• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Проза
Форма: Сборник

Книга прихода

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста

ПриЩельцы. Истина за дверью ванной

Однажды вечером Геру назвали козлом и дважды дали по физиономии. Затем ещё трижды. Быстро смекнув, в какой прогрессии развиваются события, Гера вернулся домой раньше, чем обычно.
Он нервно выкурил четверть и всю ночь просидел в ванной с топором. А ближе к утру явились прищельцы, которые похитили Геру вместе с ванной и принудили его заниматься с ними энтелехическим эвдемонизмом. В полдень прищельцы позвонили отцу Геры и гериным голосом потребовали у него выпук. К вечеру выпук показался мал, и Геру похитили ещё раз. Именно тогда Гера впервые увидел Элвиса. Тот сильно обрюзг и постарел, но обрёл способность исцелять меланхолию наложением рук. Гера ознакомился с его методой, но впредь предпочитал хандрить и избегал здороваться с Элвисом за руку.
Вскоре в ванной им стало тесно. Они отволокли Геру в спальню, где откровенно склоняли его к гедонизму, и нельзя сказать, что не преуспели. В какой-то момент Гера попытался узнать словарное определение терминов «эвдемонизм» и «гедонизм». Прищельцы подробно объяснили ему все известные им значения данных слов, продемонстрировав незаурядную эрудицию и физическую выносливость. Они также научили Геру получать знания эмпирическим путём, причём этот способ так понравился Гере, что он попросил повторить все тезисы по несколько раз, чтобы проникнуться всей глубиной открывшейся ему мудрости.
Когда прищельцы, наконец, пресытились диспутом и оставили недвижного Геру лежать в одиночестве, на него лёгким саваном опустился сон. Гере грезилось, будто он идёт по некоему лабиринту с волшебным цветком-талисманом в руке. А навстречу ему козёл.
– От вас пахнет козлом! — морщась, посетовал Гера.
– Само предположение, что я могу пахнуть как-то иначе, выдаёт в вас поэтическую натуру, — галантно ответил рогатый и щёлкнул зубами, оставив в руках Геры огрызок стебля.
– Как же я теперь выберусь из лабиринта без своего талисмана? — заорал Гера, не помня себя. И проснулся в холодном поту.
– Теперь ваш талисман — я. Конечно, пока не завершится таинство пищеварения… — ответил ему собеседник, который в действительности оказался прищельцем.
Поговорив в таком духе, они перешли к поискам души. Будучи одеты соответствующим для таких изысканий образом, они тщательно осмотрели друг друга. Душа была обнаружена в каждом из пяти мест, имевшихся у Геры с прищельцем на двоих. Так как пять не делится пополам без остатка, было решено обойтись без арифметических действий и оставить всё как есть. А часы между тем уже показывали без четверти три. Пришлось выкурить и эту четверть и отправляться на работу.
Глюч к пониманию

Вечер принёс досаду и козлиный запах. Но источник запаха подойти не решался и маячил на горизонте. Между тем, Гера постепенно осознал себя сидящим в летнем кафе в компании Ганджея. Последний был человеком, с которым можно было обсудить любую тему — от «Слова о полу-ку-ку Игореве» до коней в яблоках, гусей в яблоках и Вильгельма Теля с его сыном-мутантом, имевшим адамово яблоко на голове.
В тот момент Ганджей цитировал собственный трактат «300 способов заняться сексом в викторианской позе».
— …Мужчина обладает партнёршей сверху, при этом выписывая левым семенником восьмёрки и девятки, а правым одобрительно похлопывая партнёршу по плечу…
Козёл не преминул появиться и испытать муки творчества от пинка Геры. От дальнейшей гериной помощи козёл ловко уклонился, при этом мелким почерком начертав на столешнице буквально следующее:
«Глубокая мысль о литературе, вызванная падением мухи в кружку пива».
Вот некоторые любят читать между строк. Но если между строк что-либо и написано, то опять-таки в строчку. Если в одну, то на этом всё и заканчивается, если же нет, то между этими строчками тоже можно читать до бесконечности, пока читатель, наконец, не наткнётся на столбец иероглифов. Кое кто плюёт с досады и начинает читать сами строки, а то, что между ними начинает подчёркнуто игнорировать и лишь самые упорные садятся за изучение древнеегипетского и японского.«
— А что в этом тексте между строк? — спросил Гера.
— Ни между строк, ни в самих словах нет ничего кроме букв.
— Тогда зачем этот текст?
— Вы настаиваете на развёрнутом обьяснении? — Оскалился козёл, — Извольте! Иногда не хочется читать написанное между строк, потому что видишь, как положительный эффект от глубокого анализа текста сторицей перекрывается негативным эффектом от смысла поверхностного, а потому всем доступного. Ведь то, что написано между строк — это вторая гармоника. Она звучит всегда слабее, чем основной тон. И если твой, конкретно, организм не резонирует с ней, то она так и остается полузадушенной и малозначащей… — далее рогатый, ссылаясь на Умберто Эко, говорил о значимости внетекстовых факторов при оценке литературных произведений. Рогатый говорил, что любой текст для читателя это приглашение к сотворчеству, приглашение достроить мир, намеченный автором на основе личного опыта и фантазии. Вспоминал Борхеса, утверждавшего, что «Дон Кихот» воспринимался бы читателем совсем иначе, будь его автором не Сервантес, а Шекспир. …
— Не знал что козлы не только травоядные, но и травокурящие… — вставил Ганджей.
— А если бы автором «Глубокой мысли» был не я, а Борхес, возникли бы у Вас сомнения в художественной ценности этого текста? — вопросил Геру рогатый вития.
— Да, хотелось бы знать, возникли бы? — поддержал его Борхес (почему-то Эрих Мария).
— И это Вы будете объяснять всем и каждому? — парировал Гера, прекрасно зная, что лучшая защита это нападение.
— Нет, только Вам. Остальным я уже объяснил. — сказал козёл с видом пассионария. Окружающие закивали, мол, да, мы в курсе.
— Позвольте, я проиллюстрирую эту мысль! — вмешался Борхес, — Недавно я посмотрел половину фильма «Матрица», но сюжет знаю практически полностью!
— А первую или вторую половину?
— Как бы это сказать? Левую половину, — правая половина экрана была скрыта от меня причёской сидевшей впереди дамы.
— Вы оба неубедительны и противоречите как себе, так и друг другу.
Козёл, Ганджей и Борхес удивлённо переглянулись — оба? Ну, конечно — если каждый противоречит каждому, то конечно оба. По точке зрения на душу населения.
И тут козёл нашёл иной способ отстоять свою правду, — окатил Геру струёй жидкого кала, после чего ретировался, сочтя дальнейший спор бессмысленным.
Подошедший прищелец взял Геру за шиворот и ткнул носом в стол.
— …, — сказал прищелец, — пошли вон, укурки, ещё блевать здесь будут!
Ганджей тоже поднялся, прихватил со стола салфетку с творением козла и удивлённо констатировал, что у рогатого совершенно герин почерк.
 

В ожидании Вофки

Втроём или вчетвером они пили газировку и ждали Вофчика. На звонки он не отвечал, а опаздывал уже на пятнадцать минут.
– Наверное, не стоило приглашать его прямо сюда. – сказал кто-то из них.
– Слушай, кто-то из нас, неужели ты думаешь, что его перехватили по дороге? – спросил его Гера.
– Думаю. Но Вофка всегда выполнял обещания, значит…
Все, кроме Зловена, понимали, что это значит, но и он, почувствовав общее настроение, кивнул.
– А может быть, он уже здесь? Может быть это он? – Ганджей ткнул пальцем в полную женщину, делавшую заказ у стойки.
– Может быть! Тогда наш квест состоит в том, чтобы распознать подлинного Вофку среди посетителей. Какой метод изберём? – оживился кто-то из них. Посыпались варианты:
предложить спеть песню Боба Марли
проверить на детекторе лжи
спрашивать, хуле опоздал, вдруг расколется?
провести анализ ДНК
– А если Вофка явится в своём обличии, как мы удостоверимся, что это Вофка? – спросил Гера.
предложить спеть песню Боба Марли
проверить на детекторе лжи
спрашивать , хуле опоздал, вдруг расколется?
провести анализ ДНК
И тут Гера предложил прибегнуть к логике. Все, кроме Зловена, поддержали его предложение, а Ганджею пришлось поддержать Зловена, чтобы он не упал со стула.
– Надеюсь, все помнят загадку про козла, волка и капусту? – начал Гера, – мы применим тот же метод, но так как речь идёт не об абстрактных предметах, а о конкретном Вофке, мы должны учитывать побочные факторы!
– А именно? – спросил кто-то из них.
– А именно:
«Любовь зла – полюбишь и козла.»
«В капусте находят детей.»
«Волка ноги кормят.»
– Вот это действительно научный подход! – восхитился Ганджей.
– О времена, о нравы! – Козёл неодобрительно покачал головой, имея в виду первый из перечисленных факторов.
Однако, несмотря на разногласия, был предпринят мозговой штурм и были выработаны варианты решений.
Можно накормить волка его же ногами, что сделает его неопасным для козла, или найти в капусте ребёнка и попросить его присмотреть за козлом, или…
Все замолчали, наслаждаясь торжеством логики, и только Зловен поинтересовался, какое отношение к Вофке имеет всё вышесказанное?
– А я одного не пойму – почему мы всё время обо мне говорим? – сказал кто-то из них.
– Привет, Вофка! – ответил ему Ганджей.
– Логика – великая вещь, спасибо Аристотелю! – провозгласил Гера.
Аристотель встал и раскланялся.


Торнадо (эскиз)

Гера, Ганджей, Анна Ш. и Андреи4 неспешно шли по улице . Было тепло и безветренно.
- О! Во всех магазинах манекены с головами, а в этом - без! - Гера ткнул пальцем в витрину бутика .
- Манекену голова ни к чему, если он не демонстрирует шляп. - Сказала Анна Ш, глядясь в своё отражение в стекле, благодаря которому манекен уже не казался безголовым.
- Ну не скажи! Манекен создан по образу и подобию человека, созданного по образу и подобию Бога.
- Бог. - С чувством произнёс Андреи4.
- Значит, этот манекен создан по образу и подобию Кельвина Кляйна, - сказал Ганджей, - Кляйн значит маленький. Маленький Кельвин. Злой дух.
- Маленький Кельвин. - Эхом повторил Андреи4.
Когда четверо, сбившись плотным кружком, говорят вразнобой, глядя на них со стороны, можно было подумать, что это какой-то обряд. Они же смотрели на себя и друг-друга изнутри и поэтому видели, что это паломничество. В этой стене был замурован Карлсон - ржавый двухлопастный пропеллер торчал из кирпичной кладки. А в конце подворотни - гигантский фрагмент прямой кишки Гея-Гондольеро.
Каждый говорил своему визави о чём-то важном, только что пришедшем в голову. Встречные потоки слов скручивались в центре их кружка в небольшой торнадо, размер которого вдруг скакнул. Торнадо, снимая головы с плеч и жонглируя ими, быстро пошёл по улочке и свернул за угол дома. Четверо продолжали стоять где стояли, и жестикулировать в наступившей вруг тишине.
Головы отправились в кругосветный виток по низкой орбите. Герина голова на миг присела на шею манекена в витрине, будто на запасной аэродром, но тут же понеслась дальше. Ему виделся Карлсон с красно-синей стрелкой компаса вместо пропеллера. Было страшно и неуютно представить, что случится, если он нажмёт свою кнопку, если земля вдруг начнёт вращаться с огромной скоростью, и центробежная сила стряхнёт в космос всё с её поверхности.
Голова Ганджея вернулась на место как раз вовремя, чтобы сделать глоток пива. Была она темнокожая, с обитаемыми дредами и отливавшими жёлтым белками глаз. Отставив пустую кружку он сообщил, что воздух в верхних слоях атмосферы не ядовит, а просто сильно разрежен, и люди там умирают от недостатка воздуха.
- Жозеф-Луи Гей-Люссак, так он представился, выглянув из гондолы своего аэростата. Он просил меня сделать для него пробы воздуха, а у меня не было рук, чтобы это сделать.

Ганджей зашёлся смехом.
Только Андреи4 не вернулся. Голова его упала гд-то на Карибах и туземцы поклоняются ей как священному метеориту. Но на плечах Андреи4а голова всё же была, и утверждала, что носит имя Зловен.
- Гей-Гондольеро? - спросила Анна Ш. Ганджей кивнул.

TiciMan

Ганджей держал в руках бутылку, словно ораторский жезл. Гера и Анна Ш слушали и переглядывались, и наконец Анна Ш выхватила из воздуха фразу "Вам дам".

- Вам дам! Это же мантра:
- Точно, - согласился Гера, - В противоположность "Tici Man".

Гера кивнул на надпись на фасаде деревянной трёхэтажки, что, выпятив балкон, нависала над площадкой у Могилы Карлсона. Магазин "TiciMan" на первом этаже, загадочная организация "Latvia Nostra" на втором, и бюро Зайги Гайлэ на третьем. Фраза Ганджея как Жан Клод Ван Дам ударила в фасад этого дома, и фасад треснул.

У каждого из входов на "Берга Базарс" можно увидеть карту этого лабиринта, первый уровень, второй. Но в этом здании был и третий уровень, карты к которому не было, что о многом скажет любому геймеру. Козёл, по собачьи задрав ногу, мочился на угол дома. Гера одобрительно кивнул ему.

- "Tici man", или, говоря по русски "Верь мне" - явный слоган Маленького Кельвина. - Сказала Анна Ш.
- В противоположность - "Вам дам" Карлсона! - Гера со значением поднял вверх указательный палец.
- А кто этот Маленький Кельвин? Да просто Малыш, который вырос и предал Карлсона, обманом замуровал его в эту стену! - Ганджей говорил громко и с пафосом.
- Действительно, - согласился Гера, - Боссе и Бетан - это "Hugo Boss"...
- И "United colours of Benetton". - Закончила за него Анна Ш.
- Да.
Мальчику являлся ангел, потом ангел улетел. Трудно без него. Мальчик замуровал ангела в стену, чтоб не улетал. И вот тогда у него появились демоны.












Cвидетельство о публикации 164024 © Висков Д. 17.10.07 23:19