Литобъединение: СлитоК уЛИТОк
Конкурс: Была война, которой мы не знали…
Дата: 24.07.14 14:25
Прочтений: 255
Средняя оценка: 10.00 (1)
Комментарии: 4 (3)
Выставить оценку
литобзору:
Не о войне, но о стихах, ч. 3 от
Да, конкурс о Первой мировой войне смахивал в некоторых своих частях на саму войну. Думаю, что благодаря конкурсу выяснилось, что Ту войну мы знаем мало, помним – так же. Это вовсе не плохо. Кому хочется помнить не лучшее дело рук и умов человеческих. Война – это смерть, даже, когда Мы побеждаем.
Теперь приступим к мирным (относительно) занятиям – чтению, восприятию, послевкусию и разбору стихов. Если авторы будут не согласны с моим мнением, могут переубеждать меня, с переменным успехом, до 30 июля. Оценки, думаю, выставить 29 июля. (Часть 3).
Рыскулов В.В.
Западный фронт, 1916
Ряды колючей проволоки,
Окопы в полный рост;
Убитых тащат волоком
На полевой погост.
Стократно перепахана
Снарядами земля,
Смешалась с трупным запахом
Душистость миндаля.
С пригорка бьют орудия
По линии бойцов –
Обычная прелюдия
К атаке храбрецов.
Свисток, штыков сверкание,
И новый батальон
Рывком в одно дыхание
Взбирается на склон.
Орудия заклёпаны
И сброшены в овраг,
Но силы их растрёпаны,
И напирает враг.
Отходят, пятясь, воины -
Бьёт «Виккерс» им вдогон –
Шеренгами нестройными
Подсчитывать урон.
Над ними кружат во́роны,
Выискивая дичь;
Разносят во все стороны
Победоносный клич.
Последний обзор начинается с необычного стихотворения. Когда я его прочла первый раз, у меня появилось странное ощущение, что стих не о наших солдатах. Прочла ещё, заглянула в комментарии – да, кажется, правильно поняла и пулемёт «Виккерс» бьёт со стороны Антанты.
Что же – со всех воюющих сторон солдаты не были виновны в войне и, естественно, стремились победить и тем самым закончить войну и, по возможности, вернуться домой невредимым.
Да стихотворение хорошее. Только строка – Но силы их растрёпаны – мне кажется не верной. Да, есть выражение – нас потрепали в этом бою, но не «растрепали». И ещё не внятно звучит - Шеренгами нестройными
Подсчитывать урон. – это как?
И последние четыре строки звучат двусмысленно. Да, победоносный клич на нашей стороне, но тогда наши войска ассоциируются с воʹронами, клюющими мёртвых.
Но подумать было над чем – это хорошо.
Эр Светлана
*****
Улица, аптека и фонарь,
и перчатка, брошенная кем-то,
в воздухе витает всюду гарь,
в комнатах дыхание абсента.
В новый мир глядит поэт уныло,
не нужны поэты революциям,
славятся убожество и сила,
от которых трудно увернуться.
Могут ли поэты ошибаться?
Замирает жизнь на грани выстрела.
А за ним шагают все двенадцать,
сквозь пургу, что кажется неистовой...
Что могу сказать? – Хорошее стихотворение, только оно не по теме…
Михайлин В.М.
Кавказский театр военных действий. Первая Мировая
Ведь юбилей же. С интересом
Театр посети, народ.
История играет пьесу
С названием Кавказский фронт
Пролог смешон и непонятен,
По гаваням Российским бьет
С позиций дальних неприятель-
Турецкий да немецкий флот
И после этакой побудки
Уже играют марши в такт
И героический и жуткий
Кроваво бурый первый акт
Что там Монтекки с Капулетти
Нет, те игрушки не про нас
Да, ждали кровники столетья
Чтоб разодрать в резне Кавказ
Смешались тюрки и славяне,
Грузин, аджар, надменный курд
И злополучные армяне,
Которых турки грабят, бьют.
Всех, истребляя понемногу…
Детей и женщин-то зачем?
Вдруг "арам" русские помогут?
А нет народа, нет проблем
Был акт второй - защита Вана
И третий акт, когда легко
Победной поступью Иваны
Вошли к Османам глубоко.
Всех действий помянуть не в силах...
Переходящие призы:
Селенья, земли и могилы
Без смысла, счёта, без слезы.
И нет конца у этой ленты,
Он в ближних видится годах
Гражданская и интервенты,
Фашисты, духи, Карабах …
Лучше бы ковчег Ноя остановился не на Кавказе, а где-нибудь в сторонке. Все твари (в библейском значении) были сначала по паре, потом размножились и возникли в такой тесноте разные проблемы, а их потомки расхлёбывают стратегически-этническую кашу. Вот, так как-то…
Людмила Тишаева
Забытый подвиг
Такой войны Земля ещё не знала -
Не реки - море крови на фронтах.
Поля боёв усеяны металлом,
Баллоны с едким газом ждут атак.
С блицкригом граф фон Шлиффен просчитался,
Идея "двух фронтов" трещит по швам.
В окопах пехотинец оказался,
Чтоб "кровным братом" стать тифозным вшам.
На западе наметилось затишье,
Немецкий штык направлен на восток -
Не удалось "позавтракать в Париже",
В России пообедать ганс готов.
Но преградила крепость путь германцам,
Что на реке Бобры возведена.
Уверен враг - у россиян нет шансов,
И через пару дней падёт она.
Ошибся немец - больше полугода
Держался осаждённый Осовец!
Не одолели русского народа
Ни хлорный газ, ни пушки, ни свинец.
На штурм бросают тысячи ландверов -
Победа долгожданная близка.
Но встали за Отечество и Веру
Пехотные Землянского полка.
Шли на врага из пекла шесть десятков
Кровоточащих язвами бойцов -
Бежал германец, лишь сверкали пятки...
Страшна была "атака мертвецов"!
Чётко, ясно, хорошо, героически.
Шли на врага из пекла шесть десятков
Кровоточащих язвами бойцов - - - Спасибо!
Тергалинский В.А.
Крепость Осовец
Защита крепости плацдарма Осовец,
Пятнадцатый шёл календарный год,
Чем этот город не герой и не боец?
Устроил мастерски противнику бойкот.
Германский кайзер тщетно ставил крест,
В желанье диком узел транспортный занять,
На Белосток, за ним и Вильнюс, Минск и Брест,
Осталось только эту крепость разменять.
И до России там уже недалеко,
Преграда – Осовец, букашкою дотошной,
И обойти никак: болото лишь одно,
Смеётся нам в лицо как будто бы нарочно.
Пора. Четыреста двадцатые калибры:
Большие Берты смотрят так взрывоопасно
На гарнизон, играющий со смертью в игры,
Глупцы узнают, что старания напрасны.
От русской крепости останется воронка,
Под крепким натиском осадных батарей,
Раздался первый залп пронзительно и звонко,
Эй! Русский выскочка, смотри, не захирей.
Приказ из штаба: оборону обеспечить
На двое суток, ну а там и враг отступит,
Приказ на то и есть приказ: нельзя перечить,
Неистово вражина по плацдарму лупит.
С аэропланов недруг сбрасывал снаряды,
Так безустанно: день и ночь, и день и ночь,
На час не утихали авиа удары,
Казалось временами, что уже невмочь.
Приказ исполнен: двое суток пролетели,
А враг всё продолжает крепость осаждать,
И тут уж к будням привыкай под артобстрелом,
Конца и края от бесчинства не видать.
Десятый канул день: час от часу не легче:
За залпом залп, всего семнадцать батарей,
Огнём закалка, русские бойцы всё крепче,
Закончился бы этот беспредел скорей.
Так месяц шёл. Настырный враг не отступает.
И вместо песни колыбельной взрыв гранат,
И автоматы хриплой очередью лают,
А, иногда сорвавши голос, мерзостно визжат.
Второй уж месяц обороны на подходе,
Сезон разменивает уж очередной,
И вместо петушиных криков на восходе,
Прокашлявшись, смеётся миномёт взрывной.
Полгода жизни под неистовой осадой,
Ах, сколько же погибло стойких земляков?
Подкатывает к горлу горькая досада
За молодых бойцов, не знавшие оков.
Конечно же, сказать спасибо надо тылу
За то, что подвозил украдкой по ночам
Боеприпасы, ожиревши от тротила,
Обозы с провиантом и по мелочам.
Но хитрый кайзер обозначил чёрный день:
Шестое августа пятнадцатого года.
Атака газовая. Осовец – мишень.
И вот химическая началась охота.
Аж, тридцать газовых собрали батарей
И тысяч несколько баллонов с химикатом,
Чтоб проучить засевших крепко дикарей,
Чтоб проучить, так проучить, и вот: «Атака».
Поплыл густой туман из смеси хлора с бромом,
Пропитывая желчным ядом всё вокруг,
Окутавши деревьев зелень мёртвым дрёмом,
И начал замыкаться смерти прочный круг.
Трава чернея, сонно полегла на землю,
Пожухшая листва деревьев опадала,
Слова прощанья, прошептав, травинка стеблю:
Так потихонечку природа увядала.
Захлёбывались горьким кашлем наши парни,
Для тех, кто послабее – благостный покой,
Да и теперь уже не крепость – кочегарня,
Удавом смрадным заползал туман густой.
И снова артобстрелы без предупрежденья
Со всех орудий, чтобы русским не скучать,
Затем семь тысяч пехотинцев в наступленье
Шли плотными цепями, чтобы крепость брать.
Когда германцы уж приблизились к окопам,
Обрушилась атака русского полка,
Ударив из последних сил по ксенофобам,
Чтоб проучить противника наверняка.
А немцы цепью шли уверенно к победе,
А тут сопротивленье, как же это так?
И ринулись назад, попав в свои же сети:
Колючей проволоки по фронту перетяг.
И повисая в панике на огражденьях,
Что сами мастерили как загон скоту,
Трусливо отступая из чужих владений,
Туман, отравленный глотая на бегу.
А русские солдаты, выдержав осаду,
Хоть численность была их больше полу ста,
Защитникам страны есть лучшая награда –
Честь Родины. Спокойно спите города.
Начинается стих с десяти сложной строки, затем не упорядочено чередуются 12 и 13-ти сложные строки.
Чем этот город не герой и не боец?
Устроил мастерски противнику бойкот – такого не может быть. Бойкот – прекращение отношений, а война – это опасные и гибельное, но отношения.
Преграда – Осовец, букашкою дотошной,
И обойти никак: болото лишь одно,
Смеётся нам в лицо как будто бы нарочно. - к эти трём строчкам надо писать разбор на пол страницы или больше листа А4.
Большие Берты смотрят так взрывоопасно – никогда не видела взрывоопасного взгляда и не могу представить каким он может быть. И так далее и далее разбирать…
Я уважаю желание автора написать стих о Первой мировой войне, но …
Не получился стих, над материалом надо ещё долго трудиться – может быть, результат труда будет хорошим.
Ворошилов Сергей
На речке Бзуре
Был ветхим прадед
в дни Великой
войны,
но ясен головой.
В тылу он вспоминал про дикий
денек из Первой мировой:
«Четырнадцатый.
Речка Бзура.
Сражались мы за важный мост.
На нас колбасники, как дуры,
ломились нагло, в полный рост.
Их пулей били и снарядом.
Краснея, пенилась вода.
Но перла, будто на параде,
на нас немецкая орда.
Да что они, другого сорта?
Не фарш для лающих машин?!
В окоп свалился
красномордый,
подмял меня и стал душить.
Мне не забыть
свой хриплый голос,
чужой, как будто с высоты,
и жилки пульс на бритом горле,
куда я ткнул,
слабея,
штык,
и липкой крови рвотный запах,
и собственный визгливый мат,
и бездну неба в душных лапах...
Но в лоб мой
мчащийся приклад
поставил точку.
На морозе
был перебит тогда наш полк.
Меня и тех, кто был в обозе,
погнали в плен.
Я, словно волк,
в шинели рваной и в обмотках
трусил по сорок верст на дню
и думал,
как же я сироткой
жену, которую люблю,
оставлю…
Дудки!
Сбег в итоге!
Не порвалась кровинки нить.
Живите же, молясь о Боге,
решившем род наш сохранить".
Хорошее стихотворение, интересно построено, но…
По-моему, во фразе - Речка Бзура. – должно быть - река, иначе ударение стоит не там, где надо. А вот это строка - и бездну неба в душных лапах... - у меня не прочитывается, хотя меня, как-то раз, пытались придушить (чест. слово).).
Семенова В.В.
Власть войны
Сошлись штыки и грянул гром
Над своенравием держав.
Здесь каждый бьёт своим кнутом,
Не разобрав — кто виноват.
Подняв Европу на дыбы
И расколов весь мир на части,
Под залпом вражеской стрельбы
Бросают жребий на всевластье.
Не защитив своих земель,
Монархи рвутся на отмщенье,
Чтоб в сотнях, тысячах потерь
Увековечить пораженье.
В глаза взглянув своим врагам,
Они гласят войны начало,
Стремясь пройти по головам,
Развеев пеплище зерцала.
В слепой борьбе имперских сил
Под алым знаменем Антанты,
Топча Союзный пласт могил,
За власть на смерть пошли солдаты.
Разберём первые четыре строки:
Сошлись штыки и грянул гром
Над своенравием держав.
Здесь каждый бьёт своим кнутом,
Не разобрав — кто виноват. – Если сошлись в бою только штыки, то греметь в битве нечему, а стоны раненых на гром не похожи. Что значат третья и четвёртая строки, я совсем не могу понять. Стих рифмованный, но 1-я и 3-я строки могут не рифмоваться, а 2-я и 4-я должны рифмоваться обязательно. Однако, слова «держав» и «виноват» - не рифмуются.
Дальше все рифмы есть, но в образах стиха, признаюсь, не разобралась.
Виктория Бурцева
Марсель Пля, внук Ильи Муромца
Гремел военный год шестнадцатый -
Тогда, безденежью назло,
Мужала наша авиация
И становилась на крыло.
На крутизне подъёма общего
Сикорский окрестил не зря
Тяжелые бомбардировщики
В честь русского богатыря.
Однажды осенью направили
Корреспондентов "Огонька"
По всем военным строгим правилам
Взять интервью у смельчака -
У негритёнка говорливого;
(С берёзками запечатлив,
Мечтал фотограф с негативами
Не перепутать позитив!)
Хоть роду-племени заморского,
Но речью и смекалкой - наш,
Среди сподвижников Сикорского
Весьма занятный персонаж:
Кухаркин отпрыск, с русской венчаный,
А ныне - унтер-офицер,
Наградами не раз отмеченный
Георгиевский кавалер.
Когда лишился управления
Биплан, расстрелянный в упор,
Он продолжал чинить в падении
Бомбардировщика мотор.
Обязан жизнью экипаж ему -
Он понимал машины суть,
И это помогло до нашего
Аэродрома дотянуть.
И вновь не выдал глаз намётанный
В другом бою, в другой заход:
Из хвостового пулемёта он
Подбил германский самолёт.
А после, словно чётки горсткою
Перебирая жизнь свою,
Он чётко изложил Сикорскому
Всё, что не сладилось в бою.
Богатырям делами дивными
Те авиаторы сродни -
Порою, неисповедимыми
Путями двигались они.
Былинною закваской нации
Всем революциям назло
Крепчали с русской авиацией
И становились на крыло.
Тема интересная. Замечаний не много, но – насколько я видела, чётки держат в горсти, а перебирают пальцами. Не знаю, на сколько оправдано употребление в стихе «тяжело» построенных предложений, но как-то у меня эта тяжесть ассоциируется с Ильёй Муромцем.)).
Алёна Подобед
ПЛ «Фельдмаршал граф Шереметьев» (типа Миноносец № 140) «Кета»
Была та самая «Кета»,
По слухам, лучшею на свете
От переборок до винта.
Вложился знатно Шереметев.
Под гордым именем его
Служил подводный миноносец,
Но две войны, из года в год,
Он прозябал в анабиозе.
Не раз грозили марш-броском,
Кому-то ж надо ставить мины!
Но прикрутили перископ
И приписали к субмаринам.
Неуловима, как мечта,
И вездесуща, как мурена,
Была та сама «Кета».
Не знала вражеского плена.
Владивосток и Петроград
Хранила, обходя дозором.
И самурай, и немчура
Бежали от нее с позором.
Так грезил, лежа на боку,
Перелицованный «Фельдмаршал»
И представлялось старику,
Что он, всесилен и бесстрашен,
Под новым именем «Кета»,
Воюет в гуще революций!
Металл скрежещет о металл,
Кипит вода, торпеды рвутся!
Фантазии прервал потоп.
Как вспоминали водолазы,
Спасли утопленницу, чтоб,
Шутя, разрезать на баркасы.
Но, говорят, что тень ее
Неотвратима и сурова
И в наши дни водицу льет
На те баркасы в Комарово...
Итак: один раз пропадает рифма и несколько нечётко изложены события
Под гордым именем его
Служил подводный миноносец,
Но две войны, из года в год,
Он прозябал в анабиозе. – так Да или Нет? Лучше бы описать события в двух разных катренах. Посмотрела информацию, разобралась: миноносец НЕ каждый год участвовал в сражениях с Японией и НЕ каждый год в сражениях Первой мировой.
Ещё:
Так грезил, лежа на боку, - по-моему, грезят о том, что может быть, а о том, что было – вспоминают. А если он грезил о будущем, то всё же не мог знать ни о революции, ни о том, что его переименуют.
Спасибо, получила много новых знаний!)).
В умиротворённом настроении заканчиваю третий обзор.
Всем надежды на лучшее.