, может чуть старше. Вон, подарками осыпает, вроде порадовать хочет, и над Вальдасом бьётся с утра и до темна, за окном уже вечереет, а его всё нет.
- Кита! Ты что, и в шахматы играть умеешь? Много же в тебе талантов, уже два месяца, как ты здесь, а я ещё всех не знаю!
- Нет, господин, я не умею играть в шахматы, вот Вальдас, говорили, что сильный игрок, а я так, чуть-чуть.
- Кстати о Вальдасе, сегодня у нас праздник, мне удалось распутать один узел из того заклинания, что удерживает его за порогом живых. Гляди-ка, как глаза засверкали! Радуешься, что не напрасно делишь ложе с противным стариком?
- Нет, господин.
- Что нет? Не радуешься?
- Радуюсь, господин. Ты не противный старик, господин, - сказала и, неожиданно для себя, рассмеялась. – Ты лохматый старик, господин, сядь сюда, я налью тебе вина в кубок и, пока будешь отдыхать, расчешу тебе волосы.




Хм… лохматый старик, ну-ну, сказал бы мне кто-то другой, что я лохматый старик, уже порвал бы в лоскуты. А на неё и сердиться не получается… ишь, обрадовалась-то как! А глазищи-то засияли! Ну, ладно, причеши меня, графинюшка, ручки-то нежные, ласковые, и расчёсывает бережно, старается. А запах-то твой, Кита, меня с ума сводит, твой и силушки твоей. Только силушка-то дремлет ещё, да мы с тобой сейчас попробуем её разбудить… Иди-ка сюда, к камину поближе, на шкуру медвежью… да, Кита, так! Вот так! Вдавить, вмять это нежное тело в медвежью шкуру! Растерзать… сам медведем готов обернуться и мять… давить… давить… Кита… Ки… ааххаа…ххаа…Кита…
Кажется, немного увлёкся.
-Кита! Китана! Жива? Ну ничего, ничего, эти царапины и не раны вовсе, сейчас-сейчас… Вот видишь, уже ни синяков, ни царапин. Вставай, Китана. Где-нибудь болит? Рёбра? Нет, не сломаны, помяты немного, сейчас. Ну вот, больше нигде ничего не болит?
Да уж, после такого она не влюбиться в меня должна, а ненавидеть страшной ненавистью. Ну, вот же, всё равно улыбается, губы дрожат, а улыбается. Сам же велел. Чем бы загладить страх? Ага!
- Кита, надень тёплую накидку и пойдём со мной. Молчи! Сейчас узнаешь.






-Ты ещё не была здесь? Ах, ну да, я же запираю выход на крышу, а ты не того воспитания, чтоб ключи воровать. Дай я тебя обниму, и ничего не бойся.


Колдун подхватил её за талию и свечой взмыл вверх. Китана слабо пискнула, а потом не стало ничего. Кроме неба, звёзд и ветра.




- Кита, ты вся дрожишь, замёрзла? А ну-ка, беги быстро в ванну, пока добежишь, она уже наполнится и вода согреется.
- Да, господин мой Золтан, - пропела Китана, но с места не сдвинулась. И восхищенных глаз не отвела от лица колдуна.
- Иди, Кита, я скоро буду.




Да что же это за девчонка такая, что один восхищённый взгляд меня так обрадовал? Погорячился я с этим полётом, теперь вот и сил никаких не осталось. Да ладно, пусть поспит сегодня графинюшка, завтра наверстаю, только аккуратненько нужно будет с ней, осторожненько. А то так и не разбудим мы её силушку, так и придётся пить каплями, пока до дна выпьешь – измаешься. Ну, ещё года ни три её хватит, а то и на четыре. На заклятье Волка много сил уходит, но оно того стоит, да. А Китана… ну что – Китана, обычная, в сущности, девчонка, умненькая, смелая. Красивая, да, не отнять. Так, что ж с того? Сколько их было и сколько ещё будет!
- Кита, девочка моя, ты ещё не в постели? Иди, ложись, я сегодня у себя сплю, устал.
- Позволь мне закончить начатое, господин.
- Закончить? Что закончить?
- Расчесать твои волосы.


Да уж, расчесать волосы! Да при одном воспоминании в жар бросает! И куда усталость делась? Не могу понять, что в глазах у неё.
- А ты не боишься меня расчёсывать?
Молчит и смотрит не отрываясь, плечиком повела, и платье само сползло. Кита, кровь во мне закипает, ты сама меня подталкиваешь…Я постараюсь быть осторожнее, я постара….
Ох ты! Сколько же силушки! Кита-Кита, ты проснулась, наконец! Сейчас, Кита, сейчас, я только направлю поток в колбу.
- Нет, всё тебе, господин.
И меня накрывает. Только её глазищи, бездонные, тёмные, как омуты… закрыла глаза… девочка моя сладкая… стон… Кита, не держи себя… вскрик… да, Кита, да…
Океан, это даже не море, целый океан бушевал вокруг, я глотал, ел, всасывал, кожей впитывал эту силищу, тело жило само по себе в такт конвульсиям, что сотрясали Киту, руки крепко держали её, чтобы ничего не изменилось, и Кита выплеснула из себя столько силы, сколько скопилось в этом юном теле.
Всё, я подобрал всё до последней капельки, такой дар грех разбрасывать, тугая упругая, она ворочалась во мне укладываясь, приспосабливаясь к моему телу, бежала по жилам, вздувала мышцы, разглаживала морщины, словно игристое вино щекотала пузырьками нёбо, вкусная, да, невероятно вкусная, чистая и сладкая, как ключевая вода.
Кита обмякла, запрокинув голову. Колдун постарался снять её с себя и переложить рядом. От этого движения по телу Киты пробежала ещё одна волна и ещё одна волна силы выплеснулась - он направил это ручеёк в колбу, пусть и Вальдасу достанется, колдун уже сыт, переполнен, потом всё оглаживал и оглаживал Киту руками, пока и этот ручеёк не иссяк, и Кита не заснула.
Надо, надо запретить ей носить эти громоздкие платья с кучей нижних юбок, а то пока доберёшься до тела с ума сойти можно. Что было хорошо для Золтана-старика, то не совсем подходит для Золтана нынешнего. А ловко она сегодня выскользнула из платья! Вот пусть и носит что-то подобное. Кстати, может, поучить Киту колдовать немножко, вон, как её сегодняшний полёт расшевелил. Многому-то выучится не успеет, высохнет раньше. Да, высохнет, жаль немного девчонку, пусть она у меня поспит сутки, силёнок наберётся, а я Волково заклятье пока потереблю, может, и распутаю ещё узелок.




- Китана, почему этот стул за тобой бегает?
- Потому, что я ему приказала, господин.
- Так! Интересные дела у нас творятся! Я тебя учу всего два месяца, а за тобой уже мебель бегает! А что будет через год? Ты уйдёшь от меня, и мой замок убежит за тобой? А потом ты пригреешь какого-нибудь вшивого и немытого рыцаря, он тебя обрюхатит, и заселите вы мой замок кучей таких же вшивых и сопливых детишек?
Что это со мной? Хотел всего лишь пошутить, а как представил себе эту картину – Китану на коленях какого-то рыцаря, так и затрясло от злости.
- Этого не будет, господин, я принадлежу тебе телом и…
- И?
- И жизнь моя тоже тебе принадлежит.
- Слезь с моих коленей, графиня Ирская, разве так подобает вести себя знатным дамам? Я старый никчемный колдун, а не какой-нибудь принц!
- Именно так знатным дамам и подобает себя вести, если им повезёт пробраться в убогую хижину такого красивого колдуна. Ты мог бы быть другом одному из моих братьев, а ему было всего тридцать лет. Ну, если колдун стал совсем немощным и ему не нужна знатная дама на коленях, то пусть он поцелует меня, и я удалюсь. Вот так, а теперь я ухожу.
- Стой, Китана, куда это ты собралась?
- В свою спальню, мой господин, там у меня есть замечательная кровать, которую изредка посещает один знакомый мне колдун. А ты знаешь, господин, наверное, в твоем замке завёлся ещё один колдун. Хочу проверить, вдруг он сейчас там.
- А куда делось твоё платье?
- Оно на мне, господин, тебе придётся крепко обнять меня, чтобы убедиться в этом.
- Кита, а ведь платья на тебе нет!
- Значит, оно решило не мешать нам.




- Осень, Кита, в лесу просто сказочная! Поедем в лес, покатаемся, и лошади застоялись.
-Да, господин, если ты хочешь.
- А ты не хочешь?
- Я устала что-то.
- Ну, пойди, приляг, раз такое дело. Завтра покатаемся.
Что-то моя графинюшка капризничать стала! А может, заболела? Да, похоже, вон совсем худенькая, да что там худенькая, прямо скажем, истончилась. Ну, не мог же я за полгода выпить её! А если мог? А если она умирает? Ну и что с того? Не будет Киты, найдётся другая. Точно так же будет щебетать и наряжаться, бегать по залам и всюду совать свой нос. И улыбаться будет так же. Или не так? Ни у кого раньше не сияли так глаза, как у Киты. На драгоценности сверкали алчно, а чтобы мне сияли, нет, не было такого, и поговорить-то не о чем было. И грациозности такой, и жара постельного… Кого я обмануть пытаюсь? Мне нужна Кита и никто другой! Сколько же можно притворяться? А вдруг она уже… Скорее к ней, скорее! Лежит, а лицо белее подушки!
- Кита!!!
Нет, спала, ох от сердца отпустило.
- Спи, Кита, спи, мне дурное почудилось.
Спи, моя девочка, спи спокойно, не буду я больше поить тебя этой отравой, что жизнь из тебя вместе с силой высасывает. Неужели и мне довелось испытать, то о чём поют менестрели во всех трактирах? Если это любовь, так лучше бы её не было, волком сердце грызёт, ревностью изводит, а то вот как бывает – страхом обернулась. Спи, Кита, а с завтрашнего будешь ты у меня лопать так, чтоб мозоли на щеках наросли, ишь, удумала чего, обессилела! Ладно, пойду на Вальдаса гляну, последний узел осталось распутать.
Таак, эту ниточку сюда, а тут потянем, нет эту придержим… ах-ты… ещё разочек… осторожненько… аккуратненько… сорвалось! А вот эту ниточку мы свернём в колечко, потуже, ещё немного… и ещё чуть-чуть… так последний завиток и всё, и можно нить вытягивать, и будет у нас Вальдас здоровый да красивый, через недельку прыгать начнёт, куда он денется, уж мы с Китой расстарались, столько сил вложили, столько пота пролили, и заклятье Волково мы … Ах, ты ж!
Свёрнутое в клубок заклятье выскользнуло из руки и концом нити ударило колдуна поперёк груди. Золтана отбросило к стене и ударило так, что он потерял сознание. Конец нити, как привязанный, тянулся за колдуном, шевелился, словно живой, словно устраивался поудобнее, но вот, наконец, устроился на груди, прижался, и стал разбухать, высасывая из колдуна жизнь.


Дверь распахнулась, с грохотом ударилась о стену башни и, отскочив, сама захлопнулась. Китана подскочила к колдуну, хотела уже схватить светящуюся нить, но отдёрнула руку, сняла башмак и с силой ударила по нити в том самом месте, где она присосалась к груди Золтана. Нить с громким чмоканьем отвалилась в сторону, и Китана стукнув ещё раз, отбросила её вместе с клубком к дальней стене.
- Господин, очнись! – Китана убрала с лица колдуна снова поседевшие волосы, провела рукой по морщинистым щекам. – Очнись! Ну, очнись же!
- Кита? – Колдун открыл мутные глаза. – Кита… поймай птицу… мне кровь нужна … горячая.
Китана растеряно глянула в окно. Где же ей птицу ловить, уже стемнело совсем, а Золтану нужна горячая кровь? Кровь? Да её же полно здесь! Она засмеялась радостно, и схватив башмак, ударила в запертое окно. Осколком стекла полоснула себе запястье и поднесла руку к приоткрытому рту колдуна. С радостной улыбкой смотрела, как возвращаются краски на посеревшее лицо, затем, не отнимая руки опустилась на пол, всем телом прижалась к колдуну и закрыла глаза.
- Это хорошая цена, Золтан, жизнь за жизнь.


Вальдас очнулся, как ему показалось, от чьего-то невнятного мычания. Повернув голову, он увидел сидящего у стены старика. Старик ритмично раскачивался, баюкая на коленях безжизненное тело Китаны, изо рта его текла струйка слюны, и безумие стояло в глазах, грозя выплеснуться и затопить Вальдаса, башню и весь остальной мир.




Cвидетельство о публикации 291938 © Гелих Ольга 04.04.10 16:16

Комментарии к произведению 7 (10)

Здравствуйте! Мне очень понравилось. Нигде ничего не названо, никакие части тела не выступают, а как-будто видишь всё происходящее собственными глазами. Если кратко, то проба удалась.

Привет, Ольга! Приятно было познакомиться с вашим творчеством)))

Спасибо!

Маленькое замечание - надо "на скотном рынке", не на "скотском"

Желаю победы в конкурсе!!!)))

Насчёт победы - это навряд ли, рядом-то с такими мастерами! А за добрые слова спасибо огромное.

Осталось ощущение, что была очевидцем...очевидицей происходящего.Здо'рово!..

Спасибо, дорогая Элис!

Да не за что, дорогая Ольга *потупясь* Вам - спасибо! ))))))))))))))

))))

АХ, какая прелесть! Снимаю шляпу.

Нет-нет, не снимайте! Даме шляпа необходима, как воздух. Интрига и загадка - вот, что такое шляпа. Жаль, что сейчас так мало дам носит сей прекрасный предмет.

А у меня шляпка фетровая, не знаю каких годов - капорком и с цветком, ретро, так мне уже жарко в ней, все-таки - 20 градусов тепла. Так что всё-таки сниму :)

)Такую шляпу нужно хранить за стеклом, надетую на подставку, и тем более, не снимать! Категорически!

Наверное :)

Ольга, спасибо. Понравилось.

Арсений.

Спасибо, Арсений, значит проба удалась, а то я боялась, что слишком откровенно получилось.)))

Загляните к Хроносу. Проверьте. А в остальном - здорово!

Спасибо, Алексей Алексеевич! С Хроносом у меня сложные отношения, нет во мне такого замечательного качества, как терпение :)). "Надышала" рассказец - скорей сбыть с рук, чтоб не жёгся.:)))