Меню сайта
Логин:
Пароль:
Напомнить пароль
Литобъединение: Соавторы Великих
Конкурс: Конкурс необстрелянных
Дата: 17.01.10 17:55
Прочтений: 249
Средняя оценка: 10.00 (5)
Комментарии: 4 (0)
Выставить оценку
литобзору:
Обзор от судьи Елены Рышковой. Часть 2 (стихи 31-59)
Обзор от Елены Рышковой. Часть 2. 31-59



Nеw Espresso - три в одном:
Кофе, секс, развод, - все в нем.
Мини, мани - "прáблем но",
Маши, Вани - все равно:

Все в бикини,
Все в витрине.
Подают тебе в кафе
Нынче боги
И богини.
Все клиенты подшофе.

Всё - свобода!
(Та, что в гимне.)
Ты бы так хотел?
Не лги мне!

Мебель, стены, двери - в штофе,
В уши - стон, как на голгофе:
Мир стремится к катастрофе,
Запасайте, люди, гофер...

Невнятный текст, похожий на выкрики разбушевавшегося человека после застолья.
ЛГ изо всех сил пытается напугать читателя. То ли вселенской катастрофой, то ли падением нравов.
Драматургия такого поведения неясна, образ ЛГ остаётся за рамками стиха.
Создаётся впечатление, что это просто выплеск эмоций, не прошедший никакой литературной обработки.





Нитка за ниткой, и сердце опутано, связано,
Как Гулливер был когда-то пленён лилипутами.
Что ж за открытость, доверчивость так я наказана?
Сердце болит, туго стянуто тонкими путами...

Больно врезаются нити, и кровь проступает,
Ты от души их стянуть постарался, любимый.
Воздух для жизни по капельке мне отмеряет…
Я существую, тобой ежечасно казнима.

Вырваться сил не хватает и смелости, видно,
Ты, устранившись, жалеешь меня лицемерно
И на агонию издали смотришь бесстыдно.
Я умираю. Мучительно, медленно, верно.

Знал ведь, что я не нужна тебе, в самом начале.
Так для чего же тогда эти прочные путы?
Нет журавля, так хотя бы синицу связали?
Вдруг пригодится в тяжёлую жизни минуту.

А у синицы, представь себе!- тоже есть сердце,
И, как в терновнике, кровью оно истекает.
Радо бы, да не умеет бронёю одеться,
С песней последнею в смертной тоске замирает.

Очень театрально и патетично. Но не верю ни одному слову.
Я знаю записку самоубийцы, где женщина прощается с мужем, говорит, что любила только его,
просит поберечь детей и забрать платья из химчистки. Вот этому верю.
А тут слишком много крови, боли, смерти и прочего. Так не умирают.
Посоветую автору писать проще, нечасто использовать глагольные рифмы
и отказаться от жанра мелодрамы. Он чрезвычайно трудный для неискушенного автора.





Когда опять вернемся мы на небо,
Блаженно ввысь душою воспарив,
Растает сном вся жизнь – и быль, и небыль,
Случайным "вдруг" сомненья разделив:
Вдруг ангел светлый встретит там в объятья,
Укутав пухом белых облаков,
Рассеяв зло, что над душой проклятьем
Росло, питаясь множеством грехов;

Иль демон страшный в злобном ожидании
Кровавым оком истово сверкнет,
Желая с жертвой сладкого свиданья,
И трубным ревом в бездну призовет.

Но есть Судья – великий, мудрый, строгий:
Постигнув суть и взвесив правду-ложь,
Избрав душе всего одну дорогу, –
К вратам направит, где свой мир найдешь…

Очень слабый стих с множеством стилистических и синтаксических ошибок.
„Вдруг ангел светлый встретит там в объятья“ – следует писать „встретит объятьями“, либо „примет в объятья“,
„Блаженно ввысь душою воспарив“ – высокопарно, 4 „в“ подряд, прямо завывание какое-то, смысл неясен,
так как после смерти возносятся, но не воспаряют.
Воспаряют в мечтаниях.
„Иль демон страшный в злобном ожидании“ – почему в злобном?
Словом, стих напоминает ярмарочный балаган с размалеванными куклами.





Ночь..луна..
и звёзды дышат
тайной пустоты.
Вкус вина..
дыханье ближе..
взгляды..как мосты..

Эта страсть
наполнит сердце
нежной теплотой.
"Козырь в масть..
играю терцем..
банк совсем пустой.."

Я не знаю,
что случилось?
Где игра?Где жизнь?
Оживаю!..
Заблудилась..
Поцелуй продлись!

Звёзды..ночь
и рыжий месяц
мартовским котом,
скачет прочь
в созвездье лестниц,
помахав хвостом.

Я в бреду,
не знаю даже,
Явь ли это?Сон?
Я не жду..
ответ не важен..
ты..почти..прощён…

Слов не надо,
как награду
заберу себе:
бездну взгляда,
губ прохладу,
и прощу тебе…

Неорганично использована в стихе карточная тема и терминология.
Не ясна драматургия события. За что прощать партнера? За поцелуй или проигрыш в картах?
Оба предположения совершенно равноценны, так как автор не даёт читателю никаких объяснений.
Отнесение образа к мартовскому коту сразу же вызывает соответствующую аллюзию у читателя.
Следует сказать, что большинство конкурсных стихов страдает слабой образностью
даже в том случае, когда ритмика и рифма /хотя бы и банальная/, но существуют.
Стих состоит не только из простейших технических приёмов. Он, по моему мнению, должен удивлять читателя.
В хорошем смысле этого слова.
Быть неожиданным по образу, использовать сложные формы переносов, либо так подавать мысль, чтобы она была афористичной.
„Нам не дано предугадать, чем слово наше отзовется,
но нам сочувствие даётся, как нам даётся благодать“
Вот это то, что я подразумеваю под афористичностью подачи мысли.





Ослабший кот лоялен к мыши,
В усах остатки творога.
Он сделал вид, что Вас не слышит
И Вы ему не дорогА.

Его глаза скупы и сухи,
Он будто с Вами незнаком,
И безнаказанные мухи
Гуляют в миске с молоком.

Он отомстит Вам ночью в тапки,
Свободный и ревнивый кот,
Зачем Вы были так бестактны:
От Вас собаками несёт.

Прочла стих и в конце искренне улыбнулась. Автору удалось меня развеселить. Он достаточно наблюдателен и знает толк в котах.
Один из авторских просчётов, это - „ослабший“.
Определение ничем не объяснено и не подтверждается развитием событий.
Второй просчет, это „Его глаза скупы и сухи“. Скупые кошачьи глаза, это чересчур.
Читатель понимает, конечно, подтекст стиха, но, как хорошему актёру, стиху следует до конца оставаться в образе.





Годы идут, они стареют
И выживают, как умеют,
Но чаще все же умирают,
Чудес на свете не бывает,

Тут, знаешь ли, без вариантов,
Праздничных лент и аксельбантов,
Люди тихонько умирают,
Чудес на свете не бывает.

Это чрезвычайно слабый текст.
И по мысли, и по технике он не может претендовать на звание стиха. Поэтому я его не рассматриваю.





Я разрéзал кусачками Слово
и увидел сокрытые соты,
Из которых, запачканный мёдом,
покатился созвучий горох.
И в груди (из-за осени что ли?)
завертелось сезонное что-то –
Это призм шестигранных и липких
ошмелевший, воспрянувший бог.

Что же, с богом! – снаряд насекомых
грудь размазал, как выстрел базуки,
По стесняющей старой футболке –
древнегреческий красный нектар.

Я заснул под повисшие возле
перепончатокрылые звуки,
Подключив состояние бога,
чтобы сбить человеческий жар.


Должна сказать, что первая часть стиха мне понравилась.
Вот она:

Я разрéзал кусачками Слово
и увидел сокрытые соты,
Из которых, запачканный мёдом,
покатился созвучий горох.
И в груди (из-за осени что ли?)
завертелось сезонное что-то –
Это призм шестигранных и липких
ошмелевший, воспрянувший бог.


Всё остальное упало, захлебнулось, сникло.
Очень понравился „ошмелевший бог“.
Но, вот всё последующее не идёт ни в какое сравнение с началом.
Не поняла, следующие строки. Ни по логике следования, ни по образу.

„снаряд насекомых
грудь размазал, как выстрел базуки,
По стесняющей старой футболке –
древнегреческий красный нектар“

Иными словами, снаряд насекомых размазал грудь ЛГ по футболке красным нектаром.
Кровью, мёдом?
Действие, с одной стороны, реально, с другой стороны невозможно.
Пчелы до крови не кусают. А переносного образа не возникает.
Тире не снимает неопределенности, более того – увеличивает её, так как можно предположить,
что древнегреческий красный нектар относится, как к снаряду насекомых, так и к результатам действия базуки.
Неопределенность возникает из-за двойного образа.
С одной стороны автор приравнивает стихотворные созвучия гороху, сыплющемуся из сот. Уже это достаточно приблизительный образ.
Лучше бы – пчелам. И более образно и ядовито.
То есть, в душе жил бог этих словесных пчел. Согласна. Только горох – лишний образ.
Затем что-то происходит. То ли бог прорывается изнутри к своим подопечным, то ли они врываются к нему в грудь.
Ладно, принято. Кровь тоже не в образ. Лучше бы яд. И пчелам и богу ближе.
А заключительные строки вообще повисли в воздухе и драматургия, так мощно зачатая вначале, испарилась, уснула в гамаке после чая с медком.
Я понимаю, что автор вправе использовать разные образы, как ему заблагорассудится.
Иногда столкновение двух противоположностей рождает искру.
И точного рецепта, как это сделать, увы, нет, но результат, то есть стих, можно читать и слушать отзвук в душе.
И если он возникает, тогда для меня стих состоялся.
Повторяю, для меня, как читателя, потому что читатель его со-творец.





Я равнодушен к жизни, меня волнует смерть.
Лишь в ней "Начало" и "Конец" едины.
Господь... свои посмертные "смотрины"
Душе устраивает --- жить... или гореть
И на весы кладёт две половины.

Здесь суд не праздный --- на весы ложатся
Грехи, что в своей жизни накопил.
В другую чашу --- что смогло остаться
Хорошего в тебе... , то... , чем ты Богу мил.

И сам ты видишь то, что нет обмана --
Добро и зло здесь на весах судьбы.
Застыли в ожидании... Возмездие и Кара,
Они то точно знают --- грешен Ты !

Но что за Чудо ! Вверх взлетела чаша !
С грехами ! Что же положил
Господь на чашу с добрыми делами ?
Мою любовь !? Я счастлив, что любил !

Моя любовь спасла меня от Ада
И благодарен я судьбе своей.
Любовь моя... была мне, как награда
В холодном сумраке безумных дней.
- - - - - - - -
Я не оправдываюсь... .
Да... , греховно и бездарно
Я Жизнь, дарованную Господом, прожил,
Но счастлив я,
/Хоть слышать приговор мне странно,/
Оправдан я ... ! Ведь я ЛЮБИЛ!

Стих высокопарный, неискренний, полон красивостей и ложных философствований. Чего стоит начало!
Не верю ни одному слову.
Что касается технического исполнения, то отвращение к идеологическому наполнению заслоняет от меня всё иное в этом тексте.
Но, даже если насильно присмотреться, то сразу же выплывают банальные, вымученные рифмы:
„накопил-мил“, „обмана-кара“, „ада-награда“, „своей-дней“ и такое прочее.
Бесконечное повторение восклицательных и вопросительных знаков, заглавные буквы для выделения важных автору значений,
невероятная высокопарность слога.

Я умолкаю без сил.





Из неопрятной суеты
Осенней ночи
Врывались в призрачные сны
Деревьев клочья.

Теснились сумрачной гурьбой
Склонялись к окнам,
Стегали чёрною листвой
По мокрым стёклам.
И неумолчный этот шум
Рождал смятенье
Из полуночных горьких дум,
И слёз кипенье.

Скользили на пол простыни
В тревожных танцах,
В извечных поисках вины,
Не данных шансах.

Попытка перепева Пастернака. Настолько явная, что даже грустно.
И ритм, и образ всё вторично. А заключительные строки – просто римейк.
Говорить мне не о чем.





не сон, а явь, я волка встретил
я был доверчив, не заметил –
как сбросил шерсть овцы паршивой
сейчас не друг, а волк смотрел
с тупою злобою рычал!
из пасти капала слюна
подобно слизи ядовитой
от ужаса я не кричал
я вдруг, как будто, онемел
и отвернулся. я горел
горел и плавился тоскою
прыжок! и за моей спиною –
палач мой. друг. он сзади в шею
вонзил с урчанием клыки
а я не мог поверить – ты?
под шерстью вздыбленной, седой
играют мышцы, мне с тобой
не совладать, не одолею
на землю пал и в ребрах боль
дыханье сбито. я слабею…
в ушах, как эхо – жуткий вой
но, все же, сбросил я тебя!
подняться смог. и для меня,
что ты мне говорил тогда,
о том, что братья – все слова
все ложь! я их уже забыл
мне все равно: ты – есть, ты – был…

Образный строй стиха понятен. Старый друг оказался врагом, но ЛГ сумел от него освободиться.
Кстати, драматургия стиха достаточно проработана от начала до конца.
И нерв напряженный есть, и энергия в тексте присутствует.
Плохо только, что автор слабо владеет техникой стиха.
Автору нужно бы проработать стих с опытным советником. Буквально построчно.
Найти сбои и ошибки и выровнять текст до хорошего произведения.
Это большая и долгая работа. И я не могу в данном обзоре уделить автору бездну времени.
Но, мне кажется, что внутренние силы текста того стоят.





Свирель весны наш освежает ум!
Капелью сны – иди от мрачных дум!
В.Скотт, перевод Г. Шмакова

Догорая, торфом пахнут угли,
Ароматом терпким нас дурманя,
Колдовскими, резкими тенями,
Темнотой, пронзительной и смуглой.
Неизбежность – осень снова с нами,
Моросит капелью – злыми снами,
Дорогая, торфом пахнут угли…

Невесома горечь торфа в виски,
Маслянистом, словно сон осенний,
Догорая, свечи дразнят тени,
Уходя бесшумно, по-английски,
Обернешься, стоя на ступенях,
Обернешься смутным привиденьем,
Невесомым, словно горечь виски
Снов капель – как прошлого записки,
Привиденьем смутным промелькнули,
Ты ушла бесшумно, по-английски,
В темноте, пронзительной и смуглой,
Невесома горечь торфа в виски,
Догорая, торфом пахнут угли…

Хорошая зарисовка.
Интересная схема рифмовки „аввавва“ говорит о том, что автор умеет управлять своим даром или, учится это делать.
Обычно все сложности стихосложения испытывают вначале пути. Только потом приходит умение говорить просто.
Настроение стиха выверено и подходит для такой необычной схемы рифмовки как подходит волынка к шерстяной юбке
шотландского аристократа.
Стих красив красотой завершенного произведения.
Хорошо обыграны цвета, запахи и звуки.
В эту игру органично встраивается легкая, горчащая грусть по ушедшей любимой.
У этой грусти медовый цвет шотландского виски.
Думаю, что стих, это удача автора.





Плебисцит не на этот случай.
И забудь про римское право.
Уходи, наконец, не мучай.
Дверь - направо.

Воевать? На скалистый остров?
Сил не хватит. Плыви обратно.
Что случилось - случилось. Просто
И понятно.

Для другого - цветущим садом...
Я не рукопись, чтобы править.
Невозможно костром гранату
Переплавить.

Да, другой есть Король на свете -
Так же плачет, смеётся, дышит.
И притом - не звонит, не едет.
И не слышит...

Стих понравился обнаженным нервом переживания.
Вот эти строки считаю недоработанными.

Для другого - цветущим садом...
Я не рукопись, чтобы править.
Невозможно костром гранату
Переплавить.

Неясна причинно-следственная связь. Первая строка – всхлип, но смутный.
Последующие строки ничего не добавляют и не отнимают. Просто перечисление действий.
Несвязанных ни образом, ни действием.
Про гранату понравилось. Вот этот образ бы и рассмотреть поближе.





В вышине, томно плавясь от зноя,
Распугав белокрылые сны,
Ветер тянется зыбкой рукою
К волосам одинокой луны.

Когда медные звуки взовьются,
Когда я потеряю ключи -
В небе маковом встречу безумство,
И ко мне подлетят трубачи

Им ни двери, ни окна не нужны,
Облака, что родная земля,
Млечный путь им корабль жемчужный,
Южный крест - капитан корабля.

Под ногами истлевшие дали,
Там снуют бесполезные дни,
Я сегодня стою за штурвалом,
Трубачи зажигают огни,
Всегда зажигают огни.


Томная романтика макового сна.
Много красивостей, но нет интересного образа.
Вообще образ рассыпается на отдельные мазки.
Начну сначала
„ В вышине, томно плавясь от зноя“
– лучше бы не томно, а тёмно, тогда возникает образ ночи, иначе сразу же возникает образ полдня, жаркого и душного.
О каких медных звуках идёт речь. Откуда они во второй строфе.
От чего ключи?
„В небе маковом встречу безумство“
– понимаю, что „маковый“ в данном контексте – черный.
Но вместе с предыдущими строками и с безумством возникает образ макового наркотического сна.
Да и последующее вносит лишь уверенность в таком предположении.

Вот это понравилось

„Ветер тянется зыбкой рукою
К волосам одинокой луны“

Эти две строки стоят всего стиха. Всё остальное лишнее.





Доказывать никому не нужно,
Где вы правы, а где и нет.
Не будем, притаясь, тайком подслушивать,
Ведь в сплетнях капли правды нет.
Кто хочет осудить, всегда осудит,
Подставив ножку на пути.
И тихо козни строить будет,
Корысть горит в его груди.

Корысть сжигает и без смысла,
Вас враг осудит. Да и пусть!
Чужой поклёп, чужие мысли
Не осквернят души заветный путь.

Доказывать никому не нужно,
Вы правы лишь в глазах друзей.
Заложник лжи вступает, не подумав,
В борьбе за правду, в кузницу страстей.

А в кузнице страстей ведь нету правды,
Там гнев слепит, подлянок целый рой.
И вспомнится премудрейшая фраза:
«Чем дальше в лес, тем больше дров».

Вы правы и душа в покое,
На совести нет груза, нету тьмы.
Доказывать без смысла? Что такое?!
Зачем? Вы пред своею совестью чисты.

Очень слабый стих. Техника хромает по всем статьям. Сбои ритма просто невероятные.
Очевидно, что автору следует ознакомиться хотя бы с началами стихосложения.
Что касается идеи стиха, то это попытка сказать умные мысли.





На берегу Эллады легендарной,
Где камни древние молчат о вечном –
О славе Греции, о войнах, о победах.
Где зарождались мифы о Героях,
Сквозь дымку зыбкую тысячелетий
Я вдруг увидел прошлого картины…
Здесь под платаном на исходе дня
Божественный Гомер читал свои поэмы
И верный ученик его с восторгом
Записывал слова Великого Поэта -
О странствиях далеких Одиссея,
О пламенной любви Елены и Париса,
О подвигах могучего Ахилла
И о падении непокорной Трои.
Здесь в окружении пленительных подружек
Из пены волн являлась Афродита
И озаряла мир своим сияньем,
Всех, ослепляя дивной красотою.
И тут же я услышал звуки лиры
И мне казалось, что сама богиня
Коснулась струн прекрасною рукою…
И зазвучала музыка сиртаки,
И греки, взявшись за руки, плясали
Красивый танец о любви и счастье…
Но пелена рассеялась внезапно
И только звуки лиры все звучали.
Вдруг появилась Муза и тот час же
Перо мое скользнуло по бумаге.
О Древней Греции сложил я эту Оду.

Это не ода, это пересказ Гомеровской истории по памяти.
Той, что осталась от школы.
Однако у автора хорошо развито чувство ритма.
Пожалуй, это всё, что я могу сказать.





Здравствуй, приятель пес!
Старый и верный друг,
Как ты? Я вот замерз
От человечьих вьюг…
Хватит вертеть хвостом,
Носом искать ладонь,
Пойдем-ка гулять, потом
Вернемся, и звезд огонь
Перенесем к свечам…
Потрескивая, они -
Спасение тем ночам,
В которые наши дни
Перетекают так
Мгновенно, иль не спеша
Для всех… Для людей… собак…
Для тех, в ком жива душа…
Взгрустнулось… Ты уж прости.
Ну, где поводок там твой,
Опять забыл принести?
Я сам найду, Бог с тобой.
Иду я уже… Иду!
Нас ждет твой любимый парк,
Как первую ждет звезду
Вечерний осенний мрак.
Но, будут гореть огни
Свечей на моем столе.
Нет, милый друг, не одни
С тобою мы на Земле…


„Дай, Джим, на счастье лапу мне“ – помните?
После этого, пожалуй, уже никакие слова не нужны. И невозможны.
Конечно, автор не собирался соперничать с Есениным, но вторичность стиха налицо.

Понравилось вот это

„Как ты? Я вот замерз
От человечьих вьюг…“

И заключительные строки

„Нет, милый друг, не одни
С тобою мы на Земле…“

Правда, первое и второе как-то противоречат друг другу. Вы не находите?
Впрочем, стих подкупает искренностью. Это несомненное его достоинство.





Полоскою от складки и до складки
Вписался в плиссировку жизни день.
Вновь смыслов, мыслей, домыслов плетень –
Жизнь так и не приблизилась к разгадке.

Характер не поднялся на дыбы
И все такой же ровный, тихий, гладкий,
Кричать не научилась - как-то гадко…
А надо бы... наверно, надо бы...

Печальным «бы» сыграет саксофон
«Вчерашний», неудавшийся фрагмент,
Свободы одиночества момент
Проглотит заоконный шумный фон.

Сквозь форточку вливаюсь в этот шум
Качельным скрипом, птичьим щебетаньем,
Собачьим лаем и колес шептаньем...
Но снег хрустит и отрезвляет ум.

Прицельно погружая стопы ног
В проделанные кем-то углубленья,
Вновь упущу момент следотворенья.
День только начался... и эпилог.

И вот уже, до струн души так падки,
Закатные играются лучи.
Уходит день, звенят его ключи.
Жизнь так и не приблизилась к разгадке.

Скучный стих. Напоминает музыкальные гаммы.
Вот эта строфа наиболее четко выражает его идеологию и настроение:

Прицельно погружая стопы ног
В проделанные кем-то углубленья,
Вновь упущу момент следотворенья.
День только начался... и эпилог.

Много вывертов, искусственности, если не сказать надуманности. За этим гаснет чувство.
Читать такие стихи для меня истинное мучение. Всегда кажется, что автор делает одолжение тем, что пишет.
Кроме того, пытаясь всеми силами украсить стих, автор впадает в невнятный лепет.
О чем вот это:

„И вот уже, до струн души так падки,
Закатные играются лучи“
Эта фраза неправильна и в смысловом, и в синтаксическом смысле.
Лучи не могут играться. Они могут играть.
Возвратный глагол „играться“ подразумевает указание предмета игры „играться с…“.
И почему закатные лучи падки до струн души?
Следующие строки ничуть не лучше:
„ Свободы одиночества момент
Проглотит заоконный шумный фон“

Стих предоставляет широкое поле для умной пародии. Чего стоят следующие строки

„ Сквозь форточку вливаюсь в этот шум
Качельным скрипом, птичьим щебетаньем,
Собачьим лаем и колес шептаньем...
Но снег хрустит и отрезвляет ум.“

Или

„Характер не поднялся на дыбы“

Пожалуй, действительно читателю следует отрезветь и прекратить чтение.





Где соль, где раны…
Может там, где скрыть пытаешься сознанье.
Из за чего страдая сам,
Ведёшь публичное изгнанье.
Какой слезой украсить путь стремишься.
Поведать мне, как ты был глуп,
Когда в меня решил влюбиться.
Как тяжело тебе пришлось,
Бороться в основном с собою.
И тайно верить, -
Навсегда останусь с раненой душою.
Решить за всех опять спешишь.
Нет, нет. Теперь уж не хочу…
Пусть будет бытие в аду,
Чем
Чем вновь те розы, но с шипами…

Слабый стих. Основа- любовная рефлексия. Образ не создан.
Захлёбывающийся, смутный тон письма напоминает вскрики, всхлипы в подушку.
Не проработана ни драматургия события, ни его эмоциональная подоплека.
Что там произошло между героями, почему и как совершенно неясно. Поэтому не вызывает никакого сочувствия.
Автору нужно сначала понять, что же он хочет сказать.
Ведь мысль стиха, при любых поэтических правилах остаётся одним из главнейших показателей зрелости произведения.
Этот стих находится в подростковом, переходном возрасте.





Тихо в спальне теплится лампадка,
Крохотен, неярок огонёк,
И молитвы скомканы и кратки,
Сердцу не понять и невдомёк,

Отчего торопится хозяйка,
Почему дрожит ее рука,
И зачем душа её, как чайка,
В думах вся, взлетела в облака,

И оттуда на весь мир взглянула,
На притихший и угрюмый лес,
На звезду, что лишь на миг сверкнула,
Камнем быстро падая с небес,

Прочь из клетки. Как полёт синицы,
Сгоряча, случайно, невзначай,
Слово вылетает, словно птица,
С поворотом гордого плеча,

И поймать его уж невозможно,
Рушится от слова замка твердь,
Быстро, и всегда неосторожно,
Чувства обрывает только смерть,

Расставанье – часто боль и мука,
Словно по-живому, и сплеча,
Расщеплён надвое ствол бамбука,
Острым, как топор у палача,

….Отчего торопится хозяйка,
Утерев слезу каймой платка,
Cкупо яд налив на дно стакана,
И направив взгляд за облака…

Слабый стих. Но автор хотя бы немного знаком с основами стихосложения.
Пытается сохранять ритм, что-то рифмовать.
Но, я бы посоветовала ему уходить от мелодраматических, неискренних и стилизованных под старину сюжетов.
Они не захватывают читателя.
Эта самая Хозяйка, словно висит в безвоздушном пространстве. То ли в прошлом, то ли в настоящем.
Лампада относит к прошлому. Как и платок с каймой.
На этом все, определяющие временной континуум, признаки завершены.
В стихе нет истории, хотя написан он повествовательным языком. Не интересно.
Техника у стиха очень слабая.
Рифмы глагольные, банальные, скучные и затертые. Много нелепостей
„И зачем душа её, как чайка,
В думах вся, взлетела в облака“

Душа в думах?

„Слово вылетает, словно птица,
С поворотом гордого плеча“

У кого поворот гордого плеча, у слова или у птицы?
Ни у того, ни у другого нет плеча. У птиц НЕТ плеч, у них крылья.

„Расщеплён надвое ствол бамбука,
Острым, как топор у палача“

Чем острым расщеплён?

Ну, и так далее.





Небо- дуга неизлечимо больна -
Бессмертной ностальгией - струна..
Не рассыпавшем, ржавым гвоздем
Вбитый в душу из детства живцом.

Колени согнуть - тяжелее свинца,
Спуститься - разбить хрустальца…
Осторожности не научен я
С юных лет в небо глядя..

Ржавый гвоздь в живом сердце
Как сук в пеньке-старце...
Недолюбившее - пережившее страсть.
Недоласканное - перегнившее бытность.

Уже не мальчик, не верю,
Не вижу больше, не мерю
Колесницу, что с востока
Тянет золото дня истока…

Твой вкус кинжальной памятью
Помню зеленным абрикосом -
Терпким в саду соседском,
Недозревшую, но сладкую черешню…


Это, на мой взгляд, не стихи.
Для того, чтобы разобрать этот текст и указать автору все его огрехи следует потратить уйму времени.
Я не могу себе этого позволить.





Вколите мне морфий безоблачных снов
В сплетение серых, изношенных вен,
Позвольте бежать из железных оков,
Стряхнуть с рук усталых безмыслия тлен.
Засорены строки, избиты слова,
Не мысли, а эхо – новейшие стили,
И так же, как раньше, людская толпа
Забудет, чему нас Поэты учили.
Я строчку за строчкой из серых стихов
Стираю слой пыли, искусственных смыслов,
И в ровном ряду изменившихся слов
В пожар разгорится осмысленность-искра.
Пусть каждое слово сияет звездою,
Пусть каждая строчка – как дуло к виску.
Поэт-современник, давай же с тобою
Не будем Читателей множить тоску!
Напишем о том, о чем стоит читать,
О чувствах и мыслях, не сгубленных веком.
Нам главное – в строфах себя не терять
И быть, не смотря ни на что, Человеком.

Стих-прокламация.
Я не люблю призывов. Особенно к поэтам. Каждый пишет себя и для себя.
При наличии таланта, написанное автором интересно ещё кому-то.
Это уже удача таланта.
Данный стих претендует на программу действий для какого-либо общества поэтов.
Не входила, не вхожу и входить не стану.
Все призывы автора показались банальными и невыполнимыми.
Лучше писать в простоте душевной себя, потому что читателю интересен человек,
особенно если он читатель, узнает в происходящем свои тревоги и страсти.
А прокламации писать и учить кого-то жить, это дело последнее.





Любовь твоя прошла пунктиром,
По жизни, по стихам, по мне...
То я в разладе с целым миром,
То вновь живу я, как во сне...

Черта - восторг и упоенье,
Пробел - апатия, тоска...
Вновь возрожденье, вновь сомненья,
Три месяца идут века...

Как выжить в этом ритме жёстком?
Как просто не сойти с ума?
Идти по тем же перекрёсткам,
Входить в знакомые дома...

Любить детей, семью, работу,
Всем улыбаться и шутить...
И знать.. что в этом мире кто-то
Мешает "просто, мудро жить"...

Слабый стих.
Почему слабый? Потому что нет образа, нет настроения, есть констатация факта.
И факт этот тривиален – я люблю его/её, он/она нет.
Образ пунктира – плоский и его трудно наполнить объемом.
Рифмы стиха также плоски, как и образ
„по мне – во сне“, „упоенье-сомненье“, тоска-века“, „работу-кто-то“, „шутить-жить“.
Ни одной, что привлекла бы хоть на секунду внимание.
Я не устаю повторять, что стих, это в некотором роде ребус
и читатель должен участвовать в разгадке этого ребуса вместе с автором.
Автор удивляет читателя неожиданностями в каждой строке. Иначе стих „не держит“
Именно так получилось с этим стихом. Не держит. Скучно.





Правда жизни проста –
Дальних звёзд тихий свет,
Ночь танцует с листа
Свой безмолвный балет,

Робкий звук дивных струн
Еле слышен вдали,
Знак загадочных рун
Под ногами в пыли.

Перепутье дорог,
Перекрёсток путей,
Мрак – беспечный игрок
Над раскладом страстей.

Широка, глубока
Ночь течёт как река,
Как кувшинка луна,
Ветер, словно волна,
Словно отмель реки –
Млечный Путь в вышине,
Невесомы, легки
Звёзды там, в тишине.

Разговор ни о чём,
Переход в никуда,
Где тут чьё-то плечо?
Где тут чья-то звезда?

Тишина, тишина,
Беспокойные сны,
Эта ночь – как стена,
Звёзды выше стены.

Ночь кругом, всюду тьма
Расстелилась рекой,
Бесполезность ума…
Бесконечный покой…

Вот это – „Разговор ни о чём“. Не более того.
Автор сам не определился с темой стиха, с его идеей. Но уже предлагает свои попытки читателю.
Он вставляет в строки пейзажной лирики какие-то многозначительности, типа
„бесполезность ума“, „ мрак – беспечный игрок над раскладом страстей“, „ знак загадочных рун под ногами в пыли“.
Читатель вправе спросить – о чём Вы, Автор, говорите?
О ночи и её красоте, либо о человеческой тщете?
Конечно, можно объединять эти образы, но здесь они даны в перечислении,
без объединяющей смысловой связки.
Если ночь темна, то из этого не следует с очевидностью бесполезность ума.

Рифмы банальны, заштампованы, неинтересные.
Ритм выдержан, к нему претензий нет. Но стиха при этом не получилось.





Холодный ветер рвёт листву,
Октябрь. Вечер. Нелюдимо.
Мне быть с тобой необходимо,
Потоком мысли в пустоту.

Асфальт - цветная акварель,
На мокром блики фар, рекламы.
Лишь отношений наших драмы
Рисуют серую пастель.

Маршрутка. Люди. Суета.
И:"Передайте на билеты",-
Как просто всем давать советы,
С собой сложнее, так всегда.

На светофоре переход,
Стою на красном, листья в луже.
И на столе холодный ужин.
Квартира, словно клетка ждёт.

Но, почему в окошке свет?
Ступени. Сердца стук. О Боже!
Меня встречаешь ты в прихожей.
А на столе стоит букет...

Хорошее стихотворение, с точной зарисовкой мира вокруг ЛГ.
Как говорится, всё в строку.
Понравилась смысловая замена, когда „передайте на билеты“ приравнивается к совету.
Это создаёт , во всяком случае у меня, забавное отражение смыслов.
"Передайте на билеты",-
Как просто всем давать советы,
С собой сложнее, так всегда.
Автор умеет найти эти перевертыши значений, и тем привлечь читателя
На светофоре переход,
Стою на красном, листья в луже.

ЛГ стоит „на красном“, это цвет светофора, но и цвет красных листьев.
Вот Вам и знак осени.
Такое умение из малого сделать значение, образ – дорогого стоит.

Не понравилась последняя строфа.
Для счастливого конца можно было найти более точные слова без вопросительного и восклицательного знака.
Да ещё возгласа „О боже“
Заменила бы „драмы“ на „драма“





Я читаю руки,
Я читаю глаза,
Я читаю губы,
На губах – слова,
Те, что ты не сказала,
Те, что ты не посмела,
Может это – усталость,
Может чувств недозрелость?
Я тебе повторяю,
Прочитал у тебя,
Ты же все отрицаешь.
Может это любя?
В вечер чувств твоих книгу,
Открывает заря,
Я тебя не постигну?
Вновь читаю слова,
На руках твои жизни,
По глазам твою боль,
Твои губы капризны,
На щеках слез’ы соль.
Ты не хочешь признаться,
Что не можешь сказать?
Не увидела радость
Через год или пять?
Но ты сеешь тревогу,
Говоришь мне: «Прости!»
Собирая в дорогу,
Что стоишь на пути?
Воротится не каждый,
Но вернусь, я вернусь,
Отпусти, значит надо,
Это грусть, только грусть.

Стих слабый. Опять любовная рефлексия, замкнутая на говорящего.
Безотносительно к читателю.
Образ любимой, как книги для чтения, слеплен плохо.
Сам текст настолько беспомощен, трудночитаем, некрасив по звучанию.
Что я не могу его назвать стихом. Пациент неоперабелен.





Мой аmigo, тебя приглашаю на Танго
Аргентинское Танго Гашиш под кровавой луною.
Удивлённо ступает нога между дольками манго,
Над толпой тихий вздох пронесётся волною.

Наше утро наступит ненужной наградой
Взгляд туманный, вразлад, и дыханье глубОко.
Лишь гитара поймёт, что является правдой,
Мне не так уж, как прежде, теперь одиноко.

Шаг назад, пять секунд, взгляд мальчишки нахала.
В горле жжёт и на сердце криолло-привольно.
Только ветер прохладу нам дарит устало
Я слегка оступлюсь, но с улыбкой довольной

Отпущу, блещет пот, свечи в капельке каждой.
Встрепенётся спина с ощущением выси.
Призрак юности время вплетает отважно
В танец чувств и загадочно-трепетных мыслей.

Очень хороший стих. Всю свою 10 отдала именно ему.
Автор – зрелый мастер, умеющий создать нужный образ поэтическими средствами.

Разбирать технику стиха нет нужды. Она хороша.
Музыкальность стиха несомненна и легко ложится на мелодию и ритм танго.
Что касается темы стиха, то я предполагаю, что именно она не позволит стиху занять достойное место в конкурсе.
И уважаю храбрость автора, выставившего стих на конкурс.
Мне редко удавалось прочесть стих на тему любовных отношений нетрадиционной ориентации,
выполненный так целомудренно и, в то же время, красиво и страстно.
Спасибо автору.





Я уже не сломлю
Этой жизни канон
Кому праведным слыть
Кому лезть на рожон
Где рубить сгоряча
Кому холодно врать
Кому спать на шелках
Кому кровь проливать
Кому петь невпопад
Кому брать и давать.

Этой жизни канон,
Коль фальшивым ты стал,
В щепки, в прах разлетись
Свой ощерив оскал
Против рыл всех мастей
Против псов и чертей
Погреби под собой
Всех, кто славен тобой
Кто кровь жизни сосал
Кто тебя создавал!

Не создай же теперь
Жизни ложный закон
И свой сад не отдай
Под грязный притон!

Действительно – крик. И, как присуще крику он, скорее, эмоциональный, чем художественный.
Очевидно, что жизнь достала автора до печенок. Это очевидно.
Но несколько истерический накал стиха не позволяет читателю сопереживать ЛГ.

Полагаю стилистической ошибкой то, что канон имеет оскал и может разлететься в щепки.
И завершения стиха совершенно невнятное.
Почему старый канон, разлетевшись щепой должен создавать новый закон? На каком основании.
Но это об идеологии стиха, с которой я не согласна. Это моё видение мира.

Что же касается техники, то автору не удалось переступить через кричащий, лозунговый ритм и стиль письма.
Он меня не поразил и не убедил.





Будьте добры, закройте двери в ад.
Там холодно, оттуда жутко дует,
Сверни пергамент, неумелый бард,
От песен без души, от безудержных сует

Трепещется свеча, как пойманный щегол,
Душа щекочет вскровленные пятки,
О бард, бессовестный, безумный вор,
Играющий со смертью в прятки,

Закрой ворота в ад, впустив туда гостей,
Впусти их так, чтобы они не возвращались,
Сыграй мне менуэт на палочках костей
И утопи в крови немую жалость.

В стихе есть стилистические ошибки, а также ошибки в ударениях.
Не понравилось, что пергамент нужно свернуть „от песен“
в значении не писать на нём плохих песен и от суЕт, в значении писать не в жизненной суете, не о ней.
Привычнее „свернуть что-то от дождя“, то есть от чего-то материального. Показалось излишне вычурным, притянутым.
Кроме того автор неправильно использовал ударения.
Следует: суЕт, безУдержных. А это полностью меняет рисунок рифмы.
„Трепещется свеча“ – возвратный глагол относящийся к одушевленным предметам.
Ну, ладно, могу представить одушевленную свечу.
Но почему бард – бессовестный вор автором не раскрыто.
Сказано для красного словца, для эффекта.

Последняя строка тоже из этого ряда.
Могу понять, что автор впускает гостей в ад своей души
и зачаровывает читателей так, что им нет пути назад, да и не хочется обратно.
Но зачем кровь и чья это жалость.
Словом, стих перегружен красивостями и мелодраматическими эффектами.
О поэте автор пишет, как о демонической силе, вершащей суд над читателем и отправляющим их в ад своей души.
Безвозвратно.
Всё это характеристики плохой поэзии, хотя автор, по моему разумению, обладает способностью видеть и создавать образ.
Ему бы просто позабыть все эти балаганные штучки, да и писать от души, а не от желания покрасоваться.





Из окон уходит цвет -
Спускается туча-снег
Бесшумно и убеждает -
"Сомнению в чуде - нет".
Из окон уходит звук.
Нет, не убирая рук
И не закрывая глаз,
Прошу - помечтай о нас..

Что-то незаконченное и невнятное.
Обычно так пишут без уверенности в том, что ЭТО прочтут.
Просто поток слов.
К поэзии это имеет слабое отношение.


litsovet.ru © 2003-2018
Место для Вашего баннера  info@litsovet.ru
По общим вопросам пишите: info@litsovet.ru
По техническим вопросам пишите: tech@litsovet.ru
Администратор сайта:
Александр Кайданов
Яндекс 		цитирования   Артсовет ©
Сейчас посетителей
на сайте: 378
Из них Авторов: 21
Из них В чате: 0