Литобъединение:
Конкурс: Игра (номинация "проза")
Дата: 21.11.08 23:00
Прочтений: 158
Средняя оценка: 0.00 (0)
Комментарии: 0 (0)
Выставить оценку
литобзору:
"Игра" Прозаическая миниатюра (лента) часть 1
***Игромания
Алексей вернулся домой поздно. В квартире было темно и пусто. Он включил свет.
- Света!
Тишина.
- Света. - Алексей скинул ботинки, прошел в комнату.
Жены дома не было.
Алексей набрал телефонный номер:
- Алло!
- Да... - отозвался спящий женский голос, - На часы посмотрите!
- Вика! Светки дома нет.
- Я тут при чем? - проворчала разбуженная Вика, - У меня ее тоже нет.
- А где она?
- Разбирайся сам. Завел чудовище, корми.
Он бросил трубку:
- Черт.
Тут телефон сам отозвался.
- Алло! - Алексей закричал, - Света?
- Светлана Кузнецова проживает по этому адресу?
- Да.
- Вы - муж Алеша? - у мужчины по ту сторону был вальяжно-ироничный голос.
- Да.
- Бренная тридцать пять, квартира восемь. Приезжайте и забирайте. Светлану Кузнецову.
- А что с ней?
В ответ застучали, словно холодный пульс, короткие гудки.
Тридцать пять - восемь. На улице холодно, ветер, фонари не горят.Тридцать пять - восемь.Нет ни одного такси.Тридцать пять - восемь.Как ехать? Я не знаю. Езжайте прямо. Тридцать пять.Здесь.Лестница вверх.Восемь.
Дверь открыл молодой высокий мужчина.
- Вы Алеша? - он наклонил голову.
- Да.Где Света?
- Светлана Кузнецова? - мужчина странно говорил, с неуловимым акцентом, - Пройдемте.
Они очутились в большой комнате, в которой внезапно оказалось очень светло, накурено и людно.
Ее Алексей увидел сразу. Света сидела на стуле в центре комнаты, смотрела в стену, безжизненно опустив руки, с которых медленными тонкими ручьями стекала на пол кровь.
- Вот, - показал на нее мужчина, - Можете забирать.
- Опять, - простонал Алексей и подбежал к жене,-Света!
Она поглядела на него затуманенным взором:
- Ты...
- Что ты здесь делаешь? Что это за люди?
- Люди. Просто люди.
Он подхватил ее на руки:
- Вызовите кто-нибудь врача!
Какая-то женщина в длинном красном платье, оторвав губы от мундштука, вальяжно проговорила:
- Вези, голубчик, ее домой. Или ты, голубчик, предпочитаешь дурку? - она громко засмеялась.
Засмеялись и остальные.
- Подонки, - проговорил сквозь зубы Алексей и выбежал из квартиры.
На улице Света вдруг внезапно ожила и спокойно приказала:
- Поставь меня на землю.
- Как же, Света? - он чуть не плакал, - Зачем ты порезала руки?
- Не называй меня Светой. Я - Кровавая Мэри. И я входила в образ, - мрачно ответила она, разглядывая раны на запястьях, - А у меня неплохой гемоглобин - смотри, какая густая кровь.
- Прекрати! - Алексей отвернулся.
- Ладно, поехали домой. Нужно перевязать руки. Слышишь? - она заглянула к нему в лицо, - Я сейчас кровью истеку.
Они тряслись на заднем сидении такси. Алексей держал руки жены на весу.
- Зря ты туда приехал, - сказала она, - Все испортил. Там было так весело.
- Да, весело. Они смеялись. Над тобой.
- А, может, над тобой? - Света повернула голову и сверкнула своими раскосыми глазами. - Ты вторгся в общество, где тебя не ждали.
- Меня позвали. Я просто приехал за тобой.
Она подалась вперед и обратилась к шоферу:
- Что вы так медленно едете?
- Света!
- Что? Он медленно едет.
- Шестьдесят километров в час, - спокойно отчитался таксист, - Не нравится - оплатите по счётчику и вылезайте.
- Заплати ему, - сказала Света Алексею, - Я хочу выйти.
- Света.
- Остановите, мужчина.
Такси причалило к тротуару. Светлана выскочила на воздух и тут же повалилась на асфальт.
- Что с тобой? - Алексей подбежал к ней.
- Отстань! - она каталась по земле, смешивая с нею свою густую кровь, - Мне больно.Больно.Я умираю.Ах,умираю.Лови же машину!
Алексей быстро поймал частника, и скоро они уже ехали.
- На Ленинградский вокзал, - наклонилась Света к шоферу.
- Света, зачем?
- Ты как меня назвал?
- Начинается, - он заиграл желваками, - А как тебя называть? Кровавая Мэри?
- Анна! - она снова наклонилась к шоферу, - Ну, что вы так медленно едете?
- Мы уже приехали, - сказал он, - Сто рублей.
Она выскользнула из машины. Алексей еле успел расплатиться, удерживая жену в поле зрения. Выскочил вослед.
- Света! - она бежала вперед, не оборачивалась.
Он рванулся за ней:
- Тьфу ты, Анна!
Обернулась. Безумие глаз освещало темную платформу. Алексей подбежал к ней, схватил, свалил с ног. К платформе приближался поезд.
- Пусти! - кричала она, - Пусти меня! Мне надо туда! Туда,в образ.
Алексей крепко схватил жену, она трепетала в руках, как птица...потом обмякла.
- Отпусти.
Он поглядел на поезд, который остановился, и разжал руки. Она наклонила голову и спросила:
- Почему люди не летают? Почему люди не летают как птицы?
- Света, Анна, Блин!
- Катерина, - подсказала она.
- Да, я уже понял, что Катерина. Мы сейчас в аэропорт поедем?!- он уже не мог сдерживать эмоции.
- Нет, на Поклонную Гору! - воскликнула она, - Скорей же!
Он помог ей подняться:
- Све...Дорогая, сейчас мы поедем домой. Перевяжем тебе ручки, потом ты поспишь, а завтра, утром, поедем на Поклонную Гору, обязательно.
Света совсем сникла, кивнула, он дотащил ее до автостоянки.
Скоро были дома.
Света зашла в комнату, огляделась по сторонам:
- А здесь ничего не изменилось. Те же стены, - она обернулась к мужу, - Я Чайка?
- Чайка, чайка. - кивнул он, роясь в аптечке.
Потом - подошел к ней с йодом и бинтом, перевязал руки, отнес в спальню, раздел, уложил...
Она была умопомрачительно красива. И абсолютно безумна. Когда он это понял, хотел бросить. Но не смог. Любил. За красоту и беспомощность, да, наверное, за безумие тоже. А, может, еще за что-то.Неуловимое. В ней была какая-то страшная, странная тайна.
Когда она лежала на подушке и тихонько проговаривала отрывки из "Чайки", он сел на край кровати:
- Милая моя, любовь моя, тут врач прописал тебе, то есть нам с тобой, одни таблетки.
- Зачем? - тихо спросила она.
- Ну, чтобы мы понимали друг друга лучше.
- Он - волшебник? - улыбнулась Света.
- Да. Почти. Чародей, - Алексей откашлялся.
На днях он был у психиатра, ведущего дело Светы, тот прописал эти пилюли.Врач сказал, что если и это не поможет, то жену придется госпитализировать.
Алексей протянул Свете две таблетки, дал воды.
- Теперь ты, - сказала она.
Он сунул таблетки под язык, тоже глотнул воды, подождал, когда жена заснет, прошел в туалет и выплюнул лекарство в унитаз. Потом тихонько прокрался в спальню и лег рядом с любимой. Ее золотые волосы разметались по подушке и впитывали Лунный свет, казалось, что она вся соткана из этого света. Проведя рукой по ее голове, он уснул.
Разбудило радио, орала современная певица:
- " Ты спросил, у лифта стоя, сколько моё сердце стоит..."
Светы в постели не было. Алексей поднялся на локтях, и прислушался: из кухни доносился женский голос, который подпевал радио-диве. Он соскочил с постели, пошел на кухню. И остановился в дверях. Света, подобрав волосы, в фартуке, стояла у плиты и жарила яичницу, пританцовывая в такт музыки. Она обернулась:
- А, Лёха! Кто рано встает, тому Бог дает! Сейчас, пожрем с утреца, и я тебе тоже дам, - она громко засмеялась, - Иди, садися за стол, полОжу те. Чай будешь или кофу?
Алексей молча смотрел на жену.
- Ты чо, не с той ноги встал? Бальной, я не могу! - она включила радио погромче, - Я буду вместо, вместо, вместо неё, твоя невеста, невеста, честная Ё!
Он вышел из кухни и набрал телефон психиатра:
- Борис Соломонович, простите, что тревожу, но таблетки подействовали.
- Ну и хорошо, я так и думал! - ответила трубка, - Во всем мире на них уже работают, но нужно пройти курс, чтобы закрепить результат. Месяц, по две штуки на ночь.
- Она останется такой, какая стала? Навсегда?
- Конечно! Во всяком случае, будем надеяться.
- Борис Соломонович, но она. Она такая никогда не была...
- Алексей, она у вас каждый день разная, а теперь будет все время одна и та же - другими словами - самой собой! Понятно?
- То есть...На самом деле - она такая? Как сейчас?!
- Такая, такая. Звоните если что, - врач повесил трубку.
Алексей вернулся на кухню.
Света сидела за столом и с аппетитом ела яичницу, набивая щеки и роняя кусочки на стол:
- Лёха, где тебя черти носят? Шо шляешься по квартире, как шатун? Садися, вона те положено. В кофу сахар ложи.
- Света, - начал Алексей, но она его прервала.
- Это кто это - Света? Шалава какая-нить твоя? Смотри - глаза ей выцарапаю, если шо.
- А тебя как зовут? - спросил он.
- Точно заболел, касатик, - она снова засмеялась - громко и некрасиво, - Маньку свою рОдную не узнаёт. Ну ничо, сейчас пошамкаем, пойдем в спаленьку, вспомнишь, - она подмигнула.
- Что-то я есть не хочу, - проговорил Алексей и встал из-за стола.
- Ой, точно заболел, иди, ляжь, я тебе щас чаю с молоком сварганю! - крикнула она, когда он вышел из кухни.
Алексей стоял в спальне и держал в руках баночку с таблетками, которые дал ему врач. Потом зашел в туалет, открутил крышку и высыпал все таблетки в унитаз.
***Конец света
Страхи у каждого свои. Особенно в детстве. Это только так говориться, что детские страхи типичны. Но каждый ребёнок боится по-разному. Вот, например, Вождь, когда был маленьким, боялся темноты. Многие дети бояться темноты. Почему? А кто его знает? И Вождь боялся. Может быть, после смерти родителей? Темнота у него вызывала беспокойство, а иногда даже ужас. Но не всегда. Маленький Вождь боялся темноты только тогда, когда оставался дома один и наступал вечер. Он залезал на широкий подоконник, сидел и смотрел во двор через стекло. Во дворе было намного светлее, чем в доме, там не было страшно. Он боялся темной комнаты, ему казалось, что из углов и проёмов, где темнота была особенно густой, на него кто-то внимательно смотрит. Он иногда резко оглядывался назад, но ни разу не смог засечь того, кто смотрит. Или там, в темноте никого не было, или тот, кто смотрит, успевал спрятаться. Включать свет было ещё страшнее. Если зажечь свет, то за окном поздние сумерки мгновенно превращались в чёрную ночь. На окнах не было штор, и мальчик чувствовал, что на него кто-то смотрит из мрака за окном. Это было трудно пережить, поэтому он и сидел на подоконнике за спинкой дивана. Там было уютнее всего, иллюзия защищенного пространства. Он обычно сидел там до тех пор, пока кто-нибудь не возвращался домой. И тогда сразу все страхи забывались. Голоса, свет, и на чёрные окна смотреть становилось не страшно, а даже весело. Можно было состроить рожу своему отражению на чёрном фоне. Мальчик не понимал: чего он только что боялся?
Или кого? Да, было такое существо, которое могло таиться в темноте. Его звали Бирюк. Что это было? Или кто? Больше всего бирюк напоминал волка. Маленький Вождь боялся тогда и волков, и бирюков, и они были для него примерно одно и то же. Почему Бирюки? А бабушка пугала: «Подожди, вот Бирюк придёт...» Ну а волки... Сразу картинка: зима, мужики на санях, взбесившиеся от страха кони, а сзади стая голодных волков. И нет перспектив: патроны кончаются, до деревни далеко, волков слишком много и они слишком голодны. Потом: кровь на снегу, перевёрнутые сани, не спаслись мужики, да и кони тоже не спаслись... В темноте у волков глаза светятся, а ещё – у них пасть страшная с клыками. Ну, чем ни Бирюки? Не боялся мальчик ни медведей, ни тигров, ни львов, ни змей всяких. Волков боялся, которые бирюки. Кошмары ему снились с участием этих персонажей.
А ещё маленький Вождь боялся пожара. Очень сильно боялся. Опять же фильмы и радиопередачи винил. Но ведь на других детей эти же фильмы так не действовали? Значит, в нём самом что-то было? В кинотеатре сцены с пожаром не смотрел, отворачивался или глаза закрывал. По ночам иногда не спал: прислушивался, принюхивался. Не пахнет ли дымом? Не слышно ли посторонних звуков на чердаке, треска какого непонятного? А зимой, часто пугало мальчика зарево на небе. Так бывает, когда свет отражается от низких снежных облаков, свет городских огней. Но маленькому Вождю неуютно и тревожно было смотреть на это ночное небо. Вот такие вот детские страхи.
Избавился от них Вождь, избавился в том же детстве, когда время пришло. Однажды, прочитал в одной сказке, что выключатель обычный на самом деле не выключатель. Это включатель. Включатель темноты, включатель волшебного мира, таинственного и интересного. Я не свет выключаю, я включаю темноту. Включаю сам, по своему желанию, в радостном предвкушении. Такой взгляд мальчику очень понравился. С тех пор, темнота стала лучшим другом Вождя.
А потом, приснился Вождю сон. В том же детстве приснился. Снилось ему, что волки прячутся в его комнате под кроватью. Что они хотят напасть на него и деваться некуда, один он в комнате с волками. И начал мальчик с ними сражаться. И не проснулся, пока не победил всех волков. После того сна страх ушёл. А уважение к зверю осталось. Хороший зверь: независимый, сильный, умный и верный.
Однажды, на тихом часе в детском саду, маленький Вождь не спал как всегда, а боялся пожара. И он действительно почувствовал запах дыма. Он вскочил с кровати, побежал и позвал воспитательницу. Дальше он помнит лишь обрывки. Вот разбудили всех детей. Вот нянечка бегом тащит дымящийся матрац, высоко подняв его над головой. Одна из кроватей оказалась слишком близко к печке и матрац начал тлеть. После этого случая, мальчик перестал закрывать глаза в кинотеатре на сценах пожара. А потом, ему не раз пришлось видеть, как огонь наяву пожирает разные строения. Так он избавился и от этого страха, но напряжение осталось и неприятное чувство тоже.
А чего сейчас боится сталкер по прозвищу Вождь? Вопрос на засыпку. Говорят, что только дураки ничего не боятся. Но страх для Вождя – это то, что было в детстве. Сейчас нет ничего такого в жизни. Опасается? Да, многого опасается, но не боится. А казалось бы...
Твари разные, монстры радиоактивные, мутанты, мечтают тебя разорвать и съесть. Растения невиданные, почти все убийцы. Паразиты неисчислимые. Аномалии – замучаешься перечислять – почти все смертельно опасные. А радиация на каждом шагу. Вот уж воистину – невидимый убийца. Определяется только бешеным треском счётчика Гейгера и дозиметром, да ещё симптомами. Но если уже и симптомы появились – плохо дело, очень плохо. Или вот, например, Выброс. Все боятся Выброса, стараются зарыться в землю поглубже. Не пережить его на открытой местности, особенно, ближе к центру зоны. Но не страшно все равно. Это всё сейчас повседневная жизнь. Трудная, очень опасная, но жизнь. Его жизнь. А разве можно своей жизни бояться? А смерти? А смерть – это ведь тоже жизнь, повседневная жизнь. К ней тоже привыкаешь. Вокруг часто умирают. И ты умрёшь рано или поздно. Так чего бояться? Нужно сосредоточиться на процессе, процессе жизни, тогда и проживёшь дольше.
А чего боится, например, Кровосос? Трудно сказать. Может быть другого Кровососа? Или Выброса? Вряд ли. Может быть, голода боится?
Или вот – Контролёр? Боится потерять контроль над своим войском? Сам то он тварь трусливая и уязвимая. Его сила – в монстрах, которыми он управляет.
А Химера? Самая опасная и умная тварь в зоне. Мало кто её видел, а ещё меньше тех, кто выжил после этого. Почему она убивает всё живое? А может быть, она боится? И убивает из страха?
Но есть вещь, которую бояться все в зоне. Боятся сталкеры и военные, боятся учёные и бандиты. Вождь уверен, что этого боятся все монстры и растения. Все обитатели зоны.
Это – Конец Света. В один миг может прекратиться всё. Нет людей, нет тварей, аномалий, выбросов, артефактов, нет самой зоны. Как будто и не было никогда. А чего тут жалеть? Ведь зона, зараза такая, расширяется, миру угрожает. А тут раз, и нет ничего, как и не было. Красота. А Вождь, а сталкеры знакомые, а Жизнь сама? Ведь если зона исчезнет, кто даст гарантию, что мир вокруг останется? Все боятся Конца Света, и Вождь боится. Природа наделила Вождя способностями необыкновенными. Чувствует он, что этот Конец Света приближается, чувствует и боится. А что ещё остаётся?
Говорят, что только сталкер по прозвищу Меченый может не опасаться Конца Света. Только он и все те, кто будет рядом с ним в час ноль. Говорят, что только они смогут возродиться в новой жизни, в новом мире. Остальное всё будет заново создано. Болтают, наверное. В зоне столько слухов и легенд гуляет. Так жить легче, да, и умереть. Может и Конец Света – сказка страшная всего лишь. Но нет, чувствует Вождь, что приближается час ноль. Совсем уже рядом...
И это страшно. Не думал Вождь, что может чего-то бояться так сильно. Этот страх был больше всех детских страхов: больше страха темноты, бирюка, пожара, больше страха смерти. Вождя охватывал какой-то первобытный ужас. Он пытался сопротивляться, пытался защищаться, пробовал использовать свои необыкновенные способности. Ничто не помогало. Трудно защищаться, когда не знаешь от чего. И скафандр высокой защиты, и отличная новенькая бельгийская автоматическая винтовка с компьютеризированным прицелом не могли помочь сейчас. Час ноль приближался, Конец Света был уже совсем рядом. Вождя охватило оцепенение, ужас вытеснил все остальные мысли. Он чувствовал, он просто знал, что ещё несколько мгновений...
Вождь не видел, да и не мог видеть, как чья-то рука легла на компьютерную мышь. Щелчок по иконке «Сохранить игру», щелчок – «Выйти в Windows», «Пуск», «Выключить компьютер», «Выключение». Час Ноль наступил.
***Папаши
Б - Извини, дорогой, скажи гиде палата номер дэвять?
А - Сам ищу. Сказали на втором этаже. Вон - седьмая, - видишь, бумажка к форточке прилеплена. Вон - восьмая... Ну, а рядом, наверно, девятая... Хотя... Вот, блин!.. А, правда, где?..
В - Вы бы посторонились, не мешали убирать. И не сорите здесь! Вот опять семечек налускали, паскудники!
Б - Скажи, женщина, этот палата номер дэвять?
В - Дэвять, дэвять... Кормление у них. И вообще, скоро ворота закроют - поздно опомнились, папаши! Посторонись, говорю!
Б - Эй, слюшай, почему злой такой? В таком месте только добрый женщин быть должен!
В - С вашим братом волком завоешь!..
Б - Эй, ты откуда мой брат знаешь? Мой брат один раз этот город был - мене на рынок дыня привозил. Почему завоешь?
В - Отойди, говорю, не-то метлой опояшу, ирод!.. Понаехали тут!..
Б - Зачем грязный метла трясешь? Зачем - понаехали - говоришь? Мой лучший продавец настоящий джигит родил, а ты злой, как... как... Нэбуду говорить...
Слушай, друг, почему такой большой женщин, а такой злой, а?
А - Она в своем болоте хозяйка, а мы для нее - комарьё налетевшее. Энергетический вампир - слыхал о таких?
Б - Болото... комары... кровь кушает... толстый и квакает!.. Ай, похож, слюшай! Ай, похож! Ай-ты - шайтан-майтан!..
Твой дэвушка какой палата родил? Ай, совсем забыл - дэвятый, да. А как зовут?
А - Татьяна.
Б - Слюшай, мой продавец тоже Татьяна зовут! Давай кричать будем!
А - А жаба где?
Б - Там, за углом порядок делает. Ну, давай: Тать-я-на!
А и Б вместе - Тать-я-на! Тать-я-на!
В - Чего разорались? Кормление у них, сказала же! И вообще - уже семь тридцать!.. Давайте-ка, уматывайте, а не-то охрану вызову.
Б - Слюшай, женщина, зачем охрана? Совсем рано еще! Мне раньше нет когда родильный палата ходить. Рынок только дэвятнадцать закрывают.
В - Мне-то что? Проваливайте, давайте!
Б - Что - давайте? А-а-а-а! Я тебя понял, женщина!.. Сейчас... Вот сто рублей - хватит?
В - Сто рублей, говоришь? Ладно, только тихо! Не кричать, понял?
А ты, белобрысый, давай-давай, проваливай!
Б - Ай-ай, женщина! Зачем бедный студент обижаешь? Потому, что он худенький и маленький, да? У него дэвушка джигит... Скажи - джигит, да?
А - Джигита, джигита...
Б - Вот видишь - джигит родил, а ты его, везучего, гонишь!.. Вот тебе ещё сто рублей - за него... На, держи.
В - Бог с вами, оставайтесь. Только тихо!
Б - Зачем - тихо? Тихо мы под окном весь ночь стоять будем - Татьяны не услышат. Вот тебе, женщина, ещё сто, и еще сто за него - за то, что мы Татьяна кричать будем, хорошо?
В - Да уж ладно, черт с вами - кричите, ироды! А ты, студент, учись...
А - Ага, спасибо... Я научусь, когда денег много будет.
Б - Давай, друг, кричать будем: Тать-я-на!
А и Б вместе - Тать-я-на! Тать-я-на!
Б - Смотри, восьмой палата, кто-то подошел! Кричит, да?
А - Смотри, милиция! УАЗик въезжает!
Б - Мой документ - порядок. Регистрация, прописка-дуриска, декларация-облигация, - все есть.
А - Смотри, жабу увозят! Так ведь!.. Так ведь она арестантка! На сутках она - город метет! Вот развела, жаба! На четыре сотни развела. Вот лихо! Вот это баба! Вот это жаба!
Б - Слюшай - ну, развела, ну, баба-жаба, да... Скажи лучше, что этот дэвушка окно говорит?
А - Спрашивает - какую Татьяну ищем.
Б - Как - какую? Дэвятый палата - ответь.
А - Говорит - девятая палата за углом.
Б - Вах, как нехорошо женщин-жаба сказал! Как нехорошо обманул! Стоим, как ишак, кричим, как ишак, а палата за угол! Вах - нехорошо развел!.. Плохой женщин...
А - Смотри - листок с девяткой! Вот она!
Б - Давай кричать: Та...
А - Кричать не надо - вон она!.. Танюшка, привет!
Б - Ага, Танюша! Почем кило?.. Ну... сколько вешать грамм? Ну, контрольные весы... тьфу! Вес - ответь. И длинна... Рост. Как? Этот студент - твой муж, да?!
А - Так это ты, козёл?!
Б - Слушай, брат, я тебе сейчас все объясню, да. Я не виноват, да. Она сама ко мне пришел...
***Пейнтбол
Поход в пейнтбольный клуб они планировали давно, но все как-то не складывалось. Его два сына, один по крови, другой по крещению, одногодки и лучшие друзья буквально бредили, как и все ребята оружием и подвигами. И вот в выходной день, дав мамам, возможность заняться собой и пообещав не пропасть на весь день, дружная компания отправилась в городской парк заняться «мужским» делом.
Со стороны они выглядели почти одногодками, папа в свободной одежде, бейсболке и кроссовках ничем не отличался от юных тинэйджеров. Выдавала его только выбритая синева подбородка и морщинки в уголках спокойных, пристальных глаз. Да и те были закрыты очками.
В клуб они попали почти к закрытию, инструкторы протирали ветошью пейнтбольное оружие и подсчитывали выручку. Обычно играют команда на команду, но других желающих не было, и они решили сыграть против хозяев, которым тоже хотелось размяться.
Те, критически оглядев «противника» выдали им двойной запас «патронов» - оранжевых мягких шариков, показав как стреляют эти штуки и кратко проинструктировав, пообещали поддаваться…
- Па… протянул сын, ты будешь снайпером, а мы группой захвата. Будешь нас прикрывать…
- Хорошо, - с улыбкой ответил он, натягивая пластиковую маску..
Выйдя на поле… он внезапно почувствовал легкое покалывание у висков…это сердце, чувствуя предстоящее действо… набирало обороты…
Действо началось по команде судьи… Ребятня осторожно постреливала из, за укрытий, стараясь метко попасть в противников… Пару раз выстрелил и он, отслеживая траекторию полета шарика и внося поправки… Оружие привычно лежало в руках, аромат летней травы кружил голову… Через пару мгновений… действительность исчезла, тело превратилось в пружину, в обученный механизм с чувствами и повадками хищника… Мальчишки… увидев его рывок по флангу, на миг забыли о стрельбе… такое они видели только в кино… А он, через миг был уже на стороне «противника» и с двух выстрелов «отстреляв» пару инструкторов, как привидение возник перед третьим… и в упор… забыв обо всем… положил конец схватке… В ушах шумело… действительность просилась назад… среагировав лишь на свисток судьи…
Машинально глянул на часы… прошло три минуты… всего… в голове крутилась форма доклада «Задача выполнена. Потерь нет.» Сплюнув, он пошел к выходу… Отдал «оружие» и закурил… поймав на себе заинтересованные взгляды… Подбежавшим ребятам высыпал свои оставшиеся «патроны» и отправил их дальше воевать с инструкторами… Ему уже не хотелось...
Горячее синее небо жаром полировало душу и своим светом возвращало его домой… из тьмы воспоминаний… А пацаны радовались… себе… детству… папе и еще чему-то…
***Взгляд
Взгляд...
Вззз.. Из под ресниц, пулей у виска, отравой из перстня... Гллоток... Яд.
Взз... -Поручик...
-Мадемуазель?
-В свете говорят, что вы пишете недурные стихи.
Глл.. -Что вы, мнение света чересчур благосклонно к моей бездарной склонности портить бумагу...
Вззз.. - Не соблаговолите ли Вы оставить адрес и в моем альбом?
Глл... -Отчего же. Извольте. Только потом уж не пеняйте.
-Право, поручик, будет Вам скромничать.
Взз.. Стрела в сердце, нож в спину... Гллл... Яд. Проник и опутал...
-Как будет Вам угодно.
-Приходите завтра, пополудни.
Взз... Взз...
-Буду, всенепременно буду.
Глл... Взз... Глл..
"...на том балу я встретил Вас.
Под жаркий шелест кринолина
Была мне явлена картина -
Ваш нежный взгляд. И сей же час
Как звуки южной мандолины,
Как холод северных ветров,
Как грохот снежного обвала -
Вы мне тихонько прошептали -
"Поручик..." Не хватает слов...
Всех языков на свете мало,
Чтоб описать мою любовь..."
Взз... Глл...
Яд.
-Месье, извольте обьясниться!
-Сударь! Я Вас не понимаю!
-Что это за адрес Вы оставили в гостевом альбоме моей невесты!
Вззз.. Свист рапиры. Вззз... Вззз...
Гллл... Звон стали. Взгляд на взгляд. Гллл... Гллл...
-Что-то я не слышал о вашей помолвке.
-Ха! Так Вы смеете утверждать, что я лгун?
Взз... Гллл...
-Отнюдь, сударь, Вы сами только что это признали.
-Да Вы наглец!
Взз... Гллл...
-Если Вам угодно, можете прислать своих секундантов. Вот моя визитка.
-Ждите к вечеру!
Яд. Яд. Яд....
Выстрел. Вззз....
-Врача!
-Поздно. Да и не помог бы.
-Бедняга поручик...
Яд...
"... Милая моя мадемуазель! Если Вы читаете эти строки, стало быть я уже мертв, а поверенный меня не подвел. Знайте же, если бы все можно было вернуть назад, я бы прожил так же за один Ваш взгляд..."
-Господи, что за чушь! Мальчишки, право, всё бы им стреляться. Хотя, признаться, лестно... Такой все же глупец, хотя стихи неплохие... Марфа! Поди сюда! Брось это в камин.
Вззз-Гллл-Яд...
***АТС
Два оболтуса уже битый час находились у компьютера, увлечённые игрой в "доставалки". Оригинальностью ребята не страдали, и потому просто взяли за основу развлечения старый прикол из сети. Суть его в том, что человек со своеобразным юмором наугад выбирает номер своей жертвы, дозванивается и спрашивает - Алло, это АТС? Жертва по началу невозмутимо сообщает, что это квартира и бросает трубку, но последующие звонки с вопросом-дежавю доводят её до истерики. А если человек попадается довольно импульсивный и не стесняется в выражениях, описывая в подробностях точный адрес, куда шутники соизволили бы пройти, то это просто находка! Новаторством в этом "знатном" деле было то, что они воспользовались возможностью модема - звонить по телефону, не отключаясь от интернета.
Под дружное ржание придурки доводили очередного абонента до точки кипения, попутно записывая разговор и одновременно транслируя его в сети. За это время они собрали уже уйму поклонников. Те присылали советы и предлагали свои варианты номеров телефона. Кто просто наугад, а кто и с умыслом насолить недругу. Самые увлеченные, даже открыли голосование в чате. Такой интерес к этой затее возник, именно потому, что велась прямая трансляция, так сказать в живую. Эдакое "реалити-шоу"! Но рейтинг под конец начал падать, последние жертвы попались очень сдержанные и после нескольких звонков отключили телефон.
"Фонотеррористы" набрали очередной номер. Ответил приятный мужской голос:
- Алло, я слушаю.
- Алло, это АТС?
- Нет, вы ошиблись номером, - бросили трубку.
Вторая попытка:
- Слушаю?
- Алло, это АТС?
- Вы ошиблись номером, - вновь послышались гудки.
Голос был невозмутим и после третьей и четвертой попытки. Это зацепило балбесов. Они решили, во что бы то ни стало достать мужика! Словно охотничий пёс, напавший на след крупной дичи, парочка "весельчаков" вцепилась в заинтриговавшего их типчика бульдожьей хваткой, с завидной настойчивостью, пред которой померкнет даже возвратно поступательная деятельность маятника. В чате даже начали делать ставки! А жертва (назло тотализатору) не отключалась, но и не подавала признаков раздражения. Посетителям стало интересно - доконают этого "интеллигента" или он все же будет спасаться глубоким "оффлайном". Рейтинги вновь вожделенно полезли в высь, а слушатели принялись приглашать друзей и знакомых присоединиться к "прикольной развлекухе".
Очередная попытка:
- Слушаю? (спокойно, невозмутимо)
- Алло, это АТС?
- Нет, вы ошиблись номером.
И в следующую секунду раздался треск подобный факсу, за краткий миг была передана какая-то информация. Придурки аж сели разинув рты от неожиданности.
Когда они пришли в себя и попытались связаться с кем-нибудь по сети, оказалось, что комп безнадёжно завис. После продолжительной юзерской ворожбы и заклинаний над ним, убедившись, что все попытки тщетны, дрожащая рука потянулась к кнопке reset. Железяка перезагрузилась не сразу, капризничала, а потом долго не соглашалась, что админовский пароль введён правильно. Когда она, наконец, с "ковырнадцатой" попытки сдалась, обнаружились изменения. Пропала вся фонотека, все видео, игры, программы. Всё было сметено.
Раздался телефонный звонок (звонил один из приятелей)
- Ну, что придурки, довыпендривались, у меня из-за вас оба диска накрылись!
- А что с ними?
- Да фигня какая-то. На них всего по одной папке с одинаковыми слайдами, они завалили оба диска, и даже подключенную флешку! Из-за нее все стерлось, вся моя инфа! Вы чё, придурки, наделали?!!!... Далее посыпались фразы, что стыдно описывать даже междометиями.
Придурки бросили трубку, но телефон зазвонил вновь. В этот день он просто разрывался от звонков, и ничего не оставалось, как просто отключить его.
Страдальцы открыли, первый попавшийся слайд на своём компе. На весь экран красовалась надпись - "Вы ошиблись номером".
***КОЛЛЕКЦИОНЕР
Адам Селиванович коллекционировал фигурные бутылки, которые напоминали ему исторических личностей. Вон та зеленая с тяжелым и широким дном вылитый Гомер, а та, с узким горлом, точь – в – точь Ньютон. Бутылки были разные, как и похожие на них люди.
В их обществе Адам Селиванович забывал о своих невзгодах и ощущал себя вполне счастливым, проводя одинокие вечера в беседах с ними. Он ложился на неубранную кровать на серые простыни и не замечал выцветшие и отклеившиеся местами обои, и забывал о том, что жена ушла, так и не дослушав его. Он внимал их мудрым речам, иногда переходившие в горячий спор. Тогда говорил он, призывая собеседников, к толерантности.
Так и жил, пока не случилось беда. Шекспир упал со шкафа и разбился вдребезги… — На вас лица нет... — заметили на службе. — Случилось, что-то?
— Да, вот…, — начал было Адам Селиванович печально, потом задумался на миг и обреченно махнул рукой, — Нет, вам моего горя не понять…
***Игра судьбы
Этим утром у Ивана Сергеевича настроение было великолепное. В приёмной своего директора он увидел юное воздушное создание в умопомрачительно коротенькой юбочке, открывающей длинные аппетитные ножки. Сделав пару дежурных комплиментов, Иван Сергеевич быстренько удалился в свой кабинет и теперь сидел за столом, бессмысленно глядя на бумаги и лихорадочно вырабатывая в голове план скорейшего обольщения девушки.
Он уже заметил оценивающий, цепкий взгляд Ирочки и стремительно соображал, как можно выкроить нужную сумму из семейного бюджета и на что. Решил, что на этот раз придётся сказать супруге о поломке машины, оправдывая тем самым сразу два намечающихся события. Исчезновение крупной суммы денег и позднее возвращение домой.
Находить уважительные причины своим действиям за двадцать с лишним лет совместной жизни Иван Сергеевич научился просто виртуозно. Жена ни разу не догадалась о его любовных похождениях и не закатила ни единого скандала. Свою Наталью он уважал, что в прочем совершенно гармонично уживалось в его душе с всепоглощающей любовью к женскому полу.
Поэтому, покатав губами несуществующую сигарету, Иван Сергеевич напевая фразу из телерекламы, стал набирать домашний номер.
- Алло! Натулечка! Как дела, моя хорошая? Витя экзамен сдал? – заботливо поинтересовался Иван Сергеевич.
Слушая ответ, достал из ящика стола маленькое зеркальце и стал придирчиво разглядывать себя, придавая лицу разные выражения. Зеркальце бесстрастно отразило живое подвижное лицо с аккуратной щёточкой седеющих усиков. Приглаживая пальцем топорщащиеся волоски, Иван Сергеевич поддакивал в трубку, выражая своим угуканьем внимание к словам супруги.
- Ага… угу…гм…У меня? Если честно, то неважно…Машина сломалась. Еле-еле до работы дотянул – сокрушённо проинформировал жену Иван Сергеевич, при этом старательно причёсывая седые волнистые волосы.
Помолчал, выслушивая ответ, и облегчённо с радостью выдохнул:
- Какая же мне жена замечательная попалась! Всё просто с полуслова понимает! Да…да…Придётся теперь задержаться…Целую, солнышко моё! – вытянув губы трубочкой, чмокнул воздух и положил трубку.
Взглянув на часы, быстренько натянул куртку и резво поскакал к лифту. За обеденный перерыв предстояло не только перекусить, но и добежать до ювелирного магазина.
Иван Сергеевич вернулся обратно с трудом переводя дыхание от подъёма по лестнице из-за поломавшегося так некстати лифта, и съел купленный по дороге пирожок. Потом достал из пиджака чёрную коробочку, внутри которой лежало колечко с камешком. Иван Сергеевич отрезал кусочек бумажки, и что-то на ней написал. Затем скатал бумажку в трубочку и, положив её радом с кольцом, захлопнул коробочку.
К окончанию рабочего дня ему благополучно удалось уговорить Ирину с ним поужинать, намекнув о возможном подарке. Последний час Иван Сергеевич крутился на стуле, постоянно бегая к зеркалу, и вылил на себя немереное количество туалетной воды. Когда до конца рабочего дня оставалось десять минут, Иван Сергеевич торопливо покинул свой кабинет, перед выходом положив заветную коробочку в карман пиджака.
Лифт не починили и мужчина, не желая демонстрировать даме сердца одышку, скоренько потрусил вниз по лестнице. Отдуваясь, дошёл до цветочного киоска и стал придирчиво выбирать цветы. Когда цветочница уже упаковывала пять алых роз в прозрачную обёртку, Иван Сергеевич почувствовал, как что-то острое заворочалось в его животе. Согнувшись в три погибели, стиснув зубы и покрывшись испариной, мужчина схватился за живот, который словно попал в зубы какому-то зверю.
- Вот, зараза! И зачем я только ел этот дурацкий пирожок…да ещё и всухомятку…Опять язва обострилась – подумал Иван Сергеевич и забыв про букет и предстоящую встречу пошёл к своей машине.
Цветочница, удивлённая странным поведением покупателя закричала ему вслед, выбежав из ларька:
- Мужчина! Мужчина! Букет брать будете!?!
Иван Сергеевич даже не повернулся в её сторону и, она раздосадовано пошла обратно, раздражённо размахивая букетом. Дойдя до своего ларька, выкрикнула в спину несостоявшемуся покупателю:
- Старый маразматик!
Иван Сергеевич услышал её крик, но даже не обернулся, спеша сесть в машину. Постанывая и кряхтя от жгучей боли в животе сел за руль, но машина не завелась.
- Сломалась…По настоящему…- сокрушённо подумал Иван Сергеевич и сделав ещё несколько попыток завести двигатель, покинул салон. Держась за живот, подошёл к проезжей части и поднял руку. Не торгуясь, согласился на названную цену и, охая, уселся рядом с водителем. Машина тронулась и проехала мимо цветочного киоска, где изумлённо оглядывая улицу, стояла обольстительная Ирочка. Иван Сергеевич встретился с ней глазами и тут же торопливо отвернулся. Достал их сумки телефон и набрал номер.
- Алло! Алло! Наташа! Я домой уже еду. Свари мне кашку какую-нибудь, ладно!?! – проскрипел Иван Сергеевич в трубку, морщась и подёргивая усами.
Послушал ответ и плаксиво добавил:
- Ничего не ел плохого…И эти, капсулы бело-зелёные мне купи…
После разговора, до дома ехал молча и отдал водителю крупную купюру, забыв о сдаче.
Доплёлся до квартиры и нажал пуговку звонка. Дверь открыла жена. Заботливо помогла снять куртку и уложила супруга на диван. Принесла стакан с киселём и протянула желанную таблетку. Через час Иван Сергеевич уже счастливый и довольный сидел перед телевизором с тарелкой геркулесовой каши.
Наталья вошла в комнату и взяла со спинки дивана пиджак мужа, собираясь повесить его в шкаф. Резко провела ладонью, отряхивая прилипшие ворсинки от мехового покрывала, и удивлённо посмотрела на коробочку, выпавшую из кармана. Взяла её в руки и, вопросительно посмотрев на мужа, открыла крышку.
Ивану Сергеевичу захотелось срочно изобрести шапку-невидимку. А Наталья, заливаясь краской, в это время читала вложенную туда записку. Прочитав, подошла к мужу и, моргая увлажнившимися от слёз глазами, дрожащим голосом прошептала:
- Ванечка…милый мой…какой же ты у меня замечательный…Я так люблю тебя…спасибо…
Иван Сергеевич, изумлённо хлопая глазами, смотрел на супругу и пытался найти оправдание её поведению. А Наталья, вытянув вперёд руку с кольцом, громко звала сына:
- Витя! Иди сюда скорей! Смотри, что мне наш папа подарил!
Витя вошел в комнату и недоумённо протянул:
- ЗдОООрово! А что за праздник? У тебя же день рождения только через два месяца!?!
Наталья села рядом с супругом и обняв его за плечи, торжественно произнесла:
- Витенька! У нас с папой сегодня годовщина свадьбы! Двадцать пять лет!
И повернувшись к мужу, ласково добавила:
- А я думала, что ты забыл. Спасибо тебе, дорогой!
Иван Сергеевич облегчённо вздохнул и украдкой покосился на записку, которую держала жена. «Самой необыкновенной женщине на земле. С любовью. Иван».
***Обед на двоих
- Эй, Василиса! Василиса Прекрасная! Выходи, это я, Иван-царевич, сватать тебя пришел! Васили-и-и-са!.. Эй, есть кто в тереме живой?..
***
- Слыш-ш-шь?.. Ещё один явился. Чур, моя очередь быть Василисой!
- Нет, моя! Твоя давеча была, сестрица, тебе что, память отшибло?
- Это тебе отш-ш-шибло! Как со старшой разговариваешь! Давеча вовсе и не царевич был, недомерок какой-то волосатый. И что за бабу хотел, так и не поняла, имечко такое, что и не выговориш-ш-шь. И никакой потехи не получилось...
- Сама виновата! "Не знаю, что за бабу!.." Чего там знать-то! Всем им одного надобно - кожа как белила, глазищи как чернила, пятна красные на всю щеку, шерсти сверху побольше, длинной и белой, и - главное - спереди эти... как их... ну как подушки! Ежели их поболе налепить, соколик-то выше и не взглянет. Один раз морок навела - на всех сгодится.
- Это не ш-шпортивно. Не творческий подход. Василиса-краса - длинная коса должна быть. А у царевны-Лебеди месяц под косой блестеть да во лбу звезда гореть. С душ-шой к мороку надо, с огоньком! А ты всех одинаковыми представляешь.
- Вот ты и оконфузилась со своим "огоньком" в тот раз. Но теперь моя очередь!
- Нет, моя!
- ...
- Давай кубик кинем.
- Кидай.
- Три. Теперь ты кидай.
- Шесть.
- ...
- Вечно тебе везет! Леш-ш-ший с тобой, катись.
***
- Василисушка, ну наконец-то, лада моя! Исстрадался я без тебя, глаза все проглядел!
Шелоб поглубже заползла в нору. Пусть себе играется сестренка. Обед все равно на двоих делить будем.
***Я, Она и Мао
Сиань - древняя столица Поднебесной Империи. Именно здесь, в Сиане, с незапамятных дней лежало начало Великого Шёлкового Пути.
Могучие стены времён династии Цинь (или Минь? – хрен их разберёшь) поросли изумрудным диким виноградом. Воздушные лёгкие пагоды с загнутыми к самым небесам краями причудливых крыш, увенчанные мириадами разноцветных бумажных фонариков. Каменные львы-истуканы распугивают злых духов от многочисленных городских ворот...
Великая Гробница Цинь Шихуана. Застывшая вокруг неё навеки огромная армия терракотовых солдат, надёжно охраняющая священный покой самого Великого Императора. Чопорные скуластые мусульмане, чинно разгуливающие по шумным базарам в своих белоснежных, высоких тюрбанах. Ядовито-зелёные шинели военных, виднеющиеся на каждом углу донельзя запруженных желтолицым народом улиц и широких площадей.
В тихих парках ветви диковинных деревьев увешаны клетками с певчими птицами. Запах сандала. Пальмы. Нарядные воздушные змеи. Сдержанный танец ушу...
Костлявые старички азартно играют в маджонг прямо в пыли тротуаров, усевшись сухими задами на заранее подстеленные газеты. Усталые рикши, крысы, бамбуковые лестницы, шум, гам - дикая, извечная какофония.
Здесь всё вокруг – Великое и Древнее...
***
Древнее самого Сианя, пожалуй, одна только славная профессия проститутки:
- Ниньхао, красавицы! Is there anyone, who can speak English?
- Yes, I can! Which girl do you want to fuck, mister? – немедленно откликнулась на мой зов стройная, довольно миловидная госпожа, внешне чем-то смахивающая на завуча престижной средней школы. Лукавый взгляд сквозь дорогую оправу узких очков. Строгий, но изящный деловой костюм. Приятный запах недешёвого парфюма.
Девушки-статуэтки, тоже с трудно скрываемым интересом в их узеньких глазёнках, оторвались от своей игры (иностранцы щедрые, иностранцы богатые!), откинулись, как по команде - все разом, от покерного столика, словно между ними искра какая проскочила. Расправили, расставили напоказ мне свои маленькие кукольные прелести.
- How much it coast? – я смогу произнести эту фразу на всех наречиях мира, наверное. Кроме китайского мандаринского.
- One hundred Juan per hour, three hundred per night, - приветливо улыбнулась она. – Are you from Russia?
- Oh, no, no! I’m from one little country in Europe… you don’t know it.., it is on the shore of Baltic Sea, - каким таким чутьём, спросите вы меня, она распознала единственного русского среди нескольких десятков европейских туристов населявших тогда её отель? Вот Вы, например, сможете сразу отличить китайца от японца или, допустим, корейца? Я так – определённо нет!
- Excuse me, you’re looking like a Russian, you’ve your own charm. So, what about the girls? – бизнес, есть бизнес...
- Caj cje, madam, but not tonight. Can we play cards, instead?
- Why not? – снова мило улыбнулась она, любезно приглашая меня к игральному столу...
***
Ох! И как же мы сражались в эту ночь! Девочка-ангел, присевшая сходу ко мне на коленки, отменно помогала нам в игре: мелодичным птичьим голоском она выкрикивала ставки, азартно спорила с каменно-невозмутимым на вид, лощёным крупье. Смеялась чудно, когда мы снимали очередной банк, чуть не рыдала, когда проигрывали роббер. Изящные лапки её порхали над зелёным сукном, как две невесомые хрупкие бабочки, не забывая, впрочем, то между делом нежно приобнять мой торс, то приголубить мимолётно шею. Мягкая тёплая попочка её безостановочно елозила по моим коленям, туда – сюда, возбуждая... любопытство...?
Ближе к полуночи мы радостно, в четыре дружные руки, сгребли со стола груду измятых (ну и повезло, мать их так!) юаней. Заказали бутылку сладкого ”Buzet” в гостиничном баре, многозначительно распрощались со всеми присутствующими:
- Good bye! Adeau! Ариведерчи! - и поднялись на скором лифте в мои апартаменты. Чтобы поиграть в другие игры. Взрослые - шальные, опасные игры... Сладкие игры...
***
Товарищ Мао задумчиво, с молчаливым укором, наблюдал за нами с каждой из почти полусотни банкнот, рассыпанных в экстазе, разбросанных бумажной яркой радугой по мягкому ковру, по белым простыням и пуховым подушкам. Жирная бородавка на Цзе-Дуновом священном подбородке строго-строго побагровела.
Смотри во все свои сто любопытных глаз, Великий Кормчий. Ты искренне мечтал, чтоб твой народ имел весь мир? – теперь весь мир имеет твой народ! Гляди, старик, здесь ”HUSTLER” отдыхает!, на представленье то, что нынче разыграют для тебя...
Я - чужеземец, и малютка Мэй...
Вдоволь наигравшись, она заснула на моей руке и ещё долго не хотела уходить - стройная и ладная, горячая китайская киска. Она тихо собралась около десяти утра, густо намазала губы яркой помадой, запечатлела крепкий поцелуй у самого соска моей левой груди, что-то прошептала невнятно, жарко и... улетела, оставив за собой только тонкий шлейф аромата удовлетворённой женщины, да очередной маленький, кровоточащий шрамик на моём, живом тогда ещё сердце.
Товарищи Мао мудро, с еле заметной хитринкой, улыбнулись, усмехнулись – их древний и великий узкоглазый народ, всё же отымел меня – длинноносого незваного пришельца!
Великий Будда! Ну, что за блядская манера – оставлять после себя столько мусора!
***
Над Великой Китайской Стеной медленно занималась Великая Китайская Заря. Оранжевые глянцевые тыквы, подсыхающие на плоских крышах крестьянских мазанок, отважно отразили первую атаку неумолимых солнечных всадников. Отражённые блики соскочили вниз, на лужи, на окна, на зеркала... споро проникли в сонные жилища – запрыгали, заиграли, защекотали...
Полмиллиарда китайских мужчин проснулось, потянулось и шевельнуло своими крошечными, почти игрушечными огуречиками. Полмиллиарда китайских женщин распахнуло навстречу мужьям, любовникам, начальникам свои жаркие жёлтые объятия... Маленькие, жадные, мокрые щёлочки... вдоль, вдоль – не поперёк, проверено!
Полмиллиарда китайских кроватей, циновок, диванов запело, заскрипело, застонало...
***
Голубые слёзы с вершины гордого утёса грустно падали в жёлтые воды реки Хуанхэ...»
Прощай, моя Мэй! Я тебя никогда не увижу, я тебя никогда не забуду...
***За миг до последнего удара
Я застыну за миг до удара, и тысячи сердец замрут в его ожидании. Тысячи и миллионы глоток сдавит аркан восторга и страха. Тысячи глаз распахнуться навстречу мне и тысячи зажмурятся в ужасе, чтоб не видеть. Тысячи тел прервут свое движение, и будут внимать ритму, который живет в моем теле. Они забудут, что такое существовать на целую вечность, пока я медлю со своим приговором.
Мир вокруг застынет цветной лентой, куском декорации. Пауза вгрызется в циферблаты часов, выедая механизм, отсчитывающий удары и стрелки остановятся, наткнувшись на барьер молчания. Оборвутся все звуки вокруг, все запахи потеряют окраску.
Я замру на миг, окунусь в вихрь силы, рожденный моими зрителями, моими жертвами, моими рабами. Все они, вышколены и выхолощены той средой, в которой родились и в которой исчезнут, когда придет нужный миг. И тогда... Другой, станет на подмостках их внимания и трепещущие нити взглядов подчинятся его триумфу. Паузе, что остановит жизнь, вырвав из реальности на краткий миг до удара...