Голосовать
Полный экран
Скачать в [формате ZIP]
Добавить в избранное
Настройка чтения
Биографический очерк о чувашском писателе Никифоре Федоровиче Мраньке

Никифор Мранька


   Никифор Федорович Мранька (Мораньков)

1901-1973

Век прожить - не поле перейти

   Популярность в литературе - явление загадочное и противоречивое. Бывает, книга иного писателя в устах придирчивых критиков и коллег по творчеству получает не очень высокую оценку за неглубокий психологизм и тягу к авантюрно-приключенческим моментам в сюжете, за отдельные языковые шероховатости и т.д. Но читателей этот автор приводит прямо-таки в трепет: как бы игнорируя авторитетное мнение, библиотечные экземпляры его книг они зачитывают до дыр, передают из рук в руки, сметают с полок книжных магазинов солидные тиражи. Горячие поклонники заваливают самого автора, редакции газет и журналов, книжное издательство письмами: охваченные полемическим жаром, они признают лишь восторженные оценки, интересуются судьбами полюбившихся персонажей. просят писать (опубликовать) продолжение книги.
   Примерно такая ситуация сложилась в чувашской литературе после выхода в 1959 г. первой книги романа Н. Мраньки "Век прожить - не поле перейти". Довольно холодно встретили книгу профессор-литературовед М. Сироткин, писатель Л.Агаков. "Язык этого произведения далек от изящества"— таково было мнение видного прозаика Хв. Уяра. Естественно, возник вопрос - опубликовать продолжение романа или нет.
   Ажиотаж был несколько странный и непонятный: книга вполне вписывалась в политические и художественные стандарты, в ней не было ни тематической новизны, ни отхода от литературных традиций, автор не покушался на запретное, не претендовал на сомнительные политические намеки и т.д.
   Осторожность критиков и издательских чиновников можно было объяснить резонансом, вызванным книгой у читателей: их, возможно, на первых порах испугала небывалая популярность романа Н. Мраньки.
   Феномен произведения стал понятен, пожалуй, после выхода третьей книги. Успех романа объяснялся тем, что писателю удалось создать оригинальные и сильные характеры, обладающие притягательной силой.
   "Мранька начал публиковать свой роман в 1950 г., но тогда была напечатана только первая часть (журнал "Тёван Атёл", 1950 г., №34), так как сам автор был репрессирован,— пишет далее критик. — Полностью "Век прожить - не поле перейти" увидело свет уже после реабилитации автора - в 1959-1961 гг. Тем не менее роман нельзя считать только плодом размышлений последних пяти-шести лет. Как явствует из автобиографии писателя, "он начал писать роман ... в 1930 году и приблизительно к году 1950 закончил первую книгу". Следовательно, "Век прожить - не поле перейти" можно считать итогом более чем тридцатилетней работы автора".
   Было время, когда кроме литературного таланта пролетарское или крестьянское происхождение, военный и трудовой опыт считались непременным условием для создания "истинно народных" произведений. Биография Н. Мраньки вполне вписывалось в каноны эпохи. Она была на редкость богата, ее начальный этап напоминал "скитания" молодого М. Горького.
   Родился Н. Мранька (Мораньков) 9 июля 1901 г. в д. Пиндиково Чебоксарского уезда (ныне Козловского района Чувашской Республики). В 1913 г. после окончания церковно-приходской школы он поступил в двухклассную школу в с. Козловка. Учиться было нелегко. Ежедневно в слякоть и стужу приходилось ходить в школу, которая находилась в семи километрах от родной деревни. Однажды в зимнее ненастье Никифор простудился и серьезно заболел, из-за чего пришлось ему оставить учебу. Тяжело болел отец, скоро он ослеп. Чтобы помочь матери и двум братьям, неокрепшему юноше пришлось пойти "в люди". Летом 1913 г. по найму он работает весельщиком у бакенщика на Волге, затем выезжает в г. Казань и трудится в чайной и магазине у частных торговцев. Из-за низкой оплаты часто меняет работу. На пристани пароходного общества "Кавказ и Меркурий" его принимают чернорабочим на баржу, затем он перебирается на буксирный пароход Ярославского купца Вахромеева, работает матросом. Продолжил "скитания", став грузчиком леса у лесопромышленника Максимова.
   Октябрьская революция застала Н. Моранькова на пристани "Кавказ и Меркурий" в городе Перми. В августе 1918 г., когда белочехи начали наступление на г. Тетюши, матрос оставляет баржу переходит линию фронта и возвращается домой.
   "В октябре 1918 г. я добровольно вступил в ряды Красной Армии и отправился на Восточный фронт, - указывает писатель в своей автобиографии. - Воевал против Колчака в рядах 1-го революционного полка им. Минского Совета, переименованном впоследствии в 237-й полк им. Минского Совета 27-й дивизии 5-й армии. 9 июля на подступах г. Челябинск был ранен и выбыл из строя. После этого до 1 октября 1923 г. служил в разных запасных полках...".
   Надо отметить, что писатель здесь несколько "упрощает" свою биографию, насыщенную событиями. Известно, в 1922 г. он самовольно оставил боевую часть и вернулся домой, за что был осужден на один год. После двух месяцев отсидки был освобожден по амнистии и возвращен в армию. В 1923 г. после демобилизации он вновь оказывается в родной деревне.
   Заметим, что эта выходка позже аукнулась, когда в ходе чистки партийных рядов выяснилось, что Н. Мораньков при вступлении в ВКП(б) не указал свою судимость. Но отделался легким испугом: в его личном деле появилась строка о наказании строгим выговором.
   Жизненные "университеты" будущего писателя на этом не закончились. Около двух лет он трудился лесорубом и лесосплавщиком на реке Илеть. Позже в родной деревне организует трудовую артель по погрузке и разгрузке леса, которая вскоре была реорганизована в сельское потребительское общество.
   В марте 1925 г. Н. Моранькова избирают председателем сельского Совета, в мае 1926 г. в порядке выдвижения назначают членом коллегии Народного Комиссариата ЧАССР. А в следующем году переводят в аппарат Высшего исполнительного комитета ЧАССР на должность инструктора. В 1928 г. избирают председателем Главной земельной Комиссии.
   Известно, в тридцатые годы в Чувашии прилагались серьезные усилия по развитию "важнейшего из искусств" — кинематографа. Начались поиски талантливой молодежи для привлечения в эту сферу. В 1930 г. Н. Моранькова, который к этому времени уже проявил себя как литератор, направили на годичные курсы киносценаристов при Институте кинематографии в Москве, по окончании которых до 1938 г. он работает сценаристом в студии "Чувашкино (позже "Востоккино"), в соавторстве с И. Максимовым-Кошкинским написал сценарий "Асту" ("Помни"), по которому был снят полнометражный художественный фильм.
   В феврале 1933 г. Н. Моранькова назначили директором чувашской студии "Союзкинохроника", в этой должности он проработал до 1938 г. Затем трудился спецкором газеты "Ленин ялвёпе" ("Со знаменем Ленина"). В марте 1942 г. был призван в армию, служил политработником, но участвовать в боевых действиях ему не довелось. После демобилизации был принят в Козловский райком партии на должность заведующего отделом пропаганды и агитации. Вскоре он перешел в Исполком районного Совета заведующим отделом культурных учреждений.
   К сожалению, о начале литературного творчества Н. Мраньки мы знаем мало. В автобиографии он указывает, что в 1928 г. начал писать пьесу "Эля", которая "увенчалась постановкой в Чувашском театре в апреле 1929 г." Исследователь творчества писателя Н.Григорьев отмечает, что Н.Мораньков "поначалу публиковал короткие очерки и фельетоны, рассказы, затем начал создавать пьесы. В 1923 г. после демобилизации он вновь оказывается в родной деревне.
   Заметим, что эта выходка позже аукнулась, когда в ходе чистки партийных рядов выяснилось, что Н.Ф.Мораньков при вступлении в ВКП(б) не указал свою судимость. Но отделался мягким испугом: в его личном деле появилась строка о наказании строгим выговором.
   Жизненные "университеты" будущего писателя на этом не закончились. Около двух лет он трудился лесорубом и лесосплавщиком на реке Илеть. Позже в родной деревне организует трудовую артель по погрузке и разгрузке леса, которая вскоре была реорганизована в сельское потребительское общес
   _______________________________________
   * В автобиографии указано, что "ушел по болезни", но в воспоминаниях в.Н. Моранькова, которые он прислал нам из г. Луганск, указано, что внезапный переезд в родную деоревню связан с событиями 1937 г. "Отца не могли так просто уволить..., но еще не наступили роковые времена и он удержался...".
   К сожалению, о начале литературного творчества Н.Ф. Мраньки мы знаем мало. В автобиографии он указывает, что в 1928 г. он начал писать пьесу "Эля", которая "увенчалась постановкой в Чувашском театре в апреле 1929 г." Исследователь творчества писателя Н.Григорьев отмечает, что Н.Мраньков" поначалу публиковал короткие очерки и фельетоны, рассказы, затем начал создавать пьесы". Емкие драматические произведения на злобу дня (так называемые "агитки", где автор разоблачал противников строительсва новой жизни, оказались востребоваными; они публиковались в журнале "Сунтал" ("Наковальня"), в альманахах "Трактор" и "Художественная литература", ставились на сцене Чувашского академического драматического театра, какими, например, являются его "Слушайте", (1930) ("Первая категория", (1932). К наибольшим удачам литературоведы относят драмы "Салют" ( о гражданской войне), "Бурлаки" ( о революции 1905 — 1907 гг.).
   Характерной особенностью пьес того периода критик Г.Хлебников считает внутреннюю полемичность. "В драме "Бурлаки" ("Эльнеть") встает картина беззастенчивой эксплуатации лесоповальщиков купцами и фабрикантами. Нет, не было той крестьянской "сытости", о которой говорили бывшие эсеры и меньшевики, не было социальной гармонии среди черного люда, а была глухая ненависть к угнетателям, которая взорвалась во время первой революции забастовками и восстаниями — вот о чем говорит пьеса... В драме чувствуются и следы творческой учебы у Горького, которые нашли отражение, по мнению критика, в идейной проблематике и построении композиции пьесы, в колоритном выявлении социально-политической сущности человека через иронические реплики.
   В годы Великой Отечественной войны Н.Мранька создает пьесы "Родина зовет", "Кровь за кровь", "Письмо матери", "Любящие сердца", рассказы "Слово матери", "Не мог я говорить иначе" и другие, в которых основной конфликт развивается между оставшимся в тылу тружениками, всеми силами стремящимися помочь фронту, и дезиртирами-вредителями, расхитителями колхозной собственности.
   В марте 1942 г. Н. Мранька был призван в армию. Служил он политработником, но участвовать в боевых действиях ему не довелось. После демобилизации писатель был принят в Козловский райком КПСС на ложность заведующего отделом пропаганды и агитации, Вскоре его перевели в Исполком районного Совета заведующим отделом культурных учреждений.
   Удел районного чиновника средней руки - звать, мобилизовать, добиваться неукоснительного выполнения установок свыше, говорить с трибун об успехах, закрывая глаза на недостатки, Видимо, не просто было жить писателю с двойной моралью, а когда стало совсем невмоготу, он вышел на трибуну районной организации партии и сказал "всю правду". Случилось это 12 февраля 1950 г.
   "По поводу доклада товарища Имуллина (первый секретарь Козловского райкома партии.- Ав.) можно сказать, что я много слушал его, но такого несамокритичного выступления еще не слышал,- ринулся он с места в карьер. - Доклад изложен с такой осторожностью, "как бы чего не сллучилось", и по принципу: "Не сказать нельзя, но сказать обо всем опасно"... Мы живем уже 33 года после свершения Октябрьской революции, 20 лет тому назад организовали колхозы, уже 5 лет прошло, как закончилась война. Но нельзя закрывать глаза на такой факт, как под громкими фразами о всеобщем достижении нашей страны мы умалчиваем о том, что колхозников "посадили" на картошку, Почему случилось так, что значительная часть колхозников, именно те, которые наиболее добросовестно отнеслись к колхозному труду, остались без хлеба, а многие колхозы - без семян и фуража?.. Каждый из нас чувствовал, что тов. Имуллин
   "19 июля 1350 г. за критику по адресу руководства РК КПСС меня исключили из партии, а затем осудили на десять лет, приписав антисоветскую агитацию,— читаем в автобиографии писателя. И только в октябре 1956 г. Пленум Верховного Суда СССР прекратил мое дело производством за отсутствием состава преступления".
   За какие же "грехи" обрушилась на него тяжелая кара?
   "... Нужно прямо сказать, что с материальными устоями колхозов у нас не совсем благополучно. Мы живем уже 33 года после совершения Октябрьской революции, 20 лет тому назад организовали колхозы, уже 5 лет прошло, как окончилась война. За это время наша страна достигла огромных успехов... Но нельзя закрывать глаза на такой факт, как под громкими фразами о всеобщем достижении мы умалчиваем о том, что колхозников "посадили" на картошку. Почему же случилось так, что значительная часть колхозников, а именно те, которые наиболее добросовестно отнеслись к колхозному труду, остались без хлеба, а многие колхозы — без семян и фуража?.. Каждый из нас знал и чувствовал, что тов. Имуллин не в меру увлекся темпами хлебозаготовки, что у него получилось головокружение от успехов, но ни один из нас не посмел сказать ему об этом. Молчали члены бюро и члены РК ВКП(б). Мы не сумели предостеречь тов. Имуллина от порочного метода руководства. И это могло случиться потому, что у нас не было критики и самокритики..."
   Конечно, это неслыханное по тем временам острое выступление не могло пройти бесследно. Не простили Никифору Федоровичу за высказанную правду и справедливую критику в адрес первого секретаря райкома партии. Тот начал собирать факты для обвинения писателя в антисоветском выступлении, искать лжесвиделей. Вскоре после партконференции Н.Мранька был вызван в Чебоксары, где у него отобрали партбилет, а самого по дороге на пристань арестовали"
   Ныне в некоторых публикациях указывается, что Н.Мранька по характеру был вспыльчив, на язык не воздержан, и пострадал за спонтанно высказанные слова с высокой трибуны. Дочь писателя И. Кириллова (Моранькова) в своих воспоминаниях напрочь опровергает эти утверждения.
   "Перед партконференцией текст своего выступления он зачитал матери. Заплакав, та сказала: "Этим ты ничего не изменишь, лишь погубишь себя." Отец на это ответил: "Будь что будет — выступлю, ведь кто-то должен заступиться за колхозников".*
   Трагедия коснулась не только самого писателя, но и его семьи. Чтобы избежать исключения из Чувашского педагогического института, и репрессии, его сын Виталий вынужден был срочно оставить учебу и перевестись в Одесский университет. Дочь Ира, студентка выпускного курса этого же вуза, несмотря на угрозу исключения, осталась в Чебоксарах. Получив диплом, она переехала в Казахстан.
   Следует отметить, что репрессия не сломила дух писателя. В застенках он боролся с тюремными порядками, объявлял голодовку. Удалось ему здесь продолжить работу над романом "Век прожить - не поле перейти". После выхода на свободу о своих тюремных днях, причинах незаконных репрессий и путях их преодоления он собирался рассказать с трибуны съезда чувашских писателей.*
   * Н.Мранька не смог участвовать на съезде по состоянию здоровья.
   После реабилитации о тех роковых событиях он написал трагедию "Плаха"**, слегка изменив фамилии реальных персонажей — Имуллин — Шамуллин, Айхалов — Ахазов и т.д.
   В письме своим детям Н.Мранька писал: "... Отклики об этой повести (речь идет о рассказе А.Солженицына "Один день Ивана Денисовича". - Авт.) были в печати и по радио. Мне казалось, что там написано очень серьезно о культе личности. Но это оказалось всего-навсего описание одного дня лагерной жизни. В общем, ищут стрелочников, чтобы остались незамеченными настоящие преступники. Ведь еще не разоблачен ни один преступник, действовавший хотя бы в масштабе области. Больше того, они спокойно работают,
   _______________________________________
   * "Т=ван Ат=л", 2001 ё, №6, стр. 28
   ** Там же. Стр. - 8-23
   а придет время, как заслуженные деятели пойдут на пенсию. Они-то не дадут довести разоблачение до конца".*
   Как явствует из автобиографии, первую книгу романа "Век прожить — не поле перейти" Н.Мранька докончил до незаконной репрессии, сдал в издательство, а в тюрьме работал над последующими книгами.
  - В начале 50-х годов прошлого века редактор книжного издательства, видный прозаик Хв. Уяр для ознакомления представил мне объемистую рукопись, — вспоминает писатель Н.Григорьев.— Напомнил, поскольку автор сидит в тюрьме, читать книгу желательно вне стен издательства. Захватывающий сюжет, яркие характеры — вот что бросились в глаза с первых же страниц. "Если поработать над рукописью как следует — роман прозвучит",— таково было мое мнение. Скоро автор вышел на свободу, пришел в издательство. Держался он робко, отказывался зайти в кабинет. У подоконника (тогда издательство размещалось на верхнем этаже Дома печати по ул.Володарского) мы обменялись мнениями о книге. Через месяц Никифор Федорович приехал вновь. Со многими редакторскими замечаниями, особенно с сокращениями, он не был согласен. "Если так будешь кромсать, что от книги останется?"— упрекал он меня. Авторский стиль в целом меня устраивал, но были шерховатости, чтобы придать динамизм повествованию, следовало избавляться от повторов и лишних подробностей. По 20-30 страниц он забирал с собой в ходе своих челночных заездов в Чебоксары: порой горячо спорили (заметил его вспыльчивый характер), но приходили к единому мнению. Успех первой книги окрылил нас. Правда, те части романа, над которыми он трудился в заключении, требовали особенно тщательной работы. Писатель рассказывал, что ему не давали бумаги в достаточном количестве. Тюрьма — не дом творчества, были видны следы эскизности, видимо, приходилось ему торопиться... Писатель ценил читательские отзывы. "Пусть критики выискивают недостатки, но мы на вашей стороне"— не редко их отзывы заканчивались такими словами. Разные были письма. Помню, писателя сильно огорчило мнение одного из его земляков. От его объемистого послания, направленного в издательство, веяло доносом.*
  - Взвешенную и убедительную оценку произведению Н.Мраньки дал известный критик Г.Хлебников в своей книге "Чувашский роман" (Ч.,1966). В последующем эта позиция не была оспорена критиками, ее можно считать точкой в многолетнем споре о первых книгах романа.
   "Тема романа Н.Мраньки в историко-хронологическом отношением почти одинакова с темами романов "На заре" С.Эльгера, "Ахрат" С.Аслана, "Черный хлеб" Н.Ильбека: это вызревание в Чувашском крае революционных событий 1905-1907 гг.,- Однако сходный исторический материал освещается в них с разных сторон. Романисты мыслят характерами, а характеры в этих произведениях различные.**
   ____________________________________
   * Из беседы с автором данного очерка. 2008 г.
   ** Г. Хлебников. Чувашский роман. Ч., 1966, стр. 189.
  
   Уже в экспозиции романа автор выявляет основной конфликт, который последовательно развивает в пяти книгах (шестая, незавершенная книга, опубликована в журнале Т=ван Ат=л" 1991 г.,№№ 8-11). Богач Михха в пьяном угаре наскакивает на своем аргамаке на толпу односельчан, которые возвращались с кладбища, где помянули усопших предков. На его пути встает сельский богатырь, который останавливает разгоряченного коня ударом своего пудового кулака сваливает животного с ног. Изощренно мстит за это ему Михха: дважды конкокрады уводят с его двора кормилец-лошадок, "кто-то" отравляет корову с теленком, а надел земли переходит в руки сельского мироеда. Немудрено, что "богатырь с детской душой" (Н.Григорьев) оказывается бессильным в противостоянии с полукрепостническими порядками общества и их защитниками.
   "Мранька умеет открывать в мужике гуманнейшие чувства,- отмечал Г.Хлебников.- Быт его суров. Много причин для ожесточения сердца. И тем удивительней в нем любовь к детям, тем трогательней забота о здоровье жены, дружба с соседями и даже доверчивость к прежнему врагу... В романе свет от характеров героев падает на все то, что их окружает. Такого всестороннего интереса и человечности, умения распахивать душу героев не хватало первым чувашским романам". *
   ____________________________
   *Г.Хлебников. "Чувашский роман", Ч., 1966, стр. 190-192.
   Особенно удачными Г.Хлебников назвал первые две книги романа, где автору удалось воплотить "большую правду жизни в новой для чувашской прозы, оригинальной форме... но задачу создания романа-эпопеи Н. Мранька разрешить не смог. Обогащая литературу многосторонне индивидуализированными и емкими социальными характерами, он вместе с другими романистами вплотную подводит современную чувашскую прозу к решению этой задачи"*.
   Многочисленные читатели, горячие поклонники творчества Н.Мраньки , утверждали, что роман пропитан притягательным ароматом народной жизни, Автор хорошо знал языческие обычаи, особенности крестьянского хозяйства, плюсы и минусы общинной формы пользования землей. Он умело использовал эти знания для создания впечатляющей панорамы патриархальной деревни, с лихвой компенсировав явные недостатки и промахи произведения - неглубокий психологизм и увлечение авантюрными сюжетами.
   До своих последних дней писатель продолжал трудиться за письменным столом, планировал завершить роман "Век прожить - не поле перейти" восьмой книгой, параллельно вел работу над автобиографической повестью, Оборвалась его жизнь 20 февраля 1073 г. после неудачной операции.
   В.Н.Алексеев.
  
  

Cвидетельство о публикации 233839 © Алексеев В. Н. 10.02.09 15:11
Комментарии к произведению: 1 (0)
Число просмотров: 3117
Средняя оценка: 10.00 (всего голосов: 4)
Выставить оценку произведению:

Считаете ли вы это произведение произведением дня?
Да, считаю:
Купили бы вы такую книгу?
Да, купил бы:
Введите код с картинки (для анонимных пользователей):


Если Вам понравилась цитата из произведения,
Вы можете предложить ее в номинацию "Лучшая цитата дня":


Введите код с картинки (для анонимных пользователей):