Логин:
Пароль:
Напомнить пароль
Жанр: Фэнтези
Форма: Роман
Дата: 03.07.07 11:39
Журналы: Байки между мирами (№1 Май 2009) Cotidianus Tenebrarum (№10 Январь 2010)
Прочтений: 306
Средняя оценка: 10.00 (всего голосов: 3)
Комментарии: 2 (3) добавить
Скачать в [формате ZIP]
Добавить в избранное
Узкие поля Широкие поля Шрифт Стиль Word Фон
Это первая часть Летописей ВК.
Вес крыла бабочки.

ЛЕТОПИСЬ ВЕЧНОГО КРАЯ.

  
  
   Проснувшись, Роми сладко потянулась и с недоумением почувствовала, как ее тело отозвалось совсем новыми, незнакомыми до сих пор ощущениями.
   Роми встала с кровати и медленно прошлась по комнате. Странные ощущения не исчезли. Девушка за­думалась, на минуту замерев посреди комнаты. Затем медленно, нерешительно сняла тонкую батистовую сорочку и внимательно себя осмотрела, глядя в большое напольное зеркало.
   Н-да. Не красавица, скажем честно. Грудь неудержимо стремится к полу, дряблый живот, загара нет вовсе... Черт, да что происходит!?! Ведь еще вчера она чувствовала себя превосходно, кстати, а что было вчера? Ах, да, она провела весь вечер в библиотеке университета, пытаясь разобраться в перипетиях истории доколумбовой Америки. Все эти индейские племена, их вожди с непроизносимыми именами, загадочные тра­диции и ритуалы...
   Ритуалы...
   Закрыв глаза, девушка ясно представила огромную пещеру высоких сводов, которой не добиралось скудное освещение. От стен пещеры исходил острый, сладостный дух древней магии. Помещение освещал живой огонь, разожженный жрецами могущественного культа в четырех нишах. В центре пещеры на небольшой круглой платформе стояла девушка, одетая в белое, надежно скрывающее фигуру одеяние. Ее светлые волосы, рассы­панные по плечам, отражая, освещавший пещеру огонь, сами казались текучим пламенем. Жрецы важно, неспешно приближались к застывшей на пьедестале фигурке каждый со стороны своей ниши. Северный жрец бережно нес на бархатной белой подушке изящную рубиновую диадему. Восточный держал на вытянутых руках мантию, щедро подбитую мехом. Алая шелковая мантия с изнанки была украшена белым мехом в огненно-красных подпалинах. Огненный горностай! Роми никогда не слышала об этих редких животных, но знает об их существовании. Странно...
   Южный жрец собирался преподнести ей странный медальон, отлитый из какого-то белого металла - платины или серебра. На фоне непонятного рисунка, алые крошечные рубины складывались в заглавную букву "М" латинского алфавита.
   И, наконец, жрец, приближавшийся с запада, нес на вытянутых руках жезл. Настоящий магический жезл, передающийся по наследству самым могущественным колдунам Маори. Жезл венчал редкой красоты огромный рубин. Это был настоящий магический кристалл, хранивший опыт многих поколений великих волшебников. И сие сокровище носило имя - Хийен.
   Жрецы преподнесли все четыре символа магической власти и светловолосая приняла их. Диадема, возложенная на ее голову, на миг озарила лица жрецов вспышкой алого сияния. Мантия украшенная мехом огненного горностая мягко укутала плечи девушки, и в тот же миг ослепительно-белое одеяние налилось сочным красным цветом. Словно набравшись силы у мантии и диадемы, засверкал медальон, надетый на шею девушки. И вот, наконец, ей преподнесли последний дар. Жезл! Жрец нес его очень бережно. С той же осторожностью она приняла его. Едва магический камень очутился в ладонях юной колдуньи, ослепительное сияние озарило пещеру.
   И когда жрецы обрели возможность видеть вновь, их взорам представилась удивительная картина. Юная дева с рубиновой диадемой в золотых волосах, огненной мантией на плечах и магическим медальоном на шее восседала на спине исполинских размеров тигра.
   - Миликея! - взвыли жрецы и попадали перед девушкой на колени. Она подняла голову и посмотрела вперед.
   Черт возьми!
   В светловолосой колдунье Роми узнала себя. Миликея!..
  
   - Доктор, у меня огромные проблемы, - сообщила Роми уже четвертому доктору за день. Косметолог отправил ее к психиатру, психиатр к терапевту, а терапевт почему-то к гинекологу.
   Доктор ее внимательно выслушал, потом направился в смотровой кабинет и долго изучал ее карточку. Одевшись, Роми села в кресло и с тревогой спросила:
   - Что со мной, доктор?
   Он смущенно поглядел на девушку и растерянно пробормотал:
   - Мисс Стивенс, я не понимаю, что происходит. Такой случай впервые в моей практике. Я слежу за вашим здоровьем уже пять лет...
   Она настороженно кивнула:
   - Последний раз вы были на приеме месяц назад, но никаких признаков... Нет, я не знаю, что происходит.
   - Что со мной, доктор? - жалобно спросила девушка.
   - Роми, вы не поверите, но ваше тело утверждает, что около месяца назад вы рожали...
   - Что?..
   - Я понимаю, что это бред, но... Роми, что с вами? - вскрикнул доктор, когда девушка рухнула в обморок...
  
   Чем дольше она глядела в его глаза, тем отчетливее понимала. Всю жизнь она провела с мыслью о Нём. Ложась в постель вечером, она надеялась, что ночью он сумеет пробраться в ее сны, а, просыпаясь по утру, с трепетом ждала его появления в реальной жизни.
   Идеальный мужчина! Образованный, сильный, смелый, мудрый правитель и чуткий муж. Да, черт возьми, Эрвин Кэрбелл, король Маори ее муж.
   Их свадьба состоялась год назад. И этот год по утверждению придворного хронолога был самым хорошим за последнее десятилетие. Еще бы! Ведь за год произошло множество замечательных событий. Во-первых, новой Миликее удалось завершить длившуюся со смерти ее предшественницы войну сразу с двумя соседскими королевствами. Во-вторых, урожай оказался на редкость обильным. И, наконец, Миликея подарила мужу наследника в первый же год брака.
   Сын! Сына Роми любила, пожалуй, даже сильнее чем мужа. Несмотря на то, что этому человечку было всего двадцать дней отроду, он уже успел завоевать сердца не только родителей, но и всех обитателей дворца. Звали ее маленькое чудо Патрик. Лорд-наследник принц Патрик Кэрбелл.
   Роми часто вспоминала жизнь, которую оставила год назад, когда Килеана сестра Эрвина привела ее в Маори. И если честно не жалела ни о чем. Мама? Но у нее есть отец и сестры, поэтому исчезновение младшей дочери она сможет пережить. Друзья? Наверняка они воспримут пропажу эксцентричной подруги, как закономерный конец злоключений, которыми пестрела ее жизнь. Университет? Безусловно, история древних племен безумно интересна, но, черт возьми, она живет практически в древнем мире (правда другой планеты), и может изучать его не по книгам, а на практике.
   Пока Роми размышляла, Эрвин уснул и она, положив голову на его плечо, последовала доброму примеру...
  
   - Роми! Мисс Стивенс, что с вами?
   - Все хорошо... Простите меня... Доктор, я... Я, кажется, знаю, что со мной... Извините... Я должна идти.
   В величайшем смятении Роми покидала здание больницы. Сотни разных мыслей метались в ее голове, но верховодила одна: "Я сошла с ума! Я абсолютно точно сошла с ума! Мое место в психушке!" И все же, где-то в глубине ее сердца, внезапно проснувшаяся любовь к сыну и мужу шептала, что ее видения так же реальны, как и она сама. Роми закрывала глаза и видела, как гордо улыбался Эрвин, когда впервые в жизни взял на руки новорожденного сына. Еще она видела крошку Патрика, когда, слепо щурясь в счастливое лицо отца, он вдруг нахмурился и выпустил огромный пузырь. И еще Роми помнила, какой забавной ей показалась сцена знакомства отца и сына. Все это не могло оказаться игрой больного воображения. А, кроме того, то, что сказал доктор, подтверждает ее грезы, значит, они реальны! Реальны! Но что же произошло? Что случилось в Маори? И почему она оказалась в своем родном мире без мужа и сына?
   Сколько ни старалась, Роми не могла вспомнить, что произошло после того, как она уснула на плече Эрвина. Пока Роми вела машину домой, она окончательно утвердилась в мысли, что Эрвин и Патрик реальны и, следовательно, близкое знакомство с психиатрической лечебницей ей не грозит. Но как же вернуться обратно?
   Придя, домой девушка открыла маленькую бутылочку холодной фанты и, сделав три больших глотка, задумчиво посмотрела на себя в зеркало.
   Ну, во-первых, надо напрячь предательницу память, и вспомнить, как она попала в Маори прошлый раз. Так. Был поздний вечер, она засиделась в библиотеке, изучая некоторые индейские племена, потом... Потом сдала книги и медленно побрела домой. Уже стемнело, поэтому она не сразу заметила женщину с золотыми волосами и кожей отливающей бронзой, одетую в костюм, имитирующий шкуру леопарда. Впрочем, ее внимание привлек странный густой, как кисель блеск ее жезла, который венчала золотая голова леопарда с зелеными изумрудными глазами. Голова смотрела на нее горящими зелеными огнями и словно ухмылялась.
   Завидев женщину, Роми остановилась и замерла, с тревогой вглядывалась в черты ее красивого лица. Пышная грива золотых волос небрежными волнами ниспадавшая на ее плечи и спину, казалась идеальным обрамлением для ее лица. Высокие скулы, прямой нос с изящно изогнутыми крыльями, губы сложенные в презрительную полуулыбку. А восхитительные зеленые глаза смотрели с гордым высокомерием. В облике незнакомки чудилось что-то дикое необузданное и божественное. Роми словно столкнулась лицом к лицу с древней скандинавской богиней. Или на нее так подействовали легенды доколумбовой Америки?
   И все же, незнакомка шагнула на встречу Роми из темной ниши скрывавшей ее от посторонних глаз и выставила вперед жезл с изображением головы леопарда. Глаза золотого зверя вспыхнули и осветили Роми призрачным зеленым светом.
   - Миликея! - гаркнула девица, и у Роми заныло в груди, а на глаза навернулись слезы. Тогда она не знала почему. Но, теперь оглядываясь назад она понимала - сердце новой Миликеи чувствовало предстоящие перемены.
   Золотоволосую звали Килиана. Она была дочерью прежней Миликеи и короля Маори - родная сестра Эрвина. Килиана рассказала Роми, что та новая Миликея и защитница Маори, а посему должна, нет, просто обязана отправиться в означенное место с тем, чтобы получше познакомиться с объектом охраны. Килиана говорила с очень сильным акцентом, который превращал обычные слова едва ли не в стихи. Она очень красиво выражалась, и Роми, очарованная речью золотоволосой богини, согласилась идти за ней куда угодно, даже в таинственный Маори.
   Что же Килиана сделала после? Ах, да! Она увела Роми в глухой проулок, подальше от посторонних глаз и превратилась в леопарда. Зверь положил мощные лапы на плечи загипнотизированной Роми и заглянул в ее глаза. После этого мир провалился в тартарары, и Роми умерла...
   Ее череп раскололся, а мозг вытек из тела и плавал над головой, осваивая новое место обитания. Ветер облизывал нервные клетки, а какой-то колючий ежик затеял построить гнездо в ее опустевшем черепе и все ворочался, ворочался... Потом кончился воздух, и истощенные легкие моментально высохли в раскаленные гренки. От боли разрывающей голову и грудь на части Роми закричала... Черт возьми, даже теперь, вспоминая свой переход из мира Земли в мир Маори, Роми прошибал ледяной пот, и сердце выпрыгивало из груди. Господи, она же неделю болела, когда попала в Маори!
   ...Тогда почему же теперь она чувствует себя превосходно? Так. Так. Так. Килиана говорила, что путешествия между мирами всегда причиняют адскую боль и только присутствие магического жезла немного облегчает процесс...
   Черт возьми! Роми едва не подавилась напитком, когда сообразила, что Хийен с ней. Девушка вскочила с кресла и перетрясла всю свою постель. Потом еще раз. И еще. Четырежды осматривала пол под кроватью с фонарем. Перетрясла белье, приготовленное для прачечной, и облазила все шкафы и полки в квартире, в которые он никак не мог завалиться. Она искала до тех пор, пока ее не осенило. Это не случайность!
   Кто-то использовал Хийен, чтобы перенести ее сюда, а затем, забрав его с собой, ушел. Кто-то, кто имеет собственный жезл, потому что науке обращения с ними обучены лишь Посвященные.
   Выходит, ее похитил кто-то из Могучей Восьмерки. Но вот зачем? Роми мерила нервными шагами спальню забыв о времени.
   Итак, номер один - Килиана. За прошедший год они настолько близко сдружились, что Роми казалось, будто она знает все мысли лучшей подруги. И, кроме того, именно Килиана научила Роми всему, что знала сама и о магии и об устройстве мира Маори. К тому же Килиана родная сестра Эрвина, значит родственница и самой Роми. Нет, Килиана тут не причем.
   Далее, Карэн Кэрбелл дядя Эрвина. Великий Маг и изощренный политик. Младший брат прежнего короля Маори. Он двадцать лет до рождения Эрвина, считался наследником престола и даже занимался поисками собственной Миликеи, но все что ему удалось это привести в Маори еще одну Великую Волшебницу. Но Карэн много лет воспитывал племянника и любил его как сына, а с самой Роми его связывали теплые дружеские чувства.
   Третья - Андрия. Эта эффектная сорокалетняя женщина всегда вызывала у Роми благоговейный ужас. Несмотря на то, что она являлась женой Карэна Кэрбелла, Андрия сохранила приверженность к зловещему ордену Белль. Здесь, на Земле женщин подобных Андрии называли воинствующими феминистками. Высокомерная и неприступная, она была темной лошадкой и Роми не могла с уверенностью сказать, какими мотивами она руководствовалась в своих поступках.
   Неужели Андрия? Белевианка?
   Подумаем. Кто дальше? А дальше она сама и четверо безликих жрецов сторон света. Жрецы сторон света не просто не желали Роми зла, но и не могли причинить его физически, потому что находились за много миль от столицы в собственных резиденциях.
   Господи, неужели Андрия? Хотя какая разница? Ведь выбраться в Маори она все равно не сможет. Черт возьми, что, значит, не сможет? Миликея она, в конце концов, или нет?
  
  
   Солнечные лучи медленно крались по кровати, на котором разметалась смуглокожая девушка, лет шестнадцати. На девственно белых простынях ее волосы выделялись особенно ярко. Природа причудливо выкрасила ее волосы в два цвета - иссиня-черный и огненно-красный. Подобно всполохам пламени клок черных волос чередовался красными и наоборот.
   Наконец, один особо торопливый луч солнца взобрался на безмятежное лицо спящей и осторожно лизнул ресницы. Веко затрепетало, и девушка нехотя открыла глаза. Взгляд скользнул по аскетическому убранству спальни, задержался на незашторенном окне, которое вызвало мимолетную гримаску досады, и упал на шкатулку красного дерева, стоящую на подоконнике. Досадливое выражение мгновенно сменилось восторгом предвкушения приключений, и девушка выпрыгнула из постели.
   Сегодня Сакор решила не ходить в школу. Нет, конечно, из дома она улизнула, но вот томиться в душном классе ей совершенно не хотелось. Девушка любовно коснулась запястья, которое плотно облегал литой из какого-то черного металла браслет весь исписанный загадочными надписями - Рунами Хаоса.
   Сегодня! Сегодня она, наконец, увидит собственными глазами свой родной мир - Хаос. Мир, где огненные вулканы согревают жарким дыханием атмосферу до температуры тропиков даже на полюсах. Мир, в котором магия не считается мифом, она часть быта. Мир, в котором живут враги.
   Поспешно Сакор повернула голову влево, затем вправо, желая получше рассмотреть лирическую и спокойную красоту окружающей природы. Пока ей еще некуда спешить. И девушка могла спокойно проститься с Землей. Сакор знала, что больше никогда ей не вдохнуть полной грудью земной воздух: смесь выхлопных газов, озона и аромата распускающейся зелени.
   Оглядевшись, Сакор заметила между деревьями лесополосы, в которой отдыхала, одинокую фигурку девочки с мольбертом и горстью карандашей в руках. Сакор уставилась на юную художницу в немом изумлении, и даже желая освежить память, посмотрела в ту сторону, куда время от времени поглядывала девочка, добавляя то тут, то там какие-то штрихи. Так и есть, свалка. Охваченная непреодолимым приступом любопытства, Сакор подошла к художнице и заглянула через ее плечо...
   Среди рваных скал, между трех изрыгающих лаву вулканов, на фоне черного от копоти и гари неба, раненой птицей раскинулся белокаменный город. Обитель Огненных. Именно так ее описывал отец. Город, где свет и тьма сплелись в единую сеть. Город, в котором выросла ее мать. Город, где родилась она сама - начинающая огненная.
   Сакор встряхнула пестрой копной длинных черно-рыжих волос, желая избавиться от наваждения и повнимательнее посмотрела на саму художницу. Длинные светло-русые волосы, собранные на затылке в заурядный хвост, задорная улыбка, танцующая на пухлых губах. Казалось бы, ничего особенного, и все же Сакор ощущала необъяснимое единство с маленькой художницей.
   - Как тебя зовут? - спросила огненная.
   - Света, - звонким голоском представилась малышка.
   - Где ты видела такую картину? - не удержавшись, поинтересовалась Сакор. Света задумчиво почесала нос, вздохнула и тихо проговорила:
   - Мне приснилось...
   "Сны, это отражение внутреннего мира..." так говорит отец. Значит маленькая художница тоже дитя Хаоса. Взгляд Сакор упал на темный браслет, испещренный древними письменами. Ключ, открывающий врата между мирами.
   - Возьми, - протянула она украшение. Девочка медленно, словно боясь проснуться, взяла его и нежно прижала к груди.
   - Спасибо, - благоговейным шепотом ответила Света. Затем окинула Сакор оценивающим взглядом и вновь повернулась к мольберту, где в несколько ловких штрихов набросала в небе смутную фигуру, летящую над городом.
   Стихия! Квинтэссенция всей огненной мощи. Отец говорил, все кланы ждут прихода стихий, а девочке они снятся... Нет, все же правильно она поступила, отдав браслет Светке. Может быть, однажды она перевернет мир Хаоса, заявившись туда в самый неожиданный момент. Вот только что сказать отцу?
  
   Оркол в отличие от Сакор торопился, ему предстояло завершить еще много дел. Например, стереть из памяти землян саму мысль о существовании его семейки. Все эти годы он с великим трудом сдерживал в себе силу и вот, наконец, пришел час выплеснуть ее на головы окружающих. Маг улыбнулся вернувшейся дочери и вытащил из тьмы обед для них обоих.
   Привычным жестом, Сакор моментально разогрела пищу, и они сели есть. В их маленькой квартирке не было кухонного стола, поэтому Оркол обедал в кресле, а Сакор прямо на полу. Она обожала, разнообразные специи и обильно сыпала их в любое блюдо.
   - Ты опять понасыпала перцу на пол? - поинтересовался Оркол.
   - Ну, папа, какая разница, мы же все равно уезжаем навсегда?
   - Дом после себя нужно оставлять чистым, - назидательным тоном напомнил Маг.
   Вместо ответа Сакор с унылым видом посмотрела вокруг и все крупинки перца, вспыхнув маленькими искорками, исчезли с паласа. Оркол удовлетворенно кивнул. В конце концов, ей необходима практика.
  
  
   Сакор открыла глаза и ахнула.
   У них, правда, получилось!!!
   Несмотря на то, что отец столько говорил об иных мирах, по-настоящему она не верила ему, и все же... Место, где она оказалась, больше походило на тропические джунгли, чем на привычную лесополосу центра России. Вспомнив об отце, Сакор обернулась и с ужасом ощутила, как ее сердце, пропустив один удар, падает в ноги.
   Его нигде не было!!! Она оказалась одна в абсолютно незнакомом мире, мире, которым правят враги ее отца, а значит и ее враги тоже. Понимая, что в сложившейся ситуации спешить ей некуда, Сакор уселась на поваленное дерево и задумалась. Ей предстояло решить, что делать дальше и в какую сторону двигаться.
   Внезапно воздух разрезал громкий пронзительный свист и буквально вслед за ним хлопок. Как только раздался свист, Сакор инстинктивно зажмурилась и заткнула уши, потому она пропустила момент, когда случилось ЭТО!!!
   На земле лежала женщина лет двадцати-двадцати пяти, точнее определить Сакор не взялась бы. В любом случае незнакомка была старше нее самой и уж точно не являлась отцом Сакор. Девушка встала на колени перед незнакомкой и попыталась привести ее в чувства.
   Незнакомка вдруг всхлипнула и открыла глаза. Ее взгляд побродил по окрестностям и уперся в Сакор, скользнул по пестрым волосам, затем, какое-то время, поблуждав по зарослям за спиной огненной, снова вернулся к девушке. Незнакомка, застонав, попыталась приподняться, а Сакор пыталась помочь ей, как могла. Приняв сидячее положение, незнакомка улыбнулась и сказала:
   - Кортэ...
   В голове Сакор что-то щелкнуло и внезапно, она поняла, что незнакомка говорит с ней на том самом языке, которому ее обучал отец. Язык Перекрестка.
   Выходит она действительно в мире Перекрестка!?!
   Опомнившись, Сакор поспешно кивнула и, улыбнувшись, проворковала:
   - Как вы себя чувствуете? Меня зовут Сакор.
   - Я - Роми, как ты сюда попала?
   Сакор усмехнулась.
   - Так же как и вы, я думаю.
   Глаза Роми изумленно расширились.
   - Значит ты не туземка?
   - Нет.
   - Ну, - она озадаченно помолчала. - Тогда кто же ты?
   - Я Сакор Шатх ди Летос.
   В глазах Роми на секунду появился испуг, но потом она справилась с эмоциями, но все же потрясенно спросила:
   - Как тебя угораздило получить такую фамилию?
   - Я дочь Оркола ди Летоса! - с гордостью заявила Сакор.
   Роми озадаченно разглядывала девушку, затем, вдруг сказала:
   - Бедняжка, я искренне сочувствую тебе...
   - Почему? - насторожилась Сакор. "Неужели что-то случилось с отцом?"
   - Но ведь ты дочь Темного Оркола?
   Сакор вздохнула.
   - Да, я его дочь. Но моего отца оклеветали так называемые силы Света...
   - Этого не может быть! - перебив Сакор, вскрикнула Роми.
   - Может! Ваш Великий Мерлин заметил что Оркол, его сын, пользуется большим влиянием на людей и, воспользовавшись внутренним человеческим предубеждением перед тьмой, превратил его в исчадье Ада! А отец, он на самом деле очень добрый и внимательный человек на земле!
   Роми прищурившись, спросила:
   - А как ты сюда попала? Ты с Земли?
   - Я? Нет. Когда Мерлин убил маму, отец, чтобы сохранить мою жизнь бежал на Землю и вот теперь, когда я выросла, мы вернулись. Только, - Сакор вздохнула. - Во время перелета мы потерялись. Я оказалась здесь, а он, наверное, в другом месте. Он говорил, что такое может случиться, и я в принципе знаю, что делать. А откуда ты знаешь про Землю, ведь это секретная планета. Или ты тоже колдунья, как отец?
   - Нет, я Миликея здешнего мира.
   - Миликея?
   Роми улыбнулась.
   - Если честно я мало что помню и еще меньше понимаю. Я родилась на Земле, а потом однажды ко мне пришла женщина - фея Килиана, она привела меня сюда в Маори. Оказалось, что она сестра правителя, а я Миликея хранительница Маори. Я и Эрвин полюбили друг друга, и очень скоро я родила сына, наследного принца.
   Роми умолкла, с грустью глядя на свои руки, затем продолжила:
   - Не знаю, что случилось, но я снова оказалась на Земле и моя память была стерта. И все-таки я не смогла забыть ни Патрика, ни Эрвина. И вот теперь я вернулась, чтобы быть рядом с мужем и сыном.
   Сакор выслушала Роми и надолго погрузилась в размышления.
   - Выходит, - наконец, заключила она. - Тебя использовали как суррогатную мать. Получили наследника и вышвырнули. Так?
   - Не знаю, но думаю, Эрвин ни о чем не подозревал.
   - А почему Килеана не пришла за тобой во второй раз?
   - Я не знаю. Я ничего не знаю.
   - Ну, что ж, значит надо узнать. Я помогу тебе.
   - Ты? Но как ты мне можешь помочь?
   Сакор рассмеялась, подмигнула Роми и заявила:
   - Это я только выгляжу безобидной малявкой, но на самом деле я фея огня и могу управлять всем огнем вселенной!
   Глаза Роми расширились, и она, с волнением в голосе, спросила:
   - Ты - стихия?!
   - Нет, не думаю. Стихия это квинтэссенция всей огненной мощи заложенной в магии. А я всего лишь дочь огненной нимфы и Бога Тьмы. Я просто фея, - тут Сакор заметила разочарование в глазах Миликеи и поспешила добавить: - Но я сильная фея!
   - Но ведь ты должна была найти отца?
   - Ну и найду. Он всегда говорил, что нужно подчиняться обстоятельствам, если они согласуются с твоими планами.
   - И как же все происходящее согласуется с планами Оркола?
   - Не отца, моими, - лениво поправила Сакор, насторожившуюся женщину. - Я думаю, что не плохо иметь в друзьях жену правителя целой страны.
   Роми с облегчением вздохнула и, улыбнувшись, заметила:
   - Но я не стану в благодарность делать что-то противоречащее интересам моей страны.
   - И не надо, - беззаботно согласилась Сакор. - Но ты ведь не откажешь в гостеприимстве бедной скиталице?
   Они рассмеялись над тем, каким капризным тоном заговорила огненная.
   - Кстати, где мы находимся? - поинтересовалась она. Роми огляделась.
   - Думаю, мы в Фертском лесу. Собственно говоря, Фертский лес опоясывает столицу с севера на юг по восточной стороне. И чтобы попасть в Вейлис нам достаточно выйти из леса и постучать в городские ворота.
   - Что ж, давай так и поступим, - согласилась Сакор, и девушки, прикинув по солнцу в какую сторону нужно двигаться, отправились в путь.
   Спустя три часа, когда Сакор нацепляла репьев в джинсы и, подвернув ногу, провалилась в звериную норку, они, наконец, вышли к широкой мощеной серым камнем дороге.
   - О, это Фертская дорога! Значит мы на правильном пути! - воскликнула Роми радостно.
   Сакор кисло усмехнулась и попыталась пригладить волосы. За то время пока они брели по лесу без дороги, она умудрилась где-то потерять заколку, и теперь ее волосы паклей торчали в разные стороны.
   По каменной дороге идти было безусловно легче, чем пробираться сквозь лесные заросли, но все же по сравнению с бугристой мостовой, разбитый российский асфальт казался гладким словно зеркало. Эта дорога считалась самой удобной и безопасной из всех, что вели в город, вот почему, когда очень скоро их нагнали всадники, девушки не удивились. Всадников оказалось четверо, и все они были одеты в однотипную, явно форменную одежду.
   - Посторонись, глупые бабы! - рявкнул один из них, на шее которого болтался большой медный блин, наверное, знак его старшинства.
   Девушки переглянулись и Роми оскорбленная его тоном уже собралась представиться, как вдруг заговорил второй ратник. Он беззастенчиво ткнул пальцем в Сакор и изрек:
   - Мэлвин, ты глянь на эту патлатую, ишь вырядилась, как мужик, правда-слово! Стыда у ней нет. Не связывайся ты с ними они ж, поди, белевианки бродячие.
   Сакор вспомнила, что о белевианках отец говорил с презрением, но замечал, что простые люди их побаиваются и сторонятся. Именно поэтому она поспешила опередить возмущенный возглас Роми.
   - Мы странствующие, а не бродячие, смерд, - солдат стушевавшись, попытался отвести взгляд, но огненную понесло и она, под ошеломленным взглядом Миликеи, продолжила:
   - А сейчас мы направляемся в столицу здешнего государства, куда, судя по всему, спешите и вы, - Сакор подождала, пока один из всадников осторожно кивнул, и заявила: - Раз все так замечательно складывается и нам по пути, вы должны отвезти нас в Вейлис, а иначе земля будет гореть под вашими ногами и копытами ваших кляч до самого конца света.
   Предводитель солдат - Мэлвин услышав угрозу, возмущенно фыркнул и, стегнув коня, ускакал прочь, его спутники с видимым облегчением последовали за ним. Сакор казалось ничуть, не расстроившись, послала им вдогонку воздушный поцелуй и подмигнула Роми.
   - Ну и зачем тебе понадобилось оскорблять королевскую стражу?
   - И не думала даже, - возмутилась девчонка. Она облюбовала поваленное дерево у дороги и с видимым наслаждением опустилась на него. - Я лишь хотела добраться до города с максимальным комфортом. Вот увидишь, довольно скоро они вернутся, и будут умолять нас поехать с ними.
   Роми пожала плечами и уселась рядом со спутницей. За время пути она очень устала и не могла отказать себе в удовольствии немного отдохнуть и перевести дух. Прошло никак не меньше двадцати минут, когда вдали послышался цокот копыт. Сакор встрепенулась и с насмешливой улыбкой ждала появления всадников.
   И они появились, из под копыт их коней действительно летели искры, отчего животные жалобно ржали, и стоило немалых усилий держать их в узде. На лицах королевских стражников легко читалось все многообразие чувств и эмоций, которые они испытывали. Тут были и страх перед могуществом огневолосой ведьмы и злость на е наглость и собственную беспомощность и надежда на избавление от нежданной напасти.
   - Сними заклятье, ведьма! - проревел Мэлвин, осадив животное у ног Сакор и Роми.
   - Первое, - глядя на него снизу вверх, спокойно сказала Сакор. - Я не ведьма, а фея. Второе, я предупредила тебя о том, что будет, если вы не исполните нашу невинную просьбу. Третье, если вы не выполните ее и сейчас, я превращу тебя в мокрицу, а твоих подчиненных в гусей.
   - Экая ты... - подивился Мэлвин и, подав Сакор руку, помог ей взобраться на коня впереди себя. Девушка ласково улыбнулась и, склонив голову на плечо мужчины, посмотрела вперед.
  
  
   Харп никогда не считал себя особенно любопытным, но вид королевских стражников, со сконфуженным видом ссаживающих со своих лошадей двух девиц, заставил его приглядеться к девчонкам как следует. Никогда прежде он не встречал двух столь не похожих друг на друга людей путешествующих вместе. То что они путешествовали сомнений не вызывало, так как стражники как правило никогда не подвозили попутчиков. Но очевидно для женщин бредущих издалека решили сделать исключение. Женщины не были ровесницами, на его взгляд разница в возрасте между ними составляла около десяти лет. Первая - высокая очень красивая блондинка, несколько напоминала последнюю Миликею. Она предпочла нарядиться, в светлую тунику без рукавов и легкие сандалии на высоком тонком, совершенно не практичном каблуке. Ее волосы отливали золотом, а светлые глаза на фоне смуглой кожи горели ярчайшими алмазами. Она разглядывала унылые камни городской стены с таким восторгом, словно видела перед собой исчезнувшие сокровища светоносного Мерлина. Взгляд блондинки недвусмысленно свидетельствовал о том, что она жила в этом городе когда-то и была здесь счастлива.
   Вторая девица по-настоящему поразила Харпа. Во-первых, ее волосы! Он видал в своей жизни и тех, чьи волосы были чернее ночи и тех, чьи горели жарким огнем, но что бы одновременно - одна прядь красная, а другая черная... Кроме того, она вырядилась в мужскую одежду! Нет, кто спорит, она оделась очень практично в синие парусиновые штаны и обнажающую живот странного вида блузу без рукавов, синюю парусиновую куртку она небрежно перекинула через правую руку. Да и обувь ее словно создана для ходьбы, но вот вопрос - где она взяла всю эту одежду? В отличие от блондинки, эту красоты города не впечатлили и она, с вполне естественным любопытством поозиравшись пару минут, и задумалась над более насущными проблемами.
   Чтобы услышать их диалог Харп спешился и, привязав коня к ближайшему столбу, подошел поближе к странной парочке. Он напустил на себя скучающий вид и принялся прогуливаться неподалеку. У блондинки оказался довольно мелодичный голос, а вот пестроволосая говорила слишком громко, да к тому же со странным трудноуловимым акцентом.
   - Роми, ну что ты уставилась на эти булыжники? Я есть хочу! - канючила та, что вырядилась в мужское одеяние. Блондинка улыбнулась и выдала совсем уж несуразную фразу:
   - Надеюсь уже через полчаса, мы с тобой будем ужинать в обществе короля Эрвина и его наследника принца Патрика.
   - Ты собралась к королю? - выпучив глаза, спросила рыжая. На ее месте Харп среагировал бы так же. Но она не замолчала на этом, а продолжила: - Но ты ведь не знаешь, кто в этом городе твой враг, а это значит, что глупо как овцам переться во дворец, где все на виду. И вообще, где этот ваш дворец?
   Блондинка сверкнула белозубой улыбкой и, схватив спутницу за рукав, стала объяснять местоположение дворца, тыча пальцем в высокий шпиль главной башни Миликеи.
   Миликея! Конечно, вот кого напоминала ему светловолосая. Для надежности Харп даже протер глаза. Сомнений быть не могло - перед ним действительно стояла Миликея Ромилина, да и белевианка звала ее Роми. Харп ошеломленный смотрел на светловолосую женщину и не знал что делать. Лет пять назад, когда он еще служил у господина Карэна, Харп знал бы что делать. Но вот теперь...
   С другой стороны, а почему бы ни нанести визит в Дероргуиллу сейчас?
  
  
   Сакор привела Роми в харчевню, повинуясь исключительно обонянию. Тогда как окрестности источали обильную вонь помойки, из харчевни доносился аромат шашлыка жареного с разнообразными специями.
   - Как у вас тут платят? - деловито поинтересовалась Сакор, усевшись на тяжеленный деревянный стул и с любопытством озираясь.
   Если она и видела по телевизору средневековые города, то харчевни подобные этой ей встречать не доводилось. Во-первых, здесь было много огня. Сакор буквально купалась в приветственных всполохах. Огромное помещение было сложено из массивных блоков какого-то темного камня и имело всего три крошечных окошечка, больше похожих на бойницы. Именно поэтому, желая хоть как-то осветить помещение, хозяин устроил в центре каждой из пяти стен по очагу. А ведь верно, обеденный зал оказался пятиугольным.
   Так как в харчевне практически не было посетителей, Сакор благоразумно выбрала место возле очага. Кроме "псевдокаминов" стены освещали факелы, встроенные в изысканно украшенные подстаканники. Но их тонкие узоры совсем не сочетались с массивной архитектурой обеденного зала харчевни. Отметив все это Сакор вздохнула и пнула ногой под столом размечтавшуюся Миликею. Та зашипела от боли и мрачно глянула на спутницу.
   - Ну, чего тебе?
   - За еду, чем платить будем? Деньги у тебя есть?
   Миликея беззаботно передернула плечами.
   - Их устроит любая безделушка, что украшает твое тело.
   Роми имела ввиду, длинные золотые серьги Сакор и семь гвоздиков украшавших ее левое ухо, а еще, наверное, витую цепочку с кулоном лодочкой с парусом из белого золота, что украшала шею девушки. Помедлив секунду,[Author ID1: at Thu Jul 31 00:47:00 2003 ] Огненная сняла с уха один гвоздик и, взвесив его на ладони, с сомнением спросила:
   - И что? Этого хватит?
   - На обед-то? - Роми хмыкнула. - Ну, если тебе по силам слопать быка и пару баранов, то, возможно, придется добавить еще, а если тебе хватит куриной ножки, то думаю, ты и сдачу получишь.
   В этот момент подплыла дама воистину слоновьих форм с широчайшей улыбкой на лице и, источая аппетитный аромат ванили и корицы, спросила:
   - Дамы обедать или кутить будут?
   Сакор было, задумалась, ведь ей еще ни разу не удавалось погулять с пьяным песнеором и ночлегом в канаве, но Роми поторопилась проявить благоразумие.
   - Обедать - вкусно и быстро!
   При этом она пихнула Сакор локтем, и та раскрыла ладонь с зажатой в ней серьгой. Глаза трактирщицы алчно сверкнули и она, суетливо засеменив вокруг девушек, затараторила:
   - Какого мяса желаете? Как вам его готовить? А выпить чего леди предпочитают?
   Роми махнула рукой, повелевая женщине умолкнуть, та подчинилась.
   - Нам поесть, быстро и недорого. Вино не нужно. Пива. И не вздумай разбавлять.
   - Как можно, леди! Как можно! - даже обильные бедра женщины возмущенно тряслись, пока она дефилировала на кухню.
   Пиво оказалось действительно достойным, густое, пенистое, в меру горькое. А вот мясо подали непрожареным, да и гарниром к нему служило какое-то совсем неаппетитное на вид месиво. И все-таки, худо-бедно, но девушки насытились. При этом Сакор продолжала плотоядно разглядывать очаг.
   - Чего ты туда пялишься? - не выдержала Роми.
   - Я думаю, - весомо сообщила Огненная.
   - Да? И как, получается?
   - Не язви! Я думаю, о том, что мы теперь станем делать?
   Игривое настроение вмиг оставило Роми, и она вздохнула.
   - Я не знаю. Сначала мне хотелось сразу отправиться во дворец, но теперь я рассчитываю первым делом поговорить с Килианой.
   - Правильно! - поддержала ее Сакор. - Неизвестно ведь кто тебя отправил на землю и зачем. А ты уверена, что это не Килиана?
   - Конечно! Кили моя подруга и кроме того Эрвин ее брат. Она не причинит вреда жене любимого брата.
   - А сам-то он не мог пожелать избавиться от тебя?
   - Ты что болтаешь?! - возмутилась Роми. Сакор беззаботно передернула плечами.
   - Нет и хорошо. А где она живет?
   - Кили? Помнишь, я показывала тебе шпиль башни королевского замка? Западнее его примерно на километр.
   - Но это же огромное расстояние!
   - Угу.
   Сакор задумалась, нервно барабаня пальцами по крышке стола и глядя в огонь.
   - Тебе нельзя шляться по городу, тебя могут узнать.
   - Ну и что? - удивилась Роми.
   - То! Тебя может увидеть тот, кто отправил отсюда и повторить маневр. - Роми сникла, а Сакор тем временем продолжала. - Впрочем, у меня есть решение, но оно тебе вряд ли понравится.
   - Какое решение?
   - Я ведь огненная, значит, могу обратиться к огню.
   - И что?
   - То! Огонь это самая энергонасыщенная стихия он легко телепортирует нас с тобой в любую точку страны, где есть достаточно большой источник огня. В замке Килианы большой очаг есть?
   Роми задумалась на пару минут.
   - Да, в ее кабинете гигантский камин, она очень любит греться возле него. В нем, не напрягаясь, поместимся не только мы, но еще место для тетки-трактирщицы останется.
   - Что ж, хорошо. Как у тебя со зрением?
   - Не жалуюсь.
   - Замечательно. Не пугайся, если во время перемещения искры костра ненадолго ослепят тебя. Это пройдет. Подожди, я попробую наладить контакт.
   Сакор застыла, глядя в очаг. Прошло никак не меньше трех минут.
   - Есть! Давай руку пошли...
  
   Комната была слишком большой, чтобы выглядеть уютной, но хозяйка ее любила. Все памятные ей безделушки хранились в кабинете, собрание книг из пяти миров и камин. Камин являлся предметом особой гордости Килианы - он занимал собой всю стену, отапливал большое с высоким потолком помещение и был великолепно инкрустирован. Килиана удобно расположившись в кресле и потягивая охлажденный напиток с замысловатым названием, готовить который ее научила Ромилина, размышляла об инициации.
   С ночи, когда исчезла прежняя Миликея прошел почти месяц и Эрвин уже перестал в каждой большегрудой блондинке видеть пропавшую жену. И слава Хийену! Признаться, ей порядком надоело заниматься государственными делами вместо брата.
   Нет! Что ни говори, а роль Миликеи куда приятнее. Ни тебе Государственных Советов каждый день по пять часов к ряду. Ни бесконечных подписаний глупых бумажек пока рука не перестанет слушаться. И о казне Маори беспокоиться не нужно. Тебе достаточно просто жить, любить свою страну и все само налаживается. Килиана была дочерью Миликеи прошлой и лучшей подругой Миликеи нынешней, поэтому она имела представление о жизни Миликеи.
   Исчезнув, Ромилина не просто бросила мужа и новорожденного сына, но и ввергла страну в династический хаос. Дело в том, что законным правителем Маори является только тот, в чьих жилах течет кровь Кэрбеллов, и только до тех пор, пока является мужем Миликеи. Если бы Ромилина умерла, то королем стал бы малолетний Патрик, но она наверняка осталась жива.
   Все семеро Великих Волшебников Маори долго решали, что делать в сложившихся обстоятельствах.
   Ждать возвращения Ромилины? - Но, уходя, она оставила все четыре символа, значит, возвращаться не собиралась...
   Провозгласить королем Патрика? - Но ведь прежняя Миликея еще жива...
   Оставить на троне Эрвина? - Но он король, лишившийся своей Миликеи...
   И тогда добрый дядюшка Карэн предложил попробовать провести новую инициацию, дабы сделать Миликеей Килиану. Жрецы флегматично согласились, они считали, что Хийен должен сам принять решение, и где, как ни во время инициации ему провозгласить свою волю? Лишь Андрия - злобная старая фурия стала орать о вопиющем нарушении всех законов.
   Дрова в камине вдруг затрещали, пламя на миг унялось и вновь разгорелось впятеро выше прежнего. Килиана смотрела во все глаза, как огонь распался на два колеблющихся языка, которые плавно оформились в нечто напоминающее человеческие фигуры... женские фигуры. Первой из гигантского камина вышла огневолосая девчонка, а вслед за ней...
   - Ромилина! - возглас Великой Волшебницы Маори эхом отразился от стен.
   Голова Роми дернулась, женщина подслеповато прищурила глаза и когда, наконец, разглядела подругу - бросилась к ней на шею.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   13
  
  
  
  
Cвидетельство о публикации 145657 © Глубина 03.07.07 11:39
Число просмотров: 306
Средняя оценка: 10.00 (всего голосов: 3)
Выставить оценку произведению:
Считаете ли вы это произведение произведением дня? Да, считаю:
Купили бы вы такую книгу? Да, купил бы:

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):
Если Вам понравилась цитата из произведения,
Вы можете предложить ее в номинацию "Лучшая цитата дня":

Введите код с картинки (для анонимных пользователей):

litsovet.ru © 2003-2017
Место для Вашего баннера  info@litsovet.ru
По общим вопросам пишите: info@litsovet.ru
По техническим вопросам пишите: tech@litsovet.ru
Администратор сайта:
Александр Кайданов
Яндекс 		цитирования   Артсовет ©
Сейчас посетителей
на сайте: 227
Из них Авторов: 8
Из них В чате: 0