• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Проза
Форма: Рассказ

Кое что из жизни графомана

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста

Кое что из жизни графомана

Набравшись наконец-то решимости, я переборол все страхи и приехал из своей деревни в большой город. С трудом найдя нужный адрес, я оробело уставился на многоэтажную громадину.
Решительность снова покинула меня, и мои ноги живо засобирались в обратную дорогу. Гневно приказав им "стоять!", я перевёл дух и вошёл внутрь. Вежливый вахтёр (чекист на пенсии) осведомился о цели моего визита.
Услышав от меня сбивчивое объяснение, он без запинки назвал мне этаж и номер комнаты и даже предупредительно сообщил, чтобы я не вздумал ехать на том лифте, что справа: "на этом этаже ему остановки нет".
Ну что ж, нет так нет - спрятавшийся где-то в холке маленьким комочком страх довёл меня до дверей левого лифта, а потом, подло дёрнув за руку, потащил моё одеревеневшее тело вправо, к прокуренной лестнице.
Я готов был провалиться со стыда сквозь землю, но глазами того же, спрятавшегося в холке страха увидел, что вахтёра моё поведение нисколько не удивило. Даже наоборот - он как-то сразу успокоился, подобрел и, вскоре забыв про меня, уткнулся в свой журнал кроссвордов.
Нужную дверь я нашёл не сразу. Даже несмотря на помощь второго вахтёра, дежурившего на "моём" этаже.
- Можно войти?
- Да-да, конечно. - пышущий здоровьем уверенный в себе молодой дядька, одетый в очень свободном стиле, приветливо и заинтересованно уставился на меня. В его глазах читался вполне материальный вопрос: "на какую сумму пожаловали, дружок?"
- Я вам звонил, - выдохнул я, - моя фамилия До, Джон До из Забугорной.
- Ах да, конечно! Джон До. - лицо дядьки расплылось в широкой полной обаяния улыбке. - Мне вчера звонил ваш председатель, Иван Максимыч, кажется...
- Правильно, Максим Иваныч. - кивнул я.
- Ну так вот, я и говорю - ваш Иван Максимыч очень славный мужик. Обещал полное содействие. Вы же у них... у вас... в вашей деревне, одним словом, настоящее культурное явление. Так он и сказал мне. В каком жанре работаете?
- Я графоман.
- Что-что, простите???
- Я графоман. Но вы не переживайте - я очень талантливый графоман.
Я начал лихорадочно доставать из объёмной дорожной сумки папку с листами белой бумаги. Пока я её доставал, девственные листы превратились в настоящую зачитанную до дыр рукопись.
- Вот, смотрите, можете сами убедиться. - совал я истрёпанные листы под нос дядьке.
- Да мне, собственно, какое дело... графоман, так графоман. - слегка подрастерялся мой собеседник. - Лишь бы оплата была. Но с этим, Иван Максимыч заверил, всё в полном ажуре будет.
- Да нет, это очень важно! Понимаете? - начинал горячиться я. - Графоманы незаслуженно обделены вниманием. Они презираемы всеми. Их за писателей никто не считает. А ведь мы - главный резерв нашей литературы! За нами будущее.
- Интересно. - приосанился дядька.
- В самом деле! На нас всё и держится.
- И как же?
- Ну вот, хотя бы... Помните у Пушкина?..
- Не трожьте классика! - возмутился дядька.
- Да я и не трогаю. Я ж объяснить хочу.
- Объясняйте без Пушкина, а если не можете без него, тогда лучше уж ничего не объясняйте. Я человек современный и уважаю права меньшинств... литературных в том числе, но...
- Да какие же мы меньшинства! Нас большинство. И мы загнаны в подполье! Мы страдаем от своей непризнанности. Нам нужна рука помощи и ваше издательство должно стать именно такой рукой!
- Тише вы! - цыкнул на меня собеседник, оглядываясь по сторонам пустого кабинета. - Ославить меня хотите?
- Да нет, что вы! Я же от чистого сердца.
- Вот и я от чистого сердца прошу вас - не надо. Наше издательство, хоть и молодое, но имиджевое и выбранному имиджу следует строго. Нам не нужны неприятности. И взялся я вам помочь только исключительно ради личного уважения к... Иван Максимычу.
Он многозначительно посмотрел на меня.
- Кстати, это самое слово...
- "Графоман?"
- Ну да, "графоман". Оно будет присутствовать в аннотации к книге или где-нибудь ещё среди прочей служебной информации?
- Да я не знаю, - растерялся я, - вам виднее.
- Вот и хорошо. Вот и не надо. - оживился мой собеседник. - Ну-с, посмотрим, что там у вас.
Я протянул ему папку, ожидая беглого, но вдумчивого чтения. К моему удивлению, текст его совершенно не интересовал.
- Каким кеглем печатаем? Рекомендую двенадцатый.
Я сделал умное лицо и многозначительно кивнул.
- Отличненько. Сто двадцать страниц. - взвесив папку на руках, молвил мой визави. - Шрифт вам подберём - что надо.
- Угу. - согласился я, хотя тут явно нечему было возражать.
- Каков тираж?
- Тыща. - робея от собственной наглости выдавил из себя я.
- Замечательно! Дело говорите. Что нам мараться с пятью сотнями? Уважаю серьёзных людей. Обложка?..
- Мне вот эта нравится. - я достал из сумки купленную мною на вокзальном развале тошнотворно-бездарную книжечку в превосходной по качеству мягкой обложке.
- А, Машенька Кузовлёва! - обрадовался дядька. - Доктор наук! Наш постоянный автор. Все свои книги у нас издаёт. Замечательно пишет! На днях была принята в союз писателей.
Я не стал возражать и согласно кивнул.
- Вот и эту книжку мы специальным тиражом выпустили. Вы, наверное, заметили уже по оформлению. - он говорил со мной, словно с заправским полиграфистом.
Я кивнул ещё раз, хотя на самом деле ничего особенного в этой книжке не увидел, как ни силился разглядеть.
- Великолепно! - обрадовался дядька - то ли тому, что я согласился с ним в принципиальном полиграфическом вопросе, то ли тому, что увидел у меня в руках книжечку своей знакомой докторши наук.
Я обрадовался за компанию с ним.
- Сделаем всё на мелованной бумаге, в офсете. От вас нужно только фото и диск с текстом. Вы же имеете набранный на компьютере текст? - чуточку озадаченный спохватился он.
Имею - кивнул я.
После этого прозвучала сумма.
Однако!
Я изобразил на лице, что услышанная сумма - сущий пустяк для нашего колхоза и встал со своего стула.
- Вы приезжайте обязательно! Я жду вашего диска и фото. Очень жду! - совал мой новый друг мне в руки какие-то книжки. - Это вам на память от нашего издательства. Вам и Иван Максимычу. Большой ему привет.
Ослеплённый улыбкой издателя, я с поклонами пятился до самой двери, прижимая к груди подаренные "фолианты".
Книжка вышла месяца через три.
Ещё через два месяца в наш колхоз позвонили из областного отделения союза писателей и сообщили, что предлагают мне вступить в члены союза.
Я до сих пор не ответил. Очень трудно определится в таком нелёгком выборе - создать ли собственный союз графоманов или вступить в уже имеющийся.
3
Cвидетельство о публикации 200197 © До Д. 03.05.08 15:53

Комментарии к произведению 2 (2)

Очень всё правдиво, Джон! :) Действительно, правда жизни))) Великолепно!

Спасибо, Слава, что оценили писанное кровью и потом...

"Очень трудно определится в таком нелёгком выборе - создать ли собственный союз графоманов или вступить в уже имеющийся. "

=)

Превосходно! Смеялся. спасибо!

Пожалуйста! Только ради правды жизни и ради людей стараемся.

Спасибо, что заглянули.

Джон.