Логин:
Пароль:
Напомнить пароль
Долго дольный мир дивился, Обсуждал небесный рой, Как я ангелу приснился Между первой и второй.
Все рифмуется, только не сразу.
И дорога куда-то уходит, И уходит по ней человек, Не имея претензий к погоде, Заслонившийся крыльями век.
Холодает -- ну, что здесь такого! Собирается в небе вода, Как в глазах Николая Рубцова, И уходят в туман провода...
Не плакать, не думать, не брать ни копейки взаймы У этой старухи-процентщицы в жёлтом шлафроке. Пускай рассыпает свои медяки по дороге - А мы подождём серебра. Подождём до зимы.
Сморозил глупость. Жду, пока оттает.
Будем жить мы, в России опальной. И в Крыму, по утесам скальным. Будем лазить в костюмах купальных. И «напишем свои имена».
Эта сидит, буржуин, хорошо. Так, что за банкой варенья не видно, – Если найдешь в тростнике сердцевину, Знай, что Великую тайну нашел.
Пусть не песню прольет он последнему дню, Флорентийской водой разливавшийся прежде – Слишком много на долю твою и мою, – Этот взгляд одиночества в окнах ночлежек, Это черное небо во всю простыню. Слишком мало на долю твою и мою.
Где-то в россыпи битых линз, Над Тайгетской горой сверкающих, Есть такая, что смотрит вниз И не верит в млекопитающих.
И без этого мне ясно, слишком ясно, милый друг, - всё печальное прекрасно, а печально всё вокруг.
очнёшься завтра знаменитым — не упомянутым нигде.
Август. Сумрак. Небо стынет. На губах - печальный мёд, ничего не взять с полыни, кроме горечи её.
будто выпил вина и полынной, и пришли чистота и покой. Всё, что пишется, пишется длинной, не твоею, короче, рукой.
Как под песню проплывает, словно лодочка в кино. То, что нас не убивает, существует ли оно?
Я ночное окно, словно книгу, открою. Я не знаю, где ключ от кроссворда созвездий. Я не верю ответам, но помню другое: Чем она безнадежнее, тем интересней
Теперь мне нужна только одна женщина, которой нужен только я — вот мы попали...
А я не хочу веселья, Я crasy, но не дебил: Примеришь чужое платье, Напялишь чужую шляпу - Такое потом похмелье, Что лучше б и правда - пил.
И там – где письменно, где устно - Наисповедоваться всем…
Еле слышно пение цикады. Еле слышно плачет соловей. Не жалей о том, о чём не надо. То есть ни о чём и не жалей.
"Ты новеллу с финалом счастливым, несмотря ни на что допиши!"
Так переводчик переводит На деревянное «Кто там?» Плач ветра по пустым садам. И муст стекает по губам, Течет и сердца не находит.
И потянулись за пальто На пальцах номерки вертели И говорили не про то От острой близости потери
Такой июль, сестра, такой июль. Такая карма, и не потому ль Не удаётся самое простое? Нестойка тушь, непрочны каблуки, И как два пальца встать не с той ноги,
Иди сюда, авгур пернатый, Есть бутерброд с вороньим сыром. Ты столько раз его роняла – Вот помолчи и хоть попробуй.
Поверь, поверь, я справлюсь с этой болью, Порежу палец и посыплю солью,
Потому что знаешь что-то, потому что ужас сладкий в безнадёжности полёта, в невозможности посадки.
Понедельник или вторник, или, может быть, четверг... Из окна глядит во дворик безутешный человек.
Какая злая епитимья - Писать всё лето о дожде, Сосать стеклянное драже Губами бледного рассвета!
За прошлое-не ставшее другим...
И все блажные ангелы-моржи ныряют шумно в воду, мир дрожит, почти переливаясь через край.
* Когда не ты когда она с тобой Решит свести неотвратимо счеты Ее никто не назовет больной И дуре рук не свяжет отчего-то
Затем что пьяненький поэт С листа картавого читает Как он французский понимает На крепость пробуя предмет Слеза катится голубая До остального дела нет
И цели появлялись, И мыслей ворох был, Он в каждый день влюблённый, Не каждый день ходил
И опять ворчит старуха подавай ей то, да сё, а вокруг судьба - проруха, а не третники Басё.
Романтический ужин с лобстером - сказали идти с лобстером, если больше не с кем.
Вырви корень эфиопский Вместе с грешным двуязыким И предай огню манкуртов В пункте жертвоприношений
Альдебаран - далёкая звезда, предположительно враждебная России.
Не икринки, не пайетки – желатин. Перемажь свои ланиты, божья казнь. Я одна – тире и прочерк – ты один: Передышка, переправа, пересказ…
И лбами пол до дыр протрут, И все пропьют, и все похерят – Здесь ни во что уже не верят И верят так, что ад сожгут.
Страницы: [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97]


litsovet.ru © 2003-2017
По общим вопросам пишите: info@litsovet.ru
По техническим вопросам пишите: tech@litsovet.ru
Администратор сайта:
Программист сайта:
Александр Кайданов
Алексей Савичев
Яндекс 		цитирования   Артсовет ©
Сейчас посетителей
на сайте: 288
Из них Авторов: 22
Из них В чате: 0