• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр:
Форма:

"Дирижабль". Журнал в хорошем стиле.

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста

Жесть

«Здравствуй, Слон», -- говорю я, целуя его в щеку. И вдруг понимаю, что к этому поцелую готовилась несколько недель. Все то время, пока мы созванивались, переписывались, договариваясь об интервью. Время, пока я читала его новую книгу, частично опубликованную в «Новом мире», – книгу человека (врача по профессии и писателя по призванию), чья рука с бесстрашием или отчаянием (не мне судить) вывела название: «Как умирают слоны». Эта же рука в своем резюме для авторских блогов на сайте ВВС написала: «Писателем меня сделала болезнь. Болезнь страшная и неотвратимая. Рак кишечника с обширным метастазированием. Кто сталкивался с этим, тому понятно. Свои литературные занятия воспринимаю как некое задание на земле. Надеюсь, мои короткие новеллы и рассказы, основанные на автобиографическом материале, кому-то помогут. Хоть чем-то». И уже позже, в телефонном разговоре, автор тех строк – писатель Игорь Алексеев, мне объяснял: «Понимаешь, они хотели жести, и я сказал: «Будет вам жесть, будет вам кровь».
И я в тот момент буквально возненавидела ВВС за этот их «уникальный» проект – дневники умирающего человека. Пока… пока не поняла, что за ним стоит не столько бизнес (повышение рейтинга собственно сайта), сколько люди, больные и здоровые, которые просят Игоря: «пиши … не переставая», «пока ты пишешь, я буду жить…», «держись Игорь, ты нам нужен. Случайно заглянув на твой блог в середине мая, не могу пропустить ни дня. Вступив в открытый бой со своей болезнью, ты закладываешь нам, пока ещё здоровым, программу действий ухода от уныния, отчаяния и безразличия… Искренне желаю выздоровления и да поможет тебе Бог».
И вот, спустя недели, я целую его в щеку.
Вопросы задавала Елена Иванова Фото Антон Ширинин


-- Ты по-прежнему слон, трубящий в хобот. Не взирая ни на что… Слон-победитель, борец и трудяга…
-- Я ощущаю себя слоном. Слон – это мужик, обязанностью которого является защита своей семьи, своего сознания, своей отчизны. А внешние признаки могут быть самыми различными. Хотя, знаешь, слон – вполне мирное и, я бы даже сказал, нежное животное.

-- Самое трудное – защищать сознание?
-- Существует несколько путей: один из них – физическая работа, чего я лишен, второй -- чтение молитв, третий – любая творческая работа, в моем случае – писательская. Четвертый – медикаменты. Их я стараюсь принимать в минимальных дозах, мне нужна свежая голова.

-- Почему ты говоришь, что писателем тебя сделала болезнь? То, что ты писал «до» (пять поэтических сборников), ты не воспринимаешь литературой?
-- Ответ очень простой: сегодня я превратился в профессионального писателя, т. е. человека, который зарабатывает себе на жизнь именно тем, что он пишет. А стихотворец не в состоянии прожить за счет своих стихов, и поэтому вынужден работать в мирской сфере. Однако существует ряд писателей, которые в состоянии вырывать у окружающего мира деньги. Прозаики, например. Но чаще беллетристы. Наиболее популярные жанры --детективы, фэнтэзи, лавстори. Я, кстати, попытался писать детективы, но гармонично это у меня не получилось. Поэтому в прозе я нашел для себя свое – написал сказки, которые только условно можно считать сказками, скорее это сюрреалистические рассказы. И пишу реальные новеллы, так называемую откровенную жизнь.

-- Но разве можно сказки, например, считать коммерческим проектом?
-- Они читаются легко. Один из моих знакомых, прочитав сказку «Побирушка-Мерс»,
закупил большую часть тиража. Этот «сказочный» сборник вообще получил крайне много положительных отзывов. Живые и искренние, сказки оказались востребованными у читателей, то есть в коммерческом плане весьма перспективными. Тут срабатывает механизм, когда человек попадает под магнетизм первых двух строк и дальше не может остановиться.

-- Игорь, давай о проекте на ВВС. Мое первое впечатление от проекта, что это чудовищное кощунство над тобой. Мне показалось, что редакция ВВС: а) использует тебя, поднимая свой собственный рейтинг на жести и крови; б) провоцируют людей на проявление болезненного интереса к чужим страданиям. Кстати, один из твоих респондентов постоянно добивается от тебя описания мельчайших деталей мучений (в том числе бытовых, звуковых, зрительных…) Где, на твой взгляд, кончается сострадание и начинается патология?
-- Я согласился сотрудничать с ВВС только по одной причине: эта причина – планетарный масштаб проекта. ВВС действительно была необходима жесть. И как вчерашний бизнесмен я их очень хорошо понимал. Впрочем, как бизнесмену мне и самому был интересен проект. Все материалы, опубликованные на сайте, войдут в мою новую книгу под разделом «Блоги на ВВС. Сначала я отправил на ВВС серию довольно мягких рассказов. А в ответ услышал, что им не нужна литература, им нужен репортаж. «Хорошо, -- подумал я, -- хотите крови и жести, хотите хронику жизни, вы их получите». Так началось наше сотрудничество, которое, хочу заметить, меня ничуть не обидело. Литература тем и хороша, что в ней существует множество жанров. ВВС заказала жесть – открытое описание человеческих страданий. Я на это пошел. Мне, как профессиональному писателю, этот опыт интересен.
Что же касается второй части твоего вопроса, то человеческая сущность такова, что почти у каждого есть подсознательное желание посмотреть на мертвого человека. Ты вроде бы отворачиваешься, но это подсознательное желание вновь заставляет тебя повернуть голову и бросить взгляд «туда». И такой мазохистский интерес присутствует в сознании очень многих людей. Это меня не шокирует. Я человек сети, а количество ненормальных людей в Интернете огромно, к их выкрутасам я привык и автоматически их отсеиваю. И потом, чаще в комментариях к своим блогам я слышу слова поддержки. И просьбы продолжать писать.

- А не ощущаешь ли ты себя предметом некоего эксперимента?
- Я считаю себя элементом продажи, считаю себя хорошим товаром, который продается. Складывается очень приятная схема: я получаю какие-то деньги, имею активную рекламу, а ВВС повышает свой рейтинг. Гармонично.

-- Флобер говорил: «Мадам Бовари – это я». Ты утверждаешь, что писать надо только о себе и своем опыте. Почему?
-- Один из моих редакторов мне напрямую сказал, что когда я пишу беллетристику, читать неинтересно. Но когда я пишу о себе -- настоящем или существующем в каких-то воспоминаниях, то появляется читательский интерес. Настоящий читатель, в буквальном смысле слова, питается кровью и плотью пишущего человека, ибо написание о самом себе – это прежде всего затрата плоти и крови.

-- Как проза расширила твои творческие возможности, что-то новое тебе лично дала?
- Проза абсолютно перевернула мое понимание поэзии, оно стало более простым. В моих стихах появилась некая манифестированная, техническая, изощренность, понятие «синтаксис» стало ведущим. Понимаешь, это тот вид поэзии, в которой стихотворение состоит только из рабочих слов, и если вычеркнуть одно из них, стихотворение разрушится. Ничего лишнего, никаких огрехов. Допустимые видимые огрехи – только ловушка. Вспомни, если Бродский пишет «ихний» -- значит, он дает читателю возможность передохнуть, потому что плотность его поэзии феноменальна. Ее способны воспринимать только подготовленные читатели.

-- В связи с этим у тебя нет желания открыть свои ранние стихи и жестко отредактировать их?
- Ни в коем случае, я издал книжку «Желтая тетрадь», состоящую из ранних стихов, один экземпляр подарил поклоннице. Она позвонила и говорит: «Ты диверсант, я утром прочитала стихи и до вечера не могла работать. Меня преследует ощущение человека, который находится в падающем лифте». Так что ничего менять не собираюсь, просто у меня сейчас другой творческий период.

-- Тебя не напрягает соревновательность в литературе: попал в Лонг-лист на премию «Большая книга», но не вошел в финал, лауреат премии им. Гумилева, был номинирован на Бунинскую премию… Не похоже это на спорт – на любую кубковую систему?
-- Да у меня вообще соревновательный темперамент. Однако когда я приступал к написанию новой повести, я мучился три недели, обдумывая очередную тему, пока не увидел формулу: «Мне всё равно, что скажет редактор или читатель». И только тогда получил свободу. Вот в этом состоянии элемент соревновательности отсутствует. А готовые вещи – почему не потягаться с себе подобными? И речь идет не о признании тебя феноменом, речь идет просто о твоей профессиональной пригодности, повышении квалификации. Ведь как все начинается? Ты печатаешься в сетевых журналах, потом – самиздатовских сборниках, потом, после нескольких попыток, ты наконец печатаешься в толстом уважаемом государственном издании, номинируешься на премии. Все это является ответом на твою работу, определяет качество твоего труда. Ни больше, но и не меньше.

- Современную литературу упрекают в том, что она потеряла дар написания эпических, семейных романов, таких как «Война и мир», «Сага о Форсайтах». Почему писатели утратили этот дар?
- Это принципиально важный вопрос. Потому что в стране нет героев. Нет Андрея Болконского, нет князя Мышкина. Нет, в конце концов, Маресьева. В Америке, например, существует ряд постоянных героев: ковбои, полицейские, водители-дальнобойщики. В Германии герой – это, скорее всего, добропорядочный гражданин и человек, делающий удачную карьеру. В России же цепь героев оборвалась на космонавтах. Вспомни: герой – революционер, герой – воин, герой – строитель, герой – ученый, и наконец, герой – космонавт. Все. Дальше -- череда псевдогероев, то есть доминирующих, конечно, личностей, но с отрицательным знаком. Бандиты, спекулянты, дельцы разного рода… Они не имеют права быть героями эпоса. Эпос не должен быть посвящен антигерою. Получится гротескная вещь.

- Но ковбои и полицейские – тоже не эпос, максимум -- вестерн, детектив.
- И тем не менее это национальные герои. В России же по сути уничтожена религия, а это крах национальной культуры. И вот мы уже беспомощны в поисках героев. Герой – не прихоть писателей, герой – человек, без которого не может жить страна. Убей героя – страна умрет. Вот о каком герое я говорю. И не надо искать внешнего врага. Виноват простой русский мужик, который позволил чудовищный переворот 17-го года, за которым последовала цепь катастрофических событий.


-- Но ведь очень часто героев создавала политическая идеология, пиар…
- Да, коммунисты были хитрее капиталистов. Коммунисты прежде всего создали идеологию. Они создали могучую армию, создали огромную цепь научно–изощренных учреждений, которые ковали имидж сильной страны. Если это не так, то бросьте в меня камень.

-- Почему капиталисты оказались глупее?
- Скорее всего, речь идет о генетическом перевороте, который всё-таки произошел. Постоянное выкачивание крови из тела государства привело к тому, что сегодня мозг нации страдает анемией. Да, бизнесмен умен и банкир изощрен в своем деле, но они не мыслят в масштабах страны. И нет группы людей, которые бы создали хоть какую-нибудь идеологию. А лучше всего, если бы все отказались от создания новых идеологических лозунгов, а спокойно обратились в лоно церкви.

-- Тебе пришлось столкнуться с машиной, именуемой российским здравоохранением. У тебя есть ответ на вопрос, почему в Европе больной человек – такой же участник жизни, как и здоровый, а в России его просто выкидывают из жизни?
- Наше государство – само физически слабое, ему не под силу ноша в виде пенсионеров и хронически больных людей, которые не работают. Поэтому сознательно ли, бессознательно, но государство поступает так, как ему выгодно. Оно сбрасывает ненужный груз, чтобы не утонуть. Почему таков удел России? Ты слышала когда-нибудь выражение голландская душа? Одно из состояний российской души (больной, замечу, души) – уничтожение себе подобных, больных и слабых, как бы страшно это ни звучало. А механизм европейской души настроен на самосохранение. Та же Голландия – маленькая страна, и ее граждане понимают, что если начнут громко кричать и пихаться локтями, передавят друг друга.
Россияне просто не обращают внимания на больных. Я сам еще вчера не уделял должного внимания маме. Я редко звонил ей, почти не приезжал, хотя понимал, что она нуждается в моей помощи, не в материальной, заметь, а в моем физическом присутствии. Ей было нужно, чтобы я просто приехал, посидел, поговорил с ней. А я закрывал глаза на ее ожидания и вообще на страдания других.

-- У тебя есть рассказ, суть которого в том, что к тебе приходит однокурсник, и ты очень долго и мучительно пытаешься понять, зачем он к тебе пришел, зачем он тебе помогает… Тебе так трудно верить в искреннее человеческое желание помочь?
-- Трудно. По сути, мысли человека – его антипод. Если ты находишь в людях дурное, значит, это дурное сидит в тебе. Значит, эти мысли в равной степени относятся к тебе. Значит, ты сам циничен, хитер, опасен. Хотя болезнь многое меняет. Сегодня я, например, стал более прямолинейным и менее толерантным. У меня просто нет времени на построение сложных человеческих отношений. Говорю то, что думаю.

-- Тебя многие и прежде воспринимали как очень жесткого человека.
-- Да нет. У меня масса друзей, а друзья не ходят к конфликтным людям. Просто я сейчас не могу себе позволить тратить время и силы на длительные церемонии. А жесткость – одна из моих масок, которые мне пришлось сбросить. Я сбросил маски мажора, победителя, бабника. Я сбросил маску бесстрашия и независимости…

-- Что осталось?
-- Какой я голый? Читайте. Один мой земляк Николай Кононов в своем письме написал: «В прозе ничто не может быть стыдным, представ абсолютно голым».

-- Игорь, и еще один рассказ -- «Мечтать назад». В нем – безысходность больного человека, бесперспективность, казалось бы, естественнейшей человеческой привычки -- мечтать вперед. Все мечты – о вчера: вчера в Египте, вчера в Испании, вчера в счастье… Но, может быть, ты все-таки мечтаешь на завтра?
-- Лен, я очень сильно мечтаю вперед. Все допустимо. Дело в том, что база моих размышлений основывается на том, что я буду жить неопределенно долго и умру в назначенный срок, естественной, а не насильственной смертью. Я мечтаю, что не умру от болезни.

Р.S. Возвращаясь домой, вспоминаю лаконичный текст Игоря, который он обозначил как эпизод под названием «Танцуй джигу». Не могу не привести его: «Позвонил приятелю. Просто так. Давно не звонил. Посреди разговора он начал нудно жаловаться на то, что на тренировке повредил плечо и теперь приходится мотаться к врачам, терпеть какие-то неприятности и т.д. и т.п. Я сказал ему: «Валера. Положи телефон. Встань и танцуй джигу. Или рок-н-рол». Он сначала не врубился. А потом выдохнул угрюмо: «А-а…Ну да»…Вот и все, собственно».
И я понимаю, сколь труден путь, по которому идет Игорь, неся свое тяжелое знамя и танцуя свою нелегкую джигу.


Для журнала «Дирижабль»



Марии Бондаренко

У нас дома такие – будь здоров!
Лететь капели долго до подножья
но в плоской географии Поволжья
не скрыться от распахнутых ветров.
Крылами кровель бешено гремя,
они читают ниши и отсеки.
Шатаются от ветра человеки.
Шатаются и падают плашмя.
Кто в лужу, кто на камни, кто в говно.
Не сообразно своему хотенью.
Но сообразно силе тяготенья
И принципу паденья домино.
Бугрятся куртки, ватники, пальто
профессоров, дельцов, буфетчиц, зеков.
Посмотришь на лежащих человеков,
и как-то сразу понимаешь, что
легко жилось бы в областной дыре
в изгибах геометрии старинной,
когда б не этот разворот равнинный,
когда б не этот ветер на дворе.

Стихотворение автора.




Центр географии

Так и хочется примерить на себя, на свой сугубо провинциальный манер какую-нибудь всем известную истину, поговорку или фразу классика. В голову мгновенно приходит набившее оскомину: « В России две беды: дураки и дороги». Эта безнадежная фраза вспоминается, наверное, потому, что, в самом деле, Саратов является географическим центром России. Точнее, европейской части ее. Поэтому так и подмывает проверить с помощью простых наблюдений точность популярного изречения.
Итак, есть ли в Саратове беда под названием «дороги»? Не-а. Такой беды нет. Ибо в Саратове нет дорог. Жалкие, кое-как заштопанные полоски асфальта дорогами назвать нельзя. Пересекая Саратов на автомобиле, рискуешь не только разорвать колесо на трамвайных стыках или добить подвеску на ухабах и ямах, ты рискуешь потерять жизнь. Неизвестно куда попадет колесо твоей машины. Оно может угодить в открытый люк, в необозначенную строителями яму, или, что всего страшнее, угодить в провал, образовавшийся после проливного дождя. Тебя неожиданно развернет и выбросит на встречную полосу, по которой летит чумазый КАМАЗ (какая аллитерация!). И будут вытаскивать твое тельце с помощью автогена и механических ножниц. А водителя КАМАЗ-а будут допрашивать равнодушные милиционеры. Хотя водитель не виноват. У него есть разрешение на проезд в пределах городской черты. И ехал он небыстро. В конечном итоге спишут все на неисправность вашего автомобиля. А про яму, убившую вас, промолчат. Так как прямых доказательств нет, как и нет, собственно, дороги.
Есть ли в Саратове дураки? Скорее всего, и дураков в Саратове не разыщешь. Одно из любимых изречений саратовского обывателя: «Дураков нет». « Дураков не-ет» - певуче тянет саратовец, выбрасывая предвыборную агитку. «Дураков не-ет» - бурчит себе под нос, изучая ценники в бутике фирменной одежды, и идет в магазинчик, наполненный свалом турецкой и китайской дряни. «Дураков не-ет» - обреченно шепчет, ошарашенный ценами на новое жилье, и вспоминает свою убогую двушку или трешку, которую ему бесплатно дали коммунисты. «Дураков нет!» - ожесточенно принимает решение саратовец, когда узнает, сколько надо выложить денег для приобретения отечественного автоуродца. И покупает за те же деньги полуживую, но сохранившую свой капиталистический лоск иномарку.
Недурак садится за руль и летит по недороге, слушая дебильную отечественную попсу или откровенный блатняк на «Радио шансон». Если недурак молод, то крышу его автомобиля ритмично приподнимает тяжелое «буц-буц», рвущееся из невероятно мощной полу-самодельной музыкальной системы.
Недурак любит свой автомобиль и не терпит хлама, которым заполняют салон дети, теща со своими дачными корзинами, пьющие и курящие друзья и подружки. Саратовец на ходу выбрасывает мусор в окно. На обочину летят окурки, пустые стеклянные или пластиковые бутылки, пакеты из-под сока или кефира, куски оберточного целлофана, шелуха от семечек, огрызки фруктов. Иногда из машин вываливаются дети. Однажды я видел, как в центре города, на перекрестке, из машины выпал четырех – пятилетний ребенок. Мамаша не доглядела. Малыш дернул рычажок, задняя левая дверь распахнулось и, подчиняясь законам физики, бедолага вывалился, и покатился по дороге. Его чудом спасло то, что проезжая часть была пуста. Что говорил после этого десантирования водитель своей жене, догадаться нетрудно. Но он ее не побил. Неудобно на улице. Люди кругом. А они не дураки-и.
Я подметил одну странную особенность. Всякая дрянь чаще летит из окон гнилых «Жигулей», пацанских «девяток», непременно – из водительского окна маршрутной «Газели» или из-за кромки стекла убитой в мясо иномарки. Я не помню случая, чтобы водитель тяжелого нового джипа или лакированного роскошного седана что-либо выбрасывал из машины на ходу. Нет, не помню. Более того, чаще всего хамски подрезают, не уступают дорогу недураки на неавтомобилях. И наоборот, морда дорогой иномарки дружественно мигнет ксеноном, и тебя пустят в другой ряд или дадут спокойно проехать перекресток.
Чисто саратовский феномен. Я долго думал об этом, потому что в душе я «зеленый», да и город свой люблю какой-то странною любовью. И пришел к простому выводу. Обеспеченные владельцы дорогих машин часто ездят в Европу. А в Европе, как известно улицы раздражающе чисты, а за вылетевший из окна окурок положено платить серьезные штраф. Я вспоминаю, как сидел на камнях мостовой в Барселоне, и мои светлые джинсы остались после этого чистыми. А еще я валялся на римском газоне. При этом моя одежда не понесла никакого урона. Попробуйте прилечь на дикорастущий газон в центре Саратова. Отпечаток собачьего дерьма на сорочке гарантирован. А состоятельные саратовцы, может быть и рады выкинуть пустую тару из-под «Кока-колы», но – стыдно. Просто стыдно и все тут.
Кстати, в Москве и Питере все наоборот. Угрюмые танки «Гелендевагенов» или сотых «Круизеров» не обращают внимания на того, кто меньше и дешевле. Нахально рулят, как им вздумается, пуская в ход ВИПовскую крякалку или ментовскую сирену. И летит из салона в приоткрытую щель что попало. Парадокс. Не поймешь, что является на самом деле столицей. По всей видимости, понятия «столица» и «провинция» носят не политический и не социально-экономический характер. Это понятие, скорее всего психологическое. Настоящий саратовец в глубине души считает, что именно его город, а не упомянутые выше мегаполисы, является столицей. Он уверен, что столицей государства, столицей всего мира является Саратов. Потому что он – центр России. Центр географии.






«Дирижабль -- журнал в хорошем стиле»
«Дирижабль» -- стильный, глянцевый, полноцветный журнал для современных, активных, думающих людей, выделяющийся среди глянцевых журналов своим нестандартным решением. Его главный ориентир – авторская журналистика. С «Дирижаблем» сотрудничают не только профессиональные саратовские журналисты, но и журналисты Москвы и Санкт-Петербурга. Стиль «Дирижабля» -- живой, яркий, образный язык, высокопрофессиональные фотографии и оригинальный дизайн от известной саратовской художницы Ольги Пегановой.
«Дирижабль – журнал в хорошем стиле» выходит с декабря 2006 года. Тираж 5000 экземпляров. Распространяется в сети киосков «Роспечать» и «Нико-Пресс», в вагонах СВ «Приволжской железной дороги», на авиарейсах «Саравиа», бесплатное распространение в салонах красоты, бутиках, ресторанах, кофейнях, частных клиниках.
Cвидетельство о публикации 152071 © Алексеев И. 07.08.07 09:29

Комментарии к произведению 5 (0)

Спасибо, особенно за стихо. :0о

Здоровье-то как?

Выдерживаешь гонку?

Спасибо, Игорь.

Здравствуй, Игорь!

Спасибо, что поделился!

Это важно.

Ты: "Считаю себя хорошим товаром, который продаётся".

Я: "Для меня ты не товар и даже не предмет для поклонения...Но прежде всего человек, который стал мне близок и дорог".

Читала долго...одновременно вслушиваясь в то, что происходит вокруг меня...

из соседней комнаты звуки МУльтика -

"...я вам покажу душу в наготе!....

...и пусть мир посмотрит нам в глаза!" -

я плыву в ассоциативном потоке) и думаю о тебе)

Рассуждая мысленно с тобой:

да. Читатель вампирит, конечно же! но и Писатель - вампир:вбирает в себя и забирает...- и прежде всего у своих близких...Это взаимодействие и приводит к результату.

"НИЧЕГО ЛИШНЕГО, НИКАКИХ ОГРЕХОВ" !!!!! -

в моём понимании писательского труда это и есть главный принцип.

ИГОРЬ! То , что ты делаешь, важно для ИЩУЩИХ!

(помнишь Мюнхаузена? - "с утра - подвиг"!))

только будь! только пиши)

Оля

Спасибо.

А у вас еще продается этот номер?