Литобъединение: Сеньора Za
Конкурс: Памяти Андрея Головина (2020)
Дата: 13.04.20 14:48
Прочтений: 130
Средняя оценка: 10.00 (3)
Комментарии: 6 (5)
Выставить оценку
литобзору:
Письмо из Изумрудного города
Добрейший Вам вечерок, дорогой Иван Терентьевич! Спасибо за дружеские слова и пожелания, всегда приятно их от Вас услышать.
У нас в Изумрудном городе все по-прежнему: залитая солнцем дорога из желтого кирпича, островерхие черепичные крыши, зеленые очки прохожих… И, несмотря на наветы неблагодарной девчонки – черт бы побрал этот проклятый ураган, занесший сюда эту мерзкую маленькую дрянь с ее мерзким маленьким пуделем – ежедневная очередь просителей. Не поверите, дорогой Иван Терентьевич, приходится идти в ногу со временем и номерки на прием через интернет выдавать. Любопытнейшие кадры меня посещают: вчера вот опять пришла Windows 10, в очередной раз просила дать ей ума – выдал ей очередное обновление, но вряд ли оно ей надолго поможет. Заходил Борис Джонсон, хотел Brexit’a и лекарства от коронавируса; я сказал ему, что просить у Гудвина можно только одну вещь зараз, он обещал подумать, сегодня должен вернуться. Заглянул симпатичный паренек, назвался Терминатором, передавал приветы от Железного Дровосека и просил адрес какой-то Сары Коннор; установил ему Алису от Яндекса и Сири от Apple прямо в его алюминийкарбоновую голову, я ему не справочное бюро!
Теперь о Вашей просьбе.
Дорогой друг, Вы прекрасно знаете, сколь велико мое уважение к Вам и как рад был бы я выполнить это Ваше пожелание, но… Я знаю также, что Ваше благорасположение к автору стихотворения «Вишневый свет» безгранично, что каждый раз, когда Вы встречали её произведения на Ваших конкурсах, они Вам западали в душу и там навсегда оставались, что каждый раз ей не хватало какой-то малости чтобы в этих конкурсах победить (ну, за исключением бессмертного рецепта «Русский взгляд на молдавские плацынды (рецепт от Е. Тихоновой)» – нет, я отнюдь не намекаю на путь к Вашему сердцу, я просто факт констатирую!) Понимаю, что Вы всего-навсего просите о такой малости, о том, чтобы я, великий и ужасный Гудвин, помог бы ей этот нынешний Ваш конкурс выиграть. Но, увы, дорогой Иван Терентьевич, есть вещи, которые и мне недоступны.
Ведь Вы и сами совершенно правильно пишете: да, прекрасная вещь. С самого начала «слышно – вишни – Всевышний - мыши», стильно сделано. Хоть в учебник вставляй: без перебора, но в самом нужном месте. Берем внимание читателя и дальше не отпускаем. И это славное переплетенье рифм во второй части: они вроде и остаются теми же (а чтобы не сомневались, первая часть со второй так и вовсе жестко связана), а вроде бы и меняются, ну здорово же! А «червь сомненья», питающийся вишнями! А «гаснут взгляды, слова и спички» - сколько всего можно бы написать по этому поводу! Очень хорошая, замечательная, удивительная – не буду список Ваших, Иван Терентьевич, восхищенных эпитетов продолжать.
Но, как Вы сами справедливо отмечаете, есть и некоторые, мягко говоря, странности: «И грызут, притихнув в доме / На крутом краю земли» Грызут, притихнув? – да уж, согласен, как-то иным образом грызут. И, совершенно с Вами солидарен: «На крутом краю земли» - это уже перебор. Сам «дом на крутом краю земли» очень даже и неплох, но в совокупности с грызущими мышами… И финал первой части, конечно же провальный: «Третью горстку зрелых ягод / Бог отсыпал мне сполна: / Застучали звездопадом / По беседке до утра». Вышла на финал очень даже неплохо, замечательно даже: Господь, сыплющий вишни звездопадом, ночной сад, крыша беседки – и вдруг «до утра». Ну хоть бы по смыслу что-то оно давало, или рифма там распрекрасная была, ну ни того ж, ни другого! И в самом ненужном месте – в финале. Эх!
По второй части – да, согласен с Вами: тех, кто не знает, кого лучше «незваный гость», нужно сразу сдавать в местный филиал ФСБ. Для автора – не поленюсь, процитирую из Ивана Терентьевича: «Илиана, милая! Ну никогда ни Пушкин, ни Лермонтов, ни Блок с Северяниным примечаний к своим стихам не делали! Даже «В пору, когда в вырей / Времирей умчались стаи» - кто не понял, пусть лесом идет! Ну неужели ж Вы для таких уродов пишете, что надо замечательные стихи звездочками и сносками портить!»
Насчет «сквозных ран сердца» - тоже с Вами согласен, лет двести это как не поощряется в российской изящной словесности, даже шикарный финал с закольцовкой на вишни не спасает.
И вот ведь в чем проблема, дорогой Иван Терентьевич – ну хорошо, нашлю я пелену на глаза всем остальным членам жюри, не заметят они всего этого и поставят автору самые высокие оценки. Но с Вами-то, друг любезный, мне что делать? Вашу-то оценку как исправить? Так что, друг мой, и рад бы помочь замечательному автору, но - увы и ах, ничего сделать не смогу.
Искренне Ваш,
Великий и ужасный,
Гудвин, волшебник из страны Оз.
PS. Впрочем, есть один способ поправить дело, я Вам о нем когда-то писал. Если б Вы, дорогой мой, помогли мне раздобыть то симпатичное колечко, никчемную безделушку, которую глупый Фродо таскает в своем дырявом кармане и, рано или поздно, все равно потеряет…