• Полный экран
  • В избранное
  • Скачать
  • Комментировать
  • Настройка чтения
Жанр: Проза
Форма: Рассказ
Политики и проявление чувств: как это соотносится?

На высшем уровне

  • Размер шрифта
  • Отступ между абзацем
  • Межстрочный отступ
  • Межбуквенный отступ
  • Отступы по бокам
  • Выбор шрифта:










  • Цвет фона
  • Цвет текста

Последний раз мы виделись с ней пять лет назад. Тогда она была еще простой смертной, как, впрочем, и я сам. И тогда мы были молодыми, красивыми и бесшабашными. А сейчас она - титулованная особа, глава государства, не больше и не меньше, и прибывает в руководимую мной страну с официальным визитом.
Мы познакомились с ней еще в университете, в Оксфорде. Она была юной, стройной, миниатюрной и романтично-взбалмошной. Не влюбиться в нее было просто невозможно! Что я и сделал с превеликим удовольствием, а она ответила мне взаимностью.
Парадоксально, но взаимность у нас с ней присутствовала практически во всем. Во всяком случае, я не могу припомнить хоть какого-либо вопроса, по которому мы бы существенно разошлись во мнениях. Нет, это не означает, что она полностью соглашалась со мной или я с ней, напротив, у каждого из нас присутствовал свой взгляд и на наши отношения, и на жизнь вокруг, но при этом мы умудрялись не иметь разногласий. Подобного мне не удавалось достичь больше ни с одним человеком, в том числе и со своей женой.
После окончания университета жизнь разбросала нас по разным странам и весям. Каждый делал свою карьеру. Я женился. Она вышла замуж и практически вскоре развелась. Время от времени наши дорожки пересекались на различных конференциях, форумах или во время командировок. В эти дни мы с ней снова становились близки, как когда-то. Как можно назвать такие отношения? Были ли мы любовниками? И да, и нет. Да, мы были близки. Но в наших отношениях не было какого-либо постоянства или регулярности. Были ли мы друзьями? Опять-таки, и да, и нет. Мы понимали друг друга без слов и чувствовали какое-то необъяснимое родство душ, когда были вместе. Мы были друг для друга открытой книгой, никаких задних мыслей, никаких недомолвок. Все было предельно честно и просто в наших отношениях...когда мы встречались. А это происходило с каждым разом все реже и реже. Последний раз это было пять лет назад...
Судя по фотографиям и телевидению, она все также стройна и изящна. Все та же чарующая улыбка. Добавилось некоторого лоска, которого не было раньше, и, пожалуй, сдержанности в одежде - результат работы имиджмейкеров. Она просто суперпопулярна в своей стране. Возглавляемая ею партия на недавних выборах получила абсолютное большинство голосов избирателей, и международное сообщество с ликованием восприняло ее победу. Надеялись, что она поведет угодную им политику, а она стала играть по своим правилам. Впрочем, иногда казалось, что у нее вовсе нет никаких правил - она управляла страной, как дышала, также легко и естественно.
Вопрос, который предстояло решить во время этой встречи, касался концессий на нефтяные месторождения. Вопрос очень даже неоднозначный для меня и для моей страны. Ей надо получить мое принципиальное согласие, а мне... Ах, как бы я хотел быть на ее месте! Ну, да ладно, посмотрим, как оно еще выйдет...
- Господин Президент, кортеж с г-жой Симпс уже на подъезде. Вам надо...
- Да, спасибо, иду...
Я предпочел встретить Лану Симпс в резиденции, вместо того, чтобы ехать с супругой в аэропорт. Откровенно, после всех этих публикаций, смакуюших факт моего знакомства с Ланой и прежних неформальных отношений с ней, мне очень не хотелось, чтобы камеры запечатлели нашу встречу. Почему-то я был уверен, что она будет держаться совершенно естественно и ничем не выдаст то, что должно остаться между нами. А вот за себя и за свою жену я не был столь безоговорочно спокоен. Нет, жена и слова мне пока по поводу Ланы не сказала, но невесть каким чувством я ощущал, как ей больно. И я не хотел, чтобы эта боль просквозила из ее глаз и стала достоянием папарацци. Но больше всего я боялся за себя, что, несмотря на многолетнюю выучку, не смогу скрыть чувства неловкости, когда на виду у всех стою рядом с супругой и встречаю другую женщину, не менее желанную. Поэтому на встречу Ланы откомандировал Савыча как Главу Кабмина, а сам остался дожидаться высокой гостьи в резиденции.
Встреча в резиденции - это совсем другое дело. Во всяком случае, для меня. Когда я неуверен в своем самообладании, всегда так поступаю. И применительно к этой ситуации, встреча с Ланой прошла без сучка и задоринки. Полностью были соблюдены все протокольные формальности, СМИ получили нужные им снимки, и я был вполне доволен собой.
После переговоров, пресс-конференции и официального ужина я вышел прогуляться по территории. Жена, сославшись на головную боль, отправилась спать, а Лана, наверное, пошла обсуждать с сопровождающими ее официальными лицами великолепные результаты их переговоров с нами. Лана продемонстрировала сегодня филигранное мастерство убеждения. То, как легко и грациозно она получила то, зачем приехала, не могло не восхищать! Такое блестящее умение вести переговоры я не наблюдал ни у одного мужчины - политика. А тут женщина, да еще такая интересная. И я уступил ей, по всем позициям, при том легко и без сожаления.
Раздумывая над итогами сегодняшней встречи, я невольно взглянул на окна гостевой части, где должна была размещаться Лана. Вопреки моим предположениям, я увидел ее одну, стоящую на балконе с бокалом вина в руке и задумчиво созерцающую звездное небо. Как же она была красива!
Внезапно нахлынувший поток воспоминаний о сладостных мгновениях нашей юности и бешеное желание пережить их вновь привели к тому, что через несколько минут я, запыхавшийся и раскрасневшийся, стоял на том же балконе рядом с ней.
- Боже мой, Грег! Ты, как всегда, великолепен в своей непредсказуемости! И такой взлохмаченный, словно, за тобой кто-то гонится.
- Еще как гонится! И гонит...
- И кто же эта сила, что способна так обращаться с самим главой государства?
- Воспоминания.
- Да? И часто ты вот так от них бегаешь? - Лана запрокинула голову и, слегка наморщив носик, засмеялась счастливым смехом. Таким знакомым и неповторимым. Она смеялась так, как смеются дети, легко, свободно и без оглядки на звания, положения и регалии. Да, предо мной стояла всё та же Лана - страсть моей юности, и я снова чувствовал себя влюбленным.
Движимый единственным желанием, я приблизился к ней вплотную и прижал к себе. Я вдыхал аромат ее волос, утопал в нем и растворялся. Растворялись все мои амбиции, моя значимость, мое эго... И уже никого не было в целом свете, кроме меня, ее и больших звезд, что ласкали нас своим мягким светом.
Я скользил рукой по ее спине, ощущая пальцами сквозь мягкую ткань одеяния изгиб ее позвоночника, и плавно спускался ниже. Ощутил знакомую упругость ягодиц. И как только ей удается ее сохранять все эти годы неизменной?
Я наклонился, стараясь нащупать губами ее губы, скользя по нежной коже ее щеки, и вдруг уперся во что-то. От неожиданности я открыл глаза и обнаружил, что это была Ланина ладошка, которой она прикрывала свои губы, не позволяя мне поцеловать ее.
- Ну, почему? - простонал я.
- Не надо, Грег, не надо. - В отличие от меня, она была спокойна как гладь озера в безветренную погоду.
- У тебя есть кто-то другой?
- Нет.
- Тогда почему ты отказываешь? Ведь раньше тебе это так нравилось. Или ты меня разлюбила?
- Нет, не разлюбила, хотя, наверное, не мешало бы. Просто раньше мы были частными лицами и отвечали только за себя. А сейчас степень ответственности другая... повышенная. И потом, раньше я не знала твою жену. А сейчас... нет, я не могу получать удовольствие, зная при этом, что кто-то от этого страдает...
- У тебя много было мужчин за эти годы?
- Что за идиотский вопрос? И за какие годы тебя интересует такая статистика? - Она опять рассмеялась легко и беззаботно.
- Простое любопытство. Не более. Можешь не отвечать, если не хочешь. Просто политик такого уровня как ты, и при этом такая красавица. Ведь не может же быть, чтобы...
- А, ты об этих газетных утках о нескончаемых романах! Какой ты забавный, Грег! Ты веришь в эту ерунду! - Она еще с минуту заливалась задорным смехом, а потом вдруг посерьезнела и прошептала заговорщески: "Можешь не верить, но с нашей последней встречи в Куала-Лумпуре у меня никого не было".
Я стоял как истукан с растерянным выражением лица. Моя правая рука по-прежнему лежала на Ланиной ягодице, словно приклеенная. А она стояла предо мной спокойная и невозмутимая и сообщала мне, что за последние пять лет я был единственным мужчиной в ее жизни.
- Скажи, Лана, а если бы тогда... раньше...ну, еще в университете... я сделал бы тебе предложение выйти за меня замуж, ты бы согласилась?
- Да. Тогда я бы сказала "да", не раздумывая...- она произнесла это так тихо, почти шепотом, и казалось, что слова ее исходили из сердца, как будто оно отстучало этот ответ. Я был готов провалиться сквозь землю, не зная, что делать. Наверное, почувствовав это, Лана воскликнула: "Теперь моя очередь спрашивать! А сколько у тебя было женщин, господин Президент? Ты ведь, если верить прессе, слывешь еще большим сердцеедом! Удивляюсь, и когда только ты работать успеваешь!"
- Перестань немедленно смеяться! Это же все неправда! - Ланино подтрунивание дало мне возможность прийти в себя.
- Да, ну! Вокруг столько женщин-политиков! В последние годы нашего полу прибыло! И сколькие из них твои?
- Да, какие это женщины! Мужики в женском гриме и не более!
- Чего-чего!?
- Ничего в них нет женственного. Ни от одной из них не веет женщиной. Одно название, что женщины. Не вызывают они у меня никакого желания и все.... Не то, что ты! Ты, вообще, единственная, с кем я когда-либо изменял жене. - Я попытался взять инициативу в свои руки, но моя попытка поцеловать Лану вновь была мягко и однозначно пресечена ею. С одной стороны, я был раздражен ее отказом, а с другой, понимал, что она заботится, прежде всего, о моей репутации.
Чтобы выправить неловкость ситуации, я перевел разговор в более нейтральную плоскость, а Лана поддержала. Мы проболтали с ней несколько часов как старые добрые друзья и разошлись уже почти под утро, совершенно спокойные и умиротворенные. Утром, после выполнения всех запланированных мероприятий, встреча на высшем уровне была завершена, и делегация во главе с Ланой Симпс отбыла.
В тот же день наша парламентская оппозиция набросилась на меня с обвинениями в намеренном провале переговоров. А на следующий день газеты опубликовали фотографию, где мы с Ланой стоим на балконе, моя рука лежит на ее ягодице, я целую ее, а она прикрывается ладошкой, говоря: "Вокруг столько женщин-политиков! В последние годы нашего полу прибыло! И сколькие из них твои?" А я ей отвечаю: "Да, какие это женщины! Мужики в женском гриме и не более! Ничего в них нет женственного. Ни от одной из них не веет женщиной. Одно название, что женщины. Не вызывают они у меня никакого желания и все.... Не то, что ты!"
В результате, партия женщин ополчилась на меня за женоненавистничество, правые - за чрезмерную похотливость, левые - за неумение противостоять женским чарам, и все вместе инициировали в Парламенте процедуру импичмента. Я предпочел не искушать судьбу и подал в отставку. А через месяц от меня ушла жена. После развода я поселился на небольшом острове в Атлантическом океане и, наконец, стал замечать мир вокруг себя, его многогранность и неповторимую красоту. Иногда восторг мироощущения выливается вдохновением на лист бумаги, и случаются стихи. Скоро выйдет мой первый сборник, который я посвящаю Лане.
После той встречи жизнь Ланы тоже изменилась, правда, не столь круто. Благодаря злопыхательству газетчиков, популярность ее возросла дальше некуда. На одном из приемов Лана встретила мужчину, который вскоре стал ее мужем. Она родила ему двух очаровательных близнецов, а сейчас ждет третьего ребенка. Она легко прошла на второй срок, и сейчас находится в декретном отпуске, который, по слухам, собирается провести на уединенном острове где-то в Атлантическом океане...

23.01.07

Cвидетельство о публикации 123857 © SunnyDay 10.03.07 15:45

Комментарии к произведению 1 (0)

Комментарий неавторизованного посетителя