• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Вот то, из чего (примерно) мне пришлось выгребаться вместо того, чтобы аккуратно завершать "Весеннее обострение". Размещаться будет по мере воспоминания что там было и вытряхивания таких же воспоминаний о нашем мире из леди Нинет (что уж поверьте, занятие то ещё...)

Гл.1 Мост.

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста

31 июня. 110 лет спустя...

Завтра будет позже...

Или

Красивая сказка о том, почему благополучно пережившим век Атома

совсем не место в веке Рыцарей Круглого Стола...

Лишь тот, кому удастся растянуть 31-ый лунный день

В нештатный год обретёт все силы Самого Мерлина...

Но исчезнет из этого мира навсегда!

Дж.Б.Пристли

в одном из поздних высказываний

о 31-ом июня

У Мерлина, как и у Пристли

было своеобразное чувство юмора...

"Сотворённая" модификация

известной фразы о ребятах из ID Software

Потому что любовь - это всё же Любовь

Даже в будущем Вашем, далёком...

Антипророчество(Баллада о времени)

В.С.Высоцкого.

Гл 1. Мост.

В дне не было совершенно ничего особенного. В году - тоже. Он в общем-то ни с чем и ни с кем не совпадал. 12 июля 2009 года было обычным воскресеньем. И ничем вроде не выделялось. Правда если слишком глубоко не копать.
День был вполне обычным. Бестолковым, как и положено предшествующему понедельнику. Машина уже вторые сутки выгрызала гремучую помесь местами фэнтезийных видюков, местами очень странных мидюков, звуков, плюшек, доков, исходников и ещё более странных файлов, освобождая полутеррабайтный винт, который упорно не хотел освобождаться, дабы встать взамен совсем убитого старого в компугу шефа. Винту процесс не нравился, поэтому операция проистекала не просто медленно, а так медленно, как только могла происходить в тех случаях, когда что-то должно быть сделано вчера, а завтра уже будет никому не нужно. Ну каждый из Вас знает этот томительный и скучный процесс ожидания циферки в 100%. Поэтому процедура вымораживала. Клей не стал наблюдать за крайне медленно нарастающим прогресс-баром и поэтому просто завалился спать.
Проснувшись же (а пробуждение было на редкость обычным, хоть и прервало красивый и очень удивительный сон, про какое-то очень древнее средневековье с принцессами, драконами, хоббитами там всякими, эльфами и прочей древне-кельтской нечистью) и обнаружив на забытом с вечера включённым монике красную тряпку (обещавшую ещё как минимум сутки ожидания завершения этой нудной операции) Клей в очередной раз выругался, запихал сон в самый дальний угол сознания, и ткнув машине Ignore, а потом Skip all продолжил по традиции для выходных, особо медленно просыпаться. Даже не заметив, что когда он загонял в угол сознания сей навязчивый кусок Другого Мира, он по привычке пульнул Трикс-Трайновской консоли пару совсем в этот день лишних команд.
Циклон, вовсе не собиравшийся заходить с побережья Китая на маленький, похожий на подвешенную к материку рыбину полуостров, понял отправленные команды на редкость правильно. И круто изменив направление, не сливаясь, жимонул отвесно на север, набирая силы, где ему ещё предстояло встретиться с ещё одним обьектом. И заряжаясь электричеством. Потому что оно ему ещё понадобится.

0

В королевстве Перадор по прежнему ничего не происходило. В смысле по традиции совсем ничего. Электричество в этих веках ещё не изобрели. Компьютеры - тоже. Да и если б нашёлся хоть один такой умник - его бы тут же пригласили на костерок или раздёрнули на дыбе. После странной истории с исчезнувшей принцессой Мелисентой (а вместе с ней и начинающим, но жудко амбициозным волшебником по имени Мальгрим, стремящимся подсидеть самого Большого Мерлина) Святейший Епископ бдил вовсю за всем, что происходит во вроде бы ничем не примечательном королевстве. Он и так шуток не понимал, а тут ещё такое...
Леди Нинет с утра по уже сложившейся традиции скучала. Всё ж таки охмурив впавшего в депрессию (после безвременного исчезновения единственной дочери) короля Меллиота и получив столь вожделенный официальный статус, она поначалу даже возрадовалась. Вот только, как выяснилось, король ей достался при этом... гх... эм... не совсем первой свежести. И отлежав на его любимых шкурах все бока, ей вскоре пришлось заключить, что в королевстве и впрямь серьёзные проблемы с передачей наследства.
Леди Нинет не испытывала проблем с желаниями. Она всегда знала чего желать. Вот только желания (как выяснилось) имели свойство как-то весьма странно сбываться. И осуществив свою заветную мечту, она тем самым закрыла для себя последний путь хоть как-то позабавиться. Её неуёмная тоска по всяческим интрижкам и заговорам с новым статусом потерпела полнейший крах. Нет, интриговать конечно можно было. Но против кого? Против себя или пропойцы Меллиота, всерьёз поставившего со старым волшебником Марлаграмом себе сверхзадачу выпить в рекордные сроки весь винный погреб на радость не менее скучающим там королевским привидениям, по вполне понятным причинам лишённым такого удовольствия, и похоже её успешно выполнявшим? Скучно. Добраться до самого Мерлина и покрутить интрижки там - было далеко. К тому же, вредно для здоровья. Поскольку за последний год Магистр Джарви (тот ещё пройдоха и шарлатан), раздобыл где-то издающий странные звуки костыль с дырявой тарелкой на конце, позволяющий раскапывать всякие интересные железяки (что, правда, не приближало его к отысканию философского камня, но вполне позволило находить в здешних землях не менее редкие артефакты из так требующегося казне золота) дороги были не просто перекопаны... Посреди них иногда ещё встречались небольшие и аккуратно-квадратные ямки, угодив в которые можно было вполне аккуратно там и остаться. Местные шутники прозвали их "ходячими могилами", поскольку ямки эти имели свойство появляться в самых непредсказуемых местах. Вьезд же в королевство через восточные ворота преграждала большая и круглая (как говаривали выгребная) яма, которая появилась там после того, как королевство вздумал посетить по виду (и вкусам леди Нинет) вполне респектабельный северянин, именующий себя Глаем из Эррена. И славящийся на все королевства Земляным Магом. Маг подвязался соорудить в замке канализацию, но король (видимо с очень глубокого бодуна) как-то умудрился разругаться с волшебником как раз в тот момент, когда яма уже была вырыта, траншеи под трубы прорыты, а сами трубы и кольца эльфы из одного из соседних королевств (вовсю наживающиеся на своих способностях к антигравитации, и потому зарабатывающие на перемещении тяжёлых предметов) ещё не успели доставить. В итоге маг плюнул, оставил (видимо в назидание) всё как есть, и смылся порталом в родное королевство.
Оставленный им архитектурный выпук при этом вёл себя весьма своеобразно. Поскольку яма была вырыта аккуратно перед воротами, в первые же дожди туда набралась вода, и образовалось вполне приличное озерцо (напоминающее издалека мелкую лужу, поскольку вода была грязной и дна было не видно), в котором аккуратно и с завидной регулярностью тонула чья-либо карета в попытке сьехать из королевства именно этим путём. Причём (что примечательно) лошади то эту "лужу" перепрыгивали, а вот карета - нет... Последней такой каретой был экипаж Святейшего Епископа, который попытался покинуть королевство в очередной дождь аккурат через восточные ворота. Ну и естественно затонул здесь по самую крышу до самого конца проливных дождей. Даже погода - и та епископа не жаловала. Бо ещё никому не доводилось наблюдать, чтобы там, где являло себя Его Преосвященство, хоть когда-нибудь являла себя хорошая погода. Охота на ведьм воистину обладала странными побочными эффектами.
Именно поэтому соседство с Его Преосвященством обещало затянуться, что ну никак не входило в планы Леди Нинет. Епископ был презануднейшим человеком, сьевшим собаку на ловле ведьм (причём злые языки говорили, что сьевшим буквально). Поэтому к противоположному полу он относился не то чтобы крайне недружелюбно... После того как (говорят) Его Преосвященство был изгнан после какой-то весьма мрачной истории с некоей безвестной цыганкой из самого собора Парижской богоматери, он не пропускал ни одной юбки. Но от его бесконечных проповедей о грехе (которые епископ не уставал сопровождать собственными падениями, будучи изредка извлечённым из винного погреба) Нинет стабильно тошнило. Причём к дворцовым привидениям епископ с этими проповедями почему-то не приставал. Видимо живые (по его мнению) были несколько сговорчивей. Ведь привидение сложно пригласить на огонёк...
Но если проповеди ещё можно было терпеть, иногда разбавляя их едкими и циничными замечаниями (от чего епископ начинал перебирать на своём лице все цвета радуги), то его привычка читать проповеди по утрам и вечерам традиционно нараспев и хорошо поставленным басом, поднимавшим даже привидений из самых глубоких дворцовых подвалов, уже успела доконать в замке практически всех.
В замке всё было почти по старому. Вот только больше некому было преподавать драконографию. Лемисон (леди Нинет даже прослезилась, вспомнив наивного-рифмоплёта-музыканта, который, несмотря на все свои занебесные притязания на её особу, всё же пытался быть, и таки был душой этого общества) всё-таки ушёл из замка с позором. Он пошёл искать дракона. Правда ходил слушок, что не найдя дракона нигде, он сам обратился Дракошей, и теперь вовсю мучается ностальгией владея каким-то занебесно далёким королевством, да пожалуй что и не одним. Но это были всего лишь слухи. И это было грустно.
Замок тихо пустел и обрастал пылью. Оставленный Принцем с которым ушла "в седьмое измерение" Мелисента, придворный музыкант по имени Сэр Магнитофон, не оправдал ожиданий. Поскольку способен был издавать лишь один и тот же набор песен, вскоре всем надоевший. Правда он ещё обладал полезной особенностью запоминать и в точности воспроизводить сыгранное или сказанное. И если первое было в общем-то бесполезно, то вторым свойством Леди Нинет с изрядным цинизмом пользовалась. Правда потом он начал безбожно жевать, а вскоре совсем отказался работать. С тех пор так и лежал в углу. И пылился...
Впрочем, в замке были и ещё две вещи, неизменно пылившиеся на своих законных местах. Это было большое зеркало в резной прямоугольной раме, и календарь с одним единственным листком, навечно зависший на странной дате. 31 июня.
Тридцать первое июня. День, когда всё невозможное становится возможным. Когда начинают твориться чудеса. Когда зеркала перестают отражать присутствующих перед ними. А за ними появляется Звёздный Мост лишь для двоих. И вместо того чтобы разделять, зеркала пролегают между ними.
Нинет не любила эту сказку. Она её ненавидела больше других. Наверное потому, что для неё это сказкой не было. Она видела этот Звёздный Мост. И двоих на мосту. Именно в этом зеркале. Но её роль сводилась лишь к тому, чтобы наблюдать. И на тот момент даже и не пытаться вмешиваться. Она попыталась. И получила. Сполна...
Однако сейчас зеркало не работало. Как и положено зеркалу оно отражало лишь её. Вечно грустную светскую даму в ореоле (по какой-то странной, давней, и как-то маниакально закрепившейся у неё привычке) свисающих с плеч каштановых волос, перетянутых на шее старенькой цепочкой с бриллиантами, и венчаемых не менее старенькой диадемой. Нет, будучи коронованной особой, она могла позволить нацепить на себя всё что угодно, но предпочитала именно это. Как некий лик. Свойство, безвозвратно потерянное ею когда-то очень давно. И потому недостижимое.
Леди Нинет любила зависать перед этим зеркалом, в маленькой комнатке с дубовым столом на балконе над тронным залом, давно потерявшей своё царственное величие. Она с завидным упорством аккуратно протирала пыль с этого зеркала, ревностно не доверяя сией щепетильной операции ни привидениям ни слугам (в чём и полезно было в замке использовать в качестве слуг дворцовых привидений).
К этим вещам она не позволяла прикасаться никому. И не доверяла эту свою блажь ничьим посторонним глазам. Вот и сейчас, она, сделав своё дело, присела на пол, и опершись спиной на поверхность вредного и никак не желающего проявлять собственные магические свойства, стоящего уже на каменном полу стекла, наблюдала за мирно тикающими на противоположной стене ходиками. Никто не знает, откуда они здесь появились. Но висели они здесь очень давно. С тех самых пор, как отсюда исчезла Мелисента. И исправно ходили. Потому что заводились (в отличии от Сэра Магнитофона) обыкновенными гирьками. А за этим следил герольд.
Когда стрелки совпали, Нинет не успела понять что произошло. Кувыркнувшись через голову, и чуть было не сломав себе шею, она провалилась спиной в саму поверхность вредного и сломавшего практически всю её жизнь куска покрашенного с одной стороны амальгамой обычного стекла. Изрядно стукнувшись затылком о бетонный пол, она не сразу осознала, что вывалилась в обычный (хоть и единственный на весь город) проходной подьезд обычной современной пятиэтажки...
Перепугавшись, она пулей попыталась вылететь обратно. Но вместо этого лишь вынырнула во двор обычной типовой пятиэтажки. И чуть было не упёрлась в оттяпавший приличный кусок двора забор одной из местных военных частей.

1

Дочистив винт, Клей ехал на работу. Обычная рогатая "семёрка" всегда проезжала этот участок с особой медлительностью. Какое бы ни было время года. Каково бы ни было время суток. Пробка на "силуэте" была всегда. Так здесь с некоторых пор уже было принято. Впрочем, сегодня был выходной, мало того, приходящийся ещё и на День Рыбака. Да ещё и очередной приколист, узурпировавший на очередную шестичасовую смену микрофон и место за RJским пультом, вещал на весь автобус по одному из местных радив о том, что "над Канзасом надвигается гроза, так что всем, изрядно перебравшим эля рекомендуется пристегнуться - будет немного трясти". По тону было понятно, что товарищ недавно пересмотрелся "Матрицу" вперемежку с каким-то фэнтезюком, и ещё не совсем отошёл от культурного шока. Зная особенности подачи событий местными радиостанциями, никто не воспринимал вещавшего всерьёз. И между прочим, совершенно напрасно.
Дом по Тушканова 6 всегда пользовался в народе дурной славой. И не потому, что выходя одной своей стороной на "Красную линию" не обзавёлся на своём фасаде ни одним магазинчиком (пора всеобщей коммерциализации исправила этот недочёт и первым фасад украсился вывеской салона "Мастер и Марго"). И даже не потому, что в нём имелась квартира 66, в которой на стенке над телефоном мирно висела картина "The Birth" Бориса Валеджио в подлиннике, и жили две странные дамы, с маниакальным упорством (и подчас изрядной переплатой) коллекционировавшие всё, в чьих числовых атрибутах встречалось наибольшее количество шестёрок. И уж совсем не потому, что под ним находился когда-то весьма так нашумевший в этих краях в период полного эзотерического бардака 1998 года, подвальчик. Просто этот дом имел единственный на всю округу проходной подьезд посередине. И в нём единственном (как и вокруг него) всегда творилась всякая малопонятная чертовщина.
Постоянные жители как-то привыкли к этому эффекту. Не привыкшие - очень быстро менялись. Дом находился аккуратно между остановками. Но все когда-либо проезжавшие здесь автобусы проезжали его крайне медленно. Клей вспомнил, как однажды, не слишком ранней (по традиции этих широт) весной, он вот так же чуть не вывалился из окошка, совершенно случайно наткнувшись взглядом (в совершенно обычный рабочий день, традиционно же изрядно недоспав и следуя в свой родимый Институт Вулканологии практически на автопилоте) на вечного полупрозрачного призрака Леди Джейн - хоть и не прозрачной, но совсем нерядовой девушки - потрясающе узнаваемого призрака из почитаемой Клеем на тот момент полусредневековой сказки о лишней июньской ночи. Как и положено уважающему себя призраку, сие милое привидение от него тогда ускользнуло. И даже выскочив потом на следующей остановке, ему так и не удалось её догнать. Он тогда ещё (помнится) облазил все хоть мало-мальски подозрительные загогулины этого райончика, но дырку в пространстве так и не нашёл. А потом он умер. Второй раз.
С тех пор пронеслось семь лет. Но несмотря ни на годы, ни на милую, и познавательную экскурсию на Ту Сторону (тоже, кстати, случившуся под вечер 30 июня, но в 2002-ом), он помнил эту историю так, как будто бы она произошла вчера. И даже почти не удивился, наткнувшись взглядом на явно чувствующее себя не в своей тарелке существо.
То что дама была явно не из этого мира даже не требовало особых комментариев. Она чувствовала себя "не в своей тарелке", но не от того, что окружающие пялились на неё как на невесть что, ибо не каждый раз встретишь на автобусной остановке даму в шикарном вечернем платье с полной светомузыкой на шее и голове и длинными, распущенными по плечам волосами. Да ещё почти в полдень. Она просто была не из этого мира. Это читалось по не скрываемому привычно надменным видом испугу в её глазах. Но Клея буквально резануло по глазам не это. Он очень хорошо знал эту особу. И не только по перетянутым на шее одетой поверх цепочкой волосам. Ни эта привычка, ни эта дама ну никак не могли быть из этого мира. Просто потому, что мир, из которого они были, Клей очень хорошо знал.
Поразило его и другое. На даме не было абсолютно ничего искусственного. Всё это было (а глаз у Клея, теперь уже работавшего в среде, связанной с телевидением, был уже намётан на всякого рода подобные побрякушки, да и собственное инфразрение у него не особо то пылилось) действительно настоящим. Включая и саму владелицу. Всё что было внутри и что было снаружи настолько органично сочеталось... и тем не менее ему было настолько много лет... что воссоздать всё это в такой точности стоило действительно немерянную кучу денег. Даже не считая побрякушек, стоивших ещё на несколько порядков дороже.
Правда неподалёку от остановки и впрямь находился ювелирный салон, и у совсем не читавшего книжек его потенциального покупателя могло создаться предположение о ненавязчивой рекламе методом агрессивного вовлечения. Но даже не читавшего книжек мог повергнуть в уныние контраст между тем, что стояло сейчас на остановке и тем, что было представлено в салоне. Профессионал пытался победить в Клее романтика, но не находил ответа лишь на один вопрос. Клей очень хорошо знал Леди Нинет. Последний из возможных циклов был в 2005-ом. Следующий - не раньше чем через 110 лет. На вопрос, каким ветром обьект с той стороны Звёздного Моста занесло на эту, рациональное мышление ответа в упор не находило. Любителей же подобного класса розыгрышей "на скрытую камеру" в наши широты отродясь не заносило. А у местных масштаб был не тот.
Однако второй раз получить вместо ускользающего призрака свой персональный билет на экскурсию по Той Стороне Клею совсем не хотелось. И пока призрак материален, надо было что-то решать. И быстро.
Автобус соизволил остановиться. Клея буквально вынесло из него. Предьявил ли он при этом проездной, он как-то не запрограммировал. Призрак же вовсе и не собирался исчезать. Даже если это и был розыгрыш (на чём настаивали, попискивая под пятой фактов остатки рационального мышления), он был сделан не просто красиво а отчаянно красиво. И на него стоило купиться, хотя бы заради того, чтобы было потом что вспомнить.
- И тебе привет, леди Нинет! Что занесло тебя в наши края, если меня конечно не глючит?
Она обернулась. Прикосновение лишь подтвердило ужасную догадку. Призрак был реальным. Из крови и плоти. Оченно даже привлекательной (впрочем, вкупе с давно не встречавшейся тут экзотикой сказать так равносильно было тому, что не сказать ничего). Жил и существовал. В этом времени и в этом месте. Почему-то не предполагая, что вот сейчас ему могут выбежать и по полной навалять, явившиеся из салона секюрити, он уже обратил на себя внимание леди. Отступать было некуда.

2

В очередной раз выползший из винного погреба во флигель епископ, так и не оставляющий надежды уломать единственную из присутствующих в замке живую женщину несомненно королевских кровей (прежде чем предать её анафеме, а затем - и справедливо карающему огню), был премного удивлён отсутствием самого обьекта, шастнувшего сюда несколько минут назад. Его преосвященство уже успело проверить эту комнатку. Но никаких других дверей тут просто не было. Но Леди Нинет тут тоже не было. И это попахивало плохо скрываемой чертовщиной.
Впрочем, из своего опыта Святейший Епископ знал, что любая женщина рано или поздно становится ведьмой. Хотя бы для того, чтобы не сигануть из девочек транзитом, через старые девы, прямиком в бабушки. Так что можно брать любую - точно не ошибёшься. У этой же слово "Стерва" читалось на лбу и (вопреки всем законам оптики) для непонятливых отражалось ещё и в глазах. Но тем не менее, Леди Нинет в этой комнате всё равно не было.
Что-то ещё было не так. Сильно не так. Навевая на епископа благоговейно-мистический ужас. В комнате было что-то, как минимум рушащее самые основы его познаний о мироздании. И, несомненно, кровно затрагивающее его преосвященство. Что-то, чего не должно быть просто потому, что не может быть никогда.
Он случайно обратил внимание на мирно стоящее у стены зеркало. То, что это обычное зеркало, он проверил в прошлый раз. Только теперь (взглянув на него прямым зрением и не увидев разницы) епископ практически ощутил как оставшиеся на его голове, хоть и существенно поредевшие волосы, как-то совсем самостоятельно зашевелились. И было, кстати, отчего. Поскольку зеркало исправно отражало стоящий напротив фрагмент парапета со столбиком, на котором висел странный, тикающий предмет (Епископ уже знал, что это были часы, но такие маленькие? И в каком-то захолустном королевстве?). Вот только напрочь игнорировало его собственное присутствие.
Его Преосвященство очень хорошо знал, что именно написано в его любимой настольной книге - Молоте Ведьм - о тех, кто не отражается в зеркале. Причисление его к таковым этим странным предметом здешнего интерьера выглядело как минимум святотатством. Епископ достал из-за пазухи распятие поувесистей, и перехватив его как молоток, приблизился к странному зеркалу. Ладно, допустим он не отражается. Хоть он и не помнил момента, когда его могли здесь укусить. Но предмет то в его руках виден быть должен!
Зеркалу же было плевать на попытки понять странную метаморфозу мироздания у всего лишь человека, хоть и облачившего себя в сан, одевшего рясу и лишь на этом основании считающего себя чем-то большим. Предмет откровенно стебался над человеком, не отражая ни его, ни предмета в его руках. Епископ сжал распятие покрепче, и начал угрожающе приближаться к явно заколдованному зеркалу. Магические предметы следовало уничтожать. На миг изображение пропало вообще. А потом вместо отражения стенки в зеркале возник коридор. Оканчивающийся открытой дверью, за которой вдали виднелась странная, излишне гладкая дорога, по которой косяками проезжались странные разноцветные повозки, как-то умудряющиеся ездить вообще без лошадей. Впрочем, распятие в роли молотка уже летело навстречу "зеркальной" поверхности и даже хорошая реакция епископа не способна была этот удар остановить.
Удара, как ни странно не последовало. Распятье вместе с рукой свободно "промахнулось" сквозь зеркало, не только не встретив никакого сопротивления, но даже и не повстречавшись с поверхностью несомненно присутствующей за зеркалом стенки. Рука ещё не совсем вышла из поверхности "зеркала", когда там появились (Епископу с перепугу показалось, что очень медленно), сначала две штанины, потом окорока с костями (прямо в разрезе), потом опять мясо, кожа... и всё это материализовалось во вполне винтажного вида чёрные кожаные штаны, с отрезанной верхним краем зеркала вполне внушительных размеров задницей, проявившей себя точно так же. Поскольку распятие оказалось (по странному стечению обстоятельств) аккуратно между ногами, оно там зацеплось, и вспоров (благо несильно) промежностное пространство чуть было не утащило епископа внутрь (поскольку распятие естественно было на цепочке). Епископ резко отшатнулся от зеркала и, пятясь, попытался его перекрестить. На что от отошедшего уже достаточно, чтобы быть видимым в полный рост владельца кожаных штанин, услышал кучу отборной ругани на языке, некоторые слова которого епископу доводилось слыхать лишь в далёкой России.
Пятясь, епископ всё крестил и крестил зеркало. Пока не ударился спиной в ту самую опору, на которой висели ходики. Добрый скворечник с кукушкой, слегка утяжелённый двумя полуторакилограммовыми гирьками, оформленными под еловые шишки, несколько облегчил его страдания, отправив ударом по темячку епископа на ближайшие пару часов в неадекват.
Правда часы при этом (естественно) встали.

3

Леди Нинет не сразу поняла, что выскочивший из этого странного сине-зелёного сарая на колёсиках седоволосый парень с рюкзачком обращается именно к ней. Остальные прохожие от неё почему-то шарахались как от прокажённой. Что же в её внешности было не так - она в упор не понимала. Тем не менее, язык, на котором изьяснялся парень, был для неё очень даже знакомым. Это был один из древних языков. На таком говорили в России. Леди Нинет его знала, хоть это и был некий странный диалект, упрощённый до той степени, до которой не опускались даже извозчики.
- Что Вам от меня надо, сэр? - протянула она руку для поцелуя. Клей жест, казавшийся ей естественным проигнорировал.
- Да вот. Хотел убедиться в реальном существовании одного из моих снов. Ведь Вы же и впрямь Леди Нинет из замка Перадора? Или мой склероз меня обманывает? - Клей пытался подстроиться под светскую манеру собеседницы, приготовившись с особым цинизмом отлавливать и обыгрывать все её "проколы". Гормоны были против, но жизнь научила Клея к этому времени эту атаку достойно держать.
- Передайте Вашему Склерозу, что негоже копаться в родословной светской дамы королевских кровей.
- Да? Ну и как себя чувствует принцесса Мелисента? - Клей с трудом проглотил "Вашего Склероза", хоть сохранять серьёзное выражение лица стоило особых усилий. Для особо продвинутого эмо-кида, впечатлившегося легендарным кино, персонаж был слишком профессионально подготовлен. Дорого упакован, и слишком естественен.
- А её то Вы, сэр, откуда знаете?
- Да так, приходилось...
- Тогда Вы несомненно должны знать, что она-в грядущем.
- А Вы, Нинет, никак за ней? Или опять брошкой Мерлина интересуетесь? - отловить промелькнувшую во взгляде Миледи настороженность при упоминании об Артефакте, Клею было несомненно приятно.
- А Вам то какое до этого дело?
- Да так, просто интересуюсь. Вы же, алмазная леди, как мне помнится, всегда имели слабость к маленьким интригам и заговорам. Несомненно с большими последствиями. Или времена так сильно изменились?
Если она профессиональная актриса, то "алмазная леди" должна была больно резануть ей по ушам. Устами Коровина Булгаков скажет эту фразу гораздо позже. Но никто из нас не сможет скрыть реакцию на плагиат.
- Нет, но Вам то какое до этого дело? Кстати, с кем имею честь? Вы, кажется, не представились.
- Сир Грей - Клей намеренно выбрал это псевдо-светское имя с таким душком, что не то что автор - любой графоман, хоть что-то современное читавший, начал бы плеваться. - Путешественник по чужим мирам, телам и душам к Вашим услугам.
- Маг?
- Нет, просто прикалываюсь.
- К чему прикалываетесь?
Так, пока 2:0 в твою пользу. Выдержка есть. На слэнг не ведёшься.
- Да так, шутю помаленьку.
- У нас в Перадоре шутить не любят.
- Да, но только позвольте напомнить Вам, Миледи, что вы вообще-то не в Перадоре, а на Камчатке. На дворе двадцать первый век, и вот зуб дам на отсечение, что Вы совсем не знаете, как теперь отсюда выбираться.
- Вы что тоже читаете мысли? Как тот маг?
- Для того, чтобы не читали Ваши мысли думать потише надо. А Ваша мысль более представляет из себя табличку на лбу. И как Вас не ограбили то по дороге. Или джампер где-то рядом?
- Что такое джампер? И при чём здесь вообще прыжки?
- Ууу, как всё запущено... Так Вам значит даже не ведомо, как Вы сюда попали? Ну чтож, похоже я о Вас знаю больше Вас, Леди Нинет. Ваша милая интрижка с брошкой (кстати, неудавшаяся) ничто по сравнению с тем, во что Вы теперь вляпались. Маг то где?
- Какой маг?
- Ну не Мерлин же! Мальгрим естественно. Наш легендарный иллюзионист.
- Тоже в грядущем...
- А Леди Джейн? Прозрачная которая. Нерядовая... Являющаяся только в лунный день 31 июня?
- Не видела.
- Так Вы что совсем без свиты? Кто же Вас сюда пустил?
- Зеркало...
- И как я про него сразу то забыл... Но позвольте, сегодня же вроде не 31 июня. Или я что-то путаю? Если день не настал, то почему же открылся портал?
- Это что заклинание?
- Да нет, просто мысли вслух.
- Ой, а Вы не могли бы помыслить вслух где-нибудь в другом месте?
- Да с удовольствием! Только подумайте, леди, как Вы будете отсюда выбираться.
Сказавши это, Клей подпрыгнул на месте и перекувыркнулся прямо в воздухе. Большая чёрная птица взмыла над обычной автобусной остановкой и отправилась по своим делам. Точно такая же, как та, которая упорно каркая и ругаясь, пыталась приземлиться на пару ниток колючей проволоки, висевших над забором той самой военной части, что первой попалась на глаза Леди Нинет сразу же, как только она вывалилась сюда сквозь зеркало. Намёк был столь недвусмысленным, что заставил задуматься. Прохожие же, весьма необильно толпящиеся вокруг остановки как-то хором отвернулись, задумались или просто проходили, ничего вокруг не замечая, по своим делам. Кто-то ещё видел парня, а кто-то - уже птицу. А вот момент превращения так никто и не заметил.

4

Когда Клей таки покинул автобус, как ни странно не забыв предьявить водителю проездной (а иначе он упорно не хотел открывать переднюю дверь) большая чёрная птица уже приземлялась на крышу ещё одной обыкновенной пятиэтажки, мирно стоящей на другой стороне улицы, а Леди Нинет уже вовсю улепётывала с остановки в сторону портала, сквозь который сюда пришла. "Ну хоть до этого сама додумалась" отпустила прямо в полёте язвительную мысль чёрная птица. "Потрясающе предсказуемая дамочка. Но иногда может быть полезной".
Впрочем, пятиэтажка сия не была совсем обыкновенной. Ибо когда-то на том самом месте, где сейчас стояли на крыше обыкновенные рекламные щиты, стояла здоровенная бегущая строка. И вещала новости. А прямо напротив неё был печатный двор, где и сидел на самом верхнем этаже тот самый диджей, что пообещал народу грозу над Канзасом. Если бы он знал, что именно, он запустил своим обещанием, и кто (почти синхронно) ответил ему тихой фразой "Да будет так!" - у него бы надолго пропало чувство юмора. И не только на этот вечер.
Звали чёрную птицу Мальгрим. Впрочем, это было не единственное из его имён. Как-то раз ему довелось пересечься воистину неисповедимыми магическими путями с Клеем лично в одном из весёленьких миров. И ещё как пересечься! Бо у этого строптивого оборотня была одна очень мерзкая привычка. Умеючи превращаться в волка и шастать по чужим телам, он имел привычку встревать в чужое колдовство в самый неподходящий для этого момент, чем оборачивать его результат до противоположного. Да ещё так, чтобы и автору мало совсем не показалось. Мальгриму тогда самому изрядно досталось по сусальнику. И именно поэтому цеплять на себя "человечий" образ Клея он любил. И будучи как две капли воды на него похожим, нещадно втравливал прототипа в великое множество весёленьких историй. Впрочем, брошка Мерлина позволяла делать и не такое...
Клей был для него своеобразным индикатором. Парня ну просто обожала всяческая чертовщина и тянулась к нему везде, где бы тот ни оказался. А с этого всегда можно было что-нибудь поиметь и себе. Свойство сие в этих веках для парня было совершенно бесполезным, но именно из-за него он и не способен был скрыться от незримой магической опеки.
Когда Клей выскочил на остановке, не нашёл там никого похожего на свой недавний глюк, и всё-таки додумался оглядеться по сторонам, Леди Нинет уже почти успела скрыться в знакомой подворотне. Но только (вот жеж Клей!) секундой позже, чем имея шанс не попасть в область его бокового зрения.
Клей в призраков, тем не менее, не верил. И поэтому шутницу решил во что бы то ни стало изловить. Он давно уже знал, что подьезд проходной (ибо часто этим пользовался когда-то, преподавая неподалёку от этих мест "сети"). И поэтому рванул следом.
Пробежавшись полтора дома рекордно шустро, и, наверное, побив при этом не один спринтерский рекорд, Клей, тем не менее, оказался в подворотне чуть позже, чем можно было определить, какой же из оставшихся двух выходов предпочла леди Нинет. Никого не увидев в открытом дверном проёме двора, но услышав звук открывающейся двери где-то сверху, он пулей взметнулся по лестнице мимо груды мешков с каким-то строительным мусором, кучкующихся в пол площадки между первым и вторым этажом, и оказался почти мигом на пятом... сделав правда при этом совершенно неправильный выбор. В чём не замедлил убедиться, возвращаясь... и заметив знакомую зелёную рыжеволосую молнию во дворе сквозь подьездное окно между третьим и четвёртым этажом.
Спускаться вниз было гораздо удобнее. И быстрее. И именно поэтому он не заметил под ногами появившийся между первой и второй подьездной дверью (которых в этом подьезде, впрочем, отродясь не существовало, хотя проёмы были) появившийся там уже после его последнего пользования этим тамбуром порог. Так что из подьезда Клей уже вылетал кувырком, привычно сгруппировавшись и рискуя расквасить себе нос о подьездную плиту. Вот только шлёпнулся он почему-то на деревянный пол, которого здесь ну никак не могло существовать. Что-то было совсем не так. Содрав ладони и пропутешествовав последние несколько метров по инерции на четвереньках (в третий раз менять матрицу на вечно сопровождавшем его в рюкзачке ноутбуке как-то не хотелось) он здорово припечатался темячком во что-то мягкое, отделявшее его от не менее деревянного столба. Что-то было совсем не так. Клей точно знал, что даже споткнувшись, он всё равно должен был оказаться на улице. А там неоткуда было взяться таким архитектурным излишествам. Что-то было сильно не так. Ему не знаком был подпиравший столбик человек в рясе, почему-то нацепивший на голову часы с кукушкой, чьё сознание явно пребывало где-то далеко, но вот сама комната ему чем-то была очень сильно знакомой. Клей конечно пока доверял своим глазам, но чем более подробно он всматривался в сие странное помещение, тем больше и больше понимал, что того, что он сейчас видит, просто не могло быть. Хотя-бы потому, что не могло быть никогда.
Он уже почти добрался до того самого (впустившего его, но тем не менее теперь исправно отражавшего все предметы в комнатке) зеркала, когда встретился практически нос к носу с милым, но очень хитреньким, и как-то умудрившимся выглянуть навстречу прямо из стены личиком Леди Джейн. Личико шаловливо осмотрелось, извлекло из стены остаток себя... и неожиданно встретилось взглядом с Клеем.
- Приветствую и вас, о Леди Джейн! Как жаль, что Вас можно видеть только в... лунный день... тридцать первого июня. - повторил Клей на автомате давно известную ему фразу Лемисона(бо фильм смотрлся, да и книжка читалась в своё время несчётное количество раз),... дочитав конец фразы на висящем аккуратно за Мэри Джейн календаре. Замедляясь и медленно понимая, что надпись сию он читает непосредственно сквозь неё... Впрочем, призрак, видимо, удивлён был его явлению не меньше.
- Привет, Волк! - Постой, а ты то вообще то что здесь делаешь?
- Веришь-нет - Клей продолжал ответствовать в заданной манере, хоть и понимал, что вообще-то тут его в принципе знать не должны. - пытаюсь разобраться как я вообще здесь оказался.
- В Перадоре? Ножками, наверное. Как же ещё? Дороги то Джарвис уже все перекопал.
- В Пера...? Где где? Я не ослышался?
- В королевстве Перадор. В замке короля Меллиота. Владельца Лансингтона и Парлотта, .... - услышал он сопровождённые ударом посоха громогласные почести поднимавшегося по лестнице герольда, не преминувшего споткнуться на привычном месте этой избитой фразы.
- ...Ага. Зелёных мхов, и трёх мостов - закончил за него Клей. На что уже явивший себя на свет ставший ещё более массивным герольд сильно смутился. - Куда попал, я примерно понял. Как именно - не совсем. Народ, вы что, правда пытаетесь меня убедить, что на дворе конец двенадцатого века, а в этом замке живут привидения? Я что похож на психа? Ну вот не верю!
- А ты попробуй проверить. Повтори фокус - ответствовала Клею леди Джейн, после чего внаглую нырнула сквозь него.
- Красивая голограмма! - скептически отнёсся к увиденному Клей ища глазами на ближайших стенках обьективы лазерного стереопроектора, но почему-то их не находя - Долго рисо...вали. Ой! - осёкся он, ощутив у себя на плече довольно нежную ладошку, прихорошенную вуалью всё той же Леди Джейн.
- Нет, а мне это привидение определённо нравится! - встрял в беседу поднимавшийся последним человек. С металлической короной на голове, вполне цивильным и хорошо отбалансированным мечом на поясе и при хоть и странных, но вполне заслуживших своё почётное место самых первых наручных электронных часах "Электроника-2", ещё со светодиодным циферблатом. - Есть в нём что-то жизнеутверждающее.
Клей насторожился. Тот, кто выдавал себя сейчас, насколько он помнил сюжет, за короля Меллиота, был конечно потрясающе похож. Вот только Клей точно знал, что актёр, игравший его в том самом фильме уже давно умер. Шутка явно затягивалась и уже очень сильно начинала напоминать обыкновенный сьезд крыш. И потому, всё больше и больше Клею не нравилась.
Он как бы невзначай покосился на зеркало. Зеркало исправно отражало все предметы и людей, набившихся в маленький деревянный флигель со странным мостиком, отгораживаемым полукруглыми арками. Включая и леди Джейн (которую, в принципе, не должно было). Чем упорно отлынивало от только что продемонстрированной Клею функции портала. Отступать было опять, по видимому, некуда.

5

Убедившись, что за ней никто не следует (для чего не поленившись обойти дом по Тушканова 6 снаружи в обе стороны и не по одному разу) Леди Нинет не меньше десятка раз попыталась пройти через зияющий в центре дома коридорчик. Прежде чем понять, что портал здесь для неё почему-то не работает. Впрочем того, что портал не работает только для неё ей пока ещё не дано было понять. Ведь она же не видела, куда именно исчез столь настойчиво сопровождавший её паренёк. И именно поэтому вполне резонно полагала, что не найдя её он просто отсюда ушёл ножками. И никуда не исчез. Впрочем, для Леди Нинет это было неважно. Потому что медленно но верно (как и полагается в хорошем, качественном кошмаре) до неё начинало доходить, что она и впрямь оказалась одна в этом странном, несомненно повёрнутом с ног на голову мире, о котором она практически ничего (кроме восхищённых рассказов Мелисенты, которой она, ввиду своей прагматичности, не очень то и доверяла) не знает. На улице рано или поздно начнёт вечереть, а ночевать на улице ей не очень то улыбалось. Нет, предпочитавший жить по походному с преумноженным после исчезновения Мелисенты упорством король Меллиот конечно отучил её от части неизменно-надменных светских манер. Но до того, чтобы ночевать на улице она "опуститься" всё равно ну никак не могла. И если с внутренней стороны двора дом практически ничем не выделялся кроме того, что на подьездных дверях, из которых иногда входили или выходили люди, вместо амбарных замков, ну или в крайнем случае замочных скважин, были странные плоские панели с цифрами и каким-то кругляшком, к которому входящие прикладывали по видимому палец. Она уже пыталась несколько раз повторить этот фокус, но на её пальцы сея, доселе неведомая ей магия совсем никак не реагировала. На попытку же тыкать пальцами по циферкам замок вообще повёл себя как-то странно. Сначала он забавно запиликал, а потом заспанным (причём судя по осиплости, явно с великого бодуна) голосом поинтересовался "кто???". Выслушав же и переварив ответ (причём сильно не сразу) голос послал леди Нинет на какое-то короткое слово и пообещал в следующий раз оторвать уши за такие шуточки. Откуда леди Нинет и пришлось заключить, что народ тут жил весьма недружелюбный.
Другая же сторона дома (будто в укор первой) наоборот пестрила всяческими вывесками и забавными входиками, Но это никак не упрощало задачу, поскольку надписи над ними леди Нинет (если читатель ещё не забыл, попавшей сюда прямиком из двенадцатого века) абсолютно ни о чём не говорили. Единственной хоть как-то знакомой надписью с другой стороны дороги со странными самодвижущимися и абсолютно безлошадными повозками незамысловатых конструкций, как-то умудрявшимися двигаться совсем без лошадей, но гораздо быстрее (что, правда, к этому участку дороги совсем не относилось) была надпись на странном домике с зеркальной крышей, на котором было написано "Мельница". Мельница очевидно была ветряной (судя по лопастям, которые и впрямь присутствовали на фасаде), но какой-то странной. Впрочем там, где была мельница, и мельнику совсем не лишне было бы обретаться. А на любой мельнице всегда имелся постоялый двор, а значит - можно было недорого переночевать и отправиться куда-нибудь в дорогу. И представление о местности у местных получить. Оставалось только как-то перебраться на другую сторону дороги. Впрочем, понаблюдав немного за народом, леди Нинет очень быстро поняла, что на самом деле дорогой управляют какие-то странные разноцветные фонари, висящие около дороги там, где на ней изображена странная, полосатая дорожка. Зачем зажигать фонари там, где и без них достаточно светло, и как они могут зажигаться и гаснуть сами, да ещё и повозки останавливать, леди Нинет конечно было непонятно, но видимо тут тоже скрывалась какая-то магия.

6

Тем временем, уже прилично отметивший день рыбака (хоть по его голосу и не было это понятно) RJ, в очередной раз обстебав народ на полуслове оборвал очередную песенку и вывел в эфир рекламный блок. В нём уже в порядком поднадоевший очередной раз говорилось, что ночной клуб "Мельница" поздравляет народ с очередным Днём Рыбака и приглашает на классную вечерину. Вход для милых дам, по традиции для таких празднецтв обьявлялся бесплатным. Однако леди Нинет, переходившей как раз в этот момент улицу не дано было услышать этой рекламы. Как и не дано было (как выяснялось) найти и мельника. Поскольку "мельница" представляла из себя странное сооружение, в дальней своей половине напоминавшее кусок кабака, вводившего бы читателя посовременней в жестокую ностальгию по легендарной электричке "Москва-Петушки". Но во времена Перадора (опять же) поезда ещё не ездили, поэтому леди Нинет сие помещение ничего не напоминало. В ближней - вообще странное большое помещение с бешено мерцающим светом под не менее странную, совсем не похожую на красивые песенки Лемисона музычку (которую правда таковой сложно было назвать. Скорей это были какие-то речёвки, под чрезвычайно ритмичный барабанный... и ещё непонятно чей, вопящее-звериный ритм). Музычка иногда разбавлялась болтками паренька за странным, чёрным, и вовсю увитым чёрными верёвками пультом, потрясающе похожего на самого Лемисона... если бы конечно он сам пел и играл здесь, а не тыкал со скучающим видом кнопки пульта, иногда кормя стоящую рядом с ним ещё более странную железку странными круглыми зеркальцами с дырдочкой посередине.
Народ же в зале просто бесился. Среди них цепкий взгляд Нинет как-то сразу выделил мужика в одних плавках и с трезубцем, как-то потрясающе напоминающего самого короля Меллиота. Довершаемое присутствием на его голове короны морского царя и приличной лысины, сходство было настолько идеальным, что создавало впечатление какого-то странного де жа ву. Усиливаемого ещё и тем, что за барной стойкой вовсю орудовала... тоже когда-то гостившая у них в Перадоре госпожа Куини. Только теперь она была в морского цвета платье, явно заставившем леди Нинет поёжиться с непривычки от воображаемого холода. Платье практически ничего не скрывало. В мире, откуда родом была леди Нинет сей наряд нашли бы как минимум сильно неприличным. Но здесь так, очевидно, было принято.
Вначале ошалевший от столь непривычного зрелища явно средневековой особы отвисавший здесь народ (не каждый раз, всё-таки, увидишь настоящую средневековую леди, по простецки заглянувшей на молодёжную тусовку, понятия не имевшую ни о книжке Пристли, ни о 31-ом июня, ни вообще о средних веках, но, что называется, на собственной шкуре ощущавших сейчас, почему "ретро - это действительно круто"), спустя недолгое время уяснил для себя, что столь странная гостья, видимо, являлась очередным элементом скрыто продуманного организаторами действия. И привычно продолжил тусоваться. Спас ситуацию как всегда DJ, отправив в путь очередное зеркальце... и по залу разнёсся... малознакомый присутствующим, но однако же давно и с детства знакомый Леди Нинет голос принцессы Мелисенты... о том, чем плох мир без любимого. А мог ведь эту песенку, между прочим, и в исполнении Филиппа Киркорова поставить...
Леди Нинет сия магия сильно насторожила. Настороженно, и стараясь не выдать испуга, она оглядела весь зал не менее внимательно, нежели Клей, когда пытался найти в замке Перадора обьективы лазерного проектора. Но тем не менее, ещё одной до боли знакомой мордашки, в зале всё-таки не наблюдалось. А голос был. И это было странным...
Однако колбаситься в зале со всеми леди Нинет и её наряд не позволял, да и не особо то хотелось. Поэтому она облюбовала столик недалеко от бара. И предпочла там ненадолго осесть.
Как ни странно, ей тут же поднесли выпить. Отхлебнув принесённый напиток, и поперхнувшись, она тут же обнаружила, что принесённое ей вино оказалось на самом деле обыкновенным пивом со странным названием "Балтика-9". Что вообще-то (в отношении неё) было как минимум хамством. Варварские обычаи, варварский народ... До леди Нинет продолжало медленно доходить понимание того, куда она на самом деле попала, когда за соседним столиком двое уже изрядно перебравших молодых парней вдруг в наглую переключились с какого-то там своего разговора на особо циничное обсуждение её до некоторых пор почти царственной особы. Обсуждение себя любимой, как "самки, желающей лишь одного" леди Нинет сильно не нравилось. Но вмешиваться в процесс в чужом мире на всякий случай всё же не стоило.
Тем не менее с прибавлением обьёма выпитого за соседним столиком пива градус разговора всё нарастал и нарастал. Нинет принципиально игнорировала этот процесс, уже собираясь поинтересоваться, где же в этом заведении вообще мельник (а уж тем более постоялый двор), когда градус достиг того самого момента, когда что-то должно было произойти.
Паренёк, называвший себя В-ад-имом отделился от общей попойки и совсем уже неровной походкой направился прямиком к столику Леди Нинет.
- вы что-то тут забыли,сэр? - сразу, без предисловия, начала Леди Нинет. Не было разницы, двенадцатый век или двадцать первый. Золотое правило действовало всегда. Главное было - вовремя наехать.
- Да. Мы вот тут с Тохой заспорили...
- Угу. Женщина или самка. А что же ты хотел от меня? - Нинет уже заметила, что здесь почему-то переходить "на ты" без предупреждения было как-то практичнее.
- Да вот, хотел проверить одну фразу.
- И что же ты от меня хочешь?
- Как что? То же, что и любой самец от любой самки. Я хочу твоё тело.
- Вы кажется совсем охомели, граф!
Вад хотел ответить, но вдруг почувствовал, как центр тяжести вдруг резко уходит налево, а гравитация по какой-то нелепой случайности перестаёт быть величиной постоянной. Его выносит из тела и он куда-то проваливается... А потом, внезапной инверсно-серебристой вспышкой наступает тьма.

7

Утро поприветствовало Перадор очередной мрачной моросью и дымкой. И уже казалось вечно висевшим над замком смогом. Это было одно из проклятий Старой Англии. И так сильно напоминало то самое, мерзкое время года, в которое (буквально на месяц - более не требовалось) Клей стремился свалить из своего любимого мира в какую-нибудь командировку. С некоторых недавних пор он почему-то на дух не переносил именно этот короткий, но мерзкий кусочек осени. Когда снег выпасть ещё не собирался, дождь обошёл стороной... а окружающая реальность напоминает попадание в вечный хит сезона в номинации "самый наркоманский мультик". Мерзко, сыро и одиноко. И хочется цитировать вечное: "Я ёжик. Я попал в туман... Меня показывают в самом наркоманском мультике..."
В его родном мире он прозвал это состояние погоды (когда вроде бы и никак не станет мокро, и тем не менее промозгло и сыро, и мерзко... но никак не выпадет первый снег...) порой ядовитых туманов. И это имя в этом мире прижилось.
Если бы не странный замок, который был слегка позади, не могло бы быть никаких сомнений, что он, в общем-то, никуда из своего мира и не пропадал. Впрочем, замок мог существовать и лишь в его воображении. А он - лишь распластаться в тамбуре проходного подьезда. Что-то подобное с ним уже когда-то было. Но тогда он просто проснулся "отоспавшись" два с лишним дня. Тут же что-то было совсем по другому.
Клей таскал с собой в рюкзаке ноду. Таскал и GPSку. Но ни коммуникатор ни бук упорно не находили в здешнем небе ни одного спутника. Эфир на всех частотах был тоже девственно пуст. И это настораживало. Что-то тут было не так.
К моменту явления Клея в этот странный замок, очень сильно напоминавший ему одну давнюю, забытую сказку, смог не только не рассеялся, но даже ещё и попытался сгуститься. Окна в замке конечно же были, но выглядывать за них (даже случайно) почему-то совсем не хотелось.
Тем не менее мир был более чем странным. Мало того, что здесь в замках вполне так спокойно жили вполне весёлые и даже почти довольные такой вот жизнью после жизни призраки, и это было здесь (похоже) вполне обычным явлением (в отличии от самого Клея), так у них тут ещё и магия, похоже, вполне так неплохо работала, даже несмотря на деятельность недавно коронованного скворечником с кукушкой Святейего Епископа. Взглянув на то, как здоровенный шишак легко и непринуждённо прямо на глазах сдувается обычным руконаложением, правда не совсем обычной Леди Джейн, Клей даже засомневался, так ли уж правы эти самые инквизиторы, вначале исправно служившие церкви, потом столь же исправно переметнувшиеся на 1/6 части суши к коммунистам... И переименовавшись в КЗП. По сути, инквизиторам не было особой разницы, кому именно служить. Они преследовали лишь одну цель - искоренение всякой (абсолютно любой, кому бы она ни служила) магии, или по крайней мере, хотя бы изгнание её с глаз долой от "простых смертных" людей. Любое правительство любой страны всегда нуждалось в их услугах. Поскольку если толпу можно было подчинить или напугать, то против обладающего магическими способностями, и потому просто невнушаемого индивида, любая власть была попросту бессильна. Ибо туда, откуда могли влиять на мир нелюди, не дано было допрыгнуть ни одному людю. Какое бы социальное, финансовое и прочее положение в обществе они ни занимали. А это было очень опасно. Ибо именно эти психи реально способны были повести за собой толпу. И вполне реально, "долбануть" по тому, чего толпа, увязнув в своих узко-специфических заботах, даже перед собственным носом попросту не видела.
За девять с лишним веков им это всё же удалось. Хоть и была одна прблема. Поскольку так нелюбимый церковью лишь за то, что посмел ткнуть человечество носом в собственное происхождение Дарвин, был всё же отчасти прав. И из обладающих сверхспособностями выжили лишь те, кто умел обмануть Ангелов Смерти (или же просто дать им бой), даже будучи привязаным к столбу, под которым уже разгорался святейший костерок.
Инквизиторы (а среди них, как ни странно, тоже встречалась отьявленная "нечисть", ибо иначе борьба была просто неэффективной. Нельзя бороться с тем, чего не можешь даже ощутить) прекрасно понимали, что вот против имено этих они как раз таки бессильны. И тогда они изобели Игру. Назвав свет Светом, а тьму - Тьмой. И благословив обоих древнейшим полководческим заклинанием. "Сожрите друг друга!"

* * *

Клей отвлёкся от рассказа этой мрачной истории так и не потерявшей за последние пол века своего рокового любопытсьтва (как и милого очарования) Леди Джейн, потому что Святейший Епископ кажется наконец-то пришёл в себя. А Клей всё-таки с информацией обратной причинности имел дело уже давно. И поэтому более чем понимал, чем именно могло грозить Этому миру знание Самого Главного Инквизитора об ошеломляющих успехах его любимой конторы в хоть и весьма далёком, но всё же будущем.
Когда оклемавшийся наконец епископ узнал, что поремонтировали его тоже при помощи магии (поскольку давно уже не практикующего медицину магистра Джарви так и не нашли - бедолага подозрительно вовремя уехал в Камелот сбывать там накопанные до последних дождей побрякушки), он пришёл в истинное бешенство, да так, что чуть было не предал анафеме во веки веков (отчего король Меллиот ощутил лёгкий укол ревности - это была его любимая фраза, как выяснилось, теперь уже неплохо пошедшая в народ). Причём всех оптом. С дворцовыми стенами, слугами... И даже королевскими привидениями. То, что последнее было бы не просто бесполезным, но и изрядно глупым, его даже почти бы не остановило. На что Клей, естественно, не преминул цинично заметить, что тогда, видимо, было бы куда практичнее его вообще не поднимать, а сразу делать из него Бхута. Или хотя-бы фамильяра. От этого было бы куда больше толку. За что Епископ Клея тут же сильно не взлюбил.
Тем временем над Перадором по прежнему свинцовым туманом висели сумерки. И заменяли собой в небе солнце. Отчего совершенно невозможно было определить, был ли сейчас день, сильно затянувшееся утро или сильно припозднившийся вечер. Что и не насторожило всех присутствующих. Пока не насторожило. Ибо сумерки (на самом то деле) скрывали в себе очень большой подвох. Пока ещё не совсем заметный, но тем не менее уже реально существующий. Но пока этого ещё никто не заметил, и поэтому пока в Перадоре было всё спокойно...

Гл.2. День Сурка.


1 Наш привет муравьям из Prodigy
2 Наш привет JKR, и с оттягом по сусальнику третий финал ;)))
3 Третье Правило Волшебника гласит: Не стоит применять чужие заклинания не учтя всех их возможных последствий.
4 Да, именно тот самый комментарий к тому самому произведению.
5 (с)Dark Mirror
Cвидетельство о публикации 260271 © Kali Serverus Storm 10.09.09 05:16

Комментарии к произведению 1 (3)

А я-то думаю, чего пространство в тех местах корежет, где я ничего не трогала, а с Той Стороны раздаются подозрительные хлюпы и всхлипы...

Волк, а ты не забыл предупредить, что твои истории хронически сбываются? И не только на Той Стороне? ;

Над фразой "хочу твое тело" все еще пытаюсь оторжаться, ибо последствия у нее - а ничего так финал обрисовали. Пикантно ;

Вообще, это ты от души: в дычу получили все, начиная с Гюго и Сотворения (оптом) и заканчивая случайно вписавшимися в историю, не знаючи.

Нет. Тут ты не поняла. Не получили, а вовсю получают. Поскольку в этой истории это ещё только её начало (т.е. только первая глава). На самом деле с заварушками в Сотворении это никак не связано. Вяжется эта история только с тем что творилось на Обострении "за кадром". Т.е. как это в реале выглядело с Этой стороны.

з.ы. Фраза на самом деле из "Флэшки". Последствия... Ну что сказать, у леди Нинет характер вобще-то тяжёлый. Сотрясение парень и впрямь получил.

з.з.ы. Гюго от соседства с Сотворением опять с гироскопической скоростью в гробу завращался. Я уж и не знаю, чем его на сей раз успокаивать...

з.з.з.ы. Кстати, чтобы не чувствовать себя обделённой "сбываниями моих историй" добро пожаловать в миры Мариэтты А.Роз (ибо нефиг в неизвестных лесах просеки из дендроидов делать). Вот печёнкой чую, что в Аустерленде Вашей небольшой компашке (Спириту с бензопилой, ты с Головой Палача и Генри Чар БЕЗ Головы Палача, но от этого почему-то не слишком радостный) точно скучно не будет.

Кали, я поэтому и ржала. помня, ЧЕМ чревато применение сего заклинания. ;

*насторожилась* судьи Обострения тоже получат, ты на это намекаешь *из Сумрака* ню-ню *из запредельной Бездны* если найти получится :D

И не оттуда вытаскивали(с). *из первородного хаоса Телекоммуникационной* Ждём-с...